Васёк, защитник прав крупного рогатого скота

     В одном прекрасном месте Краснодарского края, а именно, в селе с запоминающимся названием «Орлиный хвост»,  расположенном в Хостинском районе Сочи, имелись жители, а у жителей – крупный рогатый скот, объединённый в небольшое стадо, у которого был свой предводитель: 27-ми –летний пастух Василий Иванович Шумейко, в уменьшительно-ласкательной манере именуемый односельчанами Васёк. Не женатый, если что. Коровы подчинялись ему беспрекословно – и не только потому, что у него был кнут, но главным образом из-за того, что Васёк являлся активным защитником их прав и свобод, самым авторитетным в округе. Он стал знаменитым после одного своего путешествия в краевую столицу, которое вызвало большой переполох в сельскохозяйственной отрасли Краснодарского края. Этому и будет посвящено наше небольшое повествование.
        Руководствуясь врождённым интересом к географии и непреходящей любовью к своей малой Родине, Краснодарскому краю, кровно заинтересованный в защите прав и свобод крупного рогатого скота, ранним утром 12 июня 2024 года Васёк собрал по дворам подведомственное ему стадо и повёл его не на окрестные луга и пастбища, как обычно, а в столицу региона, город Краснодар. Он не стал предупреждать хозяев животных о грядущем путешествии, чтобы не отвлекать их от более важных хозяйственных дел. Разрешения от Министерства сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края на перемещение стада из точки А. в точку Б. Васёк не получал, маршрут своего движения с органами  ГИБДД не согласовывал. Он двинулся на краевую столицу по старинке, пешим ходом, без всякого сопровождения автомобилей с мигалками, из-за чего по пути его стадо неоднократно становилось причиной заторов и пробок на дорогах как местного, так и краевого значения. Васёк никуда не торопился, его подопечные тоже, по пути они не спеша поглощали траву на прилегающих к дорогам полях и лугах. Каждый день Васёк доил коров, а парное молоко недорого продавал проезжающим мимо автомобилистам и местным жителям. На вырученные деньги он покупал себе еду, пиво и туалетную бумагу в придорожных магазинах.
        Стадо состояло из 12-ти особей. Никогда прежде они не оказывались вместе более чем на 10 часов. В условиях продолжительного путешествия между ними начали формироваться устойчивые личные симпатии и антипатии. Единственный в стаде бык по кличке Бугай взял да и влюбился в Милку, очаровательную, чистенькую, статную коровку, заметно отличавшуюся от других бурёнок как своей необычной раскраской (белая с чёрными пятнами), так и очень симпатичной мордашкой. У неё были широко расставленные карие глаза с поволокой и огромные тёмные ресницы, причём, явно свои, а не искусственные; взгляд – манящий, загадочный, задумчиво-томный; форма крупных чёрных губ имела явно природное происхождение, без всякого использования ботокса; изо рта, щедро украшенного немалым количеством ослепительно белых, как коровье молоко, натуральных зубов, приятно пахло свежей мятой и клевером. Морду Милки достойно венчали среднего размера рога – симметричные, изящные, слегка изогнутые, не отпугивающие, а наоборот: как бы ненавязчиво притягивающие к себе и при этом – ухоженные, хорошо отполированные, покрытые дорогим импортным прозрачным лаком. Издали похожие на корону, в сочетании с неспешной величественной походкой, рога придавали Милке прямо-таки царственный вид. На зависть другим коровам она являлась счастливым обладателем прекрасной модельной фигуры: крупное натуральное вымя, без всякого силикона, с большими упругими сосками; хорошо выраженная коровья талия; длинные прямые ноги с ухоженными, отлично отполированными копытами, покрытыми лаком изысканного розового цвета; округлые упругие бёдра идеальной формы; изящный хвост, совершавший ненавязчивые соблазнительные движения – всё это могло свести с ума любого быка, известно ведь, что они любят глазами. При этом Милка, что немаловажно, обладала отличным аппетитом, являлась убеждённой вегетарианкой, вела здоровый образ жизни, без всякого табака и алкоголя, и регулярно занималась спортом: коровьей ходьбой. Шикарная родословная с шотландскими корнями, родственные связи за рубежом, изящные аристократичные манеры и превосходное домашнее коровье воспитание прекрасно дополняли образ Милки, делая её завидной невестой на выданье. В отличие от неё, Бугай был быком простым, с незамысловатой родословной, университетов он не кончал, звёзд с неба не хватал, имущественное положение имел скромное, единственное, чем мог похвастаться – своим внушительным брутальным видом, двумя мощными рогами, имевшими следы драматичных схваток с конкурентами, атлетичной фигурой, накачанными мышцами – бицепсами, трицепсами, четвероцепсами и одним пятицепсом в районе хвоста – обеспечивавшими его недюжинной физической силой, особенно в месте расположения пятицепса. С таким быком любая корова была бы как за каменной стеной. На него засматривались все коровы стада, втайне мечтая родить от него телёночка или хотя бы тёлочку. Но Бугаю не было дела до других коров; очарованный только Милкой, он не мог оторвать от неё своих влюблённых, налитых кровью глаз. Толком не зная, как следует правильно ухаживать за тёлками, по простоте душевной он то и дело пылко бросался к ней, чтобы выразить свои глубокие романтичные чувства и предложить ей своё мощное копыто и трепетное бычье сердце.
         Милка не готова была связывать себя семейными узами с этой грубой деревенщиной, каковой считала Бугая. Она мечтала совсем о другом: о красивом, хорошо образованном и воспитанном быке-иностранце, выходце из богатой аристократичной семьи, с отличной родословной, обладающим превосходными манерами; о Быке-Принце, который примчался бы за ней на белом коне, либо приплыл на большой белой яхте с алыми парусами, чтобы увезти на принадлежащий ему большой-пребольшой зелёный остров в каком-нибудь нешумном океане (только не в Северном Ледовитом!), где много-много разнообразной, вкусной, сочной и полезной травы; где расположены красивые, глубокие голубые озёра, реки и ручьи с прозрачной, чистой питьевой водой; и где круглый год – тёплое лето. В этом коровьем раю они любили бы друг друга и в радости, и в горести; жили бы там долго и счастливо; у них было бы много здоровых очаровательных телят и тёлок; и умерли бы они в глубокой старости в один день, в окружении многочисленного, любящего и заботливого потомства. Бугай и близко не походил на её идеал. Милка отвергала все его ухаживания, вызывая в нём тяжкие бычьи страдания. в то же время другая корова, по кличке Машка, со своей стороны страстно увлеклась Бугаем, пыталась заигрывать с ним, строила ему глазки, старалась держаться к нему поближе, чтобы постоянно быть у него на виду. Однако это не помогало. Доведённая до отчаяния безответной любовью, Машка пошла на крайности: она начала телиться, чтобы привлечь к себе внимание Бугая и вызвать в нём отцовские чувства, но вовремя вспомнила, что она пока ещё никем не оплодотворена и потому благоразумно отложила роды на более подходящее время. Одержимая ревностью к Милке, Машка принялась чинить той всякие мелкие неприятности. Как только Буян приближался к своей возлюбленной, Машка принималась бесцеремонно отталкивать от него свою конкурентку, и ей это удавалось, потому что она была крупнее и сильнее Милки. Буяну не нравилось поведение Машки, и он в свою очередь начинал наставлять ей рога. Ваську приходилось каждый раз вмешиваться и использовать свой устрашающих размеров кнут, чтобы прекращать несвоевременные конфликты на любовной почве. Впрочем, эти и некоторые другие инциденты не сильно мешали степенному движению стада в сторону Краснодара.
         Путешествие заняло почти два месяца. В краевой столице никто не ждал появления коровьего стада, а особенно – министр сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края, товарищ Кобач Игорь Алексеевич, к которому у Васька было важное дело, из-за которого он, собственно, и проделал столь долгий путь. Жители Краснодара до того момента не встречали на улицах крупный рогатый скот, многие даже живых коров никогда не видели, да и мёртвых тоже. Столь редкое зрелище вызвало переполох, дорожное движение приостанавливалось на улицах, по которым неспешно шествовали эти невиданные ранее животные. Местные журналисты отложили все свои дела и бросились к Ваську, чтобы взять интервью. Мало кому это удалось из-за возникшей толкотни: с пастухом и коровами страстно хотели сфотографироваться многие горожане. Стадо оказалось окружённым толпой. Из-за невозможности подобраться к нему по земле, съёмочная группа местного телевидения прилетела на вертолёте, зависла в воздухе, опустила вниз микрофон на длинном шнуре и с помощью мощного громкоговорителя попыталась взять у Васька интервью. Коровы никогда не видели такого грохочущего чудища, ведь над селом Орлиный хвост вертолёты обычно не летают. Конечно же, они испугались до смерти, решили, что наступил конец света и ринулись сквозь толпу прочь, куда глаза глядят. Только Буян попытался сохранить самообладание и остался на месте, готовый достойно принять смертный бой с этим летающим динозавром, как и подобает уважающему себя быку. Что касается коров, они разбежались по ближайшим улицам, вызвав панику у горожан, решивших, что в их городе начался испанский праздник энсьерро, во время которого люди со всех ног убегают от разъярённых быков, причём, не всегда успешно. В данном случае по городу бежали коровы, но это сочли проявлением местной краснодарской специфики.
        Убежав подальше от вертолёта, коровы постепенно успокоились и принялись мирно щипать траву в городских скверах. На место происшествия прибыли сотрудники МЧС, по указаниям очевидцев они быстро обнаружили всех разбежавшихся коров. Встал вопрос: что с ними делать, куда доставить. Вначале решили, что им самое место в зоопарке, но его администрация категорически отказалась принять домашний скот, для содержания которого потребовался бы дополнительный бюджет и создание по меньшей мере двух новых ставок для доярок и одной – для зоотехника. Спросили у пастуха: для чего это он пригнал коров в неприспособленный для их пребывания город? Васёк ответил, что у него важное дело к министру сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края. Наступал вечер, приёмные часы министра закончились, поэтому было решено собрать коров в сквере им. Г. К. Жукова, неподалёку от улицы Рашпилевская, д.7, где находится здание министерства. Там стадо благополучно переночевало, а утром следующего дня Васёк отправился на приём к министру. Коров он оставил в том же сквере под бдительным присмотром Бугая, авторитет которого значительно вырос в их глазах после инцидента с вертолётом.
        Министр сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края, товарищ Кобач  Игорь Алексеевич, не страдал чванством, снобизмом, высокомерием или безразличием по отношению к крупному рогатому скоту, напротив: всегда живо интересовался условиями его содержания, прислушивался к его мнению и считался с его скотскими нуждами и чаяниями. Каждое утро, заходя в свой рабочий  министерский кабинет, Игорь Алексеевич  первым делом вызывал начальника Управления животноводства и государственного племенного надзора и спрашивал его с пристрастием: «Как там сегодня поживает крупный рогатый скот Краснодарского края? Хорошо ли ему? Не нуждается ли он в чём-то? Улучшилась ли его кормовая база и условия содержания?». Когда ответы подчинённого на эти животрепещущие вопросы оказывались положительными, министр успокаивался и переходил к другим, менее важным делам. Но если вдруг выяснялось, что крупный рогатый скот Краснодарского края поживает не очень или даже так себе, министр начинал сильно переживать и нервничать, на этой почве он терял аппетит и наотрез отказывался спуститься в министерскую столовую, чтобы съесть там на обед мясное ассорти в качестве холодной закуски, говяжий холодец с хреном, горячо любимый им борщ с мясом на говяжьем бульоне вприкуску с краснодарскими пампушками и говяжьи котлеты с картофельным пюре. В такие трудные психологические моменты он объявлял голодную забастовку, позволяя себе только рыбные и овощные блюда, которые ему приносили прямо в рабочий кабинет. И только после того, как жизнь крупного рогатого скота Краснодарского края налаживалась, Игорь Алексеевич возвращался к привычному рациону питания. Без всякого преувеличения можно сказать, что министр сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности был лучшим другом крупного рогатого скота всего Краснодарского края. Упомянутый скот хорошо это знал, глубоко уважал министра и тянулся к нему, как к высокоэффективному, ответственному и заботливому руководителю. Дня не проходило, чтобы к нему не приходил ходок из региональной глубинки: председатель какого-нибудь сельского совета, руководитель молочной фермы или начальник животноводческого хозяйства, гораздо реже появлялись зоотехники и доярки. Когда с министерской проходной ему сообщали о прибытии очередных посетителей, Игорь Алексеевич немедленно вызывал начальника Управления животноводства и государственного племенного надзора, а также начальников нескольких профильных отделов, спускался с ними вниз, с распростёртыми объятиями встречал у входа в министерство дорогих гостей и приглашал их с собой в ближайший сквер им. Г. К. Жукова, чтобы там на свежем воздухе, в спокойной и естественной для гостей обстановке провести с ними задушевные деловые разговоры. Товарищ Кобач внимательно выслушивал жалобы, подбадривал, внушал надежды на улучшение скотской жизни, а если вдруг узнавал о недостатках, злоупотреблениях или перегибах в животноводческой сфере, тут же, не сходя с места, вырабатывал эффективные меры для решения выявленных проблем и отдавал все необходимые указания своим подчинённым. Те, в свою очередь, по примеру начальника тоже не сходили с места и отдавали строгие и точные указания своим нижестоящим подчинённым через мобильные телефоны, дабы немедленно начать работу по устранению и улучшению того, что требовало устранения и улучшения. Ну а ходоки, весьма довольные скоростью принятия министерских решений, возвращались домой, в свои сёла, хозяйства и коровники, разнося по всему региону радостную весть о том, как повезло крупному рогатому скоту Краснодарского края с министром сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности.
        Когда Васёк попытался пройти через министерскую проходную, охрана сообщила, что ему не стоит утруждать себя, товарищ Кобач сам придёт к нему, и предложили дождаться аудиенции в том самом сквере им. Г. К. Жукова, который являлся неофициальной приёмной министра. Васёк так и сделал. Вернулся к своим коровам, которые вместе с Бугаем дожёвывали последнюю оставшуюся в сквере траву, присел на видавшие виды скамейку, рядом с которой поблёскивали на солнце свежеизготовленные ароматные коровьи лепёшки, и стал дожидаться министра. Ждать пришлось недолго: через каких-то 4 часа, во время своего единственного обеденного перерыва Игорь Алексеевич пришёл к Ваську и его стаду вместе со своими незаменимыми заместителями. После принятого в таких случаях крепкого мужского рукопожатия министр представил пастуху своих замов, а тот – своих незаменимых коров и красавца-быка. Начался серьёзный деловой разговор. Васёк озвучил накопившиеся в нём рационализаторские предложения по части содержания крупного рогатого скота. По его мнению, давно назрела необходимость коренных изменений в этой важнейшей хозяйственной сфере, а именно: 1) Немедленно избавить домашний скот от скотских условий содержания, предоставив каждой единице скота отдельное жильё, снабдив его отоплением, холодной, горячей и тёплой водой, полом с регулируемым подогревом, ванной с гидромассажем (тоже регулируемым), туалетом, кондиционером, холодильником, телевизором и компьютером с высокоскоростным выходом в интернет, можно нерегулируемым; 2) Повысить качество кормовой базы: предоставлять скоту круглосуточное питание в любой момент, по первому его требованию, обеспечив коровам ежедневную выдачу молока за вредность; 3) Закрепить за каждой единицей домашнего скота обслуживающий персонал в количестве 5-ти (пяти) человек: ветеринара; телохранителя; доярку для скота женского пола и гувернантку для скота мужского пола; уборщицу и аниматора для заполнения скотского досуга; 4) В зимнее время вывозить скот в страны южного полушария (Австралия, Новая Зеландия, Южная Америка, острова в Тихом океане и другие, за исключением Антарктики) для выгуливания на местных пастбищах, с целью укрепления коровьего здоровья, повышения иммунитета, накопления жировых запасов и увеличения мышечной массы. Такие поездки необходимы также для обмена опытом с местным скотом, для создания интернациональных семейных союзов и возрастания генетического разнообразия крупного рогатого скота; 5) Повысить не только качество скотской жизни, но и её продолжительность, с этой целью обеспечить более ранний выход домашнего скота на пенсию, с сохранением тех же условий содержания.
         Как и подобает министру, товарищ Кобач с огромным интересом выслушал предложения пастуха и заверил его, что они в ближайшее время непременно будут изучены специалистами министерства сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края. Этот ответ вполне устроил Васька, и он изъявил готовность вернуться на свою историческую родину вместе с приданным ему стадом. Министр отдал необходимые распоряжения, в течение пары часов были поданы два КАМАЗа, оборудованных для перевозки как коров, так и быков. Стадо благополучно погрузили в них, снабдив его сеном-соломой. Ваську предложили почётное место пассажира в головной машине, но он решительно отказался, заявив, что ни за что не покинет своё стадо, пока не вернёт его в целости и сохранности хозяевам. Он  разместился на сене в кузове головной машины. В сопровождении двух автомобилей ГИБДД с проблесковыми маячками колонна двинулась в сторону Орлиного хвоста. Обратный путь занял гораздо меньше времени: уже к вечеру следующего дня колонна въехала в село.
         Всё это время, пока стадо безвестно отсутствовало, орлинохвостинцы занимались его поисками в близлежащих горах и лесах, в результате чего без вести пропали две группы поисковиков, состоявших из местных мужиков. В селе оставались только женщины, дети и старики. По случаю благополучного возвращения в родные пенаты 11-ти коров и одного быка был устроен сельский праздник, а перед зданием сельсовета соорудили временный памятный фанерный знак, на котором было написано: «На этом месте будет водружён памятник, посвящённый счастливому возвращению сельского стада крупного рогатого скота на свою историческую родину после длительного, долгого и трудного путешествия в краевую столицу, город Краснодар, состоявшегося под предводительством пастуха Василия Ивановича Шумейко с 12 июня по 15 августа 2024 г.»