Великий Лотос. Женский роман-55

Глава 55.

:Сугробы Урала.


Он родился в маленьком городке где-то посередине страны, куда мать после института приехала рожать. Маленький городок — это где-то двести тысяч населения, или триста, а может, пятьсот или даже миллион. Но городок точно был маленьким, потому что все остальные города, в которых он потом жил, были куда больше. Или меньше. Но этот был точно маленьким. Через город протекали сразу две реки. Одна имела красивое название на языке, которого он не знал, а вторая, кажется, русское, и оно было связано с рыбой. Рыба эта давно в реке не водилась, поскольку вымерла сразу после Революции, а вместо неё в воде поселились кирпичи, разбитые бутылки, проткнутые камеры для шин и тележки из магазина. Хотя нет… это опять ложные воспоминания. Никаких тележек в воде не было, так как тогда вообще не было тележек в магазинах — их только-только начали внедрять в некоторых городах европейской части страны. Летом было очень жарко, и они с бабушкой или дедушкой ходили на реку с нерусским названием купаться или смотреть на стрекоз, которых в воздухе было несчитано много. Весной уже вторая река (с русским названием) сильно разливалась и топила сразу половину города. Зимой выпадал снег, который засыпал деревянные дома по самую крышу, и с них можно было кататься на санках. Что было осенью, он не помнил. Кажется, осени тогда тоже не было, как и тележек. Да, точно. Тогда были только три времени года: лето, за ним шла зима, а потом сразу — весна с золотыми листьями и кострами. Примерно так. Дедушка с бабушкой сильно его любили. И дедушка показывал ему своё ружьё, привезённое из покорённой Германии, а бабушка кормила помидорами. В дворе постоянно находилась собака, которую звали Carolus Rex Francorum. Хотя дедушка называл её просто Charlemagne, то есть — Шарлемань. Этот шар на самом деле был, скорее, кубом. И, проходя мимо него, он каждый раз перебирал в голове варианты решения задачи на построение куба, равного по объёму шару, о которой тогда много думал. Дедушка замечал это и спрашивал: “Опять о квадратуре круга думаешь?“ Чтобы запутать его, он отвечал: “Нет, о шаре“ (хотя это были, конечно, аналогичные задачи, и дедушку такой ерундой было не запутать). Старик только улыбался и уходил чистить ружьё или чинить подсадных деревянных уток для охоты и свистеть в манок. По вечерам они пели итальянские арии при работающем без звука телевизоре, по которому шла программа “Время“. Дикторы Игорь Кириллов и Анна Шатилова рассказывали об урановом кризисе в мировой атомной промышленности. Само название “Время“ напоминало о том, что всё происходящее ненастоящее, поскольку никакого времени не существовало. Как не существовало и массы. Но без времени нельзя было получить ускорение, а без ускорения и массы — силу.
Мысли об этом наводили на поющих такую грусть, что после слов “Ah! ridi, Pagliaccio, sul tuo amore infranto!“ бабушка падала в слезах на подушку, а потом уходила во двор и надолго запиралась в деревянном туалете, где стены были оклеены иностранными газетами и фотографиями актрис и дипломатов с каких-то приёмов. Увидев незакрытую дверь, Шарлемань снимала ошейник, к которому крепилась длинная ржавая цепь, заходила в дом и садилась напротив дедушки. Она пила оставшийся в чашке бабушкин чай с сахаром вприкуску и смотрела ему в глаза. Дедушка молчал и раскачивался на стуле. Потом он обычно говорил: “Ну что я могу сделать? Поставь себя на моё место“. Собака вздыхала и уходила во двор, где снова цепляла к ошейнику привязь и ложилась в будке, гонять блох. Если дело было летом, то по улицам как раз гнали коров. Телефона в доме не было. Дедушка не хотел, чтобы его беспокоили звонками, и просил, случись что, сразу присылать машину. Но он был на пенсии, поэтому машину лет десять уже никто не присылал. Ярко светила Луна. Крыша дома, покрытая красным метеоритным железом, отражала свет. Город назывался — СТЕРЛИТАМАК!


Продолжение: http://proza.ru/2026/03/20/2130


Начало: http://proza.ru/2025/12/26/73