Космический сад - продолжение...

**VII.**

Марсианский свет в саду вечных лет
Не кровав, как закат над Невою,тает след,
Но прозрачен, как девы хрустальной обет,
Серебристо-зеленой травою побед
Он ложится на камни из лунных пород,
Где ручьи из туманности Андромеды
Навевают забвенье и сладкий дурмана свет.

Там, где гравий из мелких комет,
Под ногой не хрустит, но мерцает,
Тот марсианский покой обнимает
Всё, что было, и то, чего нет.
Он струится сквозь листья эфирных берез,
Что посажены были Творцом меж грёз
В день, когда он из хаоса роз
Созидал этот мир под венцом слёз.

**VIII.**

И Владимир, сходя по тропе млечной пыли,
Ощутил на губах этот привкус чужой.
Здесь его никогда не любили,
Здесь он вечности был лишь помехой простой.
Но марсианский свет, он пронзает до дрожи,
Он не греет, как солнце в родном октябре,
Он как отзвук войны на далекой заре,
Где стояли в строю и боги, из плоти и кожи.

И мерещится юноше: в ветвях сапфирных,
Меж кустов астероидной дикой поросли,
Силуэт, столь знакомый в мирах эфирных,
Тот, кого он искал средь вселенской пыли.
То не дева земная — то Муза иная,
Та, чьи очи — системы двойных звезд,
Улыбаясь, глядит, никого не карая,
И ведет межпланетный свой мост.

**IX.**

«Ты зачем здесь, страдалец? — так молвит она,
И в голосе — гул пустоты. —
Здесь моя сторона, здесь царит тишина,
Здесь не знают земной суеты.
Посмотри: этот свет, что зовешь ты марсианским,
Он есть память о том, что прошло.
Он над садом встает обелиском гигантским,
Но в душе твоей пусто и зло».

И Владимир, внимая нездешнему гласу,
Прозревает вдруг истину, ставшую ясной:
Что нельзя принести свою смертную страсть
В этот сад, где всё вечно и страстно.
Что марсианский свет — лишь иллюзия, тень
От пожаров земных и сражений,
Что и в космосе длится всё тот же день,
День великих земных откровений.

**X.**

Он уходит. Мерцает тропа под ногой,
Уводя его прочь от кристальных оград.
И над самой дальней, пустой планетой
Зажигается тихо закат.
Не марсианский, не алый — простой,
Тот, что светит над бедной, но милой Землей.
И в саду вечных лет, где царит тишина,
Вновь марсианский свет, как струна,
Одиноко звенит в серебре...
Чтоб напомнить пришельцам на утренней зоре,
Что и в райской, небесной восторге
Не забыть им о грешной земле.