Бумажные кораблики

 

       В старом дворе между пятиэтажками росли три раскидистые берёзы, они были такие высокие, что верхушки их терялись где-то за карнизами.

       Под ними стояла старая скамейка, вся в царапинах от ножей и надписях «здесь был…», это было место, где всё и началось.

       Апрельским днем, когда снег уже почти растаял, оставив лишь серые островки в тени домов, а на деревьях набухали почки, Тимофей впервые заметил новенькую девочку.

       Тимофею было девять лет. Он не любил шумных игр, зато обожал мастерить, вырезать фигурки из картона, склеивать  домики, и делать кораблики из бумаги.

       В этот день он сидел на скамейке под березами и старательно складывал  бумажный кораблик. Легкий ветерок шевелил его волосы и норовил унести недоделанное суденышко.

       Воздух пах талой землей и первыми подснежниками. Вдоль бордюра виднелась пробивающаяся зеленая порось.

       Когда Тимофей пытался сложить парус для кораблика — бумага всё время рвалась по сгибу, и он злился, кусал губу, пока не услышал:

       —      Как красиво получается, — раздался голос рядом.

       Тимофей поднял глаза. Рядом стояла девочка — новенькая из соседнего дома. Косы у неё были неровно заплетены, одна чуть распустилась, а на коленке красовалась свежая ссадина, но уже подсохшая, с корочкой.

       Ей тоже было девять лет, но она казалась старше, толи из - за серьезного взгляда, толи из - за того, что в руках она держала книжку, она была толстой, с потрёпанной обложкой.

       —      Хочешь, научу? — неожиданно для себя предложил Тимофей.
Сам удивился — обычно он ни с кем не делился своими поделками.

       Девочка села рядом, положила книжку на скамейку.

       —      Меня зовут Лиза, — сказала она тихо.

       -      А меня Тимофей, - разглядывая Лизу сказал мальчик.

       Он показал, как сгибать бумагу, где делать складки. Её пальцы поначалу двигались неуверенно, постоянно мялись уголки...

       Но уже через несколько минут у неё получился свой кораблик — немного кривой, с одним парусом покосившимся, но похожий, как у Тимофея.

       —      Куда его теперь? — Лиза подняла глаза, и Тимофей вдруг заметил, какие они у неё тёмные, почти чёрные глаза.

       —      В ручей, конечно! — он вскочил, схватил свой кораблик. — Пошли, я покажу!

       Они обошли дом. Там, за углом, после дождей всегда оставалась большая лужа, из которой вытекал ручей и тянулся вдоль дома тоненький, но казался живым, он журчал, огибая камни, и в нём даже плавали какие-то травинки.

       Вода в луже блестела на солнце, отражая небо, а вдоль ее берегов, уже зеленела первая трава, такая яркая, что резало глаза.

       Они опустили лодочки на воду. Те покачивались, на маленьких волнах, а потом, подхваченные ветерком, поплыли,  сначала медленно, потом быстрее, уносясь к повороту ручья.

       —      Мой поплывёт до самого моря, — уверенно сказала Лиза.

       —      А мой — до другого континента, — подхватил Тимофей.

       Вдруг Лиза схватилась за голову:

       —      Ой! Меня мама потеряет. Я вышла всего на минуточку!

       —      Ну приходи завтра тогда, — проговорил Тимофей.
—      Договорились, — она протянула руку. Рукопожатие у неё было крепкое, как у мальчишки. — Будем запускать кораблики каждый день.

       Так начались их «корабельные дни».

       Каждый вечер они встречались у берёз. Кораблики становились всё сложнее: с парусами из фантиков от конфет, с мачтами из спичек, и с нарисованными флагами. 

       Это Лиза однажды раскрасила их акварелью, и получилось так красиво, что Тимофей долго не решался пустить кораблик в воду.

       В конце апреле, когда деревья покрылись молодой листвой, а воздух наполнился ароматом цветущих вишен,  к ним присоединялись другие дети.
 
       В мае, когда стало по-настоящему тепло, они стали устраивать целые флотилии. Десять, пятнадцать корабликов одновременно плыли по ручью, обгоняя друг друга, а над водой кружили первые бабочки — белые и жёлтые, и напоминали маленькие паруса.

       Однажды Лиза не пришла.

       Тимофей прождал час, потом пошёл к её дому. В окне на втором этаже горел свет. Он поднялся и позвонил. Дверь открыла её мама с красными глазами.

       —      Лиза в больнице, — тихо сказала она. — У неё воспаление лёгких.

       Тимофей вернулся домой. В груди было тяжело, будто кто-то положил туда камень. Он сел за стол, взял бумагу и начал складывать кораблик.

       На улице тем временем начинало вечереть. Последние лучи солнца позолотили верхушки деревьев, и быстро спрятались за горизонт. Небо сразу почернело, и  в воздухе закружились первые капли дождя, и попадая на подоконник, оставляли тёмные пятна.

       Тимофей сопя, работал при свете настольной лампы, аккуратно сгибал бумагу, он сейчас  делал самый большой и красивый кораблик, с алыми парусами из конфетной обёртки.

       На следующий день он пришёл к окну палаты, где лежала Лиза. Поднял свой кораблик, прижал его к стеклу.

       Лиза увидела, улыбнулась и вытащила из тумбочки свой кораблик,  тот, что сложила в первый день. Она прижала его к стеклу, с другой стороны, и они вместе стали их двигать вперед, будто они плыли рядом.

       Через неделю Лиза вернулась во двор.

       —      Знаешь, — сказала она, когда они опустили кораблики в ручей, и удобно устроились на скамейке. — Я поняла одну вещь.

       —      Какую?

       —      Кораблики не доплывают до моря сами. Им нужен кто-то, кто будет смотреть, как они плывут. Кто будет верить, что они доберутся.

       Тимофей помолчал, потом кивнул:

       —      Значит, мы будем смотреть вместе.
    
       Они запустили еще два кораблика, один в сторону моря, другой в сторону далекого континент. Они покачивались на воде, и медленно стали удалятся,  дети смотрели им вслед, не говоря ни слова.

       Но в этом молчании было что-то новое, это понимание, что некоторые путешествия лучше совершать вместе.

       Прошёл год.

       Тимофей стоял у окна своей комнаты и смотрел во двор. Раннее июньское солнце заливало всё тёплым светом.

       Берёзы шелестели молодой листвой, переливающейся изумрудными оттенками, а на клумбах у подъезда полыхали первые тюльпаны — алые, жёлтые, розовые, словно маленькие костры.

       Малыши под берёзами что-то мастерили из цветной бумаги — похоже, традиция жила.

       Тимофей невольно улыбнулся, но тут же вздохнул. В прошлом июне всё было иначе: тогда они с Лизой строили «Мечту - Дружбы», а осенью она вдруг сообщила, что её семья переезжает в другой город, ее папа получил новую работу.

       Перед отъездом Лиза долго стояла у скамейки под берёзами, гладила шершавую кору дерева, будто прощалась с другом.

       —      Мы же будем переписываться? И созваниваться? — спросил Тимофей.

       —      Конечно! — Лиза старалась говорить бодро, но в глазах стояли слёзы. — А на летние каникулы я обязательно приеду. К бабушке. Она живёт тут неподалёку, в старом доме на Калинина. Я буду гостить у неё всё лето! Мы снова запустим кораблики, обещаю!

       —      Договорились, — он протянул ей маленький бумажный кораблик, который сложил специально для неё. — Пусть он напоминает тебе о нашем дворе.

       —      А я вытащу  новые поделки из интернета, — улыбнулась Лиза, пряча кораблик в карман. — И покажу, как складывать журавликов!...

       В кармане завибрировал телефон. Сообщение от Лизы:


       «Приехала! Уже у бабушки. Она напекла моих любимых пирожков с вишней. Встретимся у берёз через полчаса?»

       Сердце ёкнуло. Она сдержала обещание. Тимофей даже не заметил, как заулыбался во весь рот. Лиза обещала приехать на летние каникулы — и вот она здесь.

       Тимофей сбежал по лестнице, чуть не споткнувшись на последней ступеньке. Лиза уже ждала его, прислонившись к стволу берёзы.
 
       В руках она держала знакомую картонную коробку — ту самую, в которой раньше хранились их материалы для корабликов.

       —      Привезла пополнение для флота, — подмигнула она, открывая крышку.
Внутри лежали кораблики, но совсем другие — более сложные, с несколькими парусами, с крошечными флагами на мачтах. Один даже был с нарисованной пушкой на борту. 

       -     В новой школе я познакомилась с парнем, который учится собирать кораблики по японским схемам. Вот, попробовала повторить.

       —     Вау! — Тимофей достал один кораблик, покрутил в руках, провёл пальцем по аккуратному сгибу. — Это же почти как настоящие фрегаты!

       —      Можем устроить соревнование, — предложила Лиза. — Кто из фрегатов доплывёт до середины лужи, или до другого берега  первым?

       —      А если ветер не в ту сторону? — усмехнулся Тимофей.

       —      Значит, придумаем правила для штиля и шторма, --- она рассмеялась, и её косичка качнулась. — Как раньше.

       Они устроились на скамейке и принялись раскладывать кораблики.

       Тёплый ветерок шевелил волосы, где-то в ветвях заливался соловей, а над головой плыли лёгкие облака, похожие на те же бумажные кораблики.

       К ним тут же подтянулись соседские ребята — Саша, Дима и пара новеньких мальчишек.

       —      Ого, какие красавцы! — восхитился Саша. Он осторожно потрогал парус одного кораблика. — Это вы сами сделали?

       —      Частично, — Лиза передала ему один кораблик. — Хочешь научиться?

       —      Конечно! — Саша заулыбался так широко, что стало видно щербинку между передними зубами.

       Через полчаса вся компания сидела на траве, складывая бумагу под руководством Лизы.

       Тимофей тем временем рисовал на большом листе ватмана трассу для регаты: стартовая линия у скамейки, поворот у куста сирени (от него уже шёл тонкий, сладковатый аромат), а финиш — у старого пня, поросшего мхом.

       —      Итак, — Лиза подняла руку, привлекая внимание. — Правила простые: запускаем кораблики одновременно, следим, чтобы никто не толкал чужой корабль. Если застрял — можно аккуратно подтолкнуть палочкой. Победителю — звание «Адмирала ручья» и право выбрать следующее приключение.

       —      А какое будет приключение? — спросил один из новеньких, Миша.

       Он был самый маленький, с веснушками на носу и вечно испачканными руками.

       —      Пока секрет, — подмигнул Тимофей. — Но обещаю, будет интересно.

       Кораблики поплыли. Ветер подхватил пару парусов, играя с цветными фантиками, остальные пришлось аккуратно направлять палочками. Напряжение нарастало — два корабля нос к носу шли к финишной черте.

       —      Давай, синий! — кричал Саша, наклоняясь так низко, что чуть не упал в ручей.

       —      Красный, вперёд! — подбадривал Дима, хлопая в ладоши.

       В итоге победил кораблик Миши — тот самый, что он сделал сам, немного неровный, но упорный. Мальчик захлопал в ладоши, а Лиза торжественно возложила ему на голову венок из одуванчиков, который успела сплести, пока кораблики плыли.

       —      Адмирал Миша! — провозгласила она. — Какое будет ваше первое распоряжение?

       Миша на секунду задумался, почесал затылок, оглядел ручей, берёзы, друзей рядом.

       —      Хочу, чтобы мы сделали большой корабль! Огромный! Чтобы все поместились.

       Ребята переглянулись. Идея зацепила.

       Следующие несколько дней они собирали материалы: кто-то от родителей принес большой лист картона, раздобыли скотч, фольгу, краски.

       Работали всей командой — кто-то вырезал детали, кто-то рисовал узоры, кто-то укреплял борта. День выдался жарким, даже в тени берёз было душно.

       Капли пота стекали по лицам, но никто не жаловался — все были увлечены делом. Над головой кружили ласточки, ныряя в синеву неба, а в траве стрекотали кузнечики.

       —      Он должен быть крепким, — наставлял Тимофей, приматывая мачту скотчем. — Вдруг поплывёт дальше ручья?

       —      Тогда надо дать ему имя, — предложила Лиза, аккуратно приклеивая флаг.

       —      «Надежда»! — выкрикнул Миша.

       —      «Мечта», — добавил Саша.

       —      «Дружба», — тихо сказал Дима.

       —      Пусть будет «Мечта - Дружбы», — предложила Лиза. — Мы с Тимофеем как -то хотели так назвать. И пусть он везёт наши желания.

       Когда корабль был готов, он был огромный, с тремя мачтами и разноцветными парусами, они отнесли его к луже.

       Вода в ней заметно поднялась после вчерашнего дождя, и ее потоки неслись быстрее, весело журчала, огибая камни.

       По берегам цвела бледно-розовая таволга, наполняя воздух медовым ароматом, а над водой кружили стрекозы, словно проверяя, готов ли красивый корабль к путешествию.

       —      Готовы? — спросил Тимофей, поправляя последний парус.

       Все кивнули, затаив дыхание.

       Они опустили «Мечту - Дружбы» на воду. Корабль покачнулся, выровнялся и медленно поплыл вниз по течению, разворачивая паруса навстречу ветру. Ребята бежали вдоль берега, смеялись, кричали напутствия.

       —      Смотрите! — Лиза указала вперёд. — Он огибает тот камень, как мы и планировали!

       —      А теперь берёт курс к мосту! — подхватил Саша.

       Судно проплыло под старым деревянным мостом, миновал поворот и скрылся из виду за кустами. Ребята остановились, переводя дух.

       Над ручьём кружили стрекозы, в траве стрекотали кузнечики, а в вышине парил коршун, распластав крылья в тёплом летнем небе.

       Солнце пригревало так, что можно было снять футболки и сидеть прямо на траве, болтая ногами.

       —      Куда он теперь? — спросил Миша, вытирая пот со лба.

       —      Туда, где исполняются мечты, — улыбнулась Лиза. — Жалеть его не надо. Ведь мы  можем построить новый. Ещё лучше.

       —      И устроить кругосветку! — загорелся Тимофей. — По всему району!

       —      Да! — поддержали остальные.

       Они повернулись и пошли обратно к скамейке — обсуждать планы, делиться идеями, строить новые корабли.

       Солнце пригревало, в воздухе пахло нагретой травой и далёким дымом от мангала.

       Где-то за домами громко рассмеялись девчонки, а из открытого окна доносилась старая песня про море.

       Август выдался жарким и сухим. Ручей почти пересох, оставив лишь узкие полоски воды между камней. Берёзы поникли листьями, а трава пожелтела, шурша под ногами, как старая бумага.

       —      Что будем делать? — вздохнул Миша, пиная сухой листок. — Кораблики не поплывут…

       —      А мы их не пустим по воде, — предложила Лиза. — Мы устроим «Воздушную регату»!

       —      Как это? — не понял Дима.
   
       —      Запустим кораблики с крыши сарая! Пусть летят, как птицы.

       Идея всем понравилась. Они поднялись на невысокий сарай за детской площадкой. Ветер, который почти не чувствовался внизу, здесь гулял свободно, шевеля одежду детей и загибая края бумажных парусов.

       —      На старт, внимание… — Лиза подняла руку. — Пуск !

       Кораблики полетели вниз, кувыркались, кружились, планировали, ловили потоки воздуха. Один, самый лёгкий, взмыл выше, будто решил долететь до облаков.

       —      Мой добрался до куста сирени! — закричал Саша, указывая на кораблик, застрявший в ветках.

       —      А мой застрял на крыше гаража! — засмеялся Дима.

       —      Смотрите, — Тимофей указал на кораблик Лизы. Тот плавно опустился прямо на скамейку под берёзами. — Знак судьбы. Он вернулся домой.

       Лиза подбежала, подняла его, разгладила помятые паруса.

       —      Значит, будем запускать отсюда каждую неделю, — решила она. — Пока не похолодает.

       Осень раскрасила двор в золотые и багряные тона. Листья кружились в воздухе, шуршали под ногами, скапливались вдоль бордюров, образуя пёстрые ковры.

       Ручей снова наполнился водой после дождей, но теперь она была холодной, а ветер — резким, пронизывающим.

       Не смотря на погоду, ребята всё равно приходили к берёзам. Теперь они не запускали кораблики, а устраивали «Порт находок»: собирали интересные вещицы — гладкие камешки, необычные веточки, разноцветные листья — и складывали их в старую жестяную коробку.

       —      Это наш музей, — торжественно объявил Тимофей, кладя в коробку особенно красивый кленовый лист. — Здесь всё, что подарил нам двор за это лето.

       —      А зимой будем вспоминать, как строили «Мечту - Дружбы», — добавила Лиза, поправляя шапку, так как стало уже прохладно.

       —      И как запускали кораблики с крыши! — подхватил Миша, подкидывая в воздух сухой лист. — Помните, как мой застрял на гараже? Я потом целую вечность его оттуда снимал!

       —      Зато потом мы его починили и пустили по ручью, — улыбнулась Лиза. — Он ещё три раза до финиша доплывал.

       Дима поднял с земли особенно яркий кленовый лист — багряный с жёлтой каймой.

       —      Смотрите, какой красивый! Как настоящий парус.

       —      Точно! — Тимофей взял лист, положил на ладонь. — Давайте сделаем осеннюю флотилию — из листьев!

       Предложение всем понравилась. Они разбрелись по двору, выбирая самые яркие листья — красные, золотые, оранжевые, пёстрые. Кто-то нашёл длинную травинку и привязал её к черешку, чтобы получился «якорь».

       —     У меня будет корабль-клён! — объявил Миша, аккуратно опуская свой лист на воду. — Пусть плывёт к тёплым странам.

       —      А у меня  корабль-дуб, — сказал Дима, запуская тёмно-коричневый лист с резными краями. — Он самый крепкий, выдержит любой шторм!

       Лиза выбрала большой жёлтый лист берёзы, почти прозрачный на солнце.

       —      Это корабль-мечта, — прошептала она. — Пусть везёт наши осенние желания.

       Тимофей опустил на воду лист рябины — ярко-красный, как сигнальный флаг.

       Они стояли и смотрели, как листья медленно плывут по течению, кружатся у камней, покачиваются на маленьких волнах. Некоторые переворачивались, показывая изнанку, другие скользили ровно, будто знали дорогу.

       —      Здорово, — тихо сказал Миша. — Даже лучше, чем бумажные. Они такие… настоящие.

       Холодало. Утром лужи покрывались тонкой корочкой льда, а дыхание вырывалось белыми облачками. Однажды ребята пришли к берёзам и увидели, что скамейка припорошена снегом.

       Первый снег, мелкий, колючий, он падал с серого неба, и таял на ладонях.

       —      Пора делать перерыв, — вздохнула Лиза, отряхивая снег со скамейки. — До весны.

       —      Но мы же будем видеться? — встревожился Миша. Он стоял, засунув руки в карманы, ёжился от холода, а снежинки оседали на его рыжих ресницах.

       —      Конечно! — Тимофей хлопнул его по плечу. — Зимой будем лепить снежных корабликов. А ещё — рисовать карты новых путешествий.

       —      И придумывать названия для будущих кораблей, — добавила Лиза, ловя на ладонь снежинку. — У меня уже есть идея: «Зимний бриз».

       —      «Снежная волна»! — подхватил Дима.

       —      «Морозный парус»! — выпалил Миша.

       Ребята засмеялись, и их смех звонко разнёсся по двору. Где-то в глубине двора заливисто смеялись дети, а над крышей дома кружили голуби, то взмывая вверх, то опускаясь на карнизы.

       —      Договорились, — сказал Саша. — Весной встречаемся здесь же. С новыми идеями.

       —      И с новыми кораблями, — добавил Дима, пиная снежную кучу, из которой брызнули белые хлопья.

       Лиза подняла голову к небу, протянула руку, ловя снежинки.

       —      Они похожи на маленькие паруса, — прошептала она.

       —      Значит, зима тоже умеет играть в кораблики, — улыбнулся Тимофей. — Просто по-своему.

       Они пошли прочь от берёз, оставляя на снегу следы. А снежинка, опустившаяся на пустую скамейку, действительно напоминала крошечный парус.

       На следующий день выпал настоящий снег — пушистый, глубокий. Ребята собрались во дворе и принялись лепить кораблики из снега.

       Получались они неровные, но весёлые — с мачтами из веточек, с парусами из цветной бумаги, которую Лиза заранее припасла.

       —      Этот будет «Северный ветер», — гордо объявил Миша, ставя на вершину снежного корпуса флажок из фантика.

       —      А этот — «Зимняя сказка», — сказала Лиза, украшая борта снежинками из фольги.

       —      Отлично, — Тимофей отступил на шаг, любуясь флотилией. — Теперь надо найти место для плавания.

       —      Во дворе нельзя, — вздохнул Дима. — Тут всё замёрзло.

       —      Зато есть горка! — сообразил Саша. — Пустим кораблики с горки — это будет наше зимнее море!

       Так и сделали. Они выстроили снежные кораблики на вершине горки, встали рядом.

       —      На старт, внимание… — Лиза подняла руку. — Марш!

       Кораблики покатились вниз, один кувыркался, один скользил ровно, один развалился на ходу. Ребята бежали следом, смеялись, подбадривали свои корабли.

       —      Мой доехал до самого низа! — торжествовал Миша.

       —      А мой перевернулся, но не сломался! — обрадовался Дима.

       —      Значит, выдержал испытание, — подытожил Тимофей. — Настоящий морской волк!

       Лиза огляделась вокруг. Двор был весь в снегу, берёзы стояли, укутанные белыми шапками, а солнце, хоть и не грело, зато искрилось на снежных кристаллах всеми цветами радуги.

       —      Знаете что? — сказала она. — Мы можем играть в кораблики в любое время года. Просто по-разному.

       —      Точно, — согласился Тимофей. — Главное — чтобы было с кем.

       День выдался морозным и солнечным. Снег скрипел под ногами, а воздух был таким прозрачным, что казалось, можно было разглядеть каждую снежинку в полете.

       Ребята собрались у берез, где стояла старая скамейка, на которой еще виднелись царапины от ножей, и полустертые надписи  прошлых лет.
 
       Лиза стояла чуть в стороне, теребила край варежки. Ее дыхание вырывалось белыми облачками, а на щеках играл румянец от холода.

       Тимофей заметил, что она как-то особенно долго застегивала куртку, будто тянула время
    

       -     Ребята, наконец сказала она, и ее голос прозвучал чуть тише обычного. У меня новости.

       Все обернулись. Миша перестал лепить снежок, Саша опустил
       -     Бабушка вчера забрала мои документы из школы, -продолжила Лиза, глядя на Тимофея. - Через два дны приедет мама, и мы уезжаем обратно в другой город.

      
       -      Но..., - Миша нахмурил брови, - мы же договорились встречаться весной! Ты же обещала!

       -     Я помню, девочка улыбнулась, но ее улыбка вышла немного дрожащей. - И я не нарушу обещания. Просто не в этом году. Но я буду помнить каждые наши состязания, каждый кораблик, и каждую минуту которую была с вами... 

             
       Особенно то, как мы строили «Мечту - Дружбы». Это было самое настоящее приключение. И самое важное для меня...

       Тимофей кивнул, сглотнул комок в горле, и громко сказал, чтоб все слышали:     
 
       -     Значит, будем писать письма. И звонить. И присылать фотографии новых корабликов. А летом снова встретимся. Правда?
 
       -     Правда, - кивнула Лиза. -  Я буду присылать новые схемы корабликов...
      
       —      А мы тут будем строить «Мечту Дружбы-2», — подхватил Саша. — Чтобы к твоему приезду был готов целый флот!

       -      И осеннюю флотилию из листьев, - добавил Дима. - Ты же научила нас, как это делать.      

       -      И снежных корабликов налепим, - улыбнулся Миша. - Много-много. Чтобы хватило на всю зиму.

        Лиза рассмеялась, и на глазах у нее заблестели слезы, но она быстро смахнула их варежкой.      

       -     Договорились, - сказала она. - А пока... давайте запустим наш последний зимний кораблик! В память о нашей дружбе, о нашем дворе, о ручье, о скамейке... Чтоб все исполнилось в следующем году.

                 кораблик на вершину горки.

       —      На старт, внимание… — она подняла руку.

       —     Марш! — хором крикнули ребята.

       Кораблик покатился вниз, кувыркнулся, но не развалился — докатился до самого низа и остановился у старого пня.

       -     Выдержал! - обрадовался Миша. - Значит и обещания исполнятся.
   
       Лиза подошла к Тимофею, протянула ему руку:
   
       -     Спасибо, - шепнула она. - За все. За кораблики. За дружбу, за то, что ты был рядом.

       Тимофей пожал ей руку, крепко, по-дружески, но в этом пожатии было что-то на много больше, чем просто дружба.

       —      Мы будем ждать тебя, — сказал он вслух. — Всегда.
 
       Они все взялись за руки и закружились на снегу, поднимая брызги белых хлопьев.

        А где-то глубоко под снегом уже ждали своего часа первые весенние ручьи, готовые снова нести бумажные кораблики к далеким берегам.
 
     Ведь настоящие приключения не заканчиваются, они просто ждут своего продолжения.