Несерьезные заметки

                Алексей Валерьянов
                НЕСЕРЬЕЗНЫЕ ЗАМЕТКИ
Эти коротенькие истории  написаны с единственной целью - развлечь друзей  маленькими курьезами, произошедшими в реальной жизни. 

                НЕИЗГЛАДИМЫЙ СЛЕД
Казалось бы, я не имею и никогда не имел к кинематографии никакого отношения, однако  все же сумел когда-то давно оставить свой, персональный, "неизгладимый след" в истории отечественного кино.  Даже, вернее, не я, а моя вещица, без которой образ одного из персонажей  любимого фильма  стал бы, по мнению режиссера, менее выразительным.
Шутка, конечно, если кто не понял. Но история такова.
Уже более полувека фильм «Иван Васильевич меняет профессию»  с неизменным успехом идет на телеэкранах, особенно под Новый год и другие праздники. Культовая кинолента, созданная режиссёром Леонидом Гайдаем по мотивам пьесы Михаила Булгакова «Иван Васильевич», сразу стала лидером советского кинопроката 1973 года – 60 миллионов зрителей.
Когда шли съемки кинофильма,   мне неожиданно позвонил Толя,  помощник кинорежиссера. В киностудии он занимался  всякими хозяйственными  и организационными вопросами, связанными со съемкой. По телефону приятель не сообщил о сути проблемы, лишь, заикаясь,  с  паническими нотками в голосе заявил, что дело  «ужасно срочное» и якобы только я смогу его спасти. 
 Толя ворвался в дом с выпученными, как у морского окуня глазами и сразу, не переводя дыхание, стал  клянчить на время мой  личный значок "Мастер спорта СССР."  По замыслу создателя фильма,  знак необходим  для завершения внешнего облика Леонида Куравлева в роли вора-рецидивиста  "Милославского."
Скулил, мол, если не добудет атрибут, режиссер сурово покарает, а уж без премии точно оставит.  С мэтром шутки плохи. Другой кандидатуры, у которой можно было бы срочно  выцыганить такой знак, в орбите знакомых Анатолия не нашлось.
Последовали  клятвенные обещания возвратить одолженное в ближайшее время. Зажав в кулаке  вожделенную добычу, Толя, радостно стуча каблуками,  умчался к своему строгому режиссеру.
 Вскоре я  с грустью убедился в том, что  простился со значком мастера спорта навсегда.  Неведомым образом он бесследно исчез, видимо, кому-то  оказался нужнее. Немного  жаль, все-таки воспоминание о спортивной молодости, но, как говорится, что упало, то пропало.
Толя поначалу что-то мычал в оправдание, вроде бы на съемках в павильоне  забыли, потеряли,  ищут, вот-вот найдут, почти нашли, а потом и мычать  ему стало невмоготу, а мне выслушивать надоевшие глуповатые оправдания.
С тех пор миновали  долгие десятилетия, и, время от времени  на телеэкране лицезрею свой значок  на лацкане куртки Куравлева-«Милославского», когда  тот звонит из телефона-автомата.  И считаю этот эпизод, в шутку, конечно,  своим «весомым» вкладом в создание культового фильма.   
Впоследствии  друзья раздобыли аналогичный знак  и преподнесли на день рождения, причем выгравировали  номер, что был и на пропавшем, и на  удостоверении мастера спорта, которое тогда, к счастью,  ни Толе, ни Куравлеву не потребовалось... Так что конец истории счастливый, в итоге все обошлось без потерь.  И, самое главное,  «Милославского»  полностью экипировали, как и замышлял режиссер.

                ОПЕРЕТОЧНЫЙ ПЕРСОНАЖ

Я ненароком  "вляпался" в оперетту. Случилось это давным-давно, когда я, молодой и холостой обладатель собственного жилья, пустил по просьбе родственницы временно  пожить  ее знакомого писателя-драматурга. Анатолий недавно развелся, и в одночасье оказался бездомным.
 Так у меня появился «личный драматург», или, как я его дружески называл, «народный исказитель».  Поскольку ни кота, ни собачки у меня на тот момент не было, драматургу  была уготована участь на время  стать моим «домашним любимцем». Жили мы мирно и даже весело, хлопот  хозяину гость не доставлял. 
Писатель как-то ненароком пошутил, что в благодарность за пристанище сделает меня героем  будущей  оперетты о жизни колхозников. Мы посмеялись, и на этом дело, казалось, закончилось, не начавшись.
 Вскоре он от меня съехал, и я, естественно, об этом дурацком обещании забыл. А  через пару лет  мы с женой случайно проходили мимо Московского театра оперетты и решили взглянуть на репертуар. И первое, что бросилось в глаза -  афиша:  Оперетта «Золотые ключи».
Подойдя ближе,  углядел  фамилию автора, моего  «личного» драматурга Анатолия. Ниже на той же афише - фото главного персонажа и подпись под ним: Алеша. И фамилию,   негодяй,  мою настоящую прицепил этому  «Чучундрику»  и поместил на всеобщее обозрение – на афишу и программку спектакля.
  Оказалось, опереточный  Алеша, созданный воспалённым воображением  автора   –  колхозный зоотехник и комсомольский вожак. А прообразом, как  ехидный писатель-фантаст и грозился,  послужил я, хотя никогда в жизни не бывал до этого в колхозе и с искренним отвращением относился ко всему, что связано с комсомольской работой.
Хочешь-не хочешь, пришлось прообразу-«персонажу оперетты» воочию ознакомиться с этим «шедевром».
Купили билеты, пришли на спектакль. 
Оперетта оказалась именно такой, как и ожидалось - наивная, непритязательная  история, как и полагается легкому  жанру. Что-то в духе времени – в колхозе возникла  безумная идея создать для своих ветеранов сельского хозяйства нечто вроде мини-коммунизма, торжественно вручив им символические «золотые ключи». В общем – «буря в стакане воды». Почти как в жанре «ковбойского» фильма, главное – ковбой должен быть чуть-чуть умнее своего коня.
 Голоса, особенно женские,  понравились. Да и  «мой»  комсомольский юноша оказался не безголосым. Дурковатый, правда слегка и влюбленный. Помню сцену - истошный вопль кого-то из действующих лиц – а Лешку-зоотехника за что обидели!!!! Сидя в зрительном зале, испытал  в этот момент сочувствие к опереточному тезке. Ну, прямо дуализм какой-то, раздвоение личности на сцене и в жизни.
Музыку к оперетте написал известный композитор, музыкальная легенда, он недавно отпраздновал свое столетие.  Да и мой симпатичный  сценарист-драматург, Анатолий, согласно Википедии, в которой я недавно справился о нем, успешно преодолел девяностолетний рубеж. Дай им Бог здоровья и в двадцать первом веке.
Афиша,  подаренная автором  как память об «историческом» посещении театра оперетты,  сохранилась у меня и поныне. 
Драматург создал приютившему его когда-то  приятелю забавную «рекламу».  Новость о «моем триумфальном успехе» в роли опереточного героя-влюбленного колхозника Алеши  расползлась среди  моего окружения мгновенно.  Представляете, сколько идиотских шуток пришлось выслушать на тему о колхозном зоотехнике и комсомольском вожаке!
Недавно вспомнил эту историю, поискал информацию в интернете. В театрах  оперетта не идет, а арию Алеши и дуэт  «Листопад» колхозниц - Полины и Параскевы  до сих пор поют на концертах. Очень хорош, как мне кажется,   дуэт в исполнении заслуженных артисток оперетты - Валентины Жёлудевой и Татьяны Саниной.
С голосами у дам все в ажуре, но справедливости ради надо признать,  что артистки не слишком похожи на колхозных доярок.
А дуэт « Листопад» легко при желании отыскать в интернете.

                ВИЗИТ ПЕРНАТОГО ДРУГА
                (К вопросу о птичках)
На  сайте нашего дачного поселка можно найти много  всякого разного. В частности,  в ходу рассуждения о природе, о растениях и всякой живности, обитающей на обширной территории, которая охватывает как индивидуальные владения, так и общественное достояние  – лесную и полевую часть. 
Поселковый сайт  - своеобразная «пицца» из непрерывного обмена мнениями, эмоциональных обсуждений и поиска  решений насущных проблем дачного товарищества - серьезных и не очень. В  том числе нередко заходит «разговор»  о домашних любимцах – птичках, кошечках и собачках.  Кто-то из питомцев  нашелся, кто-то потерялся, а кто-то вышел гулять без намордника и поводка, пугая встречных людей. И, естественно,  живая реакция общественности. К примеру, суровый, бескомпромиссный, призыв одной активистки:
- Собак недопустимо выпускать на общественную территорию без поводка и намордника.
– Правильно, - немедленно откликается  другая неравнодушная  дачница, -   всегда выхожу из дома на поводке и в наморднике.
Хотелось спросить - а собака как, тоже в наморднике? Но опасение за собственную жизнь и безопасность не позволило задать столь провокационный  вопрос.
Или заметки доморощенного  «орнитолога»:
У нас в поселке, среди прочих, живут дятлы обыкновенные.  Подумал -  и не только среди птиц…и не только дятлы…
Когда недавно читал эти «откровения»,  пришла на ум старая  история  про редких пернатых, обитающих в ареале нашей дачи.
И еще причина,  в связи с чем вспомнил о птичках - на Старом Арбате открылось оригинальное кафе, или как это сейчас модно называют -  «антикафе «Совиный дом». Целый день «зазывала», нанятый за небольшие деньги  и чуть загримированный под сову,  истошно-гнусавым голосом рекламирует заведение, обещая посетителям – арбатским пешеходам - незабываемые впечатления.
Разрешено не только увидеть живых сов со всего мира, но и пообщаться поближе, посадить птичку на колени, погладить и поговорить с пернатым другом «по душам».
Слушая зазывные вопли посетить совиный уголок, я не мог отделаться от мысли, что «пернатый друг» способен не только поднять настроение -  посмотреть  ласковым взором, уютно разместившись на ваших коленях, снисходительно дать себя погладить, но и нагадить от всей души на ваши колени и, может, и не только на них.  И это отнюдь не клеветническое предположение, а основано на реальных событиях, которые я вспоминал, глядя на вывеску «Совиный дом».
Случилась история лет двадцать назад. Летним утром меня разбудил телефонный звонок. Дачная охрана сообщала о нарушении сигнализации в доме и предложила срочно приехать, чтобы убедиться, что все в порядке. Внешних следов проникновения в дачу  прибывший по тревоге наряд  не обнаружил, но на всякий случай вызвали хозяев.
Первое впечатление, когда открыли дверь  – полный разгром - старый самовар, ваза, скатерть и другие предметы обихода  валялись на полу, специальная фольга на окнах – элемент сигнализации- порвана в нескольких местах. И, самое примечательное – все загажено настолько основательно, как будто дружная стая голубей выразила таким образом  негативное отношение к хозяевам дачи.
Стали искать виновника (или виновников) погрома, и гадать, каким образом  «птичка божия» проникла в помещение с закрытыми окнами и дверями. Разгадка пришла неожиданно, когда я увидел на полу котельной  упавшую заглушку от воздуховода газового котла.
 Стала понятна картина произошедшего. Птица на крыше обнаружила трубу,  уселась на нее, и, не удержав равновесия, провалилась вниз. Долетела до заглушки, выбила ее задницей и очутилась внутри. Облетела в поисках выхода из невольной ловушки  и первый, и второй этажи, исцарапав фольгу на окнах и старательно  обгадив все, что встречалось на пути. Как будто летающая корова набезобразничала.
Искали мы эту поганку часа три. Не дай Бог, помрет где-нибудь, и последствия будут печальными. В конце концов обнаружили спящую сову  на балке под самым потолком. Хорошенько побуянив, птичка с наступлением утра уселась на балку и мирно заснула.  Снизу обнаружить ее было невозможно, лишь кончик хвоста, оказавшийся в зоне видимости, выдал хулиганку.
Сова  почти не сопротивлялась и вела себя прилично, когда ее доставали из убежища. Птичка, величиной с небольшую курицу, еще до конца не проснулась.
Местный житель, которого я привлек на поиски, предложил  сделать из совы красивое чучело, утверждая, что  имел опыт в этом «искусстве». Но мы с  негодованием отвергли даже мысль о подобной  живодерской экзекуции.
Я  бережно вынес птицу на балкон, и нежданная гостья, не торопясь, лениво шевеля крыльями,   вальяжно улетела в сторону речки. Мы вежливо помахали ей рукой  и отправились ликвидировать следы пребывания в гостях нашего пернатого друга….
 

                У УТКИ ЧЕТЫРЕ НОГИ?
Неожиданный вопрос прозвучал как-то робко и неуверенно.
-А разве у утки четыре ноги?
– Конечно, - убежденно и искренне ответил я. - А у гуся всего две.-
Дело было так. 
Мой друг Юра стал почти членом семьи  еще со времен  давно прошедшей молодости. Он из тех немногих, кто вправе позвонить в любое время суток,  с поводом и без, поболтать о чем-то значительном  или ни о чем. С годами начинаешь воспринимать  таких  людей как неотъемлемую часть повседневного собственного бытия.
В тот день звонок раздался тогда, когда я вернулся из торгового центра и раскладывал покупки на столе под строгим взглядом супруги. 
- Привет,  чем занимаешься?
Юре явно хотелось поговорить,  пообщаться и узнать что-нибудь  новое. Его интересовало все – и где я был, и чем занимался, и что видел, и что купил в продуктовом магазине.
Я честно стал рассказывать о своих «достижениях» – был в торговом центре, купил хлеб, молоко, в мясном отделе  - четыре утиных ноги – все по заданию жены. Как говорится, день был прожит не зря.
- Четыре утиных ноги?  Голос Юры  прозвучал с некоторым изумлением. -  Но ведь у утки только две ноги!?   
И тут до меня дошла абсурдность ситуации.  Ему вдруг стукнула в голову дурацкая мысль, что я купил четыре ноги одной и той же утки.
Человек впал в ступор, вдруг забыл, сколько ног у утки и вообще у любой птицы.  Подобное случается  иногда со всеми, Или почти со всеми – человек впадает в прострацию и не может вспомнить или представить самое очевидное.
Отупение  быстро проходит, и человеку самому становится смешно от собственной глупости. 
Я мгновенно сориентировался и решил дурачить друга до конца.
- Юра, что с тобой,  - мягко и укоризненно спросил я. - Ты вырос в деревне, а не знаешь точно количество ног у утки и у гуся. Запомни - у утки – четыре ноги, а у гуся – две, поэтому в магазине все хотят купить утку, а не гуся.
 -  Ты серьезно? - задумчиво произнес он.
-  Совершенно серьезно, - последовал ответ. -Не веришь - спроси кого-то другого.
Мне удалось дурить беднягу почти минуту. Когда до него дошел, наконец, идиотизм момента, Юра помолчал,  расхохотался, а затем проникновенно произнес с искренним чувством и хорошо поставленным голосом  несколько «теплых» слов, которые негоже употреблять в приличной компании…… Самым «ласковым» выражением было – «ну ты и ехидная скотина!».
Пришлось честно признать – в чем-то он оказался прав.