Бай. Глава 3. Ловите супостатов!

«Абсурд какой-то, — подумала Айша в сердцах. — Юродивая?»

Следующие слова женщины напугали её не на шутку.

— Что с тобой будет... Ладно, Алмас-бай. Молодой, красивый, добрый. Вон как о народе заботился. Будешь о нем вспоминать, как о прекрасном сне. Тебе ведь придется выйти за его дядю, вонючего, старого. Кто тебя из семьи-то отпустит. Никто не отменял закон аменгерства.

У Айши вдруг похолодало внутри.

«А ведь и вправду...»

— Предлагаю выход, — бойко начала торговаться оборванка. – Усынови одного из моих детей. Вот, этого, например. Скажешь всем, родила от бая. Да вот прятала до поры, до времени. Никто к тебе не придёрется.

«Да, — подумала женщина. — Прекрасно я придумала. Сына отдам богачке и благодаря ему окажусь в золотом дворце. Буду ходить в шелках, спать на перине, днём и ночью буду есть деликатесы. Э-э-э... Рахат-лукум, например. Халву... Располнею».

Сладкие грёзы были безжалостно разрушены плачем сына.

— Мамочка, не отдавай меня. Я люблю тебя.

— Да, мамочка, - вытянув сопли, закричала дочь. – Лучше лачуга, а своя, родная, чем этот... дворец. Холодно в нём.

— А у нас тепло, — мечтательно произнес старший сын. — Хоть пустой бульон.

— Т-ш-ш... – шикнула женщина. — Откуда вы такие умные, взялись на мою  голову.
Я судьбу нашу устраиваю. — Тут она поняла, что госпожи и след простыл.

— Эх, вы... Лежала бы на мягких перинах...

— Мамочка, я с тобой? С тобой останусь? Не отдашь никому?

— Мам, давай домой. А ну как хозяйка опомнится и как...

— Да... Выше  головы не перепрыгнешь. Пойдем, дети.

— А у меня серебряный, — похвастался старший сын.

— Украл? — взъелась на него мать. — Ну-ка, верни.

— Да ты что, мам. Заработал.

— Правда, - вступилась сестра за брата. — Он помог баю сделать букет для жены. Щедрый наш бай. Жалко его, — втянула девочка соплю.

— Помнишь, мам, платок тебе шёлковый приглянулся. Пойдём на рынок. Выберешь тот, что тебе понравится. Ещё халвы, рахат-лукума куплю. Угощаю.

«Эх, — думала Анара. — Какая я дура. Кто может заменить детей. Собственных, родных. А я... Чуть не отдала сама, своими руками. Не иначе как помутнение. Рассудка. Всё проклятая бедность. Хотя...»

— Мам, - обернулся к ней Аслан, старший сын. — Обещай, пожалуйста.

- Всё, что угодно, сынок.

— Никому не отдавай нас. После смерти отца ты одна нас растила. Тяжко тебе пришлось. Теперь мы будем заботиться о тебе.

— Эх, сынок,  кто знает, — вздохнула мать. — Что теперь с нами. Как мы... Бедный наш бай...

— Не беспокойся, мам. Он вернется, — твердо ответил Аслан.— Он всегда возвращается.

— Тебе-то откуда знать.

— Знаю, мам.
Тут она вспомнила, что в роду мужа были оракулы.

«Неужели... Тогда и вправду можно попрощаться с бедностью. Не будем больше голодать».

Услышав голос госпожи, женщина аж подпрыгнула.

«Что за крики?!»

— Сюда, сюда, — кричала Айша. — Ко мне! Ловите супостатов! Не упускайте их!

При виде госпожи, держащей за шкирку брата, Анара испытала ни с чем несравнимое блаженство.

«Поняла госпожа, наконец, что из себя представляет этот шелудивый пёс».

А сама стоит, оглядывается по сторонам:

«Не дай Бог кто услышит мои мысли».

Тем временем её дети бежали к госпоже.

— Мы вам поможем! – втянула соплю дочь.

— Сшибут тебя ненароком. Отойди, — кричал здоровенный мужик, размахивающий веревкой. — Мы к вам, госпожа! Чуть-чуть, пожалуйста, потерпите.

К нему подтянулись остальные.

«Какие, однако, дружные, — удивилась Айша. — Я-то думала...»

Подобной прыти Айша от себя не ожидала бы ни за что и никогда.

Того, что может поссориться с братом, которого она обожала с детства. В отличие от других братьев, с Шером она отлично ладила. Тосковала, когда он уехал в Англию.

Была рада, когда брат оказался рядом с ней и оказал поддержку.

В мозгу у неё щелкнуло лишь тогда, когда увидела позолоченную карету брата, запряженную шестеркой белоснежных лошадей.

— Так это же подарок Алмаса, — изумилась она. — А он еще нос воротил.

Тут она вдруг поняла, что брат... Убегает.

«Предатель, — вспыхнула молнией мысль. — Крыса».

Она и сама не поняла как, оставив недоумевающую Анару, вмиг оказалась у кареты брата.

— Та-а-ак, - протянула она, усаживаясь рядом с Шером. — Куда это мы?

У того глаза забегали.

— Сестрёнка, поздравляю.

— С чем?

— С богатством. С наследием.

— С ума сошел.

— Так ведь ты теперь являешься хозяйкой всего, что принадлежало Алмасу. Самая богатая невеста в степи.

— Не городи чушь. Забыл об Алтынбек бае.

— О них позаботятся, — вырвалось у Шера.

— Что?!

— Вот ты, сестренка, ни о чем не думаешь. А я ведь о нас пекусь. О нашем будущем. Вот тебя избавил от борова ненавистного.

Айша вспыхнула.

Но решила в кои то веки держать себя в руках и выслушать брата до конца. Тот, обрадованный молчанием сестренки, спешил с ней поделиться своими планами.

— Я ведь молодец. Всё продумал. Алтынбек бай и Зарина на обратном пути попадут под обвал. Скоро их не станет. Совсем. Избавишься от всех. Алмаса нет. Пока никто не узнал об этом, мы устроим твою свадьбу.

— Какую еще свадьбу?

— Есть у меня один знакомый, — туманно ответил Шер. — Тебе понравится. Знаешь, какой он шикарный мужик.

— Сколько ему лет? — вкрадчиво спросила Айша.

— В самом соку, - вскинулся Шер. — Подумаешь пятьдесят. С хвостиком, –  добавил он.

— Жён, должно быть, несколько, — задумчиво протянула Айша.

— Да. Будешь любимой четвёртой женой.

— А тебе что полагается?

— Половина, — вырвалось у заботливого брата.

— Половина? — прошипела Айша. — Всего моего состояния?!

Шерхан так и не понял, когда его горячо любимая сестренка схватила за горло.

— Да я лучше с Алмасом, с ненавистным боровом проживу всю свою жизнь. Единственной, любимой женой. Бедный мой муж, — всплакнула она. — На тот свет от меня решил уйти? Избавиться? Не дождешься.

— Сперва с тобой разберусь, — повернулась она к брату.

Открыв дверцу кареты, закричала на всю степь.

- Ко мне! Ловите супостатов!

Кучер, один из дружков Шера, сидящий на козлах, не успел даже замахнуться плетью. С ошарашенным видом взирал он на молодую женщину, в руках которой оказалось его орудие.

Тут же его обожгло неожиданной болью. Сообщник молодого мурзы так и не понял, как оказался у ног разъяренной Айши.

Через минуту все было кончено.
Спеленутые, как младенцы, Шерхан с дружком валялись в пыли.

— В тёмную их, — прокричала Айша, сдув прядь волос, выбившийся из прически. — Предатели!

— Вернётся Алмас, сам разберется.

— Не смог я сберечь юного наследника, — раздался горестный возглас уважаемого всеми старца. — Как я посмотрю в глаза нашему золотому баю. Проклятое озеро, увы, не делится добычей.

— Да, — вторили ему другие старцы-аксакалы, качая бородами. — Проклятое озеро не отдаст свою... жертву.

— Смотрите, — раздался звонкий возглас Камиллы, дочери Анары. — Ба-барашки?!

Все взоры сразу же устремились в искомое озеро, проглотившее их господина.

Озеро наполнялось белесой массой, подозрительно напоминающей... жир.

От  подобного безобразия Айша чуть в обморок не хлопнулась.
И это при том, что всю свою сознательную жизнь насмехалась над чувствительными барышнями, по поводу и без теряющими сознание.


«Бедный мой муж. Кто ж над ним так измывается».

Венцом всей этой абсурдной картины оказался огромный кусок материи, в котором бедная женщина распознала трусы своего мужа.
Потемневшие от времени белые трусы в синий горошек, которых он никогда не снимал.

— Он что, решил помыться в озере? У-утонул? — У Айши потемнело в глазах.
Она так и не поняла, что всё-таки грохнулась в спасительный обморок.