Можем Сотворить. Ознакомительный Отрывок

Можем Сотворить — это глубокий философский трактат и революционный киберпанк-эпос о том, как погибает пирамида угнетения и рождается государство будущего.
Мессия по Ошибке Люциан, Пёс Режима Октавиан, Тиран-Созидатель Аварусиан и Пророк-Мизантроп Светозар последовательно изобличают и разрушают механизмы угнетения, показывая их глубинную сущность и создавая альтернативный позитивный образ будущего — Футурополию Аристею.
Философия, триллер, приключения, драма и футурология — сущность данной книги.

Желаю Вам полезного, увлекательного и погружённого прочтения.


Эта история о том, как превратить общество угнетения — в Общество Справедливости.

Конец-Концов в Начале-Начал

Утро.
Медовый рассвет обволакивает леса и горы Плютосии, пробегая рябью по речушкам и отражаясь солнечными зайчиками на древесных столбах. Природа просыпается. Всё просыпается. Все просыпаются. Но только не он. Лишь одинокий Октавиан, восседая на обрыве скалы, всё никак не решается заснуть. Его мучают вопросы, которые он мысленно прокручивает в своём сознании.
Оправданным ли было моё падение? Мог ли я не допустить гибели десятков миллионов людей и крушение целой цивилизации? Но самое главное – оказался ли я лучше тех, с кем боролся? Или …
Однако утренняя трель усевшихся на ветвях древа птиц ненамеренно перебивает его своей серенадой.
Октавиан обращает свой взор на них и вслух задаёт им вопрос.
— Скажи мне, птичка, остался ли я злом?


МОЖЕМ СОТВОРИТЬ

Предыстория
Четыре месяца назад.
Пред вами предстаёт удивительное, в своей отвратительности государство — Великая Светлейшая Республика Плютосия. Основанная некогда Евгеном Великим, она разрослась до состояния гегемона на континенте и стремится покорить все оставшиеся на нём государства.
Изначально Плютосия была задумана как светское общенародное демократическое государство, однако за счёт безнравственности и недальновидности его населения она превратилась в тоталитарную, сословную, теократическую, олигархическую диктатуру, возглавляемую тремя Светлейшими Отцами Нации, как они сами себя прозвали. Аварусианом Евгеновичем,  Мендексом Августовичем и Либертинианом Казимiричем.
Общество Плютосии было разделено на 3 основных сословия: «Спасённые», «Герои» и Светлейшие Отцы Нации.
Большинство населения относится к касте «спасённых». Такое название они получили из-за религии Плютосии — Салусианства.
Салусианство проповедует о том, что материальный мiр является клеткой и местом заточения для людей, куда они были заточены злобным дьяволом против их воли. На основании этого — Салусианство проповедует полный отказ от материальных и духовных благ, ибо, по их мнению, они привязывают человека к материальному мiру и лишают его возможности спастись. Те же, кто всё-таки отказался от материальных благ называются «спасённые». Накопленные материальные блага большинства передаются привилегированному меньшинству, которое называется «герои». «Герои» они на том основании — что принимают на себя все тягости земных благ, такие как большое количество денег, высокий ум, сила, постоянная охрана, экологически чистые условия среды обитания, высокое образование, дорогая и качественная одежда, большое количество свободного времени, высококачественная медицинская помощь и иные. Салусианство говорит о том, что «герои», приняв на себя всё «бремя жизни», спасают нищенствующее большинство, живущее в скотских условиях, лишь отдалённо напоминающих человеческую жизнь.
Плютосия является крайне перенаселённым государством, из-за чего государство проводит политику свободно-планового сокращения населения, помещая 90% населения в загрязнённые гетто и освобождая уникальные биологические регионы для расселения элиты.
Верховной элитой являются Светлейшие Отцы Нации, каждый из которых происходит из наиболее влиятельных родовых домов Плютосии. Евгеновичи, Августовичи и Казимiричи. Три эти семьи контролируют все основные сферы жизни общества, начиная от армии, средств массовой дезинформации и промышленности, заканчивая системой образования, контролем ресурсов и Салусианским игом. Три эти семьи пребывают в довольно хрупком балансе между собой, но тем не менее — до недавнего времени им удавалось вести Плютосию по пути собственного величия.
Плютосия под руководством Светлейших Отцов Нации покорила всех своих соседей и всех соседей соседей. На протяжении столетий она терроризировала подвластные ей земли, однако ныне в ней бушует всесторонний кризис.
Кризис начался со вторжения Плютосии в Парафранистан (как они сами его прозвали). Парафранистан — это одно из немногих сохранившихся независимых государств на континенте, концептуально он немногим отличается от Плютосии, однако он готов ожесточённо сражаться за свою независимость. Из-за сложной географии и климата, Плютосианская армия застряла в Парафранистане и не смогла одержать над ним быструю, решительную победу, что вылилось в продолжительную и затратную позиционную и партизанскую войну. Эта война стала первой крупной неудачей Плютосии.
Многих «героев» плютосианцев не устраивало внутреннее состояние Плютосии и её внешняя неудача, из-за чего один из Великих Воевод Освальд Викторович Виндус поднял вооружённое восстание против Плютосии, вслед за чем отделил подконтрольные ему территории от неё.
Плютосия отказалась признавать мятежников и попробовала вернуть их силой, однако после сокрушительного поражения в Битве при Миролюбицах, она отказалась от своих планов.
Мятежники победили и стали называть своё государство Вольная Держава, а себя — вольниками. Тем самым — они противопоставляли себя, по их мнению, невольникам из Плютосии.

Ситуация в Плютосии шла к смутному времени. И зачинщиками его решили стать люди, которые ненавидели её общественно-государственный строй. Они назвали себя — праведниками, а свою организацию — «Движение за Преображение Плютосии». Его основатели — Люциан Юльевич Мирославский, Амадей Ефимович Разумовский и Ричард Вячеславович Вольский ушли в подполье и стали готовить покушение на верховных властителей Плютосии.
Их убийство должно было сложить «общественную пирамиду» и вызвать борьбу за власть, в ходе которой предполагается, объединившись с Вольной Державой, захватить власть над Плютосией и свершить её Великое Преобразование.
Тем не менее, подполье пытается выследить Служба Безопасности Плютосии, которую в столице Плютосии — городе Евгенбурге, возглавляет Октавиан Вацлавич Ковальский.
Ни одна сторона не намеревается уступать другой, с этого и начинается данная история.


Первая Глава — Обычный день в аду

Ночь. Время 23:00. 31 декабря. Евгенбург, Великая Светлейшая Республика Плютосия.
Люциан Мирославский возлегает на том, что когда-то было диваном и бросает теннисный мяч в стену. Тот, впрочем, отскакивая, возвращается ему в руку. Сие действо повторяется уже, видимо, не один десяток раз. Герой ждёт полуночи, времени, когда охрана героических районов Евгенбурга ослабнет и он сможет незаметно пройти в спасённые районы города, которые в действительности были трущобами. Сам Люциан находится в отеле «Инферианис», который, однако, был заброшен из-за банкротства его владельцев.
В голове героя прокручиваются мысли о предстоящей встрече. Скоро должно решиться очень многое. Он и его ближайшие соратники Амадей Разумовский и Ричард Вольский условились провести встречу на заброшенном промышленном предприятии в самом сердце трущоб столицы, именно там у них находится временный штаб подполья. Выбранное место хорошо отражало потребность в секретности содержания их переговоров. Они собираются окончательно утвердить план теракта в отношении Светлейших Отцов Нации. На собрании будут не только они, но и другие соратники, прямо причастные к теракту.
Люциан Юльевич настроен серьёзно. Он глубоко презирает современное ему общество Плютосии, называя его обществом угнетения. Данное название было присвоено Плютосии весьма обоснованно. Общество Плютосии представляло из себя пирамидальную структуру, в которой вся власть, знание, богатство и ответственность находилась на небольшом привилегированном меньшинстве, составляющем не более 15% населения государства. Остальные же, именуемые спасёнными, вели примитивный образ жизни, а сценарий их судьбы был заранее прописан практически во всех случаях. Спасённые не имели никаких политических прав, как правило, имели минимальное образование и жили в антисанитарных условиях, в основном порождаемых ими самими.
Однако и самим героям тоже жилось в Плютосии тяжело. На них была возложена тягость постоянных войн и решения любых проблем Плютосии. Среди героев ходит известная фраза, которую плютосианцы считают мудрой, звучит она так: «человек человеку — волк».
Данная фраза довольно точно описывает внутренние взаимоотношения среди знати. Правительство Плютосии действует по отношению к ним по принципу «разделяй, стравливай и властвуй», из-за чего герои с детства воспитываются в культуре постоянной борьбы и конкуренции как с внутренними, так и с внешними оппонентами. Сами герои плютосианцы, однако, вне собственных традиций вряд ли смогут ответить на вопрос, почему они ненавидят себе подобных? Наиболее частая отговорка в этом вопросе — это то, что им завещали ненависть их предки.
Люциан также воспитывался в данной культуре. Однако его доброе сердце, незаурядный ум, а также выдающаяся удача спасли его от очерствения и последующего очернения его души и сердца. Ему глубоко отвратительно сложившееся общество Плютосии, но он считает, что не всё ещё потеряно и что в человеке добра — больше, чем зла. Кто-то на его месте опустил бы руки или покинул Плютосию, однако он выбрал сражаться за свои идеалы вопреки всем возможным трудностям.
Люциан происходит из богатого и знатного чиновнического рода Мирославских. Сам герой, однако, является белой вороной в семье и находится в оппозиции главе дома, его отцу Юлию Вильгельмовичу Мирославскому.
Жены или девушки у героя нет. Он считает, что половые отношения будут вредить его делу и его высокой миссии, особенно в контексте нравов плютосианских женщин.
У героя есть 2 сестры — Златоцвета и Звенислава, а также младший брат Оттон.
Люциану на данный момент 28 лет. Он имеет героическое образование по специальности «Державное и Местное Управление», в связи с чем является политиком.
Люциан имеет весьма внушительный вид. Рост 187 сантиметров. Глаза цвета неба. Волосы русые, довольно длинные и частично заплетённые в косу. Кожа белая, черты лица европеоидные. Герой носит не слишком длинную бороду и усы. Он также обладает серьёзной мышечной массой, из-за чего является физически сильным и выносливым человеком. Люциан одет в белую мантию с отсутствующими рукавами, кожаные штаны и военные берцы. На поясе у него сабля героя, с выгравированными словами «Справедливость, Добро, Порядок» расположенными у гарды в столбик.

Ураган мыслей, вращающихся в голове героя, прерывает звон наручных часов. Пора.
Герой засовывает мяч вглубь дивана и направляется к мусоросбросу, чтобы через него попасть в трущобы. Грязно? Нет, ибо в него уже давно ничего не выкидывали, а перед закрытием заведения, видимо весьма порядочными людьми он был очищен от мусора. Люциан залезает в трубу и аккуратно скатывается по дуге вниз. Угол наклона недостаточный чтобы разбиться, а потому герой благополучно оказывается в пыльном и грязном свинарнике, который сомнительными людьми был назван «Спасённым Районом Малополье». В полночь у часовых, контролирующих вход и выход из этого района, идёт весьма ненапряжный период дежурства. Смена нескоро, начало поста было уже давно и потому многие часовые стоят в полудремлящем состоянии, которое, впрочем, можно легко нарушить если попробовать нагло пересечь границу района. Люциана они, однако, не замечают, ибо он находится достаточно далеко от них.
Далее Мирославскому предстоит пересечь обстоятельства обычной жизни людей, впрочем, представляющие из себя панораму из непрекращающихся ужасов, страданий, невежества и главное — отчаяния и нежелания менять свою жизнь, к которой уже привык. Задерживаться или контактировать с кем-либо не имело смысла, а потому герой направился к намеченной точке, тем временем мысленно вновь отправившись в путешествие во внутрь себя.
На улице было сыро, совсем недавно прошёл дождь. Спасённые районы Плютосии представляли из себя причудливую совокупность панельных многоквартирников и домов-самостроев, возведённых из подручных материалов. Смердящий запах сводил с ума, стоило только сконцентрировать на нём своё внимание. Осознав, что длительное вдыхание нечистот может вызвать головную боль и рвотные рефлексы, герой решил свернуть на соседнюю улицу дабы добраться до места назначения в добром здравии. Свернув на улицу Великопобедную, герой задумался о бытие такого страшного явления — как обычный человек.
Обычные люди в Плютосии, которые именуются спасёнными, как правило рождаются у себя дома из-за нехватки медиков на 963 миллионное население Плютосии. Данным людям с рождения отводят определённое место в системе, будь то, например место грузчика, рядового или сборщика мусора до конца жизни. Для каждой профессии в Плютосии была создана своя культура и философия, которая оправдывала тяжёлую жизнь своих носителей. Образование людям даётся исключительно в вопросах их касающихся, а историческая наука находится под запретом для спасённых. В свою очередь для героев история открыта лишь частично. Целый ряд исторических периодов, которые противоречат официальной пропаганде Плютосии — запретны к изучению.
Обычный день спасённого выглядит примерно следующим образом — подъём в 06:00, утренний приём пищи и рыльно-мыльные процедуры до 06:20, отправка на работу из места жительства в 06:30, дорога в среднем от 5 до 30 минут, далее работа до 17:00-19:00, во время работы разрешается 2 перерыва на приёмы пищи и попутно с этим отдых, не более 20 минут каждый перерыв. Далее после работы идёт отдых, во время которого спасённые предпочитают ненапряжную и малоинтеллектуальную деятельность, например просмотр состязаний по видам спорта, которыми они никогда не занимались и вряд ли займутся, просмотр коротких и забавных видеороликов, а также употребление излюбленного деликатеса обычных плютосианцев — пива. Также одним из наиболее распространённых видов досуга спасённых является просмотр порнографии, которую регулярно выпускает Министерство ОбеЗпечения Досуга. После отдыха спасённый ложится спать.
Такой распорядок дня имеют почти все спасённые и живут они под данным распорядком начиная с 14 до 50 лет без выходных и отпусков. После 50 лет у спасённых идёт «ритуал вознесения», во время которого человека убивают в газовой камере.
Стоит также отметить, что государство самостоятельно определяет кто с кем будет жениться, после чего автоматически сводит людей и создаёт семью. Согласие людей для данного процесса не требуется.
Ранее в Плютосии рождаемость была крайне высокая, в среднем 5-6 детей на семью. Однако на данный момент она составляет максимум одного детинку на семью, ибо правительство Плютосии проводит политику «Свободного Планового Сокращения Населения», с целью снизить неподъёмно огромное население государства.
Стоит также отметить, что спасённые как правило являются крайне религиозными людьми, ибо религия становится для них отдушиной от тяжёлой и крайне никчёмной жизни, переполненной лишь отчаянием, неуважением и ненавистью, которые становятся обыденностью и нормой.
Как только Люциан задумался о религии, на глаза ему попался салусианский монастырь, в котором на удивление шла ночная проповедь. Монастырь сильно выделялся на фоне остального района. Белые колонны, обрамлённые золотыми узорами, встречали посетителей. Далее их взору представало объемное помещение, окуренное благовониями. Вместо крыши у помещения был купол, посмотрев через который можно было бы даже увидеть звёзды, если бы не смог, закрывающий собою звёздную гладь. В центре помещения возвышался подиум для пастыря, к которому вела недоступная для паствы лестница. Монастырь был в удивительно чистом состоянии по меркам трущоб. Люциан решил прислушаться к тому, о чём говорит проповедник.
Заглянув через приоткрытую дверь в Салусианское Святилище, он обнаружил переполненный людьми зал и возвышающегося над ними пастыря в белоснежно белой мантии. Доступ к нему, однако был ограничен десятью стражниками.
Осмотрев людей, Люциан обнаружил зрелище ещё более печальное чем то, что он представлял пару минут назад. Грязная, глупая, несознательная, нищенствующая и озлобленная толпа пребывала в блаженном упоении от читаемой проповеди.
Бегло пробежав взглядом помещение, герой обнаружил, что оно имеет два входа — один для быдла, другой для проповедника и его свиты. Неизвестный проповедник продолжал своим бархатным и спокойным голосом зомбировать толпу. 
Неизвестный проповедник:
— Тьма есть свет, слабость есть сила, бедность есть богатство. Знания, сила и деньги отягощают вас и делают привязанными к этому мiру. А если вы привязаны к этому мiру, то дорога в Рай для вас закрыта. Тягости этого мiра мы принимаем на себя, чтобы спасти вас!
Люциан сжал кулак от гнева по отношению к сказанным словам, так как он прекрасно понимал всю подлость манипуляции, однако набить морду проповеднику во время скрытной операции было не лучшей идеей, потому он решил отложить кару до поры до времени. Приглядевшись к пастырю, Люциан разглядел имя, прописанное на его одежде — «Тюрпений Громиславич Добролюбский».
— Фиксируем.
Мысленно сказал герой.
Не желая более задерживаться в зомбодельне, Мирославский отправился далее к цели — бывшему оборонному предприятию ЕБОМК (ЕвгенБуржскому Оборонному Металлургическому Комбинату).
Дорога к ЕБОМКу заняла полтора часа у персонажа, и он оказался на месте в 02:06.
Ранее ЕБОМК был одним из крупнейших промышленных предприятий в мiре, однако после теракта, устроенного парафранскими террористами, на предприятии произошла гуманитарная катастрофа, причиной которой стал взрыв грязной бомбы внутри здания. Окрестные районы почти полностью вымерли и были изолированы, однако бомба была недостаточно мощной, чтобы поразить весь Евгенбург, в результате чего он сохранился.
С тех событий прошло 12 лет, и радиация усилиями плютосианцев сошла на нет, однако данные районы так и не были вновь заселены людьми из-за памяти о случившемся.
Место считается проклятым, а потому туда почти никто не ходит. То, что нужно для заговорщиков.
Штаб ДЗПП располагался в грузовом отделе, докуда наконец добрался Люциан.

Увидев своих соратников, он поднял правую руку с прижатым к ладони большим пальцем, вслед за ним данный жест повторили и соратники. «Ладонь Праведника» так называется их приветствие.
Особое гостеприимство оказал Амадей Ефимович Разумовский, бывший лучшим другом Мирославского и одним из наиболее талантливых, а также по совместительству наиболее молодых полководцев Плютосии. Он подошёл к герою и протянул ему кулак, после чего последовало их личное приветствие — кулак-ладонь-рукопожатие.
— Хороший день, рад видеть Брата-Предводителя Спасителей Плютосии.
Негромким и своим обычно серьёзным голосом произнёс Амадей, однако в этот раз в нём был намёк на теплоту.
— Хороший день, аналогично Брат-Сопредводитель.
Сказал герой и отвесил дворянский полупоклон (так чтобы не впендюриться в него) в знак уважения своему другу.
В голове героя со скоростью молнии пронеслись воспоминания о своём друге.
Он из рода воителей Разумовских, покорителей Туровианской Империи.
Когда ему было 5 лет, его отец погиб на войне. В 6 лет погибла мать, а спустя два года его дед и баба были убиты в ходе несчастного случая. В результате чего, к восьми годам он остался круглым сиротой, что существенно осложнило его жизнь и сделало его характер очень чёрствым и жёстким.
Далее он, однако, удивил всех. Был почти круглым отличником в училище и далее на войне совершил ряд подвигов, из-за чего в возрасте 25 лет был удостоен звания Господина-Воеводы, благодаря чему он стал самым молодым полководцем Плютосии. Оказавшись полководцем, он одержал ряд побед над Парафранистаном и завоевал Оптонскую Котловину, за счёт чего был удостоен прозвища «Брат Таланта» и повышен в звании до Великого Господина-Воеводы.
На войне и во время гражданской жизни он лицезрел, вероятно, все пороки плютосианского общества, из-за чего он поклялся самому себе в том, что успеет за свою жизнь преобразить это государство.
С Люцианом они познакомились в училище, где тот увлёк его своими идеями преобразованиями и стал для него чем-то вроде старшего товарища.
Жены не имеет, близких родственников тоже. Рост 178 сантиметров. Кожа белая, цвет волос тёмный, цвет глаз серый, за спиной носит две не очень длинные косы. На данный момент ему 27 лет.

Комната, в которой находился штаб, располагалась в большом звуконепроницаемом контейнере. Внутри него было на удивление комфортабельно (с точки зрения взгляда со стороны). Освещение, мягкие ковры, различная техника, в том числе шифровальная, а также несколько полукруглых диванов, которые окружали очень большой круглый деревянный стол.
На одной из стен располагалась правильная, по мнению тех, кто её рисовал, карта Плютосии, включавшая в себя весь континент, но изнутри являющуюся союзом (федерацией). Плютосия же нынешняя была унитарным, но крайне многонациональным государством. Помещение проветривалось, из-за чего в нём было приятно находиться.
Помимо Амадея и Люциана в помещении находились Витольд Диевич Кунгуров, Ричард Вячеславович Вольский, Геральд Зевсович Любомиров, Мартин Оливерович Андрусевич, Ярополк Сократович Томиславов и Бальтазар Самуилович Трофименко. Все они были прямо причастны к готовящемуся теракту против Светлейших Отцов Нации.
План был таков.
В Воскресенье 1 Января отмечается день Зарождения Плютосии. Большинство героев в этот день отдыхает, а у спасённых сокращён рабочий день с 10 до 7 часов. Происходит множество праздников, игр и шоу, а также самое важное — речь Господина-Правителя Плютосии и Светлейших Отцов Нации. Плютосия, напомню, является парламентской теократической республикой, в условиях авторитарной олигархической диктатуры, а потому — формально государством управляет Господин-Правитель.
В Евгенбурге субтропический климат, из-за чего снега нет, а температура держится в пределах +15 градусов по Цельсию.
У верховной власти Плютосии в этот день происходит традиционный банкет во Дворце Мiра — наиболее величественном и огромнейшем здании Плютосии, представляющем из себя небоскрёб в готическом стиле в самом центре столицы. Он является самым высоким зданием в мiре.
После пирушки Светлейшие Отцы Нации и Господин-Правитель отправляются к Площади Согласия, где проводят обращение к народу о государственных планах на будущее и отчёт по полученным достижениям.
Теракт планируется во время данной речи, однако подобраться на поверхности или с воздуха к целям покушения почти невозможно из-за вводимых на время праздника войск в город и приведённых в повышенную готовность сил порядка.
Поэтому заговорщики решили зайти с неожиданной стороны.
Под площадью согласия находилась канализация, в которую сбрасывали токсичные отходы и добраться до которой можно было через вход, располагавшийся в 3 километрах от Площади Согласия. Идти туда без подготовки — означает умереть. Однако герои подготовились и, имея на своей стороне военного, раздобыли много взрывчатки и защитные костюмы.
Планируется перевезти под площадь огромное количество взрывчатки и устроить БУМ, который бы разнёс не только канализацию, но и устроил бы обвал поверхности и похоронил тех, кто находится на площади.
План рискованный, но в случае его успеха в Плютосии начнётся борьба за власть и смута, в ходе которой можно будет установить новую — Праведную Власть. О невинных жертвах герои волнуются, из-за чего рассчитали площадь взрыва таким образом, чтобы задело только правительство и их охрану.
План казался хорошим, потому что врагам явно не придёт в голову поставить патрули в ядовитое и опасное подземье, доступ к которому затруднителен и даже зайти туда сложно, ибо вход, по задумке, охраняется. Охраняется он, однако, отделением Ярополка Томиславова, из-за чего попасть туда легко. Стоит отметить, что не каждый канализационный люк подходит для этой цели, ибо героям необходимо перевезти большое количество взрывчатки, оставаясь незамеченными.
Взрывчатка должна быть установлена в новогоднюю ночь, после чего ДЗПП производит отход из Евгенбурга к военным частям Разумовского, откуда далее планируется вести борьбу. Во время выступления правителей Плютосии бомба с временным датчиком взрывается и уничтожает их.
А в случае, если что-то пойдёт не так, Мартин Андрусевич, находящийся в толпе, произведёт самоубийственную атаку и убьёт цели. Он добровольно вызвался на эту миссию, даже с учётом предупреждений со стороны его соратников.

Далее герои производили обсуждение плана и учёта всего, что могло бы помешать выполнению плана. Обсуждение шло ещё 2 часа, после чего Люциан заключает:
— Что ж, друзья, мы сделаем это! Гнилое и поганое государство, превратившее нашу родину в мiровое зло, будет уничтожено, и наша Держава получит шанс на спасение, которым мы непременно воспользуемся. Злобный и надменный Аварусиан, тупой и жирный Мендекс и придурок Либертиниан сдохнут, как и полагается сдохнуть мерзавцам. После чего мы построим Царство Бога на Земле. В нашем государстве будет ликвидирована злобная и угнетающая социальная иерархия, вслед за чем будет установлено Праведное Общество, в котором не будет быдла и господ, в котором каждому человеку будут обеЗпечиваться его объективные потребности, не допуская при этом нищенства и зажравшихся мудаков во власти. В нашем государстве каждый человек будет рождаться свободным и иметь возможности стать тем — кем пожелает, при этом за счёт праведного воспитания он будет делать своё дело на благо всего общества. В нашем государстве власть будет избираться из лучших людей общества, а в управлении будут в определённом виде участвовать все граждане государства, для чего мы обучим весь народ управленческой грамотности на достаточном уровне и тот более не будет рабом тех — кто знает больше. Вместо уродливых, полусгнивших трущоб, у нас будут природные и вечнозелёные города будущего, в которых каждый человек будет жить в идеальных климатических условиях и иметь доступ ко всему необходимому для счастливой жизни. Вместо постоянного угнетения малых народов, мы создадим равный союз для всех народов, который охватит весь известный нам мiр и приведёт нас к новому этапу Человеческого Прогресса. Мы наконец избавим народ от невежества, порождённого этим чёртовым Салусианством и сделаем весь народ просвещённым, создав Общедержавную Целостную Образовательную Систему, где каждому человеку будут даваться полноценные и взаимосвязанные знания о мiре, вместо половинчатых полузнаний в части их касающейся. Наши училища будут создавать Творцов и Человеков Благоразумных, а не быдло зомбороботов для рабства.
Господа, я так счастлив. Я ждал этого долгие годы и наконец — наступает момент истины и время нашего восхождения ко власти. За то предлагаю вам восславить нашего Бога, за то, что он привёл всех нас к этому моменту. Ура!
Звонкое ура издаётся из уст всех собравшихся, их лица излучают радость и надежду на перемены, а глаза переполнены решимостью достичь Светлого Будущего.
Герои встают и кулаками правых рук формируют горизонтальный круг, после чего произносят:
— Мы Спасение Мiра!
Далее их руки возвышаются к небесам, а довольный Люциан выходит из контейнера.
На горизонте рассвет, а сам герой смотрит на величественные небоскрёбы героических районов Евгенбурга.
К одному из жителей таких высоток и переносится наше повествование. Теперь взглянем на ситуацию с другой стороны.


Утро. 07:00. 1 Января. Евгенбург. Великая Светлейшая Республика Плютосия.

— Сегодня будет охуительный великолепный день.
Самодовольным голосом произнёс Октавиан, плескающийся в тёплой пенистой воде собственной ванны, в собственном пентхаусе на 67 этаже, более изнутри смахивающий на настоящий императорский дворец.
Человека с хорошим настроением зовут Октавиан Вацлавич Ковальский, Господин-Начальник Хранитель Порядка Службы Безопасности Евгенбурга.
— В скором времени наше мудрое правительство, покорившее почти весь континент отметит четыреста восемьдесят пятую годовщину нашей Величайшей Державы. В столице полный порядок. Герои рады, быдло в стойле, всюду безопасность и безмятежность.
Рассвет цвета мандарина освещает комнату, прибавляя уверенности в счастливом будущем нашей Плютосии.
Думает герой.
Однако его взгляд случайно падает на трущобы, портящие настроение своей никчёмностью.
— Ну и люди! Вернее, не люди, а собаки! Как вообще можно такими быть? Тупыми, жадными и ниочёмными? Жить в свинских условиях и не пробовать это изменить своим умом и упорством? Пожалуй, они действительно это заслужили.
А я — блистательный герой заслужил то богатство, что имею и то, которое достигну в будущем. Так, наверное, и выглядит Божественная Справедливость?
Октавиан происходит из рода силовиков Ковальских и с детства воспитывался с пониманием своего превосходства и высокого предназначения, его отец всегда говорил ему, что тот вырастет и станет Главным Стражем Порядка Плютосии. Собственно, он действительно на пути к этому. За счёт своего острого ума, сильной воли и упорства он стал лучшим выпускником Училища Героев, после чего за счёт пресечения ряда терактов в Плютосии и раскрытия шпионской сети, он оказался на хорошем счету у Аварусиана, за что тот повысил его до начальника всех служб правопорядка столицы. С учётом того, что в Евгенбурге проживает 44 миллиона человек, 5 миллионов из которых — это герои, у Октавиана много людей в подчинении.
На данный момент ему 28 лет. Рост 185 сантиметров. Глаза карие, волосы тёмные, кожа белая. Персонаж в меру мускулист и имеет спортивное телосложение. Не женат, но в активном поиске. Повседневно носит тёмный мундир, тёмные штаны, тёмные кавалеристские сапоги и тёмную ковбойскую шляпу. У героя есть длинные усы и небольшая бородка.
В углу комнаты стоит его сабля, на которой написано «Могущество, Мужество, Совершенство».
Октавиан домывается и начинает одеваться. Сегодня у него напряжённый день, главный праздник государства. Необходима предельная боевая готовность. Уже сообщалось о ряде попыток преступлений в центре города, которые, однако, были предотвращены. Но не это его волнует. Его волнует некая группа мерзавцев заговорщиков, которые хотят своими бездумными действиями свалить государство в смуту в условиях войны.
Как только эта мысль пришла герою в голову он вздрогнул от ужаса, как вообще кому-то могло прийти такое в голову?
Имена заговорщиков неизвестны, их заявления анонимны, а подозреваемых слишком много. Среди подозреваемых: Люциан Юльевич Мирославский, Рафаэль Алексеевич Командиров, Яков Святославич Джеймсон и некоторые другие. Они подозреваются в организации мятежа. Но нельзя арестовывать всех подряд, а обыски уже проводились у каждого из них, что, однако не выявило ни одной существенной улики.
Наконец закончив банные процедуры, герой отправился к выходу из своего жилища. По пути он обнаружил свою служанку Сузанну, проходя мимо которой он шлёпнул её по заднице. Та покраснела от удивления, герой же подмигнул ей и отправился далее. Между ними была половая связь ранее, однако Октавиан никогда не рассматривал её как свою жену. Героям, в отличие от спасённых, разрешено самостоятельно выбирать с кем продолжать род.
Перед выходом, Октавиан подошёл к зеркалу и осмотрев себя изрёк.
— Я просто шикарен. Как и всегда.
После чего отправился в Великий Город.

Выйдя из своих апартаментов, он лицезрел всё великолепие Главной Мiровой Державы. Смотря с высоты птичьего полёта на героический район, Великая Удача, можно обнаружить огромное количество самых современных небоскрёбов, каждый из которых в чём-то внешне походил на средневековые поместья и церкви. Большинство зданий было соединено между собой живописными пешеходными переходами и скоростными трубами, воспользовавшись которыми можно было в кратчайшие сроки оказаться в необходимом месте, при этом не пользуясь транспортом.
В этих местах было крайне безопасно. Везде находятся патрули, летают дроны и кажется, что на каждом углу находятся камеры видеонаблюдения. Происшествия и преступления здесь — крайняя редкость. Герои не заинтересованы нарушать собственное благоденствие, а такой скот как спасённые до подобных мест редко допускается, в основном только в рамках работы.
Всё необходимое человеку находилось буквально в шаговой доступности — парки, больницы, участки стражей правопорядка, места досуга и не только. До всего этого можно было добраться не более чем за 20 минут.
Нездешнего человека поразило бы также обилие растительности в этом огромном мегаполисе. Каждая улица в чём-то напоминала лес и джунгли. Растительность при этом располагалась не только горизонтально, но и вертикально украшала элитные высотки этого прекрасного места.

В очередной раз любуясь собственной горячо любимой Державой, Октавиан задумался — каким же воплощённым невежеством надо быть, чтобы с этим бороться?!
— Слава Богу, что Я – ВЕЛИКОДЕРЖАВНЫЙ УЛЬТРАПАТРИОТ, а не тупой мятежник!
Однако у героя было более важное дело, чем обоснованно осуждать негодяев мятежников. Необходимо отправиться в Великий Город, район полностью подконтрольный одному из самых влиятельных родов Плютосии — Евгеновичам, потомкам основателя Плютосии Евгена Великого. Особенностью этого района было то, что он парил в облаках над городом и доступ туда был строго элитарным и по приглашениям.
Нынешний глава рода Евгеновичей Аварусиан Первый предложил Октавиану сопроводить его до Дворца Мiра, что, однако означало требование сопроводить его, на которое не предусматривался отказ.
Издав голосовую команду, а именно слова «Гром и Молния» перед Ковальским возник его скоростной аэрокар, на котором он собирался добраться до места назначения. Дорога заняла всего 5 минут и 17 секунд. Для элиты элит Плютосии существуют отдельные аэропути, в обход общих аэротрасс.
Взлетев выше облаков, наконец показался он — Великий Город. Внешне он напоминал огромную и довольно непреступную воздушную крепость. Здания в нём были невысокие, однако некий архитектурный гений смог разместить здесь водопад и огромный памятник Евгену Великому, подле ног которого расположены памятники каждому Евгеновичу.

Наконец герой приземляется в Великом Городе.
Завидев его, слуга, чьё имя осталось для Октавиана неизвестным, кинулся в ноги герою и поклонился, встав на колени, далее протянув руки. Герой брюзгливо передал ему ключ от своего аэрокара со словами:
— Не вздумай поцарапать, смерд.
После чего, не дождавшись ответа, Октавиан отправился к Аварусиану. Тот пребывал в собственном особняке позади памятника Евгену Великому. Великий Город представлял из себя совокупность поместий семейства Евгеновичей и здания различных служб для удовлетворения их потребностей.
Поглядывая на роскошные и экстремально дорогие излишества данного места, как например целый особняк, созданный исключительно для хранения дорогих раритетных автомобилей, на которых никогда никто не катался и вряд ли будет это делать. Факт наличия такого здания является жестом превосходства и олицетворения фразы «могу себе позволить».
Октавиан внутренне крайне завидовал им и мысленно произнёс.
— Ничего-ничего, придёт время и у меня будет целая планета в качестве личного поместья.

На входе в поместье Светлейшего Отца Нации пребывало отделение охраны, которое при виде своего начальника встало по стойке смирно и отдало воинское приветствие. В ответ им пришёл кивок головой и жест ладонью вниз. После чего те продолжили плющить хари на посту.
Когда герой зашёл в помещение, перед ним предстал человек, казавшийся гигантом благодаря своему внушительному росту.
Аварусиан стоял с идеально прямой осанкой перед панорамным окном в своём кабинете и судя по его виду размышлял.
Рост СОН составлял 207 сантиметров, что делало его гигантом при среднем росте спасённых плютосианцев в 160-165 сантиметров и росте героев в 175-180 сантиметров. СОН стоял в идеально белом плаще, белом мундире и тёмных обтягивающих штанах, заправленных в военные сапоги. На его поясе красовалась огромная сабля, соответствующая его росту, а его белую голову обрамляли в меру коротко стриженные седые волосы, ведь Аварусиану 55 лет. Бороды и усов не имеет,
Аварусиан спрашивает героя.
— Вот скажите Мне, господин Ковальский, зачем это всё? Зачем Вы существуете? Зачем вообще однажды каким-то образом зародился человек?
Немного подумав Октавиан, ответил.
— Мы созданы для первенства и доминирования над всем мiром. Мы созданы чтобы в конкуренции побеждать и совершенствоваться, при этом избавляя себя от слабости и достигая совершенства. А потом ещё большего и большего совершенства.
Аварусиан наполовину разворачивается к герою и беглым взглядом осматривает его с головы до ног и обратно, после чего изрекает.
— Я не зря продвинул Вас, господин Ковальский. Вы умнее большинства Ваших сверстников, и Я с Вами полностью согласен. Но есть неурядица, которая никак не даёт Мне покоя.
— Какого характера?
— Обширного и всеобъемлющего. Октавиан, Моя Держава пребывает в кризисе. Наша славная армия застряла в этих проклятых горах в сражениях с кривозубыми дикарями. Наше народное хозяйство дряхлеет и не может обеЗпечить всех нужд государства. В регионах среди покорённых нами народов зреет мятеж. Но не это самое главное. Самое главное то — что большая часть нашего населения составляет животное быдло, лишь отдалённо напоминающее людей. Они глупые, грязные, безыдейные, безответственные и безвластные. Всё что они несут нам — лишь грязь, невежество, дешёвый и легко заменяемый труд, а также постоянное нытьё по вопросу того, как их правильно содержать. При этом — когда Мы предлагали им возможности измениться, они все их упустили и остались тем позорным явлением, коим были их предки.
При этом я смотрю на своих Братьев-Отцов и понимаю, что они — ленивые бездари занимающие свои титулы лишь по факту рождения, а не за счёт своих навыков. Когда я говорю о необходимых реформах, всё что я слышу это либо всхлипы тупого верноподданства или завывания лени, мол — и так нормально, побеждали-побеждаем-и будем побеждать.
Но я отвечал им, что, если так продолжится — не бывать нашей Величайшей Плютосии более.
Октавиан захотел ему что-то ответить, но тот перебил его и предугадав что тот хочет сказать, начал превентивно отвечать.
— Вы верно хотите узнать, почему Я Вам это говорю? Октавиан Вацлавич, Я доверяю Вам как своему ставленнику и значимому силовику, на которого можно положиться.
Я скажу сразу Своё намерение. В ближайшее время Нам необходимо будет сконцентрировать всю полноту власти в Моих руках и отстранить от власти бездарей, которые довели ситуацию до этого. Равная власть с другими Братьями-Отцами мешает Мне провести реформы и спасти Мою Державу, а потому необходимо будет провести операцию по отречению Казимiричей и Августовичей от власти и признанию за Мною полной власти над Плютосией.
Вы, как главный силовик в столице, должны будете мне помочь с этим.
Согласны ли Вы на помощь Мне или да?
— Аварусиан Евгенович, Вы для меня равно что отец, я поддерживаю Ваше начинание и буду бороться с Вами до победы.
Аварусиан удовлетворённо кивнул и посмотрел на часы.
— Время. Вы сопроводите Меня до Дворца Мiра и будете следить за порядком внутри него, как, собственно, и запланировано.
Далее герой и СОН отправились по указанному маршруту.
На входе в Великий Город героя и СОНа ждали. А именно их ожидал кортеж из 100 аэролимузинов, за каждым из которых следовали 4 боевых дрона, оснащённых пулемётами, огнемётами и бомбометателями. Один из аэролимузинов подлетел к персонажам и те забрались в него.
Далее аэролимузины и их боевое сопровождение разлетелись в разные стороны и направились по нескольким основным маршрутам ко Дворцу Мiра.
Во время полёта Октавиан решился задать СОНу вопрос.
— Ваше Архивеликолепие, я всё ещё размышляю над Вашими словами и мне вспомнился тот факт, что Ваш Брат-Отец Либертиниан также не слишком доволен положением дел в Плютосии. Он насколько мне известно намеревается добиться большей свободы для героев и спасённых, а также существенно расширить влияние демократии на процессы в государстве. Что Вы об этом думаете?
— Запомни сынок, демократия — выдумка для лохов. Либертиниан вообще благодаря трагичной случайности стал Светлейшим Отцом Нации, его мнение — мнение незрелого выскочки, по которому жизнь ни разу не наносила существенных ударов.
Хотя всё же он лучше своего обезумевшего старшего брата. Но не будем упоминать имя Позора Нации.
«Позором Нации» Аварусиан назвал Светозара Казимiрича. Однажды он был Светлейшим Отцом Нации, однако имел слишком доброе сердце чтобы сохранять человеконенавистнический порядок Плютосии. Он пробовал его изменить, однако отчаялся в этом, не возымев достаточного успеха. Из-за чего однажды он собрал 100 000 человек, которых он считал Праведниками и переселился с ними из Плютосии в далёкие и неосвоенные земли, с намерениями создать своё государство.
Его пробовали остановить, однако его род Казимiричей настоял на не препятствовании ему. С тех пор прошло 25 лет.
Аварусиан продолжил.
— Либертиниан не понимает, что демократия в своей основе ошибочна. Скажите Мне Октавиан, к кому стоит прислушаться в случае решения проблемы, к одному гению или ста идиотам? При демократии — сто идиотов бы победили, просто потому что их больше. Также как больше в природе червей, нежели орлов. Я, честно говоря, действительно не понимаю, как может быть равным голос учёного — голосу бомжа? Или как кухарка может управлять государством?
— Ваше Архивеликолепие, но ведь их можно обучить этому так, как Вы обучаете нас?
— Попробуйте обучить собаку государственному управлению, после чего Вы поймёте абсурдность данного предложения.
В диалоге на некоторое время случилась пауза, однако её прекратил СОН сказав:
— Большинство людей слабы, и они всегда тянутся к сильным. Каждый слабый человек в глубине души ищет царя и своего хозяина, чтобы тому принадлежать. А потому лучшая система управления — созидательная монархическая диктатура. При диктатуре наше великое государство достигало наивысших успехов, тогда как демократия лишь приводила к провалам и стагнации. При созидательной монархической диктатуре есть целостное видение, есть мощная власть для реализации целей и власть монарха по определению имеет большую степень легитимности и обоснованности для населения. Сейчас же у нас уродство, возникшее из-за невежества. Псевдодемократия, на которую мы тратим слишком много средств, при этом все умные гражданские люди и умные люди во власти понимают, что реально государством управляем Мы. Однако это управление при этом ограничено разделённостью власти на три пары рук.
— Вы правы Ваше Высокопревосходительство, демократия действительно ошибочна. Вы укрепили мою убеждённость в этом. Благодарю за Вас за ответ.
Далее дорога до Дворца Мiра прошла безмолвно.
Наконец Аэролимузин подлетел к посадочной площадке на самом высоком этаже Дворца, то есть аэромобиль буквально сел на Вершину Мiра. Там персонажей уже ждали двое других Светлейших Отцов Нации, а именно Мендекс Августович и Либертиниан Казимiрич.
— Отвага, Честь и Слава.
Произнёс Аварусиан и прижал правый кулак к сердцу.
— Отвага Честь и Слава!
Синхронно произнесли Мендекс и Либертиниан, повторив жест Аварусиана. Так выглядело их элитарное приветствие между собой.
Традиционно перед званым обедом высшей знати Плютосии, её СОНы проводят личную встречу. На этот раз на ней посчастливилось быть Октавиану.
Светлейшие Отцы Нации выглядели как свободные люди. Они были одеты как хотели, говорили как хотели и поступали как хотели. Мендекс выглядел как толстый и невысокий (162 сантиметра ростом) мужичок, 47 лет от роду. На его макушке красовалась лысина, на которой располагался лавровый венок, а его лицо украшала очень большая рыжая борода. Октавиан был выше его более чем на голову, он, однако, смотрел на него снизу вверх. Либертиниан же был ростом с Октавиана и носил крашенные и короткие синие волосы. Его сильно отличал крайне бледный цвет кожи, из-за чего некоторые даже распускали слухи, что он вампир.
Все трое СОНов были одеты в военные мундиры, штаны и сапоги.
Герой и СОНы прошли в зал, который был обставлен мраморными украшениями и обильным количеством золотых изделий. Комнату освещала огромная и роскошная люстра, а стены скрывались за гигантскими шкафами обставленными книгами.
По центру комнаты располагался стол и вокруг него те предметы, на которых предпочитали находиться СОНЫ во время разговора. А именно длинный диван, комфортабельное кресло и стоящая опора. Помещение со стороны входа имело панорамный вид, из которого была видна вся столица (если была хорошая погода и не было смога).
СОНы расположились там, где посчитали нужным, после чего Мендекс прицокивая задал Октавиану вопрос.
— Ц-ц, Вы, Октавиан, позаботились о так называемом «Движении за Преображение Плютосии»? Этих наивных болванах и сопляках?
— В процессе Ваше Архивеликолепие. У меня есть список подозреваемых, и мы проводим расследование по каждому из них.
— Я видел данный список.
Сказал Аварусиан, после чего направив на героя пристальный и сжигающий взгляд сказал.
— Господин Ковальский, представьте, что Вы были бы на месте заговорщиков. Как бы Вы захотели попытаться Нас убить?
Октавиан на некоторое время выпал в осадок от данного вопроса, однако увидев заинтересованные лица главных людей Мiра он всё же ответил.
— Гм, я бы попробовал подговорить повара, чтобы Вас отравили. Я бы поставил снайперов на крыше, чтобы они расстреляли Вас при удобной возможности. Я бы попробовал втереться Вам в доверие и убить Вас лично, оказавшись один на один. Я бы устроил налёт с воздуха с использованием истребителей, чтобы нанести по Вам точный ракетный удар. Я бы заложил взрывчатку в небоскрёбах, чтобы те взорвавшись похоронили Вас своим весом.
Аварусиан довольно кивает, после чего задаёт вопрос.
— Замечательно работает Ваше воображение, а теперь ответьте Мне — Вы уже подготовили меры противодействия всем названным и неназванным способам покушения?
— Повара лично дегустируют еду и у них под кожей бомба, что делает невозможным факт отравления. У нас у самих стоят снайперы на крыше, а также регулярные пешие и дроновые патрули, в том числе скрытые под птиц дроны, которые проводят сканирование местности и выявляют недоброжелателей. Что делает факт прямого снайперского покушения невозможным. У нас охрана и камеры на каждом этаже, а также на небольшом расстоянии от Вас располагаются группы оперативного реагирования, которые Вам незаметны, однако они в любой момент готовы прийти к Вам на помощь. Что делает факт предательства и покушения один на один невозможным. От истребителей Вас защищает самая мощная противовоздушная оборона Евгенбурга в Мiре. А каждый недоскрёб и все небольшие здания проверяются нами 12 раз в день. Что делает невозможным подобное покушение на Вас.
— Вы хорошо подготовились, Октавиан.
С невозмутимым и весьма не впечатлённым видом произнёс Аварусиан.
— Ц-ц, а что насчёт канализации? Злоумышленники могут из-под земли на Нас покуситься?
Спросил Мендекс.
— Ваше Архивеликолепие, все входы в канализацию охраняются. Вдобавок она отравлена химикатами, что делает даже теоретическую попытку проникновения туда — самоубийством.
— Ц-ц... ц-ц Я удовлетворён.
Аварусиан обратив взгляд прямо в глаза Октавиану произнёс спокойным голосом.
— Господин Ковальский, далее Я вынужден попросить Вас удалиться по причине конфиденциальности Нашего разговора.
— Да, конечно, Ваше Архивеликолепие, я понимаю...
— Но прежде, чем Вы покинете нас, Я слышал, что Вас разыскивает господин Вольский, думаю Вам следует во время пира обратиться к нему.
Октавиан поклонился и откланялся на этаж для героев, соответствующий его статусу.
Герой зашёл в лифт, после чего решил насладиться панорамным видом со столь большой высоты. Солнце уже восходило и близился полдень, из-за чего стал ясно виден горизонт. 40 секунд и вот герой уже на месте.
За открывшимися дверьми лифта предстал длиннющий прямоугольный зал, по центру которого располагался длиннющий стол, за которым пировали сотни человек, по его бокам располагались более маленькие столы для разговоров лицом к лицу. Во главе стола находился большой трон, возвышающий своего владельца над остальными. Трон принадлежал Господину-Правителю Плютосии — Эдмунду Михайловичу Красноглазому. Он по собственным полномочиям фигура в основном формальная. Господин-Правитель избирается на всеобщем героическом голосовании из героев сроком на 5 лет, не более двух раз подряд. В его полномочия входят церемониальные функции, координация ветвей власти для их слаженной работы, издание исполнительных указов и назначение руководства различных государственных служб. Последние два полномочия, однако, он может делать только после разрешения Великого Народного Собрания Плютосии. Среди героев он считается первым среди равных.
Но Октавиан помнит о словах Аварусиана, его разыскивает Ричард Вольский.
Окинув помещение взглядом, он обнаружил его сидящим в левом верхнем углу помещения, которое было недалеко от героя. Подойдя ближе к своей цели Октавиан, приостановился. За столом сидел Люциан Мирославский, которого он подозревает в подготовке мятежа. Обвинять этого негодяя прямо здесь — поспешно и малообоснованно. Однако его можно попробовать напоить и разговорить. Этим и следует заняться.
Подойдя ещё ближе, стал слышен разговор героев.
— И так, следующая загадка — в каком веке древние люди ходили пятками назад?
С ехидным видом спросил Ричард Вольский.
Сидящий за столом третий неизвестный человек ответил.
— Эээм... нуууу.... наверное это было примерно в четвёртом веке до основания Плютосии???
— Эх Вы. На самом деле загадка вообще не о хронологии или истории. Она — про логику. И так внимание, правильный ответ — все всегда ходят пятками назад.
Неизвестный, почесав подбородок попробовал изобразить ходьбу и действительно, пятки смотрят назад.
— Ну Вы даёте! А ведь действительно...
Люциан заметил подслушивающего Октавиана и слегка напрягся, после чего заявил.
— Кажется к нам хочет присоединиться Господин Хранитель Порядка Ковальский.
После чего Люциан смотрит Октавиану прямо в глаза и спокойным голосом произносит.
— Господин Ковальский, Вы присядете?
— Да-да, конечно.
Октавиан подходит близко к Люциану и протягивает ему руку для рукопожатия, в это же время произнося.
— Сердечно благодарен Вам за оказанную внимательность и гостеприимство.
Люциан отвечает на рукопожатие, после чего оно длится довольно долго. Ковальский довольно сильно жмёт руку и смотрит прямо в глаза Мирославскому. Тот, однако, остаётся холоден и невозмутим.
Мысленно Октавиан произносит.
— Какая выдающаяся степень самоконтроля. Казалось бы, перед ним человек, который может сломать всю его жизнь, а он спокоен.
Ричард Вольский, увидев это странное рукопожатие, сам протянул руку и усмехнувшись сказал.
— Кажется между вами некая особая связь господа!
Оба синхронно произнесли.
— Пожалуй так.
После чего Октавиан пожал руку Вольскому, а неизвестный незнакомец, поклонившись Ковальскому удалился из-за стола.

Ричард Вольский — один из основателей Движения За Преображение Плютосии. Он профессор истории и один из немногих, кто знает её целиком и в полной взаимосвязи во всей Плютосии. Так как знание истории — опасное знание, в Плютосии большинству людей она даётся фрагментарно, а нежелательные к ознакомлению периоды просто вырезаются из повествования.
Ричард был одет в бежевый дворянский сюртук, его лицо обрамляли бакенбарды русого цвета, как и все его остальные короткие волосы. В зеленоватых глазах отражался белый неоновый свет от напольной лампы близ панорамного окна. Нос его ровный, а рост 180 сантиметров. Октавиан, однако — не знает о том, что он мятежник и не подозревает его.

Ричард говорит.
— И так господа, о чём далее продолжим наш триалог? Быть может, наконец отринем светскую болтовню и обсудим вопросы более высокого характера?
Мирославский отвечает.
— Давно пора, хотя даже «светская болтовня», как Вы выразились, у Вас получается весьма увлекательной. А Вы что скажете господин Ковальский?
— Почему нет, однако для настроения всё же не хватает кое чего...
Октавиан уже поднял руку в жесте, подзывающем обслугу, но его прервал Люциан, который сказал.
— Я предпочту отказаться от алкоголя. Он дурманит разум, а мы собираемся вести осмысленный разговор, не так ли?
— Не серчайте Октавиан, но я солидарен с моим уважаемым другом Мирославским и предпочту отказаться.
Октавиан понял, что так просто их не проймёшь. Однако всё ещё можно было подловить Мирославского на ошибке в ходе разговора. Главное — спровоцировать его на необдуманные действия.
— И так господа, я бы хотел обсудить с Вами следующую тему. Как вы считаете — зачем мы здесь? Для чего мы живём? И как мы трое. И как цивилизация.
Октавиан погладив собственную бородку ответил.
— Пожалуй Вы задали наиболее фундаментальный жизненный вопрос. Я считаю — что мы объективно господствующий над всем Мiром биологический вид. Следовательно — мы с вами рождены для того, чтобы побеждать и преобладать над Мiром. Даже с учётом того, что у нас нет крыльев, длинных когтей и жабр — мы лучше иных живых существ, ибо мы многократно умнее их. Мы талантливы и свободны. У нас наиболее выдающийся творческий потенциал в природе, за счёт чего мы можем компенсировать все свои слабости и достигать новых и новых высот прогресса. Для того и живём — чтобы быть лучшими.
— Мммм, интересно.
Вольский приподнял губы и брови дав собеседнику понять, что он с ним действительно отчасти согласен.
— А Вы господин Мирославский? Что Вы думаете?
Сказал Ричард.
Люциан до того момента не слишком был вовлечён в разговор и сидел, упирая щёку в кулак. Теперь же он решил ответить.
— А я вот считаю, что мы существуем с определённой миссией. Я думаю, что наша миссия заключается в том — чтобы быть наместниками Создателя в Мiре. Мы рождены чтобы преобразовывать себя и окружение, делая его лучше и достигая новых высот совершенства. Делая себя тем самым более и более похожими на творца.
Вольский активно кивает своему другу и произносит.
— Обе ваши позиции весьма интересны, однако я всё же придерживаюсь несколько иного мнения.
Вот знаете, в наших сказках нередко можно встретить фразу жил да был. Но что она означает? Я понимаю её так. Жизнь — есть процесс из небытия в небытие, а то, чем она наполнена, называется судьба, коя и есть ваше бытие. При этом, про многих людей можно сказать, что они вроде и жили, но их будто бы и не было. Ибо они не оставили за собой никакого значимого исторического следа, тем самым со временем они будут забыты и исчезнут из памяти потомков. Про других же можно сказать, что они не живут, но существуют. Например, выдающиеся деятели прошлого. Они чему-то учат нас, вдохновляют на подвиги и дают пример собственными выдающимися качествами. Даже не обязательно, чтобы это были живые люди. Даже если это вымышленные персонажи, но они повлияли на вас, значит они объективно были в вашей жизни. Они не живут, но существуют.
Так вот, я считаю, что смысл жизни заключается в том, чтобы про вас могли сказать в будущем, что вы и жили, и были. С одной стороны, прожив яркую и интересную жизнь. А с другой стороны оставив после себя значительное и полезное наследие.
— Вы знаете, это действительно интересный разговор, но мне донёс Его Архивеликолепие Аварусиан Евгенович, что Вы меня ищете господин Вольский. Так ли это?
Ричард Вячеславович изумлённо вылупил глаза от такой информации, после чего бросив взгляд на Люциана ответил.
— Знаете... у меня, пожалуй, не было подобных намерений. Не знаю от чего бы Светлейшему Отцу Нации интересоваться мной.
Люциан тем временем остаётся невозмутимым и добавляет.
— Господин Вольский, вы наиболее выдающийся историк современности. Даже у столь высоких особ как Светлейшие Отцы Нации может возникнуть к Вам интерес.
Октавиан заметил явную взволнованность Ричарда и высокую выдержку его друга, после чего мысленно заключил.
— И так, они оба явно напряжены. Упоминание СОНа сильно нервирует их, почему бы? Кажется здесь что-то нечисто. Нужно завести разговор о политике и тогда... они, возможно, попадутся.
После чего с дружелюбным видом произносит.
— Пожалуй Ваш друг, господин Мирославский прав. Возможно, СОН просто захотел подтолкнуть меня к обзаведению новым другом?) Волноваться Вам не о чем. Вы на хорошем счету у Службы Безопасности.
Вольский чуть успокоился, однако остаётся несколько напряжённым от столь неожиданной в контексте покушения на Аварусиана информации.
— Впрочем, что мы всё о философии? Можно обсудить и обстоятельства в Мiре. Особенно интересно услышать мнение Люциана Юльевича по данному вопросу, ведь он политик. Люциан, как Вы относитесь к недавнему заявлению Мятежного Негра о том, что Плютосию ждёт крах изнутри?

Справка.
Мятежный Негр это прозвище правителя Вольной Державы Освальда Виндуса — главы сепаратистов от Плютосии, которые смогли добиться независимости и теперь пребывают с оной в очень сложных отношениях.

— Виндус это однозначный враг Плютосии. Не удивительно что он ожидает краха собственного главного противника и выстраивает собственную пропаганду на основании этого.
— И всё же. Наше государство переживает некоторый кризис и многие граждане этим недовольны. Считаете ли Вы, что данный кризис приведёт к смуте в нашей Державе?
— Кризис требует урегулирования. Чтобы избежать смуты, необходимо решить главные и вытекающие из них проблемы Плютосии, тогда можно будет не беЗпокоиться о возможности смуты. Однако, достаточные для решительных действий полномочия есть только у верховной власти Плютосии, а потому — это зависит именно от них.
А Вы господин Ковальский? Как Вы смотрите на эту ситуацию?
— Ц-ц-ц-ц-ц... А я смотрю на неё так. Существует величайшая в Мiре Держава Плютосия, кою невежественные мерзавцы пробуют свалить в хаос гражданской войны и уничтожить все те достижения, которых достигла наша цивилизация. И я в этом вопросе хирург. Мне должно вырезать из тела нашего государства опухоль, при этом не задев жизненно важные органы.
Под опухолью я имею ввиду так называемое «Движение За Преображение Плютосии». Вы согласны, что все его создатели и участники заслуживают жесточайшей казни за собственные грехи?

Октавиан поставил Люциана в очень тяжёлое положение. Один ответ приведёт его к отречению от собственных ценностей и беЗчестью. Другой — выдаст его как мятежника.
Подумав пару секунд над ответом и взвесив за и против, Мирославский сказал.
— ДЗПП это экстремисты и радикалы. Их действия действительно имеют большую опасность для Плютосии, вместе с тем стоит понимать, что они вероятно никогда не хотели зла Плютосии и сами являются плютосианцами. Следовательно — они тоже наши граждане, просто желающие перемен.
У Ковальского появился намёк на улыбку на лице, после чего он сказал полу угрожающим тоном.
— Просто желающие перемен значит?
Кажется, ещё секунда и ситуация перерастёт в бойню.
Однако к столу подходит молодая прислужница и обращается к Октавиану.
— Господин Ковальский, господин Красноглазый желает видеть Вас прямо сейчас. Он отметил, что не хотел бы видеть промедлений с Вашей стороны.
После чего служанка исполнила книксен и откланялась.
Октавиан явно раздосадованный таким поворотом холодно смотрит на Люциана, после чего встав из-за стола произносит.
— Мы ещё увидимся господа.
И уходит.

Как только Октавиан отошёл на достаточное расстояние, из уст Люциана прозвучала едва слышимое.
— Блять.
Вольский, осознав всю критичность ситуации указал своему другу на выход, поняв, что пора ретироваться.
Далее герои встали из-за стола и спешно покинули помещение зайдя в лифт.
Герои ехали в нём молча. Все всё понимали.
Далее герои вышли на этаже аэропарковке и забрались в бронированный аэролимузин Ричарда Вячеславовича Вольского. В нём герои наконец заговорили.
Первым сказал Вольский.
— Ну что ж... пройдена точка невозврата. Теперь назад дороги нет.
— Ещё не совсем. Она будет пройдена через полчаса, когда произойдёт салют в нашу честь. Наконец пора отправиться на смотровую площадку и наблюдать за нашим триумфом. Я давно ждал этого и шёл к этому моменту долгие годы. А потому считаю, что поступил правильно, когда не отрёкся от наших принципов и целей.
— Как бы Октавиан не оказался прытким в этой ситуации... впрочем сейчас там идёт пиршество и ему не позволят устраивать аресты высокопоставленных героев. Нам однако пора приступать к плану «Ключ к Счастью».
— Да, пора. Разумовский уже в войсках?
— Да, я связывался с ним. Подчинённые ему войска уже наготове.
— Тогда всё идёт по плану. А нам пора насладиться эстетикой освобождения и возмездия.
Далее герои полетели на смотровую площадку в горах на северо-востоке от Евгенбурга. Там их уже ждал частный рейс и отличный вид на город.

У Октавиана Ковальского однако, тоже была нервная ситуация.
Подойдя к Эдмунду Красноглазому, Октавиан увидел типичную хаотичную пьянку сливок общества. Господин-Правитель был уже в состоянии крайней зюзи и задал Октавиану вопрос.
— Эта Актавьян, рад шо Вы прибли! А чё вы не адыхаете на данном замечательном празньке?
— Работаем Господин-Правитель. И работаем очень эффективно.
— Да-да, фсё Вы о этай свай работе. Лады...
Осознав, что у него не прибавиться ещё одного собутыльника, Эдмунд Михайлович встал из-за стола и дважды хлопнув в ладоши сказал.
— ТАК ЭТА, ГАСПАДА.
Пьяное сборище своими полусознательными глазами обернулось в его сторону.
— СЕДНЯ У НАС З ВАМИ ВЕЛЬКАЛЕПНЫЙ ПРАЗНИК. ДЕНЬ НАШЕЙ ДЕРЖАВЫ. ЩАС КАК И В ПРОШЛЫЯ ГОДЫ НАШИ ВЕЛИКИЕ СВЕТЛЕЙШИЕ ОТЦЫ НАЦЫ ОБРАТЯСЯ К НАШЕМУ НАРОДУ И НАМ С ВАМИ. ПРОСЬБА НЕ ПЕРЕБИВАТЬ ИХ АРХИВЕЛЬКАЛЕПЬЯ И СЛУШАТЬ ВНИМАЛЬНО. ПАСИБ это... ЗА ВНИМАНЕ.
Толпа раздаётся аплодисментами и Красноглазый с довольным видом приказывает выдвинуть панорамный телевизор. Прибор, при помощи которого можно было превратить все стены помещения в экраны и продемонстрировать по ним панорамное видео с места событий.
Празднично-трапезная комната превращается в настоящий кинозал за считанные секунды. Вот уже и видна Площадь Согласия. На ней расположен огромный и очень высокий пьедестал белоснежно белого цвета. Попасть на него можно было только с воздуха, а потому на нём также была небольшая аэропарковка для доставки СОНов.
Под пьедесталом располагалась толпа, насчитывающая сотни тысяч человек. Почти все из них герои. В других частях города были организованы смотровые площадки с экранами, чтобы спасённые тоже могли услышать и увидеть речь. Наблюдающих спасённых насчитывались вероятно сотни миллионов человек.
Вот к месту речи пребывает Либертиниан и отправляет в толпу воздушные поцелуи своим подданным женского пола. А также прикладывает правый кулак к сердцу, тем самым приветствую подданных мужчин.

Но почему-то на месте нет Мендекса и Аварусиана.
Либертиниан увидев этот казус решает начать речь в одиночку.
— Уважаемые сограждане нашего Величайшего Государства, сегодня мы отмечаем трёхсотлетие со дня основания нашего Отечества и Родины. Трёхсотлетие со дня, когда наш блистательный предок Евген Великий прибыл сюда в поисках приключений. Думаю, что если бы сейчас он увидел те высоты, что мы достигли, он бы вознаградил каждого из нас титулом Великий.

От речи Октавиана отвлекает звонок. Звонок от Аварусиана.
Октавиан отходит от стола и решает ответить.
— Слушаю.
— Сынок, поднимитесь на вершину здания, Вы нужны Мне.
Октавиан крайне удивлённый этим звонком спешно отправляется на Вершину Мiра.
Поднявшись на высший этаж здания, герой обнаружил Аварусиана стоящего перед панорамным окном с видом на площадь Согласия. Тогда погода была ясная, из-за чего было прекрасно видно что происходит на ней.
Октавиан сильно удивлённый увиденным спрашивает.
— Ваше Архивеликолепие, что Вы здесь делаете?
— Жду пока наши враги исполнят наши планы.
— ЧТО?!
— Подойдите и сами посмотрите.
Октавиан подходит к стеклу и как только он направляет взгляд на площадь происходит...

БУМ

Огромный взрыв накрывает всю Площадь Согласия и поднявшаяся пыль и огонь перекрывают видимость происходящего.
— Нет-нет-нет-нет-нет-НЕТ!!!
Октавиан судорожно прислоняет руки к стеклу. Его рот открыт и он пытается осознать всю ситуацию.
Аварусиан же похлопывает его по плечу и говорит.
— Не расстраивайтесь сынок. Всё прошло так как и должно. Пожалуй, Мне пора просветить Вас.
Мне прекрасно известны все мятежники из этого чёртового ДЗПП. Видите ли, увидев торможение со стороны Вашей службы и общедержавной службы, мною было принято решение самостоятельно раскрыть это дело. Тогда я вбросил через средства массовой информации сообщение о том, что я готов к диалогу с мятежниками и сепаратистами. Готов выслушать и найти устраивающее всех решение. Большинство из них на это не клюнуло, но нашёлся же дурак который поверил.
Зовут его Мартин Андрусевич. Представляете? Он не верил в успех их подпольного дела и решил ради исполнения мечты их предводителя пойти на сговор со мной, чтобы убедить меня исполнить их замысел. Ну, а Я что? Ха-ха-ха! Я ответил ему и помог финансово, принял как своего, а он раскрыл Мне всё, что знает сам!
Вот порой дураки говорят мол, личность в истории имеет не главное значение, а решают организации. Организации тоже важны, но как видим, личность всё равно имеет главенствующее значение ;))))))!
— Что же получается... Вы знали о покушении и не сказали...
— Именно так. Я ведь не просто так заговорил с Вами о необходимости концентрации власти. Теперь Вы понимаете почему. Если эти... мятежники всё сделали как надо — то Мендекс и Либертиниан погибли, а нам остаётся воспользовавшись вакуумом власти арестовать их семьи и подавить всех несогласных, после чего упразднить эту дурацкую псевдореспублику, утвердив Великую Плютосианскую Империю.
Октавиан всё ещё не может поверить в увиденное. Но всё же чуть придя в себя решается сказать.
— Я это... успел расколоть Люциана Мирославского и узнал что...
— Он возглавляет мятежников, Я знаю. Также Я знаю имена всех их предводителей, включая Ричарда Вольского, к которому Я Вас направил. Видимо, Вы качественно их допросили, раз убедились в том, что Мирославский — мятежник.
— Так что же теперь? Убить их?
— Не совсем. Пешек из этого движения — всех казнить четвертованием. А главари Меня интересуют живыми. Вот Вам список, тут указаны все нужные предатели и негодяи. К исполнению указа приступить немедленно.

Разговор прерывает звонок Октавиану.
— Доложите по форме.
— Господин-Начальник, совершено покушение!
— По форме.
— Да... извините. Атаман Звениславский, разрешите обратиться?
— Разрешаю.
— Совершён теракт. Количество жертв исчисляется десятками тысяч. Погиб Светлейший Отец Нации Либертиниан. Террористы использовали взрывчатку и взорвали площадь из-под земли!
— Вижу, к счастью Аварусиан Евгенович выжил.
— Да Господин-Начальник, как и Мендекс Августович!
Аварусиан услышав эту информацию впал в ярость и вдарил по стеклянному столу, из-за чего тот треснул и кажется почти сломался.
— Прекрасно, окажите ему всю необходимую помощь и постарайтесь выяснить судьбу тела Либертиниана. Отправьте мои соболезнования роду Казимiричей. И Звениславский, сейчас я отправлю Вам информацию о террористах. Мне удалось их раскрыть, а Вам необходимо их арестовать!
— Будет исполнено, Господин Начальник!
Телефонный разговор заканчивается, а Аварусиан обращается к Октавиану.
— Господин Ковальский, приступите сами к выполнению Моего приказа. Я же займусь Мендексом. Факт Его выживания сильно портит Наши планы.
— Исполняю, Ваше Архивеликолепие.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ГЛАВЫ МОЖЕМ СОТВОРИТЬ

Полный текст романа можно приобрести на Ридеро, Литрес, Амазон и других площадках. (ВЫЙДЕТ В БЛИЖАЙШИЕ ДНИ, сообщу в Телеграм Канале)