Собиратель. Глава 2. Изгнание

Опять проходя по этим красивым коридорам, кишащим работниками, я чувствовал себя самым крутым в мире.

Через минуту мы уже вышли из здания. Нас встретила фиолетовая, вероятно, дорогущая, похоже сделанная полностью из обсидиана карета, запряжённая одним, но ошеломляюще огромным конём.

В карете было достаточно темно, но всё-таки терпимо. Через окошки я наблюдал за меняющимися видами, был очень безмятежен, чувствовал себя героем. Как вдруг карету качнуло, и я отключился, ударившись головой о правую стенку.

Проснулся я от того, что меня неряшливо несли стражи, которые и сопровождали меня до этого. Я решил, что лучше будет так и притворяться потерявшим сознание, чтобы самому не тратить силы на ходьбу.

Через полчаса мы уже были на окраине деревни. Тогда я решил сказать им, что я уже не сплю. Меня поставили на землю, указали направление и пожелали всего хорошего. Я же поблагодарил их и отплатил той же монетой.

Идя по дороге, я вышел на гору, где было видно всю нишу, в которой и находилась моя родная деревушка. В деревне был туман, возможно, из-за недавнего дождя или холодного оттока воздуха, который время от времени происходил, вынося массы холодного и влажного воздуха из ледяных катакомб, находящихся неподалёку. Это была обычная замёрзшая пещера.

Идя по посёлку, я начал замечать косые и совсем неодобрительные взгляды жителей деревушки. Я никак не мог понять, в чём дело.

Дойдя до дома, моё сердце прихватило в предвкушении чего-то страшного. Преодолев себя, я вошёл в дом.

Там сидели мои родители, директор школы, наш алхимик и ещё пара учителей: философии и математики. Я недоумевающе смотрел на них, а они в свою очередь пристально смотрели мне в глаза, будто хотели убить меня, но держались.

После чего я подумал: «А что они вообще тут забыли?» — как вспомнил, что взламывал школу, проникал в неё и использовал запретный алхимический уголок.

Меня очень сильно отчитали родители и учителя. Сказали, что отчисляют меня из школы, несмотря на мою способность к изучению, познанию и созданию. Мои родители уже расплатились за испорченный замок и обляпанный моей смесью ковёр в кабинете алхимии.

После того как директор и учителя ушли, отец начал на меня орать, унижать и избивать.

Я долго терпел, прося прекратить это. Но видя, что он не собирается останавливаться, втащил ему локтем по сонной артерии. Отец мгновенно потерял сознание и рухнул на пол.

Я ещё несколько минут молча смотрел на его тело. Проверив дыхание, я убедился, что он жив.

Мать была в шоке. Но немного отойдя от этого состояния, так же отчитала меня, сказала, что никогда не любила, дала пощёчину и велела убираться из дому.

Я собрал самое важное из своего уголка и пошёл в лес.

Лес был похож на смешанный: множество хвойных и лиственных деревьев. В этом же лесу была работа отца. Я зашёл на её территорию, взял самый увесистый топор и отправился дальше.

В лесу я нигде не мог найти ягоды, которые были бы годны к употреблению и не вызывали у меня подозрений.

Так, бродя по лесу, я нашёл отличное место для ночлега: огромная полупещера, заваленная листьями. Там я и остановился, принявшись выгребать всю листву оттуда.

Спустя 10 минут мучений у меня всё-таки получилось отгрести почти всё. Но неожиданно я наткнулся на что-то мягкое и шерстяное. Я около 30 секунд не мог понять, что это за штука, пока до меня не дошло…

Что это МЕДВЕДЬ.

От испуга я издал немного писклявый рык, который, скорее всего, и пробудил медведя. Он начал очень быстро вылезать из своей берлоги. Успел я только ухватиться за топор и развернуться, как медведь меня завалил и начал впиваться в левое плечо.

Я выронил топор из правой руки от сильной боли. Но очухавшись, старался дотянуться до него снова, пока этот чёртов медведь меня не сожрал. На последних секундах мне удалось взять топор и что есть мочи вдарить медведю по затылку.

Он сразу же прекратил меня грызть, отпустил меня и перестал двигаться.

Похоже, я его победил.