В свете внимания. Комментарии Мак Мага 3. 2. e

Прошло достаточное время  для того, чтобы наши ноги совершенно устали и устали до такой степени, что нам обоим с Эйр, кажется, стало все-равно через минуту (когда бы мы едва успели вернуться на исходную точку,  дабы исключить столкновение с тоннами железа) или через час увидеть скорый свет фар электрички, поезда (неизвестно что),  но  предполагаемо здесь мчавшейся наверняка.
"Обнимашки" наши были и неловкими, и неприятными, и смущающими нас обоих.
Эйр первой спустилась вниз, страхуя свой прыжок рукой, она принялась разминать ноги, я спрыгнул тоже. Но мой прыжок оказался неудачным, я подвернул ногу. Больно, но терпимо.
 Эйр глядела на меня и металлическим голосом несла какую-то чушь, развивая, на мой взгляд ( и это наверное было именно так), абсолютно эгоистическую тему.
- Мне здесь хорошо,  я чувствую. Я чувствую, что никто не может помешать мне хоть на грамм быть самой собой. Я чувствую себя в полной мере ребенком, как-то  странно...
"Это о том возрасте, что снизился на год", - подумал я.
- Как-будто  бежишь по какой-то  луже, а она всё  глубже-глубже, а тебе не страшно ни грязной воды, ни последующего озноба ног,  ни простуды, нет, не страшно. А, вот, тебе, я думаю страшно. У тебя какой-то  вид...
- Я ногу чуть не сломал, - не отпускал, но приумножил я страдальческую мимику.
- У-у, ты так рискуешь всё  потерять.
- Что потерять? Ногу?
- Нет. Знания, умения, опыт. Весь год... Ведь год, который мы с тобой тут приуменьшили - кредитен (так сказать, если по-умному).
 Вернулись назад в прошлое - мы вернулись телами, но не сознанием, и даже больше скажу: сознание  стремительно развивается
- Какая радость! - Выпалил я.
- Ты серьёзно? Я не шучу.
- Я серьёзно. Ох, и я не шучу! Представь себе как! Я подвернул ногу,  вот тут болит, черт! -Указал на часть голени, - а у тебя  философия, и ,черт дери, как это увлекательно!
- Послушай, - продолжала девушка, - пожалуйста, не упоминай этими всякими словами и...,  не говори, не привлекай. Их здесь итак множество.
- Кого? - Я желал добавить ругательство и уже изобретал нечто поразительно-вульгарное, но зачем-то только кивнул.
Она увидела и моё  замешательство,  и моё "благоразумие". Приняла это за согласие, чокнутое согласие между нами покрытыми мраком, - она так же кивнула. От всего этого всё  противнее стало.
- Надо отсюда дёргать ! - Предложил я последним тоном стрельбы.
- Ты отсюда так просто не выйдешь,  я говорила. Надо пройти этот круг Ада.
- Ой ли?!
- Что?! - Она не верила,  что я не верил во что верила она. Будто б.
И на всё  это, в результате, тихонько аутично рассмеялась.
"Окунаясь куда-то  в себя,  черт подери!"
"Держу пари, - решилось во мне, - нет-нет-нет,  эта девушка не Эйрен. Это сто процентов!"
 - Держи хвост покрепче, - услышал я в подобном голосу моему, - внутреннему голосу только что просверлившему мне ум.
 - Держи голову повыше! - Наставительное восклицание моей спутницы, Эйр.
"Распрямись и скинь свою бумажную коробку со спины. Миллиграмовую."
***
- Возможно, - говорила Эйр, когда мы подождав немного, прислушиваясь снова и снова, тронулись-таки вперёд.
- Возможно - это иллюзия. Картина какая нибудь...
- Картина ?
- Да, картина. Так бывает. Чудится что-то непонятное,  а ты можешь догадываться лишь краешком глаза что. Не так давно моя душа плакала,  ну, если по-другому  сказать: ныло чем-то  в ней, драгоценной моей.
"Эгоистка!"
- А теперь  не то что пусто,  но как-то, э-э,  безразлично,  словно я смотрю какое-то  кино сама про себя,  сама  о себе,  ну,  и ты тут со мной...
 - Да, - подтвердил я, - это точно. Ты угадала - я тут с тобой.
- И, вот, значит, когда та: не я была мной..., - Эйр призадумалась над фразой (но не пожелала исправлять), когда я была не мной (её  брови иронично и кратко здесь подскочили,  и  всё-же она не пожелала), то та,  иная - уж сильно страдала. Это как, наверное, плюшевый медвежонок с вывернутой лапкой - в детстве,  далёком детстве... У тебя было далёкое  детство ? - Она поглядела на меня.
Я терялся в выражении  лица: показать, что нога вовсе не зажила и по-прежнему  болит (ой, как болит!) и,  на сей случай образовать  в лице нечто предельное, или возразить на ее глупость,  или всё  сразу,  или это просто издевательство, глумительство?!
"Черт знает..."
- Ты не думай, - продолжала она невозмутимо, неритмично переступая: шпала через шпалу, - я сейчас серьёзно.
"Да,  мне-то  что? Какое дело? Я тоже серьёзно - если не возражаешь".
- Да, - задумчиво повторила она, - серьёзно.
 - Никакого  медведя  у меня не было, - мой ответ.
- Никакого медведя? - Удивилась девушка, - да ты потому что сам - медведь!
"Ого! Ещё раз подобная выходка и я - домой!"
- Это внутренняя звезда, дурачок ты этакий! - Невозмутимо так же твердила Эйр, вероятно добивая тему.
"Вот я сейчас развернусь точно,  стопроцентно  развернусь. И поглядим кто тут мишка!"
" И только куда же ты пойдешь?" - Громогласно спросил меня Я. И я обернулся, и я обомлел: позади нас (а мы шагали уж в получаса) как стоял вход в эту "скважину", так и оставался на месте. А мы шли-шли, и движение наше было действительным и действенным.
"Реальным ли?"
" Иллюзия...", - вспомнил я Эйр.
Иллюзия - накопившаяся подарками реальность,  когда тебе не жаль закрыть глаза на всё, только бы в ней находиться навсегда. И даже распирающую грудную боль...
"Что имела ввиду Эйр!"
"Позвоночник треснувший напополам и вдоль, ровно вдоль - это иллюзия. Иллюзия - когда ты покупаешь сигареты вместо Любви..."

To be continued