Глава шестнадцатая. В кардиологоческом центре

Книга пятая. Сопротивление
 Глава шестнадцатая. В кардиологическом центре.
 
 В кардиологический центр, что в Баташвском саду в Туле, Сергей проехал вместе с Ниной. Она никогда не оставляла его в сложных ситуациях. Это был как раз тот случай, чтобы она его сопроводила.
 Состояние здоровья Сергея вызывало у неё немалое беспокойство. Давление продолжало быть высоким, несмотря на таблетки, прописанные ему врачом-терапевтом Светланой Витальевной.
  Да и Сергей сам это понимал. Так как с Ниной он всегда чувствовал себя более уверенным, то он и не возражал. Ему сейчас очень нужна была её поддержка. Редко обращался он к врачам и лежал в больницах, за исключением армейского госпиталя что в Новосибирске. Да и то туда его сопровождал сержант.
 Так что это всё было для него, можно даже сказать, впервые. Дорогу в кардиологический центр они не знали. Только лишь по рассказам знакомых и по своему наитию, да ещё надеясь на помощь людей. Как говорят, язык до Киева доведёт.
 Знали они только лишь одно: нужно им проехать вначале почти насквозь весь город и прямо в Заречье. До Комсомольского парка. а там уже будет совсем рукой подать до Баташовского сада, где и находится кардиологический центр.
 Информация оказалось, однако, не совсем точной. Им нужно было выходить не у парка, а чуть раньше, у кинотеатра "Комсомольский", который давно уже не работал и был необитаем.
 Так что пришлось одну остановку возвращаться назад, а потом уже, перпендикулярно улице Октябрьской, круто спуститься по довольно длинной и крутой дороге вниз, пройти затем. мимо неказистого и заброшенного стадиона, к старому низкому мосту через речку Тулицу.
 И только тогда они оказались в густом заросшем парке-саду, принадлежавшего до революции бывшему тульскому промышленнику и купцу, самоварному королю Баташову.
 Сергею вдруг вспомнилось, что это было в молодости любимейшим местом отдыха для их отца с матерью. И он потому старался всё здесь получше рассмотреть и запомнить. Но ничего особенного он здесь не увидел: аллеи заросли, сам парк-сад оказался диким и неухоженным.
 Несмотря на то, что рядом где-то располагался завод "Штамп", который раньше назывался патронным, на котором и сейчас делали красивые самовары.
 Только лишь речка Тулица притягивала к себе взгляд. Хотя сейчас она была под снегом и неширока. Это Сергей определил сразу по заросшим её берегам.
 Потом ему подумалось: "Насколько же она была раньше глубока и широка, чтобы можно было бы здесь матери с отцом купаться или же они только загорали? Неужели и раньше здесь было так дико?". Его размышления прервал неожиданно тихий возглас Нины:
 - А вот и сам Центр!
 Видно её побеспокоило его молчание. И он тихо отозвался:
 - Точно, других строений здесь, видимо, нет. Но он ошибался. Позднее он узнает, что невдалеке от Центра располагается ещё одно большое здание поликлиники завода "Штамп".
  По извилистой асфальтированной дорожке-тротуару они вышли к стоящему на возвышенности трёхэтажному красивому корпусу, опоясанного со всех сторон балконами в три ряда. Сергей замедлил шаг. Нина это заметила:
 - Не бойся, это самая лучшая лечебница в области. Здесь самые прекрасные врачи и самое современное лечебное оборудование. Сюда люди месяцами ждут очереди. Тебе просто повезло. Здесь тебе сразу же сделают здоровым.
 И шутливо толкнула его локтем в бок.
 - Неужели волшебники?- шутливо, чуть скептически, произнёс Сергей и улыбнулся.         
 - Волшебники, не волшебники,- отозвалась Нина,- но людям помогают. Сам убедишься.
 - Так я же не спорю. Это лучше, чем ничего.
 - Нужно верить в себя и не раскисать,- строго произнесла Нина,- ты меня понял?
 - Не обращай внимания на моё сегодняшнее настроение. Пройдёт. Лечиться буду по полной программе. Ты только сама за меня сильно не волнуйся. Здесь больше двух недель не держат, скоро дома буду. Постараюсь найти случай позвонить, хотя это здесь не приветствуется. Режим полного спокойствия и изоляции.
 - Вот и отдыхай от всего на свете. И от своей работы тоже. Восстанавливай нервы. Они тебе ещё пригодятся.
 - Как только выпишусь, так сразу же рассчитаюсь на комбинате и на Биржу труда.
 - Не спеши. Может, на комбинате опомнятся и изменят отношение к газете?
 - Нет! Здесь я уже работать не смогу. Атмосфера не та и люди не те. Два раза в одну воду не входят.
 - Ты, главное, только сейчас не волнуйся, а то давление поднимется. При приёме будут измерять. И забудь на время про всё и свою работу. Книги читай!
 - Если они там есть.
 - Тогда привезу. Но вот мы и пришли. Вход здесь не с парадной стороны, а с "черного" хода.
 Об этом их предупредили знающие люди. Они поднялись по крутой железной лестнице вверх, к основанию здания Центра, а затем по каменным порожкам поднялись и к самой двери. Нажали на звонок. Пришлось недолго ждать. И вот они уже в приёмном отделении.
 Нина отдала медсестре направление, больничную карту и прочие сопроводительные документы и они стали ждать. В приёмной было много народа. Кто-то выписывался, кто-поступал.
 И вот Сергей стоит перед лечащем врачом. Давление у него высокое. Это он уже знал перед поездкой. Поселили его на первом этаже, рядом с комнатой дежурных медсестёр и недалеко от реанимации.
 С Ниной они расстались в приёмной и ему сейчас подумалось вдруг о том, как её сейчас одной нелегко. С такими вот невесёлыми мыслями добираться до дома. Они уже привыкли всегда быть вместе.
 Но дома она будет не одна, а с Аней. И это его успокоило. В палате он оказался один, а кроватей было три. Все они были не заняты. Он выбрал у стены рядом с окном. При входе в палату было небольшое помещение с умывальником и туалетом, напротив комната с душем.
 Пришла медсестра и дала ему таблетки, сказав при этом:
 - Таблетки будите на день получать каждое утро перед завтраком. Не опаздывайте, хорошо?
 - Спасибо, не опоздаю.
 Сергей прилёг на кровать, накрытую покрывалом, она оказалась мягкой. Решил подремать, а тут открылась дверь и в палату вошёл улыбающийся его дружок-одноклассник Лёвка Гусев:
 - Привет! Вот и ты сюда попал? Как настроение?
 - Какое тут настроение. Давление замучило.
 - Ничего, завтра будет всё в норме, здесь врачи хорошие.
 - А без таблеток никак? Лучше бы уколами.
 - Старый век. Не дрейфь. Привыкнешь.
 - Ты привык?
 - Я здесь не первый раз. Ну, как там Крутой Яр. Давно я там не был.
 - Соскучился? Так у тебя же там родительский дом?
 - Родителей нет. Сестра там живёт. Навещаю. Но, понимаешь, семья, работа...
 - А кем ты работаешь и где? Сто лет мы с тобой не виделись.
 - То правда. Вот я и обрадовался, когда увидел в окно, как ты с женой подходил к больнице. Работаю я травильшиком на Ваннадие. Слышал ты про "Полему". Порошковая металлургия. Это дочерние предприятия от Тулачермета. Работа вредная, но платят хорошо. Правда, бывает с задержками, как и везде в стране.         
 - В чём вредность!
 -«ПОЛЕМА» - завод порошковой металлургии. Ведущий мировой производитель изделий из высокочистого хрома, молибдена, вольфрама, металлических порошков. Травильщик непосредственно осуществляет процесс травления металла в щелочных и кислотных ваннах. Представляешь, что это за процесс, в школе химию проходил? Но зато не только приличная зарплата и бесплатное питание, но и ежегодная проверка здоровья, помощь в определённых обстоятельствах. Многое другое. Ну, а ты как? Ты же работал токарем?
 - Когда это было? В молодости! Окончил одновременно с работой исторический факультет. Работал редактором в газете комбината. Теперь вот в больнице.
 - Но, ты молодец! А я вот так и не окончил институт. Семья дети и работа на износ.
 Он как-то сразу сник и погрустнел:
 - Ну, ладно, не скучай, на обеде встретимся. Здесь на нулевом этаже прекрасная столовая и кормят вкусно. Это был раньше медицинский Центр от "Штампа". Ты один здесь?   
 - Пока один.
 - Ничего, скоро кого-нибудь подселят. Здесь и небольшая библиотечка есть. Ну, ладно, я побежал, а то скоро обед.
 Пожал руку и ушёл. Больше они не беседовали. Наверное, его скоро выписали. Сергей пожалел его. Учился он на "отлично". Математик был изумительный. Справлялся с такими задача, которые в классе никто на мог осилить. В радиотехнике не было ему равных. 
 Ремонтировал телевизоры всех марок ещё в школе. Так он подрабатывал на карманные деньги. А вот рано остался без родителей и рано женился. И вот теперь на такой тяжёлой работе.
 Встреча с ним вновь вернула Сергея к своей проблеме с работой. Потом он решил больше ни о чём не думать, а быстрее выйти из больницы. Но мысли его опять возвращали к комбинату и Крутому Яру.
 Сергею самому не верилось, что он уйдёт навсегда из комбината и в Крутом Яру не будет газеты. Тем более, что до столетия предприятия осталось совсем ничего. Он уже переговорил со многими местными художниками в Крутом Яру о создании в музее картинной галереи. И это тоже стало как-бы его детищем, как и газета. 
 Кроме того, в течение почти последних трёх лет он активно сотрудничал с тремя местными композиторами. Два из них работали в средних школах учителями музыки и имели свои хоры, третий в Доме культуры руководил фольклорным ансамблем.
 Один из школьных учителей создал при Доме культуры прекрасный детский хор в сто человек, имевший уже звание образцового, второй создал в своей школе вокальную группу из пяти учителей с прекрасными голосами. И это было ценно для Сергея. Было кому исполнять их песни.
 Местные музыканты-композиторы были рады общению с Сергеем. Они жадно ждали каждой написанной им песни. Сергею было приятно с ними работать. Песен было написано и исполнено уже более пятидесяти.
 Именно, этого соавторства ему не хватало. Композиторы тоже истосковались по творчеству.  Потому Сергей лелеял мысль собрать, кроме этого хора и вокальной группы, всех бывших певцов и музыкантов цеховой самодеятельности комбината, как исполнителей его песен, и провести большой творческий концерт в честь своего пятидесятилетия в Доме культуры, что он уже и осуществил в августе 1996 года.
 Этот концерт прошёл под названием "Пою моё Отечество". К этому празднику песни присоединилась и детская музыкальная школа посёлка, также исполнившая две песни Сергея.
 Подобный концерт Сергей мечтал повторить и в день празднования столетия комбината. Но не удалось. Жизнь складывалась так, что ему просто не по пути ТЕПЕРЬ с комбинатом. Да и здоровье стало противится этому.
 Как сложится дальнейшая его жизнь он не знал. Но главное было теперь восстановить здоровье и Сергей решил приложить к этому все свои силы и волю.
 Пока он так размышлял, дверь палаты приоткрылась и вошёл к нему пожилой мужчина лет под семьдесят:
 - Здравствуйте. Я могу на любую из этих кроватей ложиться?
 Сергей кивнул головой:
 - Да, здесь я пока один.
 - Я из реанимации. Особенно беспокоить не буду. Николай Иванович.
 Сергей назвал своё имя. Опять открылась дверь и показалась медсестра:
 - На процедуры и потом на обед!         
 В комнате медсестры Сергею поставили капельницу. Это заняло немного времени и он, взяв ложку и кружку в палате, стал спускаться на нулевой этаж, надеясь встретить там Гусева. Но его там уже не было. Зато, он встретил там известного уже в России крутояровского композитора Владимира Пацаева:
 - Здравствуй, можно к тебе за столик.
 - Давай! Ты первый день? На каком этаже?   
 - На первом. А ты?
 - На втором. Заходи, поболтаем про жизнь.
 Владимир писал красивые песни о любви. И они Сергею нравились. Кроме того, любил он ещё пофилософствовать про жизнь. Однако, он был совершенно противоположных взглядов, чем Сергей. Но это им не мешало общаться.
 После ужина Сергей зашёл к нему в палату. Это была палата-люкс, с отдельным холодильником и телевизором, телефоном. Около его кровати на тумбочке стояла икона. 
 Это Сергея не удивило. Владимир был верующим человеком. И у него была какая-то очень странная болезнь. Иногда ему было совершенно плохо, но это также быстро проходило. Врачи не могли понять причину таких его состояний. 
 Увидев телефон Сергей спросил:
 - Я позвоню?
 - Давай! Но только недолго. Ругаются.
 Сергей позвонил сначала Нине, потом Вере. Сообщив, что у него всё нормально.
 А.Бочаров.
 2026.