Дом, который помнит историю...

Дом, который помнит историю.
Дом, в котором выросли дети.
Теперь у них свои жизни,дела, заботы.
И они все разъехались по разным городам и странам.
 
Два старика,их руки, простые, мозолистые знали цену ржаного зерна,знали, как растянуть запасы еды,чтобы хватило подольше,чтобы дети не остались голодными.
 
Мать и отец, две души под старой крышей, где сейчас  периодически гуляет ветер, заботились, кормили, не жалея сил и здоровья своих десятерых детей, согревали, обволакивали их любовью густой, как кисель.
 
Они шили одежду из лоскутков, скрашивали сумрачные дни в одно длинное лето.
Иногда к ним рвался в гости голод, но родители  стойко оберегали от этой напасти своих детей, уходя спозаранку на работу и работали до самой  темноты.
Да, было  конечно трудно, сложно, но за то дом был полной чашей.
 
Отец гнул спину у станка,мать склонялась над печью,и каждый кусок хлеба делился на десять равных частей, и никто никогда не оставался голодным.
 
Они строили  надёжную крепость из веры и труда,где дети росли, как молодые дубки, крепкие, статные, ладные,  с высокими кронами.
 
А потом, дети выросли, годы сменили друг друга, как смены на заводе, деревья стали большими, пустили корни в далёкие, чужие земли.
 
Десять путей, десять дорог, десять столиц, полных шума,десять телефонов, звонящих редко, на праздники.
Быстро,  коротко, зададут  несколько вопросов:
"Как дела? Как здоровье? Деньги отправить?"
И вновь пропадают до следующих праздничных дней.
 
Стены дома стали шире,или, может, они просто такими стали потому что дом опустел?
Или они уже так сильно постарели, что стены кажутся большими, которые всё помнили,  смех и плач, первые шаги и первые ссоры.
 
Родители сидят теперь в ожидании у окна.
Солнце садится чуть раньше, чем прежде.
Их руки, такие же мозолистые, держат теперь лишь кружку остывшего чая.
 
Иногда кто-то из детей звонит по выходным, рассказывает о своих сделках,  об отдыхе с женой и с детьми на море, о погоде вдали.
Они слушают, кивают, радуются каждому его слову, но в душе щемящая пустота.
Потому что понимают, что им теперь  нет места в жизни их детей. Они для них помеха,  родство, которое для них является небольшой, но обузой.
 
Десять детей, каждый с полным столом, с достатком, который их родители  не знали, но этот достаток не может заменить такую  простую  и нужную фразу:
"Мама,папа,приезжайте, мы по вам соскучились,  поживите с нами".
 
Но вместо тех слов, что ждут эти старые родители случается другое, когда один из детей, потому что настал его черёд отправлять родителям деньги, просто звонит и сухо так говорит:
Деньги отправил, идите получите.

И всё. Больше никаких добрых слов, никакого внимания и заботы.
Отправить деньги, это как будто поставить заплатку на дыру во  времени.
Слишком много нулей на банковских  счетах детей, но они обнулили свои души.
Рядом с ними соседствует гнетущая тишина.
 
Десять голосов в трубке,десять судеб, десять сердец,  и ни у кого нет времени уделить время  родителям,  приготовить им ужин, пообщаться по душам, позаботиться об их здоровье.
Нет времени приехать в тот самый дом, где их одаривали любовью без остатка.
 
Мать и отец, они все ещё держат эту старую крышу, подлатали её и она уже не протекает, это радует.
Вечерами ведут беседы, вспоминают свои детские послевоенные годы, вспоминают как делили последний сухарь с близкими.
Было так трудно, так тяжело, но никто и никогда  не оставлял родителей стариков в одиночестве.
Это считалось позором, бросить своих родителей на произвол судьбы.
 
И вот парадокс времени, горькая правда, словно корень редьки: Две души смогли накормить, вырастить десять жизней,но десять сытых жизней не могут накормить две старые, одинокие души.
Не могут показать своим родителям любовь и заботу, просто дав им своё время,
подарив спокойный, неспешный вечер.
 
Они не просят роскоши,не просят богатства,они просят тепла, чтобы согреться в этом остывшем доме, живя среди холодных стен одиночества и тоски.
И никакие отопительные приборы не заменят теплоту родных сердец.
 
А дети, занятые суетным миром, забыли вкус того простого хлеба, который готовила им мама, который был замешан на любви, и теперь им кажется,что достаточно заботу о родителях заменить  определенной ежемесячной суммой, а не  их присутствием в их жизни.
 
И тишина в доме родителей становится тяжелее, она угнетает сильнее, чем любая  работа, которую они делали в своей жизни, чтобы эти десять  детских  душ никогда не знали, что такое беда и  настоящий голод...