***

Глава 1.

Сплошная стена воды падала с небес на землю, крупные кали ударялись об поверхность луж, поднимая в воздух тысячи брызг. А те, на мгновение, повиснув в воздухе, вновь устремлялись в водную стихию, породившую их, концентрическими кругами расходясь по лужам. Мутная серая пелена дождя и смог, расползающийся от  рудникового поселка по всей долине, настолько ухудшали видимость, что лишь стоило бредущему позади солдату слегка замедлить шаг, как спина впереди идущего исчезала в пелене. Скверная погода на скверной планете, отравленная природа редко рождала солнечные дни, отравленный воздух забивал рудной пылью легкие. Пыль не мог прибить к мертвой почве и дождь. Пыль была в тяжелых дождевых каплях, превращая их в черные кляксы.
Не останавливаясь ни на минуту, Марк вытащил из кармана разгрузки угольный фильтр и, щелкнув фиксатором, закрепил его рядом с таким же зелено-серым цилиндром. Прошло несколько секунд и система фильтрации, приняв его, отстрелила старый фильтрующий элемент от шлема. Конечно, можно было воспользоваться и закрытым кислородным циклом, тем самым полностью отделив себя от “грязной” атмосферы планеты, но это еще десять килограмм бойцам и без того отягощенным боеприпасами сверх меры так, что даже экзоскелет десантных скафандров с трудом справлялся с ношей.
- Уже двадцать минут прошло, - как бы невзначай сказал сержант, разорвав тишину эфира, наполненного до этого лишь сухими статическими щелчками, - а на всех частотах тихо как в гробу. Что-то не общительные колонисты, а шеф?
Не спеша с ответом, Марк поднес к глазам тепловизор, пытаясь сквозь его оптику хоть что-то разглядеть впереди:
- Дерьмовая планета. - Заключил Марк, пряча прибор в кармане разгрузки – Не бойся. Возможно, у них центральный передатчик сдох, а без него на такое расстояние сигнал от индивидуальной рации не дойдет.
- Да я то не боюсь, - сержант нервно поводил рукой, разгоняя густой, как вата, смог, - но разведка нашла впереди гильзы 7.62. Не нравиться мне все это, калибр не под “пуколки” повстанцев. Это АВД-76 [Автоматическая Винтовка Десанта] прошлого века – оружье наемников. Не уж то кто-то сверху решил нашими руками замочить “головорезов” конкурентов на планете третьей стороны. А шеф?
- Я знаю не больше твоего, Лаки. Приказ был ясен: зачистить территорию от повстанцев и отходить к точке эвакуации. Это я и сделаю, а проблемы будем решать по мере их поступления.
- И все же это странно, с каких пор это корпораты помогают друг другу? И какие могут быть повстанцы в шахтерском поселке? Здесь же вахтовый метод, народ сменяется через год-два… бунтовать за что? За чистый воздух? Да они из-под рудниковых куполов и не вылазят… из-за низкой зарплаты? Тоже нет, мой кузен шахтер, и тоже работает вахтовым методом. Так он за год зарабатывает столько, что потом три года в метрополии живет как у бога за пазухой.
- Зачистить территорию, - сквозь зубы процедил Марк, - приказ ясен?
- Да!
- Что, да?
- Приказ ясен, сэр! – Вытянувшись во весь рост, сержант чеканил слова. – Зачистить территорию сэр!
- Свободен, Лаки, можешь идти.
Проводив взглядом удаляющегося к бойцам сержанта, Марк, уткнулся в тонкий полупрозрачный тактический планшет.
Вылазка начинала ему надоедать. Чужая атмосфера, смог и неизвестность – это совсем не то о чем ему говорили в центре. И пусть его подразделение и было лучшим из лучших, но в таких условиях на неизвестной планете встреча с хорошо вооруженным противником (особенно если его численность неопределенна) закончилась бы для их немногочисленного отряда печально. Была б его воля он немедленно начал бы выводить людей к точке эвакуации. Но здесь от его воли ни что не зависело. Условия диктовали те, кто находился в десятках световых лет от этой проклятой планеты. И условие у них было одно несмотря ни на что продвигаться к месту, отмеченному на карте планшета маленькой мигающей желто-зеленой точкой.

***

Через час сквозь разрывы смога, стали вырисовываться очертания рудникового поселка. Точно по центру в окружении административных зданий высилась сто метровая игла радиовышки. Поднимаясь величаво над двухэтажным ульем поселка, вышка служила еще и маяком, на ее вершине мигал ярко-красный прожектор, посылавший столб света далеко вверх. Удобный путевой знак для свихнувшихся пилотов, решивших сажать челноки в ручном режиме здесь в пропитанной грязно-серым туманом долине. Космопорт был отсюда не виден, но Марк хорошо помнил его по аэрофотоснимкам. Назвать его космопортом мог лишь человек никогда не видевший величественных строений Метрополии и Центральных Миров. Местный “космопорт” состоял лишь из небольшой диспетчерской башни примыкавшей к одноэтажному аэровокзалу. Посадочных столов было два, но использовались они нечасто и в неполную силу. Рассчитанные на тяжелые в сто тысяч тонн транспортники, они принимали лишь средние орбитальные челноки. Транспорты предпочитали производить погрузку-разгрузку на орбите.
Герметичные двухэтажные жилые бараки были разбросаны по всему рудниковому поселку в хаотичном порядке, о создании улиц здесь видимо не задумывались – каждая новая “порция” шахтеров выстраивала себе дом в первом попавшемся месте. Разобраться в этом хаотичном скоплении бараков мог лишь “тертый калач” отработавший на местных выработках ни один месяц. “Ни чего, разберемся” – спокойно заключил Марк, рассматривая раскинувшийся перед ним пейзаж сквозь оптику прицела.
- Ну что скажешь, шеф? – Лаки смотрел на командира из-под прозрачного забрала. – Ничего не замечаешь?
- Ты это о чем, сержант?
- Да все о том, Марк, - улыбнувшись, ответил солдат, - слишком здесь тихо и пусто. Такое ощущение, что поселок умер: за все время, что мы здесь, не было видно ни одного транспорта, да что транспорта ни один человек не прошелся по территории поселка.
- Вот здесь ты прав, Лаки, – как не хотел этого Марк, но ему пришлось согласиться, со словами бойца уж как-то слишком тих и неподвижен был поселок. Слишком тихо для поселка повстанцев: ни сигнальных костров, ни необдуманных речей, разносившихся из охрипших динамиков, ни слоняющихся без дела рудокопов в один час променявших привычный отбойный молот на автоматическую винтовку. Рудниковый поселок напоминал города-призраки из старых земных легенд, - уж слишком тихо…

***

Разрывая плотную пелену тумана, авангард десанта вошел в поселок. Шли открыто, не таясь, действуя по старой отработанной в десятках высадок тактике. Авангард состоял из “отмычек” – закованных в тяжелую броню экзоскелетов десантников. Их основная задача была проста – сыграть роль приманки для повстанцев. После того как огневые точки противника будут обнаружены, в работу вступят одетые в легкую кевларовую броню снайперы. Покрытая особым мимикрирующим составом броня в точности имитировала цвет поверхности окружавшей десантников. Двигаясь медленно, прижимаясь к стенам зданий, снайперы полностью сливались с фоном.
Закованный в экзоскелет Марк шел во главе авангарда по тихим опустевшим улочкам поселка. Поселок и вправду казался вымершим, в вечерних сумерках не горело ни одно окно, и лишь ветер носил по улицам тучи пыли, иногда закручивая их в небольшие воронки. Поводив фонариком винтовки под ногами, Марк заметил, как внизу что-то блеснуло. Присев на корточки десантник увидел в пыли несколько бело-желтых гильз. Гильзы были выпущены из винтовки недавно – они еще не успели покрыться серо-зеленой пленкой окиси, которая окутывала незащищенный от ядовитой атмосферы металл за несколько недель.
Шедший в стороне десантник нервно вскинул винтовку и прильнул к прицелу:
- Шеф, объект на десять часов! Неподвижен!
Взглянув чуть влево и вперед, Марк заметил одиноко сидевшую фигуру. Человек, одетый в легкий десантный скафандр черного цвета сидел, прислонившись спиной к обшарпанной стене барака, одна его нога была согнута в колене, другая же была вытянута вперед. Чуть ниже бедра она была перетянута грязно-бурой лентой, бывшей когда-то бинтом. Но бинт настолько пропитался кровью и грязью, что узнать его было практически невозможно. Человек склонил шлем на грудь и издалека, казалось, что он рассматривает тяжелый АВД-76, который он держал в руках.
- Наемник… - одними губами прошептал Марк. Подняв кулак над головой, Марк оттопырил вверх два пальца и взмахнул ими в сторону лежащего наемника. От ближайшей стены отделились три полупрозрачные тени. Короткими перебежками десантники приближались к объекту. Еще мгновение и идущий впереди разведчик оказывается возле наемника. Несколько секунд и солдат спрятав винтовку за спину, оттолкнул тяжелым солдатским ботинком одетого в черную броню человека. Наемник неспешно словно бы в замедленной съемке стал заваливаться набок. Вот его голова коснулась земли, и Марк увидел – тонированное забрало шлема прошито в нескольких местах пулями…

Продолжение рассказа.

Глава 2.

То, что наемники работали не только на частных лиц, но и на крупные корпорации знал каждый. Однако простые граждане планет и их правители предпочитали держать язык за зубами справедливо полагая, что лишний шум лишь укоротит болтуну жизнь. Наемники не были для корпораций разменной монетой, как может показаться на первый взгляд. Опытные натренированные в частых боях солдаты подходили для “темных” дел корпоратов как нельзя лучше. Ценившие в этой жизни лишь кредиты, наемники не задавали лишних вопросов. Лучшими в наемничьей среде считались магометане, выходцы с планеты Новая Мекка. Планету эту заселили ортодоксальные исламисты еще в далекий первый этап колонизации. Но не стоит подобно большинству обывателей думать, что все жители Новой Мекки это кровожадные головорезы, готовые за горсть звонких монет перерезать глотку любому. Нет, наемничьим бизнесом промышлял лишь небольшой процент жителей планеты, да и среди головорезов были не только арабы, но и представители других народов проживавших на просторах человеческого космоса. Планетой наемников Новая Мекка стала лишь благодаря своему выгодному положению на пересечении транспортных трасс и мягким законам позволявшим ввозить на планету любое вооружение от легких импульсных пистолетов до многотонных зенитно-ракетных комплексов обороны крейсеров.
Антон Климов не был уроженцем Новой Мекки, его родиной была Роса, маленькая аграрная планета до сих пор подконтрольная корпорации. Этот консервативный замкнутый мирок, находившийся вдалеке от основных трасс, вел полусонный образ жизни. Верхом мечтания для парня выросшего на этой планете был уютный маленький домик, честно заработанный фермерским трудом. Даже U.S.C. контролировавшая всю жизнь на этой планете не рекрутировала ее жителей в свои боевые подразделения, справедливо пологая, что человек привыкшей с детства “махать мотыгой” на поле, никудышный солдат.
Но Антон не был типичным фермером, вся эта размеренная аграрная жизнь не прельщала его. Все мечты его были заполнены звездами, космическими перелетами и сражениями. Эта страсть была у Антона не всегда, она возникла у него после того, как порог их уютного деревенского коттеджа пересек высокий средних лет мужчина. Одетый в просторную кожаную куртку человек ни слова, не говоря, уселся в старенькое отцовское кресло и, подмигнув оторопелому мальчугану, достал из внутреннего кармана сигару. Прикурив, он улыбнулся во весь рот, и его светло-голубые глаза вспыхнули веселыми искорками.
Пришедший человек как, оказалось позже, был старшим братом Андреева отца. Сорви головой, который двадцать лет назад убежал из родительского дома и прибился к наемникам. Все считали Стива давно сгинувшим в одной из не объявленных войн, но не только выжил, он вернулся домой и лишь только зигзагообразный шрам на загоревшем под чужими солнцами лице напоминал о прежних приключениях. Однако шрам это было не все, что принес с собой дядя Стив из странствий, не малым багажом были тысячи историй о “беспутной” наемничьей жизни. Эти истории полностью поглотили тринадцатилетнего паренька, которым был тогда Антон Климов. Он представлял себя главным героем тех историй, которые так любил рассказывать дядя по вечерам, выпив перед этим бутылочку крепкого эля.
В шестнадцать лет, Антон сбежал на первом попавшемся транспортнике с Росы…

***

Небольшой полуподвальный бар, расположившийся невдалеке от космопорта, был пуст несмотря не вечерний час. Обычно в это время в баре было не протолкнуться от наполнявшей его толпы состоявшей в основном из технарей и грузчиков. Между ними, ловко лавируя в фарватере непрерывно двигающихся тел, суетились, словно воздушные нимфы, официантки. Нередко в баре можно было встретить и типов совершенно не подходящих по внешности на работников космопорта. Обычно это были суровые мужчины все как на подбор коротко стриженые в просторных кожаных куртках и в тяжелых армейских ботинках до голенищ, которых нередко виднелась рукоятка кинжала. Кто были эти мужчины, знали все, особо был осведомлен об их профессии Эрнесто – владелец бара, но ни он, ни его посетители предпочитали не замечать их и не болтать лишнего назойливым полицейским, патрулирующим неспокойные окраины космопорта. Эрнесто молчал еще и потому что был впрямую причастен к тем сделкам, которые проводили в его баре наемники.
Так вот небольшой полуподвальный бар был пуст, если не считать Эрнесто, протиравшего за барной стойкой бокалы, молоденьких смазливых официанток беспрерывно трещавших у кухонной двери да двух мужчин усевшихся за дальним столиком у северной стены. Первый из мужчин одетый в просторную скрывающую фигуру куртку был коротко стрижен, его руки одетые в краги [кожаные перчатки с обрезанными фалангами] лежали на столе, пальцами правой руки незнакомец выстукивал несложный марш. Его коротко стриженый череп покрывала короткая щетина седеющих волос, а широкий лоб пересекали две глубокие морщины. Незнакомец был наемником. Наемник разменял пятый десяток, но во всем его облике чувствовалась огромная сила скрытых курткой мышц. В свои пятьдесят пять лет наемник мог с легкостью побороться с противником вдвое моложе его, выиграть бой, а после этого совершить многокилометровый кросс с полной выкладкой. Наемник был угрюм и молчалив. За все те полчаса, что он пробыл в баре, наемник бросил лишь пару коротких фраз. Говорил же в основном его оппонент. Он был худ, сухопар. Одетый в строгий деловой костюм за несколько тысяч кредитов собеседник совершено не вписывался в обстановку бара. Тараторя без умолку, он, то и дело поправлял большие солнцезащитные очки, скрывавшие большую часть лица.
- Так вот, мистер Климофф…
- Климов, – поправил собеседника наемник, - но зовите меня Антон.
- Хорошо, Антон, - очкарик замолк, нервно дернул кадыком и взял стоявшей на столе стакан, - как я уже говорил, - продолжил собеседник, залпом осушив стакан, - для вашей команды у нас есть дело.
- У кого: “у нас”? – вновь перебил его Климов – вы уже почти полчаса парите мне мозги Джим, а так и не назвали своего хозяина. Я и мои ребята ни кучка уголовников-малолеток, готовая за несколько тысяч кредитов уничтожить кого угодно не задумываясь, кто оплатил веселье. Мне бы хотелось знать, кто стоит за теми деньгами, которые вы мне обещаете. Так сказать для перестраховки в дальнейшем.
- Конечно, конечно, - скороговоркой затараторил Джим, - я имею честь представлять мистера Утору Тога, генерального директора компании “Inter S-Lab”. У него для вас и вашего отряда есть личное дело.
- Не смешите мои тапочки, Джим, - улыбнувшись во все тридцать два зуба, ответил ему наемник, - с каких это пор у мистера Тога появились личные дела. Этот плешивый старикашка неразрывно связан со своей компанией, как молочный поросенок с сиськой свиньи. И если у Тога есть дело, то это дело его компании. Сумма контракта увеличивается втрое Джим…
- Да как вы смеете… - возмутился очкарик, на виснув грозовой тучей над наемником.
- Потише, Джимми. - Климов слегка толкнул собеседника в грудь указательным пальцем, и Джим плюхнулся своим тощим задом на мягкую подушку стула. – Не забывайте, с кем вы разговариваете. Дела компании “Inter S-Lab” всегда, я бы сказал, очень щекотливые и граничат нередко на грани не только закона (а на него мне собственно наплевать), но и на грани возможного.
- Да, но вы лучшее наемническое подразделение. С этим то никто не поспорит?
- Лучшее. Хм… - наемник на минуту задумался, смакуя произнесенное слово. – Может быть. Но мы все же люди, а людям свойственно умирать в самый неподходящий момент…

Напомню еще раз текст не окончен, поэтому критика о том что нет финала не принимается. Важны имено ваши замечания по поводу стилистики рассказа и прочих огрехов.
Заранее благодарен.