Пушкин. Поэтические обороты. Путь человека

Быть может, он для блага мира
Иль хоть для славы был рожден

Простим горячке юных лет
И юный жар и юный бред.

Вольнее птицы младость.

ветреная младость,
Которой ничего не жаль,
Перед которой жизни даль
Лежит светла, необозрима

Увы, на разные забавы
Я много жизни погубил!

Во дни веселий и желаний

Чредою нам дается радость.

Но жалок тот, кто все предвидит,
Чья не кружится голова,
Кто все движенья, все слова
В их переводе ненавидит,
Чье сердце опыт остудил
И забываться запретил!

Кому судьбою
Волненья жизни суждены,
Тот стой один перед грозою,
Не призывай к себе жены.

я в напрасной скуке трачу
Судьбой отсчитанные дни

В горестной разлуке

Покойно жизнь его катилась

мне быть отцом, супругом
Приятный жребий повелел

Когда бы жизнь домашним кругом
Я ограничить захотел

В моей блуждающей судьбе

Но старость ходит осторожно
И подозрительно глядит

Под старость жизнь такая гадость

Блажен, кто праздник жизни рано
Оставил, не допив до дна
Бокала полного вина,
Кто не дочел ее романа
И вдруг умел расстаться с ним

Бывало, он трунил забавно

Зато и пламенная младость
Не может ничего скрывать.
Вражду, любовь, печаль и радость
Она готова разболтать.

[Евгений] Был должен оказать себя
Не мячиком предрассуждений,
Не пылким мальчиком, бойцом,
Но мужем с честью и с умом.

Мальчишек радостный народ

Гадает старость сквозь очки
У гробовой своей доски,
Все потеряв невозвратимо

Чтенью предалася
Татьяна жадною душой;
И ей открылся мир иной

Страдалец мыслит жизни нить
В волнах чудесных укрепить,
Кокетка злых годов обиды
На дне оставить, а старик
Помолодеть -- хотя на миг

Так своеволием пылая,
Роптала юность удалая

Вся жизнь моя была залогом
Свиданья верного с тобой

Как женщин, он оставил книги

Был друг Мазепа; в оны дни,
Как солью хлебом и елеём,
Делились чувствами они

Но муж любил её сердечно,
В ее затеи не входил,
Во всем ей веровал беспечно

Удалость
(Как сон любви, другая шалость)
Проходит с юностью живой.

Во цвете радостных надежд,
Их не свершив еще для света,
Чуть из младенческих одежд,
Увял!

Прошли бы юношества лета:
В нем пыл души бы охладел

Ото всего, что сердцу мило,
Тогда я сердце оторвал

Простая дева,
С мечтами, сердцем прежних дней,
Теперь опять воскресла в ней