Узнай меня. Глава третья

Малфою захотелось обнять девушку, когда ледяной северный ветер налетел порывом на них, когда поднял листья на земле, когда, казалось, пронизал их с Анабель до самых косточек. Поэтому парень ничего проще не придумал как раскрыл свой чёрный длинный плащ, и девушка доверчиво вошла в его объятия. Она положила свою рыжую голову на плечо Драко, а её руки осторожно обняли спину парня. Нет, естественно, это не было страстным объятием. Всё было сделано с целью согреться - не более того.

- Расскажи мне, Драко, - попросила Анабель и провела ладошкой по спине Малфоя, поглаживая через мягкий свитер из ангорской шерсти, - всё расскажи. Тебе нужно выговориться, а иначе боль раздавит тебя.

- Маленькая, а такая мудрая! - хмыкнул блондин. - После Хогвартса поступай в Академию колдомедицины. Уверен, из тебя получится отличный целитель разума.

- Непременно, Драко, непременно... - отозвалась Анабель, ближе прижавшись к Малфою.

Наблюдавшие за парочкой Автор и его спутник, подумали в унисон, что вот здесь, на магическом кладбище Лондона, встретились два одиночества. С Драко всё понятно. Сын Пожирателя Смерти, сам тоже принял тёмную метку Того-Кого-Нельзя-Называть, хоть и не по своей воле, но ведь принявший на своё предплечье своего рода "штамп" - череп со змеёй. Нет, Драко этого не хотел, но его отец, лорд Люциус, слишком далеко зашёл в отношениях с Волдемортом, впустил его, да и всю шайку Пожирателей Смерти в свой Малфой-мэнор, после чего очень пожалел об этом опрометчивом поступке. И Тёмный Лорд, и и все эти убийцы, садисты, вчерашние беглые заключённые Азкабана, не оценили поступков Люциуса. Он проваливал операцию за операцией по поводу уничтожения Гарри Поттера, отчего впал в немилость свого господина, а соратники Тома Риддла стали жестоко смеяться над неудачником Люциусом, глумились над Нарциссой Малфой, говоря ей, чтобы она бросила его, а выбрала кого-то поудачливей. Сына Люциуса считали неудачником вдвойне, так как он, как и его отец, не справлялся с заданиями, данными Повелителем. Крах с дневником Тома Риддла, сорванная операция "Семь Поттеров", дело с пророчеством, которое Люциус тоже провалил, когда хрустальный шарик с пророчеством разбился, и мужчина не смог приподнести его Тёмному Лорду. А Драко? Проклятое ожерелье, отравленная медовуха... Драко не смог выдать Поттера своей тётке Белле, когда егеря поймали Избранного с друзьями и доставили в Малфой-мэнор. Он отдал даже волшебные палочки, когда "дрался" с Поттером, а по сути просто отдал их им, чтобы "Золотое Трио" сбежало из поместья, ведь там было очень опасно. Драко хватило нервотрепки, когда его бешеная тётка пытала на его глазах любимую - Гермиону Грейнджер, а он ничего не смог поделать. Конечно, Беллатриса была сильным и прекрасным легилиментом, она не смогла не увидеть в племяннике увлечение грязнокровкой, а потому пытала девушку ещё более изощрённо Круциатусом. После же, когда Трио сбежало, женщина применила на глазах своей сестры, Нарциссы, пытки над Драко, прекрасно понимая, что это он помог, хоть и не напрямую, а косвенно бежать Грейнджер, Уизли, а главное - "не узнал" Поттера.

- Не дай тебе Мерлин, девочка, увидеть то, как погибает на твоих глазах любимый человек, - начал свой рассказ Малфой. - После победы Поттера, после разгрома всей шайки Пожирателей смерти, мою семью едва не казнили. Весь мир был "за", чтобы предали моего отца и мать Поцелую дементоров. Отца - понятно, он заслужил этого, будучи идейным фанатиком, который участвовал в убийствах многих маггловских семей, в том числе и детей, но мама? Нет, моя мать всегда была тихой женщиной, у которой одна лишь семья была в приоритете. Она не раз просила Люциуса оставить идеи Волдеморта, уйти из Пожирателей Смерти, но не смогла его переубедить. Нарцисса знала курса со второго о моей одержимости Поттером, и о моей любви к Грейнджер. Я злился на Гарри за то, что он не принял моей дружбы, а предпочёл какого-то Уизли. Злился на Гермиону, что она оказалась такой умной, такой преданной своим друзьям, бесстрашной и идеальной. После злился, что она выбрала своим парнем не меня, а рыжего Уизли. Я даже видел их поцелуй после смерти Сама-Знаешь-Кого. Грейнджер целовалась на моих глазах с Роном, а я не мог  ничего с этим сделать - это был её выбор. - Девушка в его объятиях напряглась, а её губы прижались к шее блондина. Драко не заметил этого, так как воспоминания полностью заполонили его разум. А Анабель нежно целовала кожу парня, упиваясь дорогим парфюмом и его запахом. - Отца казнили после суда над нашей семьёй, мать бы казнили тоже, как и меня, но на суд явились Поттер с Грейнджер. "Золотой" мальчик просто не дал мою мать в обиду, открыв всем как она спасла Гарри в лесу, обманув Волдеморта, что Поттер мертв. А Грейнджер защищала меня. В тот момент я побоялся...  не смог посмотреть в любимые глаза Гермионы, ведь я такой никчёмный. Я - бывший Пожиратель Смерти, всю жизнь обзывавший её грязнокровкой, поганой грязнокровкой и прочими прозвищами, а она...

Анабель оторвалась от шеи Драко и произнесла:

- Я просто уверена, что твоя Грейнджер любила тебя не меньше, чем ты её. Она и сейчас любит.

- Почем ты это знаешь, рыжая? - с надрывом спросил Драко, прижимая девчушку к себе.

- Твоя любимая не пришла бы в Визенгамот на суд, если бы не любила. Она бы не дралась за тебя со всеми миром волшебников, если бы не была одержима тобой, как и ты ею. Просто так случилось, что вы оказались в той войне по разным сторонам баррикад.

- Но ведь она целовалась с Уизли на моих глазах...

- И что с того? - фыркнула Анабель. - Мало ли кто с кем целовался. Да и ты сам тоже. Вспомни, с кем сам целовался этим летом. Припоминаешь?

Драко задумался и кивнул. Им как только он мог забыть...

- Верно, - ответил он, - было дело этим летом. Я поехал проведать мать в Дордонь. Юг Франции, Нарцисса живёт с кузиной моего отца - Женевьеаой Малфой, покинув Британию сразу после смерти Люциуса и его кремации. Прах отца она увезла с собой. Я напился на празднике приготовления молодого вина, а ко мне подсела соседка: Феона. Полукровка, очень живая и весёлая. Мы с ней танцевали, а потом я не помню, как оказались в нашем саду. Знаешь, Анабель, эта Феона чем-то была похожа на Гермиону. Я поцеловал её, поднял под коленями и едва не взял её прямо под дубом, но каким-то образом вспомнил Грейнджер, очухался, словно вмиг протрезвел. Я отстранился и ушёл, в этот же вечер уехал в Британию и поспешил сюда - на кладбище. Я плакал, просил прощения у Гермилны здесь, словно изменил любимой.

- Твоя Грейнджер всё видела и знает, что ты был пьян и расстроен. Я просто уверена, что она нисколько на тебя не злится.

- А я просто уверен, что тебе нужно выучиться на целителя рпзума, Анабель, - усмехнулся Драко и обнял нежно хрупкое девичье тело. - Но я продолжу свою повесть.

Девушка устроилась на коленях Малфоя поудобнее, и снова его обняла, а Драко продолжил свой рассказ:

- Это сейчас моя тётка Белла мертва, а ещё год назад она мстила всем за смерть Волдеморта. Тогда из Хогвартса ей удалось трансгрессировать, когда Лорд пал, были убиты оба брата Лестрейндж, большинство Пожирателей Смерти. А ей удалось сбежать. Первым делом она убила родителей Грейнджер, найдя их в Австралии, куда Гермиона отправила их подальше из Англии и от войны. Что Грейнджеры в Австралии, она это узнала во время пыток Мионы, пока пытала её в мэноре. Расправиться с ними ей оказалось в сладость. Беллатриса пытала их Круциатусом, потом, наигравшись, применила Аваду. Хотела после убить Поттера, но не удалось, его снова не взяла Авада. Тогда моя тётка решила заманить в Малфой-мэнор Грейнджер, посредством Джинни Уизли, тем самым уничтожить и Поттера, и Гермиону. Несколько месяцев шла подготовка к решающей вендетте. Меня она отправила во Францию. Я и не догадывался ни о чем, видит Мерлин. Она собрала вокруг себя таких же чокнутых фанатичек. Я узнал в последний день - в день икс о покушении. Увидел случайно в волшебном зеркале тетки Женевьевы в Дордони о том, что задумала Беллатриса. Разрешения на транссгрессию у меня нет до сих пор, поэтому мне пришлось ехать поездом под проливом Ла-Манш, когда я появился в мэноре, Грейнджер с Поттером были уже на месте. Я, не раздумывая, успел надеть на шею Гарри амулет - порт-ключ и активировал его, а Грейнджер осталась.

- Гарри никогда не простит тебя, что ты не дал ему спасти его невесту, - произнесла Гермиона. - И я не прощу. Где вы прячете Джинни, Малфой?

- Джинни нет здесь, да и не было, она сейчас с Забини проводит уикенд в Париже, Грейнджер, а тебе нужно уходить. Идём, я выведу тебя отсюда, здесь вам нельзя быть. Пошли Патронус Поттеру, что Уизлетты здесь нет, и уходим. Вот, возьми моё кольцо, оно тоже порт-ключ, но вынесет тебя не в Лондоне, а во Франции.

- Поклянись, Малфой, что ты не врешь...

- Миллион раз клянусь, Гермиона! - прошипел я возмущённо, и девушка кивнула, таки взяв моё кольцо.

Она вызвала Патронус, свою выдру, начала наговаривать послание. Миона успела послать Патронус, когда появилась Беллатриса. Одна. Она отшвырнула меня взмахом руки, припечатала к стене.

- Экспеллиармус! - произнесла Гермиона, пожелав разоружить тётку. Ей это удалось, но волшебница не знала, что в рукаве у Пожирательницы Смерти был маггловский пистолет.

- Ах ты же мелкая сучка, дрянь грязнокровая! - взревела женщина и выпустила весь магазин пистолета в Грейнджер. Я осел на мраморный пол вместе с Гермионой. В тот момент я умер с ней вместе. Дикий, безумный смех раздался со стороны Беллатрисы. Но тут я уловил движение пальцев Гермионы, и через миг её не стало - сработал порт-ключ.

- Как ты посмел дать этой дряни порт-ключ, Драко? - завыла тётка, и в этот момент ворвался в мэнор Поттер с аврорами. Во главе был Артур Уизли - отец  Джинни. Естественно, они обезвредили всех, а Гарри лично убил Беллатрису.

- Где моя Джинни, Малфой? Где вы её держите? - закричал Гарри, - Где Гермиона?

Я уже поднялся с колен и посмотрел устало на Избранного.

- Твоя Уизлетта с Забини в Париже развлекается. Жаль, что ты не знал, - Я перевёл взгляд на Артура. -  Похоже, что никто не знал, а Гермиона погибла...

Гарри подлетел под мне и начал избивать меня. Но что мне было до этого, ведь не стало той, кто был смыслом моей жизни. Пусть бы убил меня Поттер - отмучился бы, но он резко мегя отпустил.

- Где Гермиона? - прорычал гриффиндорец.

Я рассказал ему, что в последний момент успел дать ей кольцо порт-ключ, в момент гибели она активировала его и исчезла. Должно быть, сейчас Гермиона где-то в Париже или в Дордони, смотря куда её вынесло из поместья.

- Если ты врешь, Малфой...

- Зачем мне это, Поттер? - простонал я. - Погибла та, которую я любил больше жизни.

- И поэтому ты жив, щенок? - процедил сквозь зубы Артур Уизли. - Насчёт Джинни ты ведь солгал?!

- Я лично видел вашу дочь с Блейзом прошлым вечером на Елисейских полях. Видел, как пару, сэр, - ответил я. - Спросите Забини и свою дочь, Артур.

- Я отправляюсь искать Гермиону, - проговорил Гарри и хотел было трансгрессировать, но я остановил его.

- Поттер, ты спятил совсем? - возмутился я, - На мэноре антиаппарационный барьер, кроме наших личных порт-ключей. Тебя и всех прочих просто уничтожит родовая магия. Тебе это надо?

И Гарри кивнул. Он оставил со мной двух авроров до выяснения всех обстоятельств, а все прочие ушли.

- Трое суток колдомедики боролись за жизнь Грейнджер, но не спасли...

Драко залился слезами. Он обнял Анабель и ссадил её со своих колен, потом поцеловал в макушку и добавил:

- Береги свою любовь, девочка, не уподобляйся мне.

Сказав это, парень ушёл, даже не обернувшись назад.

Анабель же пнула по могильной плите и произнесли, когда Малфой скрылся из виду:

- Ну, Грейнджер, и сколько же ты ещё намерена изводить Малфоя своим молчанием, что ты вовсе не Анабель, а  Гермиона, м? Упиваешься его горем, его болью, страданием и раскаянием, да? Когда собираешься признаться Драко, которого до сих пор любишь? А теперь ещё и знаешь, что любима им не менее, чем любишь сама. Дура ты, Грейнджер, малодушная дура!