М. История24. Часть1. О династии

М. История 24. О династии. Часть 1.

             Вот сижу я дома в одиночестве. Четыре года уже. Схожу с ума понемногу. Поддерживают меня лекарства мои простые - физкультура, алкоголь и сериалы детективные. Конечно, четыре года - не четырнадцать, как у Монте-Кристо, и не девять, как у Уленшпигеля. Но всё равно всё опостылело, в голове винегрет и телек перестаёт утешать. А тут недавно посмотрел 22 серии Московской Саги, по В. Аксёнову, про династию Градовых. И прямо захотелось, просто засвербело написать про нашу семью. Есть и Сага о Форсайтах, и Клан Сопрано, и всякие Династии. Наша династия ничем не хуже. Конечно, мы не пересекались с Фрунзе и Сталиным, но наши жизни кажутся мне тоже интересными, очень живыми и настоящими...

            Генеалогия мне не интересна, семь колен предков я не знал, но именно те близкие, что меня окружали,  запомнились какими-то тёплыми чёрточками. В нашем доме хранятся, без преувеличения, тысячи фотографий и документов. Отец фотографировал всю жизнь, я тоже - с шести лет. Есть и старые, пожелтевшие, с начала века. Лежит множество квитанций об уплате бесконечных налогов. Бумажки государственных займов. Например, есть характеристика на дедушку Алёшу в молодости с печатью бронепоезда. Всю жизнь он работал слесарем водоканала, и только через много лет после его смерти я случайно узнал, что его забирали в НКВД, а через три дня выпустили без последствий. Я в свои 70 лет похож на него чертами лица и повадками.  Дедушка был сдержанный и работящий. Наверно, я тоже тихушник какой-то странный... Ещё есть, между прочим, аусвайс бабушки Дуси фашистских времён, там даже отмечено её слабое сердце... А есть затертые фото бабушки - девчонки. Не  один раз в семье рассказывали о голоде. Как варили суп из лебеды. Во время войны ходили в дальние сёла менять вещи на еду. Например, есть такое фото - раньше в скверах стояли огромные памятники - Ленин беседует со Сталиным, так вот, фото - наш Толик в коротких штанишках сидит у них на коленях. Такие дела...

            Самое первое воспоминание, наверно, не очень этичное, но я когда-то предупреждал, что я лишён чувства стыда, так вот - примерно в двухлетнем возрасте, когда родители уходили на работу, бабушка сажала меня на горшок, он был маленький, не такой, как сейчас, и она разрешала не засовывать туда писюн, так что всегда оставалась возле горшка лужица, и бабушка её безропотно вытирала. Бабушкина высокая кровать была одним из любимых моих мест. На этой кровати в пять лет я научился читать. В три с половиной года я впервые увидел поезд - взрослые взяли меня с собой на вокзал Сартану провожать т. Марусю на учёбу в Луганск, тогда он назывался Ворошиловград. А в четырёхлетнем возрасте бабушка и дедушка впервые взяли меня и двоюродного брата Витю с собой в деревню к родственникам в Курскую область, там были интереснейшие приключения - сначала мы заблудились, и несколько раз ходили по разным дорогам, засыпанным снегом, туда - сюда, туда - сюда, по несколько километров, в поисках нашей деревни Рындино... А позже, уже освоившись, Витя посадил меня на ржавый мотоцикл, неподвижно стоящий во дворе, стал якобы заводить его ( крутил крышку бензобака ) и сказал, что сейчас мотоцикл заведётся и сам поедет. Я испугался и плакал, просил не заводить его... Но зато в деревне мы узнали, какое блаженство спать на печи, а бабушка Анпиша пекла такие пампушки, которые я не ел больше никогда в жизни... Потом мы ещё ездили туда не один раз. Там много наших родственников, летом там все объедались земляникой и орешником, ловили в пруду зеркальных карпов... Там я находил меловые залежи, и из кусков мела вырезал разные фигурки.

           А в нашем Жданове родители работали на заводе Азовмаш, мама плановиком, а отец слесарем-инструментальщиком. Работали они всегда допоздна, и мама часто брала домой работу - большие листы бумаги с длинными списками разных деталей... Утром она всегда оставляла мне на полочке в кувшинчике конфету - карамельку. А ещё в семье все любили сухарики. И молоко. Так что, к сожалению, у меня всю жизнь плохие зубы. Дедушка и бабушка трудились в саду. Вечером, например, семья перебирала вишню и черешню, с  полночи дедушка отправлялся на Ильичевский рынок занимать хорошее место, а утром бабушка шла продавать фрукты. На праздники приходили родственники, иногда приглашали баяниста. За столом выпивали вино. Мама на праздники пекла лакомство - песочное печенье, круглые, звёзды,  полумесяцы. Года в четыре я уже сам ходил к тёте Клаве, на соседнюю улицу. Тётя Клава, мамина старшая сестра, и её старший сын Валик - самые тёплые люди, которые мне в жизни встречались. Вообще у нас очень много было родственников. Тогда один ребёнок было редкостью. Нас трое братьев. У т. Клавы трое сыновей. У дедушки с бабушкой двое дочерей и сын (пропал без вести в войну). У отца двое братьев и сестра. У мужа т. Клавы три брата и сестра... Такие были семьи. В шесть лет меня уже посылали в магазин, не далеко, за молоком, с бидончиком, четыре с половиной литра. Молоко стоило 16 копеек литр. А самые необыкновенные, редкие, сказочные конфеты - Драже Дружба - орех в шоколаде - стоили 2 рубля 70 коп. Около магазина я познакомился с мальчиком, Сашей С., и потом сидел с ним за одной партой и полжизни дружил.

          До школы главным авторитетом моим был старший брат Вова, и его друзья Валик, Колька Нечет, Витя Пушкарь и Валера Б. Тогда только  появились супермодные плащи - болоневые, и ребята в них были неотразимы. Валера был успешным боксёром. А наш Вова очень увлекался радио,  тогда все делали передатчики одноламповые, назывались - шарманка - и переговаривались в эфире, хоть это было запрещено. Вова имел позывные - Золотая Рапсодия. Его компания почему-то меня слегка недолюбливали, и иногда обзывали - Голова Садовая... Я до 8 лет не выговаривал букву "Л".

          Средний брат Толик в честь полёта второго космонавта Германа Титова написал стихотворение - Майор Титов телеграмму С ракеты на Землю прислал, Полёт протекает успешно, Спасибо за всё! Он сказал!

           Школы тогда были переполнены, и семья даже боялась, что мне не будет места. 1 сентября 1962 года, в мой первый класс, меня должна была вести бабушка, но у неё утром пошла кровь из носа, и я пошел сам, чуть не заблудился. С бабушкой вышла очень мрачная история. Кровь не останавливалась, и дальняя соседка, баба Катя, сказала - Эта кровь плохая, раз не перестаёт, пусть выходит. И бедная бабушка потеряла много крови. Потом её положили в больницу, потом перевезли в Донецк, а через год она умерла. Сказали - белокровие. Её похороны я хорошо помню. Многие присутствующие давали самым младшим внукам мелкие деньги. Между прочим, через несколько лет был такой случай - у нас уже был телевизор, все смотрели что-то, а я и Витя лежали под столом - там было удобно смотреть. И вдруг он заплакал, залился слезами... Я удивился - Что такое? А он сказал - Бабушку вспомнил, жалко стало...

           Жили все тогда скромно, небогато. Первые мои брюки, в первом классе, были с заплаткой на заднице, я её стеснялся, и ходил, прикрывая её портфелем. Читал я хорошо, и учительница Зоя Ивановна, уходя по делам, оставляла меня, как чтеца. А однажды, когда она ушла, все должны были изучать букву "Л." А я не мог её произнести. Стоял, стоял, да и заплакал без объяснения. Трагичная история. Но потом это прошло...

          Во втором классе у меня тоже произошло очень драматичное событие. Меня пригласили на день рождения двоюродного брата Володи, и родители для этой цели купили потрясающий грузовик синего цвета, огромный, я такого никогда не видел. Я взял его и пошёл в гости. Во двор вышла т. Валя и сказала, что ещё рано, застолье будет через два часа. Я вернулся с машиной домой, весь измученный терзаниями, что машину надо отдать. И решил не отдавать, и спрятал её под кроватью родителей в их спальне. К моему ужасному разочарованию, через 2 часа за мной пришёл всё-таки Володя, и я был вынужден расстаться с грузовиком и частью моей крови...

           В 1966 году старший брат Вова пошёл в армию. Служил сначала в Харькове, а потом в ГДР, в Дрездене. Проводы в армию мне очень запомнились, у него была чудесная компания друзей и компания красивых девушек, и та, которая его провожала - Лиля - стала потом его женой на всю жизнь. На проводах я впервые в жизни услышал два самых знаменитых рок-н-ролла на свете - Рок вокруг часов Билла Хейли и Твист Эгейн...Интересный эпизод - после трогательного прощания в военкомате компания девушек быстро исчезла, ничего не объяснив. И оказалось, что они поспешили домой, вымыли полы и накрыли чистый свежий стол до возвращения всех гостей...

           Когда Вова ушёл служить, мне от него достались светлые брюки клёш - это тогда было просто Супер. В классе все обзавидовались. А ещё от него осталась огромная книга "Юный радиолюбитель", я её выучил наизусть и полюбил навсегда.

           Один раз в год мама сама или с отцом ездила в Москву за покупками. В доме появился телевизор Рубин. А в кинотеатре Шевченко в эти годы шли самые потрясающие фильмы - Три мушкетёра, Великолепная Семёрка и Фантомас. Вообще, кино Шевченко, площадь Левченко, сквер при заводоуправлении - это были места отдыха, прогулок, людские муравейники, в сквере два тира - постоянные очереди, пострелять из воздушек, рядом эстрада под открытым небом, сейчас уже и не вспомнят, что это такое, люди просто гуляли... Как в песне - Это время ушло, и ушло навсегда, и лишь случайно проснулось во мне...

           Постепенно, кроме обычных детских интересов, узнавались и оставались навсегда семейные житейские подробности. Родственники отца - из Липецкой области, родственники матери - из Курской. В Донбасс перебирались в начале века, здесь было легче с работой. Дедушка построил наш дом в 1938 году, самый первый в этой местности. Работники завода иногда отдыхали на природе, на склоне извилистой балки, над тоненьким ручейком, и это место чем-то приглянулось... Все строительства и сами стройматериалы в те времена, конечно, выполнялись с огромной помощью завода Ильича, иначе и быть не могло. Сейчас склоны балки усыпаны домами и заборами ( у нас есть старые фото посёлка, когда заборов ещё не было ), тысяча тявкающих собак, и только возле самого ручейка, у высоких  камышей, живут птицы, находят там укрытие и воду. Живут утки, много красивейших соек, горлинки, очень редко можно увидеть серых и белых цапель, а прошлой осенью долго были ярко-желтые есенинские певцы - иволги. А ещё есть одни из самых пугливых и красивых птиц - фазаны. Этой снежной зимой я смог их приманить зерном, они стали осторожно прилетать ( или прибегать своей смешной пробежкой) во двор к зерну... Когда потеплело, они исчезли, и только раз в неделю прилетает один красавец. И удивительное дело - он немного клюёт, минут 15, а потом становится на высокий край домашней пристройки и долго, иногда целый час, просто стоит и смотрит вдаль! Фазан - философ, весь в хозяина... Моя Женя сказала - Неизвестно, чья это душа к тебе приходит в гости...

             Потом была война.Почти все родственники пошли на фронт, а моего отца в 1941 году угнали в рабство в Германию. Ему было 19 лет. Пробыл он там четыре года. Освободили американцы. Я описал его воспоминания в одном из своих  рассказов. В 1947 году он познакомился с матерью, осенью 1948 года они поженились и прожили вместе 54 года. А старший наш брат, Вова, родился в 1944 году, про его отца я ничего не знаю.

           Дедушка Алёша посадил в саду плодовые деревья, яблони, груши, сливы, смородину, крыжовник, малину ( в семье рассказывали, что во время войны в густых колючих зарослях малинника бабушка и дедушка прятали от немцев раненых красноармейцев ), виноград. А мой отец добавил несколько сортов винограда и украсил сад по-своему - в балке посадил два дуба, а вокруг нашего садового колодца - четыре сосны. Им теперь больше 60 лет, и они сейчас высотой с пятиэтажный дом. Эти саженцы он привёз из санатория. Не могу не рассказать об отдыхе в те времена. Тогда в городе были десятки действующих санаториев, домов отдыха, пионерских лагерей. Каждый год в отпуске родители где-то отдыхали - в Жданове, в Славяногорске, в Моршино, в Трускавце... А в одном из санаториев познакомились с тёплой семьёй из Гудауты, в Абхазии, недалеко от Сухуми, и потом крепко дружили семьями более 10 лет. Приезжали друг к другу в гости. Мои родители всю жизнь с гордостью и ностальгией вспоминали эти отпуска раз в год... В разговорах с моей Женей мы иногда с горечью жалеем, что в жизни много пахали и мало отдыхали.

            А ещё моя мама в школе за отличную учебу и активность ( она ещё и занималась в балетном кружке) была награждена поездкой в знаменитый пионерский лагерь Артек. Тоже хранятся множество фотографий. Я первый раз был в пионерлагере после первого класса. Лагерь был около моря, там, где теперь проспект Лунина. Всё было здорово, весело и интересно. Вожатую Нину все очень любили. Самое поразительное в памяти - был один мальчик, Вова Харченко, который за пазухой всегда таскал гору чеснока и жрал его целыми днями.  Я сейчас думаю - пришелец, что ли...

            Моё детство было скромное. И беззаботное. Игрушек покупных почти не было, крёстная т. Женя впервые подарила в 6 лет викторину с картинками про природу, я очень радовался. А позже подарили металлический конструктор, и я просто пропал на несколько лет. Все в семье увлекались радио. А когда Вова вернулся из армии, то он стал на свою  первую половину жизни очень ярким человеком - великолепно играл на гитаре, привез магнитофон - проигрыватель Яуза, купил мотоцикл Ява, купил кожаную куртку с украшениями... Тогда молодые люди очень крепко дружили. У Толика тоже была своя компания, на всю жизнь, они увлекались боксом, музыкой, фехтованием, Толик навсегда остался Атосом...

           После войны престижным для мужчины был велосипед. На некоторых фото мой отец, его братья Вася и Илюша в молодости красуются с гордым видом с двухколёсным другом. Позже, в шестидесятые, понемногу жизнь улучшалась. Первым купил мотоцикл с коляской д. Вася. Ходила легенда, как однажды он был вынужден, отвернувшись от родственников, пописать в высохший аккумулятор, чтобы его оживить... Потом и мой отец приобрёл мотороллер Тула, такой пузатенький и симпатичный. И все стали ездить за грибами в Фёдоровский лес. Грибов привозили мешками! И очень долго их всей семьёй потом мыли и перебирали. Через несколько лет д. Илюша купил Запорожец, тот ещё, горбатый. Купил в Донецке, самостоятельно поехал домой. И перевернулся в кювет. Но всё более-менее обошлось... А д. Вася умер в 42 года от рака лёгких. Курил...

          А д. Илюша до глубокой старости приходил к нам в гости, чтобы обязательно сразиться с моим отцом в шахматы. И непременно менторским тоном напомнить мне, что родителей надо слушаться...