Для дочери

Слушай, дочь.
Земля — штука жесткая.
Не асфальтированная гладь
под ноги стелется,
а дорога — терпкая,
та, что выпало
тебе шагать.

Не жди, что выстелют коврами.
Будут лужи,
будут камни,
будут те,
кто в душу плюнет,
и те,
кто мимо пробежит,
как тени.
Иные будут гнуть — согнись,
мол, так удобней,
так надежней,
чтоб не выше головы,
чтоб как все,
чтоб в общем строе.

А ты —
заставь не сгибаться затылок.
Пусть ветер в лицо,
пусть сбивает с ног.
Если мир надел на тебя удила —
значит, ты
не просто так,
значит, ты — ток
высокого напряжения.
Значит, тебе гореть.

Пройдут.
Исчезнут вруны и льстецы.
Останется только
твой собственный стержень.
И те,
кто смотрят в твои зрачки,
как в чистое зеркало,
как в мир,
где ты — режиссер.

Помни одно:
ты — единственный эскиз,
без копий,
без дублей,
без права на черновик.
Любить себя —
не в зеркало пялиться,
а знать:
что бы ни вышло,
какой бы ни был пик,
ты — та,
ради которой
стоит задержать дыхание
и сказать:
«Я иду.
Я горда.
Я — свет.
Я — твой свет.
Я — свой
человек».

А принцессы...
Принцессы бывают в книжках,
в мультфильмах,
в чьих-то больных мозгах.
Ты — та,
кто прошел по осколкам
и вышел
к своим берегам,
не рассыпавшись в прах.
Вот это — корона.
Выше не бывает.
Носи.
И иди.