Традиция

--------------------------------------
   ТРАДИЦИЯ…
                Г.А. Ерохин

                Традиция…установившийся порядок в поведении, в быту…
               
                ( Из толкового словаря русского языка С.И.Ожегова и Н.Ю. Шведовой )


Город Баку, зима 10 января 1975 года. Небывало холодная погода. Спиртовой столбик на градуснике опустился до минус десяти. Для Баку, где температура зимой +6 градусов по Цельсию, это почти, что стихийное бедствие. Три дня назад у меня родилась дочь Елена, ростом пятьдесят один сантиметр и 3,2 кг весом. Роды прошли нормально, родился здоровый доношенный ребенок. Это радовало.
- Гринь, поздравляю тебя!- Первым поздравил меня Тинчурин Рустам.- Ну, как это себя отцом впервые почувствовать.
- Ты знаешь, Рустам, я еще не понимаю, но во мне присутствует чувство гордости.


       По этому поводу меня ожидало очередное испытание,  и я к нему заранее подготовился. По традиции, у нас на химическом факультете, если у курсанта родился сын, его товарищи носят на руках. Молодец! Хорошо! Если родится дочь, значит  бракодел! Курсанта прямо в чем он был одет, после обеда, после выхода из столовой, товарищи по оружию берут на руки и несут в летний  бассейн.

      - Хорошее дело родить человека. Ну и что, что девочка, жалко, что тебя в бассейн наши мудаки бросать будут,- посетовал Рустам,- и что это за мода у нас всякие дурные традиции соблюдать. Я, если что, прыгну за тобой в бассейн. Ты можешь на меня рассчитывать.
 
      Мы с Рустамом жили в одной четырехместной комнате курсантского общежития и дружили. Потому и вместе жили, что дружили. Зная о традиции и учитывая температуру окружающей среды, я проявил предусмотрительность:       
первое - купил бутылку  водки, поставил в комнате  общежития в тумбочку;
 второе – договорился с Сергеем Ивановичем Михалевым о поддержке. Попросил у него флотский ремень.  Я снял с обеих ремней бляхи и связал  ремни в один.. Договорился с Сергеем Ивановичем о том, что  после того, как меня бросят в бассейн, подать мне ремень, как спасательный конец и помочь выбраться.

        Как оказалось, все я это проделал не напрасно. Безобидный на первый взгляд ледок был сантиметра полтора не меньше. Вот закончился обед, и рота двинулась во двор. Кто курить, а кто размяться перед трехчасовыми занятиями самоподготовки. Я ожидал, что меня вот- вот подхватят на руки и понесут в бассейн, однако ребята почему-то медлили.

     - Ну что, берем?- Услышал я голос сзади,- и вот я уже на крепких курсантских руках, головой вперед нацелен на летний бассейн.
 
     - Раз-два, и-и-и    р-а-а-з!- посчитали непримиримые ревнители факультетской традиции и, на счет три, с размаху закинули меня метра на три от бортика открытого, летнего училищного бассейна.
 
        Лед с хрустом проломился и, ледянящяя холодом вода, сомкнулась над моей головой. Время разделилось для меня на до и после. И я, отчаянно выгребая руками и ногами, вынырнул головой в сторону бортика бассейна, моля Бога о том, чтобы у меняне случился прострел радикулита.
               
      - Гри-ша! Ло-в-и-и!- Услышал я голос Сергея Михалева и лассо, связанное из двух матросских ремней одним своим концом плюхнулось у меня перед носом. Серега вместе с Рустамом вытащили меня.
Ощущение крещенской купели и ужас всего происходящего я осознал позже, когда выбрался и прямо, не раздеваясь, бегом  в комнату общежития. Я снял с себя флотскую голландку и на бегу растерся вафельным полотенцем.

        В две-три минуты я вместе с Рустамом оказался в комнате общежития. Одним махом выпил стакан водки с перцем, закутался в одеяло и с препротивнейшим ощущением в желудке попытался заснуть. Тело горело, а в желудке пекло. Во рту было мерзопакостно, а в голове ватно-туманно.
 
        Мир разделился на две части, с одной стороны  я, с другой – какое-то чертово колесо. Все закружилось в голове и куда-то поехало. Мне, как женатому пятикурснику, ежедневно положено было увольнение. В тот день я никуда не пошел: ни на самоподготовку, ни в увольнение.
 
        Водку мы вечером допили с Рустамом Тинчуриным. -Куда остатки водки девать,- спросил я после самоподготовки Рустама.
-Ни куда не нужно ее девать. Она же с перцем. Это от простуды очень полезно. Тебе еще дочь растить и поэтому нужно быть здоровым, выпей сам,- заключил Рустам.
- Не буду, она противная, я и так целый стакан выпил. Фу! Гадость, какая,- сопротивлялся я.

       -Давай выпьем, за дочь. Я тоже немного выпью,- убеждал меня Рустам.
Не помню, кажется был кусочек белого хлеба в курсантской тумбочке, да какие-то бакинские сладости. Мы неумело разлили остатки водки и я разом выпил. За  здоровье дочки Лены, за мое  и Рустамово здоровье. Во мне все протестовало водке.

       Во рту, в голове, в желудке было ощущение чужеродного вещества. Было невыносимо отвратительно.
 Здоровье меня не подвело, или, может быть, от переохлаждения меня спасли предпринятые мною меры и друзья-товарищи. Я не простудился. А мог бы серьезно заболеть…А вы говорите- традиция.

Февраль 2003 года г.Мурманск.

.