Андропов, штрихи к портрету

    23 октября 1956 года. Венгрия. Будапешт.
    На улицах баррикады. Вооруженные люди, стрельба. Злобные крики, вопли.   
    Чрезвычайный и полномочный посол СССР в Венгрии Ю. Андропов кричит в трубку телефона в Москву. На проводе министр иностранных дел СССР  Д.  Шепилов.
       Андропов:
       - Положение в Будапеште чрезвычайно тревожное. Венгры разбушевались так, что устроили буквально резню коммунистов и полицейских. Хватают и тут же расстреливают, а то и того хуже – вешают на фонарных столбах. И таких уже сотни. Советских граждан, если выявляют, тоже не щадят. Необходимо срочно вводить войска. Прошу передать мое требование на самый верх. Промедление может иметь необратимые последствия.
      Шепилов:
      - Да, да, Юрий Владимирович, я немедленно доложу Хрущеву.
       21 ноября 1956 года. Кабинет Хрущева.
       Хрущев по телефону напряженно слушает Шепилова, морщится, видимо от эмоционального доклада.
       - Хорошо, хорошо, я понял. А этот Андропов не преувеличивает? Как говорится, у страха глаза велики.
      Шепилов:
      - Нет, нет, Никита Сергеевич, этот человек попусту говорить не будет. Это конкретный человек. Он предлагает немедленно ввести в Будапешт войска. Иначе…
      Хрущев:
      - Ладно, ладно. Вот что: немедленно приезжай сюда. Сейчас я соберу членов Президиума, решим, что делать.
      Через час после звонка Шепилова в кабинете Хрущева собрались некоторые члены Президиума ЦК партии, в том числе министр обороны Г. К. Жуков.
      Хрущев:
      - Товарищи, надеюсь, вы уже слышали из прессы о положении в Венгрии, особенно в Будапеште?
       Жуков:
        -  Слышали. Считаю, надо немедленно вводить войска.
        Хрущев:
        - Вот и министр иностранных дел товарищ Шепилов то же предлагает. Что скажете, товарищи?
       А. Н. Косыгин, Председатель Совета министров:
       - Товарищи, надо еще раз убедиться, что все там именно так, как вещает пресса.
       Шепилов:
      - Алексей Николаевич, это вещает не только пресса. У меня сведения из первых рук.
      Хрущев:
       - Товарищи, давайте сделаем так: ты, Георгий Константинович, готовишь приказ о вводе войск. И надо послать в Венгрию одного или двух членов Президиума, чтобы достоверно знать всю обстановку. Если венгры действительно так взбесились, как докладывает нам посол из Будапешта и пишет пресса, то мы не остановимся ни перед чем. Им, видите ли, не нравится социализм образца СССР. А то, что СССР ценой огромных жертв освобождал Венгрию и другие страны Европы от фашизма, они забывать стали. Так мы им напомним. Товарищи Суслов и Микоян, сегодня же вылетайте в Венгрию, убедитесь в правдивости ситуации, и если будет возможность, свяжитесь с руководством страны. Выясните, есть ли возможность уладить положение без применения вооруженной силы. Георгий, какие войска у нас там сосредоточены?
      Жуков:
      - Достаточно, чтобы усмирить бунтовщиков.
      Хрущев:
      - Вот и ладно. Но прежде времени приказ о вводе не отдавай. Подождем информацию от товарищей Суслова и Микояна.
        Жуков:
        - Хорошо, но думаю, что применение войсковой операции неизбежно
       22 октября. Военный аэродром советской авиачасти в 25 километрах от Будапешта. Поздний вечер. Суслова и Микояна встречает посол Андропов.
        Суслов:
      - Что тут у вас, Юрий Владимирович. Доложите обстановку.
        Анлропов:
        - Обстановка хуже некуда. Мятежники вооружаются, создают отряды, как они говорят,  национальной гвардии. Захватывают оружейные склады. У них есть даже пушки, гранатометы. Я трижды пытался прорваться в здание парламента, дважды был обстрелян. Только на третий раз окольными путями удалось добраться и встретиться с представителями  непонятно какой власти.
      Суслов:
      - Ракоши еще возглавляет Венгерскую трудовую партию?
     Андропов:
     - Нет, сместили. Сейчас у них по требованию толпы правительство и партию возглавляет Имре Надь. Он, правда, попытался склонить мятежников к спокойствию и переговорам, но те отвергли это и продолжают бесчинствовать. Тогда и Надь пошел на поводу и стал всячески угождать мятежникам. Кстати, товарищ Серов, председатель КГБ, тоже здесь. На двух танках с двумя генералами, как видно, прорвался к зданию парламента. Но один танк подбили, правда, он своим ходом ушел в безопасное место. Ждем от Серова известий. Думаю, скоро вернется.
       И действительно, Серов уже ночью на 23 октября прибыл на аэродром и доложил об обстановке. Она, по его мнению, требовала немедленных действий. По его словам мятежники действуют  крайне фашистскими методами: на месте убивают или злобно казнят военных, не перешедших на их сторону, сотрудников госбезопасности, полицейских, советских мирных граждан.
      Суслов и Микоян на бронемашинах в сопровождении тяжелых танков все-таки прорвались к зданию парламента, где были подвергнуты попытке ареста, но взвод охраны сделать это не позволил.
      Прибыв в Москву, Суслов, Микоян и Серов настойчиво рекомендовали начать войсковую операцию.
      23 октября около 100 советских танков и полк мотострелков были введены в Будапешт. Начались уличные бои.  Восставшие, видя положение не в свою пользу, уполномочили Надя обратиться к советской стороне с просьбой остановить военные действия и вывести войска из города. В ответ венгерская сторона обещала сдать оружие и восстановить законную власть. Советская сторона, поверив, пошла на это. Тогда венгерская сторона выдвинула требование вообще вывести советские войска из Венгрии.
     Пока советская сторона думала, мятежники с новой силой начали кровавые бесчинства. И тогда началась разработанная Жуковым операция «Вихрь». Были задействованы 15 танковых, артиллерийских, мотострелковых дивизий, авиация. Всего в операции было задействовано около 60 тысяч солдат и офицеров Советской армии. Операция длилась полторы недели. Город Будапешт и его пригороды были зачищены.
     Но хочется вернуться к роли посла СССР в Венгрии в тот период Юрия Владимировича Андропова. А роль его, прямо скажем, была героическая. Он в эти дни не просто сидел у телефона и передавал информацию в Москву. Он все хотел услышать своими ушами и увидеть своими глазами. Несколько раз его машина была обстреляна, и чудо, что он остался жив.
     Однажды, когда он проводил короткое совещание со своими помощниками, его кабинет обстрелял снайпер. Зажигательная пуля, разбив окно, ударила в противоположную стену, отрикошетив, в сантиметрах пролетела мимо виска Андропова, сделав какой-то полукруг, шипя и разбрызгивая искры, шлепнулась на пол и «заползла» под ковер, где и успокоилась. Обошлось без жертв, но это говорит о смертельной опасности находиться тогда в Венгерской столице, улицы которой контролировали профашистские боевики.
    За мужество, которое проявил в те дни, посол Ю. В. Андропов был награжден орденом Ленина (без опубликования в печати).
      
      1964 год. 14 октября. Внеочередной Пленум ЦК КПСС. За ошибки в руководстве партией и страной Н. С. Хрущев отстраняется от всех должностей. Генеральным секретарем ЦК КПСС, а затем и Председателем Верховного Совета СССР назначается Леонид Ильич Брежнев. Начинается новая эпоха в жизни партии и страны – эпоха укрепления партократии, в том числе со сменой ключевых фигур в структурах высшей власти.
 
        1967 год. Май. Заседание Политбюро ЦК КПСС.
        Брежнев:
        - Товарищ Семичастный, доложите  Политбюро как вы и подведомственный вам Комитет Государственной безопасности работаете. Что это за беглецы у нас появились, да еще с громкой фамилией.
        Семичастный Владимир Ефимович:
      - Вы имеете ввиду Аллилуеву? Так кто мог ожидать, что дочь Сталина…
       Брежнев:
       - Этот побег, товарищ Семичастный, кладет пятно на весь Советский Союз.
        Семичастный:
       - Кто мог подумать. Отпускали на похороны ее мужа, гражданина Индии…
      Брежнев:
      - Это не оправдание…
     После затянувшейся паузы Брежнев жестко обращается к членам Политбюро:
      - Товарищи. Думаю, нам следует укрепить наш Комитет госбезопасности…
       После совещания. Брежнев Косыгину:
      - Алексей Николаевич, задержитесь на минутку.
      Косыгин вернулся, сел.
      - Алексей Николаевич, кого бы вы порекомендовали на место Семичастного?
      Косыгин:
     - Думаете, все же надо менять? Проколы могут быть у каждого.
      Брежнев:
     - Это не прокол. Это расхлябанность, потеря бдительности. Советский Союз, сами понимаете, не какое-то западное государство. Любой промах там вызывает злорадное улюлюканье. Это первое. А второе – враги наши тут же начинают искать другие слабые места. И, к сожалению, находят. Тогда зачем нам такой комитет госбезопасности? Нет, Алексей Николаевич, надо менять. И менять на человека с твердым характером, проверенного… Тем более, что Комитет гозбезопасности числится при Совете Министров СССР.
     Косыгин:
    - Хорошо, надо подумать. Утром я скажу свои соображения.
     Но «соображений» Косыгина не потребовалось. Кто-то Брежневу, говорят Суслов, указал на Андропова. Брежнев ухватился за эту кандидатуру как за единственно возможную. Косыгин высказал сомнение: «Андропов всего лишь…». «Да, но проверенный венгерскими событиями…».

       1967 год. Майский Пленум ЦК КПСС. Один из вопросов – смещение с должности Председателя КГБ СССР В. Е. Семичастного, вывод его из состава ЦК КПСС и назначение Председателем комитета госбезопасности СССР Юрия Владимировича Андропова.
      Андропов вместо ответного слова:
      - Товарищи, может, не надо меня назначать? Я не знаю специфику этой работы, мне будет сложно ее освоить…
    Брежнев:
     - Ничего, товарищ Андропов, мы вам поможем.

     1967 год 25 мая. Актовый зал здания КГБ на Лубянке.
     Косыгин представляет Андропова сотрудникам службы госбезопасности. Здесь и молодые лейтенанты, и испытанные генералы. И, наверное, кто-то из этих генералов и сам рассчитывал стать хозяином этого величественного и в то же время таинственно-грозного здания. «Не приведи, Господи, быть вызванным или доставленным сюда».
      
      КГБ СССР – центральный союзно-республиканский орган в сфере обеспечения государственной безопасности страны. Основан 13 марта 1954 года. Основными функциями были (до 1991 года): внешняя разведка, контрразведка, оперативно-розыскная деятельность, охрана государственной границы СССР, борьба с национализмом и антисоветской деятельностью и др. 3 декабря 1991 года официально распущен. Нынешний преемник – ФСБ РФ.

     Представление было коротким: биографические эпизоды, работа в ЦК, особенно работа послом в Венгрии и его роль в усмирении мятежа в 1956 году.
     Ответное слово тоже было коротким: «На поблажки не рассчитывайте. Ответственность и служебная дисциплина! Советский чекист – образец нравственности и честности».
    
     Итак, Ю. В. Андропов – Директор КГБ. На следующие 15 лет. Как это было. Обратимся к воспоминаниям историков и людей, так или иначе соприкасающихся с Юрием Владимировичем по работе или в жизни, а также к документальным фактам.
      Знакомился Андропов с новой работой и деятельностью каждого звена, каждого отдела и каждого управления, а их было не мало, не спеша и въедливо. После этого не обошлось без чистки. Даже кое-кто из высокопоставленных «ушел» в отставку. Лубянка поняла: пришел бескомпромиссный директор.
   
     1967 год, 14 ноября. Кабинет Брежнева. В кабинете Андропов.
       Брежнев:
      - Юрий Владимирович то, что вы доложили сейчас на Политбюро, оставляет много вопросов.
     Андропов:
     - Например, Леонид Ильич.
     Брежнев:
     - Например, ваше предложение ввести на крупных предприятиях страны так называемые «первые отделы». Это что, какой-то надзорный орган, с которым руководитель предприятия должен согласовывать кадровые вопросы?
      Андропов:
      - Именно так, Леонид Ильич. Только тогда предприятиями будут руководить  толковые, а, главное, ответственные люди. Я на Политбюро высказал далеко не все, чем располагаю. Например, то, что на большинстве предприятий процветает кумовство, когда на должность выдвигаются «свои» люди, порой ничего не смыслящие в поручаемом деле. Или того хуже – человек продвигается за взятку.
     Брежнев:
     - Юрий Владимирович, вот вы говорите, мол, продвигаются свои люди. Но разве это плохо? Разве плохо, если на предприятии формируется сплоченная, отвечающая друг за друга команда? Вот вас, например, я считаю своим в правящей структуре, и надеюсь, что в назначении вас на столь высокий и ответственный пост я не ошибся.
      Андропов:
     - Тут есть разница, Леонид Ильич. У нас с вами нет родства, и по вашему предложению меня утверждали Политбюро и Совмин. А там, повторяю, директор ставит какого-нибудь бездарного родственника своим заместителем. И это им мешает правильно, в интересах коллектива, вести дела не только производственные, но и финансовые. Такой подход может далеко завести не только отдельное предприятие, но в конечном итоге и страну. Вот, Первые отделы и предназначены следить за недопущением беззакония.
      Брежнев, подумав:
     - Ладно, посмотрим. Что еще?
     Андропов:
     - Прошло четыре месяца, как я исполняю обязанности Директора КГБ. Успел провести лишь частичную его реорганизацию. Предстоит более глубинное его обновление. Особенно, что касается структур, направленных на зарубежную деятельность. Международная обстановка требует новых разведывательных методов. Да и внутреннее положение требует усиления надзорных мероприятий. Поэтому сейчас формируется новое управление. Мы назвали его Пятое управление, которое будет заниматься особыми делами политической направленности.
     Брежнев:
     - Смотри, не перейди дозволенное в своих преобразованиях.
     Андропов:
    - Не перейду, Леонид Ильич. Все будет только на пользу стране. Это я вам обещаю.

     Шли годы. Преобразованный Андроповым КГБ стал выявлять такие дела, что и сам Андропов схватился за голову, но не остановил процесс выявления преступлений высокопоставленных лиц и организаций.

     1970 год. 27 мая. Кабинет Андропова на Лубянке. Андропов читает докладную записку по «Меховому делу» в Казахстане. Под кодовым названием «Картель» КГБ  провел операцию по разоблачению Казахстанской преступной группировки. Выяснилось, что милицейское руководство Казахской ССР осуществляло прикрытие нелегальной деятельности подпольных предприятий, занимавшихся сбытом «неучтенных» меховых шуб, воротников, шапок и других меховых изделий. Некоторых деятелей группировки ждала высшая мера, но…
       Кабинет Брежнева. В кабинет почти врывается начальник МВД СССР Щелоков и, не дожидаясь ответа на приветствие, почти закричал:
      - Леонид, что этот Андропов себе позволяет?!
      Брежнев:
      - А что он себе позволяет?
      Щелоков:
      - Он почти все милицейское начальство Казахстана арестовал! Он так и до меня доберется! (Как в воду смотрел).
      
      Брежнев:
      - А ты сам не мог пресечь этих меховых аферистов? А я не могу вот так просто сказать ему, мол, закрой на все глаза и не лезь не в свое дело.
      Щелоков:
      - Леонид, мы с тобой, что называется, из одной песочницы. Вспомни Днепропетровск…
      Брежнев:
      - Помню. Но и ты помни, что не одни мы с тобой рулим страной. Обязанность Андропова контролировать деятельность органов. Так что…
       Щелоков:
      - И что делать? Ведь у нас не только казахстанцы в пушку, а и кое-кто из наших с тобой…
      Брежнев:
      - А ты зачем? Только штаны протирать на высоком кресле?
      Щелоков:
     - Леонид, надо его убирать.
     Брежнев:
     - Куда убирать?! Его на ближайшем Пленуме ЦК в Политбюро вводить будут. Машина запущена. Или ты не знаешь, что именно ему мы обязаны разрядкой. Именно он пробил Запад на поставку труб большого диаметра из Германии взамен на поставку газа, которого у нас до хрена, а  труб нет, чтобы перекачивать его на внешний и внутренний рынок. Ты как будто спрятался в свою скорлупу и не видишь политических задач. Ведь именно через него Вилли Бранд пошел на сближение. Или ты не в курсе, что благодаря этому сближению готовится подписание Договора о безопасности в Европе. Вот теперь и взвесь на весах твое политическое значение и его, Андропова.
     Щелоков:
     - Но делать-то что?
     Брежнев:
     - Наводи порядок в своей епархии и не скули. 
    Щелоков:
    - В моей епархии как раз порядок. В работе милиции применяются передовые методы расследования, закуплено много новой техники, работникам служб повышена зарплата, строятся детские сады, дома отдыха. Люди довольны, текучка минимальная.
     Брежнев:
     - Ну вот, чего еще твоим людям надо? Пусть не воруют.
     Щелоков:
     - Да разве за всеми уследишь?

     И действительно, МВД под руководством Щелокова окрепло материально, улучшились условия службы милиции, улучшился быт семей сотрудников. Но вот коррупция в высших звеньях ведомства не снижалась, а изобретала новые схемы. И первым среди коррупционеров был сам Щелоков. Его слабость к роскоши знали многие, в том числе и Брежнев. Антиквариат, автомобили, подлинники картин известных мастеров живописи – это все принимал он как «подарки». А его жена Светлана на пару с Галиной Брежневой, дочерью генсека, скупали драгоценности по одной цене, а продавали по другой. Связь с семьей генсека до поры хранила неприкосновенность семьи Щелокова.
     Но Андропов взял его под колпак и добил. Была проведена внезапная и углубленная проверка деятельности МВД, выявившая вопиющие злоупотребления финансово-имущественной деятельности верхушки важнейшего государственного ведомства. Ценности Щелокова были конфискованы, его исключили из партии, лишили звания генерала армии. Позора он не вынес и застрелился.

      1973 год. Ноябрь. На имя Брежнева и Косыгина направлена докладная записка, подписанная Андроповым.
     «…Согласно крупномасштабной операции по ликвидации «раковой опухоли» коррупции в Азербайджане, обнаружены тайники, набитые золотыми монетами царской чеканки, ювелирные украшения, бриллианты, золотые и платиновые слитки, миллионы рублей и долларов. Все это принадлежало правящей верхушке республики…».
      Наглость коррупционеров не знала предела. Так, например, должность секретаря райкома партии стоила двести тысяч рублей, должность начальника райотдела милиции – пятьдесят тысяч рублей, должность министра торговли – двести пятьдесят тысяч рублей.
     Но даже это не главное, отмечалось в докладной записке. Главное, что все эти схемы купли-продажи контролировал и распределял сам первый секретарь ЦК компартии Азербайджана Ахундов. Дальше (с ума сойти!): часть ценностей и средств из Азербайджана шла в Москву высоким и высшим чинам в правительстве и Кремле. Особенно солидная часть доходов оседала в карманах и загашниках чиновников от продажи нефти.
     Брежнев пришел в ужас и согласился на возбуждение уголовных дел. Около двух тысяч человек разного должностного уровня было отдано под суд. Кое-кто поплатился должностями и в Москве. Но особо важных пощадили.
      Следующий удар Андропов нанес по Грузии. Если коротко, то там все умножалось в разы: продажа должностей, приобретение ценностей в качестве взяток и т. д. И снова нити тянулись в Москву, и снова суды и посадки.
      Дальше было «хлопковое дело» Узбекистана примерно по той же схеме.
      Как говорится, сколько веревочке не виться. Но пока Андропов развивал эту почти нескончаемую веревочку, власть жила при коммунизме, который Хрущев обещал построить к 1980 году. Члены этой власти жили в спецстране, закупались в спецмагазинах, отдыхали в спецсанаториях, дети учились в спецшколах, они легко поступали в престижные вузы.
   
     1979 год. 21 июня. Кабинет Брежнева. Входит Андропов.
     Брежнев недовольно:
     - Опять с пилюлей?
     Андропов:
     - Да, опять и с очень горькой.
     Брежнев:
      - Ты лучше скажи, почему в Афганистане до сих пор у нас нет победы. Вы с Устиновым настаивали на вводе войск. Так почему победить не можем?
     Андропов:
     - Первая причина, Леонид Ильич, в том, что мы не учли естественных условий, которые против нас.
     Брежнев:
     - Что ты имеешь в виду?
      Андропов:
      - Образно выражаясь, там каждый камень стреляет. Моджахеды умело используют гористую местность, которую они прекрасно знают. Это первое. Второе: днем эти моджахеды мирные жители, а ночью вооруженные до зубов бандиты. И третье, самое для нас тяжелое и я бы сказал позорное.
     Брежнев:
     - Что это за причина?
     Андропов:
     - Моджахеды воюют с нами в основном нашим оружием: нашими автоматами Калашникова, нашими минометами, артиллерийскими орудиями, переносными зенитными комплексами, которые легко сбивают наши же вертолеты. Они в достатке снабжены боеприпасами, противопехотными минами.
      Брежнев:
      - Юрий, что ты такое говоришь!? Откуда у них наше оружие?
      Андропов:
      - То, что я скажу,  вам особенно не понравится. Это оружие продают им наши люди. Главным образом те, кто имеет доступ к хранилищам, складским помещениям с оружием. Сейчас мы, то есть наше ведомство, выявляем звенья целой цепи преступной деятельности и главных организаторов.
      Брежнев:
     - Откуда уши растут?
     Андропов:
     - Не поверите, но в том числе из правительственных кругов, и особенно из военного ведомства.
      Брежнев:
     - Устинов знает?
     Андропов:
     - Пока нет, но скоро узнает. Вам первому докладываю.
      Брежнев:
      - Вот что. Когда у тебя будет полная картина, ты огласке не предавай. Твою докладную мы рассмотрим на закрытом Политбюро. Там все решим.
      Андропов:
      - Хорошо, Леонид Ильич. Разрешите доложить по некоторым другим делам.
      Брежнев:
      - Нет, нет, ради бога. Ты меня в могилу сведешь этими докладами. Давай как-нибудь в другой раз. У меня голова раскалывается.
      Андропов:
      - Хорошо. Только одно пожелание. Обратите более строгое внимание на образ поведения дочери Галины.
      Брежнев:
      - Да, что-то не по этой дороге дочка пошла. Юрий, а ты сам поговори с ней, разъясни, куда эта дорога может привести.
      Андропов:
     - Хорошо. Заодно с  вашим братом и сыном поговорю.
       Брежнев:
       - Что, и они?
      Андропов:
      - Замечены.
       Брежнев зло выругался матом. 
      
     25 ноября 1982 года умер секретарь ЦК КПСС (по идеологии) М. А. Суслов, фактически второе лицо в партии.
     1983 год, майский Пленум ЦК КПСС назначает Андропова секретарем ЦК КПСС вместо выбывшего Суслова.
      Андропов остается куратором КГБ и совместно с ним усиливает давление на разного рода диссидентов и антисоветчиков.
       13 мая 1984 года. Кабинет Андропова на Старой площади. В кабинете по приглашению лично Андропова – академик Сахаров, трижды Герой Социалистического труда, один из создателей водородной бомбы.
      Из разговора:
     Андропов:
     - Андрей Дмитриевич, мы ценим ваши заслуги перед страной, народом Советского Союза, но ваши политические взгляды пошли в разрез с политикой государства, стремящегося к стабилизации и спокойствию. Диссидентство ни в одном государстве не приветствуется. Разлад в народе ведет к разрушению всего государства. Вам ли это не знать.
      Сахаров:
     - Разлада не будет, если государство не будет ущемлять права человека на свободу взглядов, на личное счастье и, наконец, на свободу жить.
      Андропов:
     - Разве у нас отвергается право на то, что вы сказали? Разве у нас человек не свободен выбирать то, что ему близко по духу? Разве он лишен права  быть счастливым? Если хотите знать мое мнение, так советский человек более свободен в выборе своего пути, чем в любой капстране, где все решают деньги, в том числе и пропаганда капиталистического рая. Мы против такой пропаганды в Советском Союзе, против антисоветских выступлений, которые ничего хорошего стране, народу, его спокойному созиданию не дают.
     Сахаров:
    - Но зачем Советский Союз ввел войска в Афганистан? Разве не сам афганский народ должен решать  свои проблемы?
      Андропов:
     - Андрей Дмитриевич, вот, например, у вашего соседа загорелся дом, и он позвал вас помочь потушить огонь. Вы бы отказали? Наверное, не отказали бы. Вот и Афганское правительство обратилось к нашему  правительству помочь справиться с антигосударственными вооруженными формированиями. Не скрою, решение о помощи было не простым, но мы все-таки решили помочь военным путем навести порядок в дружественном нам государстве.
     Сахаров:
     - А как быть с подавлением чехословацких событий?
     Андропов:
      - Ну, тут проще и сложней. Скажу одно: советский народ освободил Чехословакию от фашизма, положив за это сотни тысяч жизней. А в благодарность что? Никто не мешает ни Чехословакии, ни Польше, ни Венгрии развиваться и жить по-своему, но не сбиваясь с социалистического пути. Более того,
мы даже у некоторых из них берем положительные примеры в организации промышленного производства. Но вы приводите в пример устройство и развитие общественных и производственных отношений в капстранах, таких как США, Франция, Англия. Да, экономика у них крепкая, не поспоришь. И люди в большинстве не бедствуют, хотя тут можно сделать и оговорки не пользу их государственного строя. Но разве только пресыщенность дает человеку удовольствие в жизненных началах? Разве не выступают они за равноправие и справедливость? А военное присутствие США во многих странах Европы и Азии? Это что – их законное право? И тогда почему мы, освободители Восточной Европы, да и не только Европы, должны поощрять  размещение США своих баз где им вздумается и угрожать, в первую очередь нам, Советскому Союзу? Вот то-то, Андрей Дмитриевич. Подумайте своей очень талантливой головой. Вы живете в Советском Союзе и славно потрудились на его обороноспособность. И страна щедро вознаградила вас за это. Не идите против своего Отечества, если даже вам в его устройстве не все нравится. Есть другие, законные способы улучшать жизнь советских людей.

     12 ноября 1982 года. Пленум ЦК КПСС почтил память ушедшего из жизни 10 ноября Генерального секретаря ЦК КПСС, руководившего страной 18 лет Леонида Ильича Брежнева.
       Новым Генеральным секретарем ЦК КПСС Пленум единодушно избрал Юрия Владимировича Андропова.
      13 ноября 10 часов утра. В кабинете Генсека секретари ЦК, Председатель Совмина и его первый зам, министры ключевых ведомств. Андропов во вступительном слове отметил общее экономическое положение в стране. «Оно оставляет желать лучшего, - несколько неожиданно для собравшихся отметил Андропов. – И одна из главных причин – не совсем крепкая, а по правде сказать, совсем не крепкая дисциплина и организованность на местах, то есть – в трудовых коллективах…».
     И Андропов привел удручающие цифры и показатели. Все притихли. Андропов после паузы:
      - Итак,  будем наводить порядок и дисциплину.
      И соответствующие органы дали отмашку. Началась  ловля прогульщиков, лодырей и тунеядцев в кинотеатрах, кафе, столовых и даже в банях. Когда об этом доложили Андропову, он в сердцах произнес: «Заставь дурака богу молиться…». И лишь спустя время укрепление дисциплины и порядка вошло в нужное русло.
     На встрече с трудящимися одного из Ленинградских предприятий Андропов отметил, что укрепление  дисциплины и порядка не требует материальных затрат, а результат приносит огромный.
     Андропов – автор проекта конкретной, а не голословной перестройки промышленности, когда на предприятиях стал внедряться хозрасчет.
   
     Еще несколько штрихов к портрету Андропова, как незаурядного государственного деятеля:
      Е. И. Чазов, министр здравоохранения:
      - Андропов был интеллигентным и широко образованным человеком. Его память и аналитический ум покоряли всех, кто его знал. (Юрий Владимирович писал стихи, и очень хорошие).
      Д. А.Волкогонов, историк, генерал-полковник:
      - Он отличался манерами старого интеллигента: никогда не кричал, как Хрущев, не матерился, как Горбачев, не говорил много о себе, как Брежнев.
      На одном из совещаний Андропов заявил:
     - Мы еще не изучили в должной степени то общество, в котором живем и трудимся.
     Думается, что и сейчас к власть предержащим можно отнести этот постулат.

      На посту Генерального секретаря ЦК КПСС, а, следовательно, руководителем страны, Юрий Владимирович Андропов проработал всего 15 месяцев, и, тем не менее, остался в памяти как один из видных и справедливых руководителей страны. Умер 9 февраля 1984 года на 70-м году жизни.