Неверный управитель

Одна из самых трудных загадок Нового Завета — притча о неверном управителе в шестнадцатой главе Евангелия от Луки. Короткая история, в которой всё поставлено с ног на голову. Богатый человек узнаёт, что его управляющий расточает имение, и решает уволить его. Тот может оказаться на улице без средств, без будущего. «Копать не могу, просить стыжусь», — говорит он себе. И тогда находит единственный доступный ресурс: собственную хитрость. Пока есть время, он призывает должников хозяина и каждому снижает долг: сто мер масла — плати за пятьдесят, сто мер пшеницы — плати за восемьдесят. Переписывает расписки, создавая круг людей, которые теперь обязаны лично ему за облегчение. Казалось бы, чистой воды мошенничество. Но господин, узнав об этом, хвалит управителя. Не за обман, а за догадливость — за то, что в безвыходной ситуации тот нашёл выход. И Христос добавляет слова, которые ставят в тупик уже две тысячи лет многих: «сыны века сего догадливее сынов света в своем роде». А потом советует: «И Я говорю вам: приобретайте себе друзей богатством неправедным, чтобы они, когда обнищаете, приняли вас в вечные обители».

Ключ к пониманию притчи — в экономических реалиях того времени. Управитель в древности часто не получал фиксированного жалованья. Его доходом была естественная комиссия со сделок, включенная в сумму долга. Когда должник брал в долг, в расписке фигурировала цифра, включавшая и то, что причиталось хозяину, и то, что шло в карман управляющему как его законный заработок. И вот что делает управитель, оказавшись перед увольнением. Он призывает должников и говорит: «Сколько ты должен хозяину?» Тот отвечает: «Сто мер масла». Управитель берет расписку и пишет: «Плати пятьдесят». Он вычеркивает не долг хозяину, а свои проценты. Хозяин не теряет ничего — он получит ровно то, что ему причиталось изначально. Должники получают облегчение, потому что с них снята «нагрузка» в виде комиссии управляющего. А сам управитель сознательно отказывается от своего последнего заработка, входит в нищету, но приобретает то, что дороже денег в его положении, — благодарность людей.

При этом важно заметить, что цифры долгов — сто мер масла и сто мер пшеницы — в древности были огромными, почти символическими объёмами, что подчёркивает, что перед нами не бытовая зарисовка, а притча с глубоким смыслом. А разница в процентах списания — пятьдесят и двадцать — говорит о том, что управитель действовал не механически, а индивидуально, вглядываясь в каждого должника, в его возможности и в ту благодарность, которую тот сможет явить. Это уже не бухгалтерия, а искусство строить человеческие отношения.

Теперь понятно, почему хозяин не просто отпускает пройдоху, а хвалит. Он видит, что  его бывший управляющий, человек, мягко говоря, небезупречный (потому и уволен), в критической ситуации сумел поступить нестандартно и мудро. Вместо того чтобы хватать последнее и бежать, он раздает свое, чтобы приобрести друзей. Хозяин — богатый человек,  понимает толк в житейской мудрости и понимает, что парень мог озлобиться, мог украсть и скрыться. А он — вложился в отношения. Хозяин аплодирует не обману, а правильному жизненному ходу.

Здесь важно понять, что именно Христос называет богатство «маммоной неправды», то есть «неправедным богатством». Речь идет не только о деньгах, нажитых обманом или грехом. Смысл глубже: любое земное богатство — даже честно заработанное — Он называет неправедным, потому что оно временно, обманчиво и ненадежно. Оно принадлежит только этому миру, который скоро пройдет. Деньги могут испортиться, обесцениться, их могут украсть, и уж точно их нельзя забрать с собой в могилу. Кроме того, земное богатство часто разъединяет людей: когда человек копит только для себя, его сердце черствеет, и он теряет связь с ближними и с Богом. Управитель в притче поступает дальновидно, потому что  понимает, что то, что он держит в руках, — это лишь средство, и решает обменять это ненадежное имущество на нечто гораздо более ценное — на человеческую благодарность, добрые отношения и память.

В этом и есть суть: не держаться за земное как за вечное, а использовать его так, чтобы оно принесло плоды в настоящей жизни — в помощи и благодарности людей. Тогда «неправедное» (временное) богатство становится мостом к истинному и вечному, то есть к взаимопомощи.

И здесь самое тонкое место притчи. Христос не призывает «сынов света» становиться хитрыми, как «сыны века сего». Он просто констатирует факт, что обычные люди часто оказываются дальновиднее в своём роде. Они умеют думать наперёд, умеют жертвовать сиюминутным ради будущего. А «сыны света»  (Ангелы) этой способности лишены. Они чисты, но именно поэтому не понимают той простой мудрости, которой учит жизнь: ангелам неведомо, что такое жертвовать своим ради другого, — потому что в их мире нет нуждающихся. А человек живет в падшем мире и на своей шкуре познаёт, что не имей сто рублей, а имей сто друзей.

Управитель — плут, каких поискать. Но в минуту, когда решалась его судьба, он не впал в отчаяние, а рассудил разумно. Не схватил, не спрятал, не сбежал, а отказался от своего, чтобы создать круг людей, обязанных ему благодарностью. Он простил долги — и тем самым освободил должников от бремени, а себя — от лишений и одиночества. И Христос говорит: вот так и вы поступайте. Не цепляйтесь за то, что всё равно потеряете, а вкладывайтесь в отношения. Делитесь тем, что имеете (пусть даже это неправедное, ненадёжное, преходящее богатство), и тогда, когда вы окажетесь в беде, вас примут те, кому вы помогли.

В этом смысле управитель — и правда «неверный» (нечестный перед хозяином, потому и уволен), но он оказался верным простой и суровой правде, что в этом мире важнее не копить, а  делиться и создавать вокруг себя отношения. Христос, ставя его в пример, как бы говорит фарисеям: ваша праведность лишена правды жизни, а этот плут оказался мудрее вас. Он понял то, чего вы не хотите понять: заповеди даны не для того, чтобы их формально исполнять, а потому что они возвращают человека к законам самой жизни, установленным Творцом. И Христос, ставя его в пример, как бы говорит фарисеям: «Ваша праведность — буква закона, а этот плут оказался ближе к духу закона, чем вы».