Таинственная пещера

   Я шла на зов сквозь густой лес. Зов тихо звучал во мне как внутренняя нить, удерживающая направление. С того момента, как я его уловила, окружающий мир словно изменил способ своего присутствия во мне. Звуки стали отчётливее, расстояния — объёмнее, а само движение обрело ясность, которой раньше не было.
До его появления, минуты и часы моей жизни складывались в дни. Это были уже с самого утра бледнеющие дни, становящиеся похожими друг на друга. К вечеру они медленно умирали, так и не успев наполниться смыслом. Моя жизнь становилась похожа на кардиограмму, со сплошной бегущей в конце. Пришло понимание, что если не откликнуться, то что-то важное будет упущено. Упущено как шанс. Одномоментно, оставив ежедневную рутину, я откликнулась на этот импульс не раздумывая. Толчок. Я начала движение. 
По ходу моего продвижения лес преображался. Он становился гуще, безмолвнее и первозда;ннее. Наконец, я почувствовала всем телом, что пересекла некую невидимую, но физически ощутимую границу, полыхнувшую горячим накатом сквозь меня.
Вечер незаметно опускался на землю, сгущая тени и приглушая звуки. Я шла всё дальше вглубь, чувствуя, как привычный мир постепенно отступает.
Над головой глухо ухнул филин. Я вздрогнула. Под ногами хрустнула сухая ветка — звук показался неожиданно громким в сумеречной тишине. Где-то рядом зашуршали мелкие лапки. На мгновение я заметила рыжевато-серую спинку лесной мыши, стремительно исчезнувшую в траве. Её испуг странно откликнулся во мне.
Тяжёлые еловые ветви нависали над тропой, цепляясь за плечи. Дыхание сбивалось от непривычной нагрузки, в груди нарастала усталость. С наступлением сумерек стало зябко, и я ускорила шаг, надеясь согреться.
Тропа петляла, то поднимаясь, то уходя в низину. Я старалась не потерять её в сгущающейся темноте. Временами казалось, что стоит остановиться — и я уже не смогу понять, куда идти дальше. Но внутри оставалось тихое чувство необходимости двигаться вперёд, не оглядываясь.
Я шла, почти не замечая, как лес вокруг становится всё плотнее и безмолвнее. Тропинка вдруг стала огибать нависающую скалу.
Послышался гул. Он нарастал постепенно — сначала едва различимый, затем всё более плотный, заполняющий собой пространство. Ориентируясь на этот гул, я осторожно прошла дальше. Через несколько минут я вышла к водопаду.
Бушующий поток обрушивался сверху сплошной стеной. Вода падала с такой силой, что казалась плотной и тяжёлой. Брызги разлетались хрустальной россыпью, радужно играющей на солнце. Я остановилась перед ним, ощутив прохладу водного потока. По бокам, словно обрамление, по отвесной скале вились растения. Капли воды ложились на изумрудные листья, преломляя свет.
Водопад дышал туманом, рождённым в момент столкновения воды с камнем. В воздухе висело полупрозрачное облако брызг, и в его глубине дрожал рассеянный свет. Гул был непрерывным, ровным, лишённым эмоций — как сама стихия.
Именно тогда внутренний зов дал понять: нужно шагнуть сквозь падающую завесу воды.
Пересечь её. Двигаться дальше.
Я остановилась.
Впервые — по-настоящему.
Я не знала, вход ли это. Не понимала, возможно ли пройти сквозь поток и остаться живой. Имею ли я право идти туда — и что произойдёт, если я ошибусь.
Камни под ногами были скользкими и холодными. Гул становился абсолютным, стирая мысли и одновременно создавая странную тишину — тишину, рожденную из избытка шума. Я всматривалась в водяную стену, и её монотонное движение начинало гипнотически притягивать взгляд, словно затягивая внутрь.
Нет, я не решила. Я просто шагнула.
Переход оказался резким. В лицо ударил тугой ледяной поток воздуха и воды, сбивая темп дыхания с ритма. Взвесь холодной влаги заполнила лёгкие, и на мгновение мир сжался до одного ощущения — движения сквозь сопротивление.
Несколько мгновений вне времени, пространства, себя.
Наконец, водопад сомкнулся за спиной. Шум остался там, снаружи — приглушённый, отрезанный, словно принадлежавший уже не мне. Я стояла на каменном выступе, чувствуя, как пространство вокруг меня меняет свою плотность. Впереди открывался проход вглубь скалистой пещеры. Тишина. Медленно впитывая в себя полумрак, я прислушивалась к своему дыханию. Сейчас лишь оно являлось единственным доказательством реальности происходящего. Сырой воздух обволакивал, проникал под одежду, холодил кожу. Хотелось замедлиться, прислушаться, но нить зова продолжала удерживать моё внимание. Теперь она не вела и не подсказывала — она лишь не позволяла остановиться окончательно.
     Я сделала шаг. Потом ещё один. Взгляд выхватил из мрака влажные стены, покрытые причудливыми узорами изумрудного лишайника. Полупрозрачные сталактиты, гроздьями свисающие с потолка, словно застывшие слезы великанов.
Шаг за шагом, я углублялась в недра горы. Под ногами хлюпала вода, перемешанная с песком и мелкой галькой. Я шла осторожно, почти на ощупь, проверяя каждый шаг, словно училась доверять событийности заново. Тоннель то сужался, то расширялся, и я постепенно теряла ощущение времени и пространства. Впереди мерцал слабый свет, маня и пугая одновременно. Сердце колотилось в груди, отбивая ритм первобытного страха, подстёгиваемого любопытством.
Когда пространство внезапно разомкнулось, я поняла это не сразу, оказавшись в просторном гроте.
Здесь не было явного источника света — он словно рождался из самого камня, позволяя различать лишь свои очертания, но не проявляя их полностью. В центре, словно опрокинутое око, мерцало небольшое озеро. Его водная гладь отражала свет от стен и потолка, создавая калейдоскопическую иллюзию размытости пространства.
Зов внутри меня велел оглянуться.
Я почувствовала присутствие других прежде, чем смогла их разглядеть. Обведя грот взглядом, увидела стоящих полукругом вокруг озера гигантов. Они были безмолвны, неподвижны и казались похожими на высокие статуи мифических Атлантов.
Они не делали шагов навстречу и не отступали, замерев на границе действия и бездействия.  Их взгляды не задерживались на мне — казалось, они смотрели сквозь, вглубь, туда, куда я сама ещё не решалась смотреть.
Я, затаив дыхание, постояла в тишине, позволяя ей быть. В этом молчании я особенно ясно ощутила собственную малость — не болезненную и не унизительную, а естественную, точную. Здесь не требовалось слов, объяснений или понимания. Нужно было лишь выдержать присутствие — своё и иное — и решить, готова ли я идти дальше, не зная, что ждёт впереди.
Я позволила нити зова вести меня дальше.
По ходу моего движения тоннель расширялся и наконец, перешёл в огромный зал с высокими сводами.
         Он оказался просторным, залитым мягким естественным светом. Наверху — отверстие, будто в кратере вулкана, через которое было видно яркое небо. Сверху живописно свисали гирлянды живых вьющихся растений. Я заметила нескольких птиц с ярким и красочным оперением. Они парили под сводами, раскинув крылья, будто воздушные змеи. Воздух был чистым, наполненным спокойствием. Я глубоко вдохнула тишину.
         Посередине зала, на небольшом пьедестале из белого камня лежала книга. Я подошла ближе и почувствовала от неё волну тепла. Это было тепло не температурное, а энергетическое. Присмотревшись повнимательней, я заметила, что металлическая обложка книги была покрыта выгравированными рунами. Они казались объёмными и завораживающе манящими. Их смысл был мне неведом, но витиеватая вязь увлекала за собой вглубь веков. Пожелтевшие страницы книги, светились изнутри, излучая мягкий внутренний свет.
В этот момент я осознала, что нахожусь в святилище, предназначенном для бесед со Вселенной.
         По периметру зала на тронах сидели старцы-великаны. При взгляде на них, меня наполнило чувство благоговения, и я молча поклонилась им. В ответ послышался шёпот, похожий на тихое чтение молитвы. Их губы шевелились, а внимательные взгляды казалось, видели меня насквозь. У каждого из них, в руках был свой символ. Я успела различить посох, вращающуюся призму, развёрнутый свиток, извивающуюся змею и   сверкающую спираль. Каждый из старцев хотел этим предметом передать определённый смысл. Их тела имели голубоватый, словно припылённый древностью оттенок. Кажущаяся внешняя статика великанов удивительным образом отображала мощное внутреннее движение. Сочетание энергии силы мысли, духа и внимания с глубочайшим смирением, явственно проявляли суть полноты их знаний, напитывая ею пространство зала. Моя душа откликнулась на это понимание, но одновременно я поняла, что подобное состояние — это очень долгий путь труда многих жизней Души.
       В центре — Он. Главный, восседающий на троне. Мужчина почтенного возраста с убелёнными сединой волосами и длинной серебряной бородой. Ростом огромен, как Атлант, с поразительно добрым, глубоким взглядом. Его руки спокойно лежали на коленях, плечи укрывал плащ. Покой. Он излучал покой, в самом первозданном его проявлении.
        Я сделала несколько шагов навстречу — и, очутившись напротив него, ощутила себя совсем маленькой. Он протянул руку к моим ногам, предлагая встать на его ладонь. Я осторожно поднялась, почувствовав будто на набирающей высоту платформе. Подняв меня на уровень своего лица, он плавно приблизил руку к себе. Его взгляд. Внимательный и изучающий, можно сказать вчитывающийся в то, что составляло суть моей души. 
Тихий, молитвенный шёпот старцев простирался вокруг, словно утренний туман над рекой. Я почувствовала гипнотическое соединение своего дыхания с его. Мы стали едины. 
— Здравствуй, — сказал он. Голос был тихим, но глубоким. Я почтительно наклонила голову, чувствуя, что мои слова в этой ситуации излишни.
    Старец начал говорить чётко и равномерно. Паузы повисали между словами акцентируя внимание на их смысле. Весомость каждого слова ощущалась в полной мере.
Речь шла о том, что я здесь оказалась не случайно. Не случайно, не только в этом месте и в этот час — но и в том месте и круге людей, в котором я сейчас нахожусь на Земле. Всё это — часть моего пути. Он напомнил мне, что жить нужно не только для себя.
Моя задача — помогать другим. Помогать энергией слова и мысли. Это я изучала и этим занималась в прошлых своих жизненных опытах. Пора вновь возвращаться к своей стезе, время пришло.
Я слушала его слова, затаив дыхание. Что-то в его словах представлялось мне знакомым. Оно раскрывалось в моём сознании, как распускающийся бутон цветка, медленно и осторожно. Картинки воспоминаний, обрывки ощущений, голоса, звуки птиц, свист ветра и раскат морского прибоя. Островерхие обрывистые скалы, морская гладь. Горизонт, залитый ярко-сиреневым светом, сияющей Звезды. Лица. Ощущения родной близости и любви, исходящей от них. Кто они, эти до боли знакомые очертания? Я – маленький ребёнок. Они – взрослые, с которыми я – единое целое. Ветер играет развивающимися волосами высокой и статной женщины. Она держит меня за руку, с улыбкой о чём-то беседуя с мужчиной. Он внимательно её слушает, слегка наклонив голову и сдержанно улыбается ей в ответ.  Я щурю глаза от яркого света и радостно подпрыгиваю от нетерпеливого детского ожидания. Мы чего-то ждём. Стоя на самой вершине скалы, рядом с этими родными и тёплыми Душами, я чувствовала Свет. Свет духовный, словно серебряные нити, пронизывая всё и вся вокруг, наполнял изнутри и меня …Восполнял Жизнью. Я поняла, я вспомнила!!! Память ощущения в себе Света жизни!!! Я его забыла здесь, на Земле и чего щемяще недостаёт для ощущения полноты Бытия.
- Ну, вот ты и вспомнила. Хорошо. Это ценное воспоминание я достал из глубины памяти твоих прошлых опытов, чтобы ты делилась им с людьми. Радость серебряных нитей Жизни и внутренний покой – это то, что сейчас, как никогда, нужно людям. Это та поддержка, которая поможет им в их воплощении на Земле.   
 Затем он протянул вторую руку и из его ладони возник вертикальный луч фиолетового света — длиной около двадцати сантиметров, похожий на вращающийся вокруг своей оси карандаш.
— Это — то, что необходимо тебе для выполнения твоих задач, — сказал он. Я вложу этот луч в область твоего внутреннего зрения. Он поможет тебе видеть человека глубже.
Твоя задача — видеть мотивы и причины человеческих чувств и поступков. Учиться понимать без вынесения оценки. Этот Дар живёт только в состоянии внутреннего душевного покоя и равновесия. Потеряешь равновесие — он замолчит.
Я закрыла глаза.
Луч мягко, без боли и давления вошёл в область переносицы. Создалось лишь ощущение проникающего движения — словно свет осторожно встраивался внутрь меня. Мысли остановились, первый мой вдох после прихода луча, показался многоступенчатым и глубоким. В замедленном взгляде происходило расширение видения и понимания.
Мудрец-великан предупредил о том, что этот дар не проявится во мне вдруг. Надо дать ему возможность «прижиться». Ты должна научиться жить в этом состоянии гармонично. Оно должно стать частью твоей природы.
Он говорил о возобновлении труда познания «Библиотеки душ». Это была система понимания структуры души, изучаемая мною в других Мирах. Необходимо продолжить изучение, добавляя в неё уже земной опыт.   
Со временем будут приходить люди за советом — чаще всего уже в сложных, запущенных ситуациях.
Слушая его речь, во мне зрело ощущение высокого Смысла, пришедшего в это пространство с далёких уголков Вселенной. Свойственная мне неуверенность в себе, не преминула дать о себе знать, породив предательское сомнение.  Многие годы я вела внутренние переговоры с этим истощающим меня свойством характера. Мысленно я проговорила его, глядя прямо в глаза Мудрецу. Смогу ли я понести достойно исполнение подобного труда? Воцарилась тишина. Она легла между нами и заполнив всё пространство беседы.
- Учись смелости смотреть себе в глаза. Душа не должна прерывать накопления своего опыта, не должна сходить с пути. Ты начала его много жизней назад, не обнуляй свои труды. Тела во Вселенной выглядят на каждой планете по-разному, но структура Духа в них одна – Божественная. Мир людей — книга, которую читают не глазами. Необходимо показать эту божественность человеку, напомнить ему о ней серебряными нитями Жизни. Без этого понимания человек ощущает чувство своей оставленности. Не волнуйся, поддержка будет. Ты будешь её ощущать явственно.
Информация будет приходить отовсюду, из мира Яви и Нави. Используй земные знания этих энергетических технологий, а то, что я вложил только что в тебя, поможет тебе видеть ситуацию из тонкого плана. Соединив воедино эти инструменты, ты будешь получать искомое.
Тихий шёпот старцев заполнив пространство зала, стал формировать еле различимое спиралеобразное свечение. Медленно подымаясь ввысь к своду, он покидал нас через его верхнее отверстие. Молитва, рождённая ими, уходила во внешний Мир, поддерживая его своей невидимой глазу силой.
- И тебя будут поддерживать и вести вперёд твои наставники.
- А кто они и откуда? – спросила я.
- Они тебе знакомы, рядом с некоторыми из них ты проживала в прошлых жизнях, я тебе только что их показал!!! - Я не нашлась, что ответить. Всё только что пережитое и прочувствованное мною, не оставляло места словам.
Тут, медленно опускаясь сверху, на нас полился яркий звездопад. Он струился, словно живой, я ощущала его как сплетение своих нервных окончаний. Под шёпот молитвы, звёздный поток становился насыщенней и стремительней. Постепенно звёзды стали в своём движении складываться в какое-то очертание. Шло его формирование. Поток пульсировал и рождал, рождал, рождал… Вдруг из круговерти этого потока вылетел Лебедь. Он, родившись на моих глазах из звёзд, плавно пролетел надо мной, широко раскинув крылья и грациозно вытянув шею. Величавый и загадочный, он вызвал во мне чувство грустной и щемящей тоски.
- Что это? – спросила я, чувствуя биение своего сердца.
— Это символ твоего дома, там живут твои наставники.
- Почему мне вдруг стало грустно?
- Как бы долго мы не путешествовали по Вселенной из жизни в жизнь, нам всегда хочется домой.
- Я вернусь туда?
- Непременно вернёшься, только уже повзрослевшей и с опытом далёких космических странствий за плечами.
- И вы все, находящиеся тут, тоже вернётесь домой? - спросила я великого Старца.
- Верно, но наше путешествие по Вселенной уже завершается. Выполнив свою задачу здесь, мы вернёмся туда, откуда отправились в путь, будучи младенцами. Возьми это, чтобы в тебе жила и не угасала Надежда. А теперь ступай. Трудись и помни о нас.
Сверху, словно вращаясь по спирали, на мою ладонь плавно опустилось лебединое перо. Оно было удивительно теплым, будто всё еще хранило живое тепло птичьего крыла.
Рука великана медленно опустила меня на землю. Преодолев лёгкое головокружение, я подняла голову и увидела, что веки исполина снова сомкнулись, а лицо Мудреца разгладилось, погрузившись в глубокое, почти каменное безмолвие. Лишь губы его едва заметно шевелились, складывая слова неслышимой для мира молитвы.
Зал наполнился первозданной тишиной. Казалось, само время здесь остановилось, и кто знает, через сколько веков или тысячелетий чье-то дыхание вновь осмелится нарушить этот покой. Внутри возникло отчетливое щемящее чувство: мой срок пребывания в этом месте истек, пора возвращаться.
Направляясь к выходу, я прошла мимо возвышения, на котором лежала Книга. Теперь ее тяжелый переплет был закрыт, но мне не нужно было смотреть на страницы — я знала написанное в ней. Между мной и этим древним фолиантом протянулась невидимая, но прочная нить, ставшая частью моего существа.
У самого порога я замерла. Обернувшись, я низко поклонилась, выражая искреннюю благодарность безмолвным старцам, великой Книге Мудрости и лично Ему, подарившему мне этот миг вечности.
Назад путь казался намного легче. Полумрак пещерных туннелей больше не таил в себе угрозы, не настораживал. Я уже гораздо увереннее лавировала между свисающими с потолка сталактитами, перепрыгивая через то и дело встречающиеся на пути мелкие подземные ручейки. Вот, впереди послышался знакомый гул водопада, в тоннеле постепенно становилось светлее. Мне вновь предстояло преодолеть водный занавес, и я шла ему навстречу. Не чувствуя усталости, а лишь невесомую лёгкость в теле, я двигалась быстро и легко. Вскоре ощутила на лице влажную взвесь брызг водопада. Она была тёплой. Оказавшись перед завесой, не замедляя шаг, я прошла сквозь неё. В глаза ударил яркий свет восхода Солнца. Здесь, снаружи, зарождалось утро! Воздух был свеж и полон энергии начинающегося дня.  Я двинулась вперёд через лес.
Окружающее пространство словно разом развернулось внутрь моего сознания. Я увидела себя одномоментно с разных сторон.
Сверху — над верхушками деревьев, различив лишь свою макушку.
Снизу — из-под земли, фиксируя движение моих подошв моей обуви.
Перед собой — встречая в упор собственный взгляд.
И со спины — наблюдая в свой затылок за своим размеренным движением по тропе.
Мир замер в необычайной тишине. Природа оживала, наполняя эту паузу пульсирующей Жизнью. Это была тишина не от отсутствия внешних звуков, а от отсутствия внутреннего шума. Я шла, словно измеряя ее своими шагами. Деревья и ветви приобрели призрачные двойные очертания, а за пролетающими птицами тянулись медленно тающие шлейфы света. Взгляд стал пронзительным: я видела уютные норы под корнями деревьев, скрытые дупла и гнезда в густых кронах. Всё сущее слилось в едином, цельном мгновении. Моё восприятие расширилось и будто стало объёмней.
На пыльной лесной тропе за мной оставались едва заметные светящиеся следы. Стоило мне коснуться рукой веток куста смородины, как на них вспыхивали короткие импульсы, похожие на живые многоточия. Крапива больше не жалила — она предупреждала заранее о своем присутствии волной мягкого тепла. Утренний ветер кружил в вышине, а свежесть леса делала каждое дыхание глубоким и целебным.
Обогнув тропинкой старый бурелом, я внезапно столкнулась с мужчиной, который нес охапку сухих веток. Увидев меня, он улыбнулся, и я ответила ему приветливым жестом. Мой взгляд, скользнув по его удаляющейся фигуре, невольно проник в самую его суть. Я почувствовала застарелую боль в его спине — горький плод неправильных мыслей и неверных путей, череду смятений и переживаний. В душе отозвалось понимание и желание помочь: ему нужно что-то в себе изменить... но что и как?
Внезапно я замерла, ощутив в руке пульсирующее тепло. Я разжала ладонь. Там лежало лебединое перо — дар Старца. Оно сияло неземным светом, а затем начало медленно таять, растворяясь не в воздухе, а проникая вглубь моей кожи. Оно встроилось в меня, став частью моей крови и духа. Теперь оно пребудет со мной, как компас по тонкому миру человеческих Душ.
Вдалеке стали слышны звуки города. Я возвращалась к людям. Там, за опушкой леса, открывался их вечный мир — пестрое переплетение радости и печали, триумфальных побед и горьких поражений. Огромный мир мятущихся Душ, каждая из которых, осознанно или вслепую, ищет свой единственный путь Домой.
Так завершилось это странствие. Где оно проходило — в потаенных уголках Земли или далеко за ее пределами — я не знаю. Да и имеет ли это значение?                Главное, что Путь был уже во мне и я знала куда возвращаться.