Как я росла в Междуреченске

Когда я стала себя осознавать, а это было года в 4,  начала осваивать мир. Жили мы в Новом районе. Дом стоял в месте, где автостоянка около остановки Орджоникидзе. В 5 лет я сбежала из дома, соблазнив подружку с собой, чтобы посмотреть что за горами. И мы пошли через железнодорожный мост на Чебалсу. Там мы увидели пьяного мужчину, испугались и побежали домой. Но ходили мы довольно долго. Тогда я прибежала домой к бабушке, потому что боялась идти домой. Она отправила меня мыться. Прибежала мама, вытащила меня из ванны и хотела бить солдатским ремнём. Но бабушка сказала:  «Не смей бить ребёнка». И отправила меня назад. С тех пор родители стали брать меня  с собой в тайгу. Мы ходили большими переходами, бродом, через быстрые реки.  Поначалу папа меня нёс на плечах через них, а впоследствии я выросла и шла, держа его за руку. Мы ходили за кедровым орехом по узенькой тропинке очень далеко и у меня жутко болели ноги. А впоследствии конечно я к этому привыкла и ноги уже не болели.
Мама много читала мне, после того как я научилась читать, тоже много читала.
Я переехала к бабушке, потому что папа мой попал на мопеде под машину и был на инвалидности , стала жить в двухэтажке на вокзале. Это случилось лет в 6. Во дворе у нас весной таял асфальт и мы играли в классики, мячик и скали на скакалке. Зимой мы играли в крепости, в войну, в снежки и лепили снеговиков. В магазине около дома продавали вкусных шоколадных зайцев полностью из шоколада и медальки. Я их обожала. Там у меня было много друзей.
В первый класс пошла попозже, потому что лежала на небольшой операции в Новокузнецке. И ходила в школу, как все по асфальту, вдоль которого было болото и ездили большие машины.
Во втором классе я возвратилась назад к родителям на улицу Орджоникидзе
Там где стоят сейчас пятиэтажки в новом районе ближе к вокзалу была метеостанция на холмах росла костяника. Там стояла типография около которой росли красивые цветочки часики и синие цветы колокольчики. Река «Вонючка»- канализационная текла прямо по поверхности. Через неё был мостик в районе бывшей 99 школы. А вокруг был частный сектор.
 За дорогой, которая старая по проспекту Шахтёров, также как сейчас, была Нахаловка, и мы с подружкой хоронили наших цыпляток, играли в магазин и в дом. У меня не было подружек когда я жила на Орджоникидзе, до тех пор, пока я не пошла в школу, только зимой на каникулы приезжали внуки к бабушкам, которые жили вокруг. И наши мужчины заливали каток, на котором мы катались в хоккейных коньках, играли в хоккей. Когда стали проводить канализацию под новой дорогой по проспекту Шахтёров, мы там лазили и я один раз провалилась в воду в шубе. Мальчишки несли меня домой на руках. На озёрах около метеостанции мальчишки катались на плотах. Мы с удовольствием жгли дымовые шашки в старой нашей бане. И прыгали с крыши.
В Новый год папа привязывал нашу собаку к саням, а у нас была  немецкая овчарка, и она катала меня по дороге. Потому что в Новый год автобусы не ходили.
Папа делал мне отличную горку во дворе, с которой я каталась.
А когда было наводнение 9 мая 1977 года, мой дядя приехал за мной на велосипеде. Он сказал родителям, чтобы они перетащили все вещи на чердак и сами туда залезли. А меня отвёз в двухэтажный дом на вокзал к моей бабушке. Вода доходила до середины первого пролёта на второй этаж по лестнице.
 Было солнечное затмение в 1982 году, видимое в Междуреченске, мама сказала взять мне одеяло, залезть на крышу, где свешивалась у нас здоровенная черёмуха, и смотреть на затмение-  через стёклышко от сварочной маски.
Перед затмением птицы перестали петь, стало очень холодно. Мне было уже 12 лет. Я с удовольствием наблюдала, как солнце скрывается из виду.
 Когда стали строиться пятиэтажки по Октябрьской, мальчишки били стёкла. А мы с папой их гоняли. Однажды, когда  шла в школу через мостик Вонючки на перекате лежал голый мёртвый мужчина. Я побежала на почту и позвала взрослых.
У меня был прекрасный проигрыватель и мама покупала мне музыкальные сказки и детские песни. Росла я и росли мои предпочтения в музыкальном мире. Когда мы уже переехали в один из домов по Октябрьской, потому что дорогу провели по нашему огороду, я уже слушала взрослые песни и орала во всё горло, подпевая им.