Пушкин. Онегин. Гендерная тайна

Спецов онеговедения  (независимо от вкусовых, нравственных, духовных, гендерных, ориентационных  и пр. отличий)  нередко интересует один вопрос:

почему Евгений Онегин не стал оказывать Татьяне скорую сексуальную помощь, а только психиатрическую и братскую
 
Спектр ответов безграничен: от «Женя -  импотент»  или «он просто ссыт и сыт»  до «Евгений Иксович - мужик со здоровым либидо» и его нимфетки а ля Лолита Набокова и девицы в 17 лет с мозгами 13-летней, но сильно хотящей до «рассудок мой изнемогает», никак не возбуждают

Но нам  попался эн ливр = Остолопов Н. Ф. «Евгения, или Нынешнее воспитание. СПб., 1803» с одной фразой:

«Евгения опасалась, сама не зная чего»

И нас с АИЯ настигла и постигла идея:

Евгений был девочкой!

Доводы:

1) Евгений – не мужское имя, а  шифрограмма:
Ев – лучший и Гений – он и в пушкинской Абиссинии сильно синей гений

2) Евгений не имел отчества. Что удивляет: в списках дворянских родов записывалось зап Егоровыми  «Иван Егоров», что означало Иван сын Егора.
Пушкин намеренно скрыл отчество Жени, чтобы не написать  … Осиповна

3) Поэтому на именинах Тани  и ревновал, невесть якобы отчего, Вова Ленской, впал во вздор ярости и … погиб, не рассчитав  шаги. 
Ну не  из-за того же, что Женя в танце  жал ручку воспылавшей Оле!
Финальные строфы четвертой главы романа ЕО:
XLI.
Однообразный и безумный,
Как вихорь жизни молодой,
Кружится вальса вихорь шумный;
Чета мелькает за четой.
К минуте мщенья приближаясь,
Онегин, втайне усмехаясь,
Подходит к Ольге. Быстро с ней
Вертится около гостей,
Потом на стул ее сажает,
Заводит речь о том, о сем;
Спустя минуты две потом
Вновь с нею вальс он продолжает;
Все в изумленьи. Ленский сам
Не верит собственным глазам.
XLII.
Мазурка раздалась. Бывало,
Когда гремел мазурки гром,
В огромной зале всё дрожало,
Паркет трещал под каблуком,
Тряслися, дребезжали рамы;
Теперь не то: и мы, как дамы,
Скользим по лаковым доскам.
Но в городах, по деревням,
Еще мазурка сохранила
Первоначальные красы:
Припрыжки, каблуки, усы
Всё те же: их не изменила
Лихая мода, наш тиран,
Недуг новейших россиян.
XLIII. XLIV.
Буянов, братец мой задорный,
К герою нашему подвел
Татьяну с Ольгою: проворно
Онегин с Ольгою пошел;
Ведет ее, скользя небрежно,
И наклонясь ей шепчет нежно
Какой-то пошлый мадригал,
И руку жмет — и запылал
В ее лице самолюбивом
Румянец ярче. Ленской мой
Всё видел: вспыхнул, сам не свой;
В негодовании ревнивом
Поэт конца мазурки ждет
И в котильон ее зовет.
XLV.
Но ей нельзя. Нельзя? Но что же?
Да Ольга слово уж дала
Онегину. О боже, боже!
Что слышит он? Она могла...
Возможно ль? Чуть лишь из пеленок,
Кокетка, ветреный ребенок!
Уж хитрость ведает она,
Уж изменять научена!
Не в силах Ленской снесть удара;
Проказы женские кляня,
Выходит, требует коня
И скачет. Пистолетов пара,
Две пули — больше ничего —
Вдруг разрешат судьбу его.

Не только вальс, мазурку и последний танец – котильон Оля предпочла отстучать каблучками с Женей, а не с тем, кто согласился наконец то стать ее женихом. Ну и что тут ТАКОГО?  Обычный конкур и тривиальном гоне … Деву испытывает в это время всяк кто хочет и может.  Это вовсе не измена. Шепчет на ухо нечто (а кто мог слышать что это мадригал да еще и пошлый, если то было исполнено шепотом) …Ну и что?  А он шептал озорное: Я девочка Евгения. Руку жмет… Бог ты мой, какие страсти-мордасти!  Чушь! Просто вздор необузданной ревности без основательных причин.  Таня вот  … написала компроматное «Я твоя!» и никто ее не осудил. Более того Пушкин из такой прыти изваял статуарный милый верный Идеал

4) Поэтому то  Таня в кабинете  Жени вдруг поняла его странность, пужливость  и безответность:
- Уж не пародия ли он!?
А на того, кого принимали за мужичка, хоть и опасного  чудака,  пародией могла быть только дева. Ведь первая из них – иша адама, потом Ева Адама (А! Дама!) – была клоном = тем же мужиком, но из зада.  То есть Ева – пародия Адама
 
5) Почему Татьяна, став княгиней и все еще любя Женю, отказалась позволить ему обнять ея колени?  Теперь понятно почему …  Она ж не лесбиянка. А «Я другому отдана и буду век ему верна»  = это все из поэмы Э. Роттердамского «Похвала глупости». Это отказ по этикету

6) Посмотрите на рисунок Пушкина
Пушкианцы уверяют = это Татьяна в сцене Федорино горе …
А это Евгения под прикрытием Евгений!
Этот метод рисования называется «с чернением»: лицо Евгении усиленно зачернено, но мы заметим насколько оно мужское… Это специально сделано

7) Любовью шутит сатана (ЛШС)   - Любите самого себя (ЛСС)
Это дуальная формула отношения Онегина к гетеросексуальной любви (ГЛ)
В формуле ЛШС написанное с малой буквы слово «сатана» означает ее (ГЛ) противника
Дву-(много)- смысленная формула эгоцентризма ЛСС может иметь разные толкования, в частности означать  (намекать):
              Евгений был андрогинном как Первоадам

И тут мы снова у порога кабинета декодирования с кодограммой
              «Уж не пародия ли он»