Ортега-и-Гассет. Об искусстве и философии

1). На этих вдохновенных выдумках нервы отдыхают от повседневной печали

2). Валье-Инклан пользуется сходством не общим, рожденным от всего образа а целом, а от уподобления одной черты, одной грани образа: "пугающие звуки бились в тишине, как перепончатые крылья Люцифера"

3). Только в предрассудках мы находим основания для наших суждений, поэтому никакое мнение невозможно без предвзятости

4). Предрассудки отцов дают некоторый отстой суждений, которые служат предрассудками для поколений детей

5). Если картина легко перелагается на язык или политику, то это уже не картина, а аллегория. Аллегория же не серьезное искусство, а всего лишь игра, в которой мы иносказательно выражаем то, что мы могли бы выразить с помощью других иносказаний

6). Печаль вообще -- не печальна. Печаль, невыносимая печаль -- это та, которую испытываешь в данный момент

7). Каждая конкретная вещь есть сумма бесконечного множества отношений. Действуя дискурсивно, науки устанавливают эти отношения одно за другим; поэтому, чтобы установить их все, науке требуется вечность

8). Природа, понимаемая как природа нашего познания не содержит ничего индивидуального; индивидуальность лишь проблема, неразрешимая методами естественных наук

9). Бесконечность отношений недосягаема; искусство ищет и творит некую мнимую совокупность -- как бы бесконечность

10). [Задача искусства] воплотить, то есть овеществить то, что само по себе вещью не является

11). Боги -- это все наилучшее в нас самих, что некогда отделилось от обыденного и недостойного и сложилось в образ совершенной личности

12). Чтобы читать стихи, как и для того, чтобы слагать их, требуется некоторая торжественность

13). Когда я чувствую боль, я не вижу своей боли. Чтобы я увидел МОЮ боль, нужно, чтобы я прервал состояние боления и превратился бы в смотрящее

14). Внутренняя жизнь литературного лирического героя -- это маскарад внутренней жизни читателя

15). Рассказанное уже "было" и это "было" -- это форма, которую в настоящим оставляет та сущность, которая уже отсутствует

16). Там, где есть реальная идентичность, нет метафоры. В метафоре живет ясное осознание неиндентичности

17). Чувство в искусстве тоже есть знак, выразительное средство, а не нечто выраженное

18). Стиль исходит из индивидуальности "я", но проявляется в вещах

19). Гиберти не волнуют изображаемые им предметы, им движет одна безумная страсть -- запечатлевать, превращать в бронзу фигуры людей, животных, деревья, скалы, плоды

20). Рыцарский и приключенческий роман повествует, роман описывает

21). В эпосе широко употребляется идеальное прошедшее время, получившее в грамматиках название эпического

22). Повествование должно находить себе оправдание в самом событии, и чем оно облегчённее, тем лучше

23). Реально для нас не то, что происходит на самом деле, а некий привычный нам порядок событий

24). В философии нового времени возможно лишь то, что находится в соответствии с физическими законами

25). Миф всегда начало особой поэзии, в т. ч. и реалистической. Тема реалистической поэзии -- его разрушение

26). Поэзия реалистичности не реальность, как та или иная вещь, а реальность как родовая "жанровая" функция. Не сами вещи и лица волнуют нас, а как они представлены

27). Характерное -- такой отличительный признак, при воспроизведении которого воскресает все остальное, быстро и выразительно представая перед нашим взором

28). Никто не подражает ради самого подражания. Это стремление живет посторонней направленностью (чтобы посмеяться, например)

29). Вероятно, только комическое намерение способно придать действительности эстетический интерес

30). Желание быть самим собой и есть героизм

31). Если кто-то рисует пейзаж, в нем всегда следует видеть сцену, где появляется человек

32). Образец не является ни единым для всех предметов, ни даже типовым. Каждый предмет вызывает у нас представление о своем собственном, едином, исключительном идеале

33). Каждая вещь рождается со своим, только ей присущем идеале

34). Всякая книгам -- это сначала замысел, а потом его воплощение, измеримое тем же замыслом

35). Сложным мы называем все запутанное, неясное

36). Романтическая музыка и поэзия представляют нескончаемую исповедь, в которой художник, не особенно стесняясь, повествует о переживаниях своей частной жизни

37). Искусство не прекрасная оболочка, скрывающая нечто банальное. Искусство есть жесткое, категорическое условие для достижения цельности и красоты

38). Мы наслаждаемся не столько музыкой, сколько самими собой. Нас привлекает не а только музыка как таковая, а ее механический отзвук в нас, сентиментальное облачко радужной пыли, поднятое в душе чередой проворных звуков

39). Ошибочно оценивать произведение по тому, насколько оно захватывающе, насколько оно способно подчинить себе человека. Будь это так, высшими жанрами искусства считались бы чесотка и алкоголь

40). У Пруста память из поставщика материала, с помощью которой описывется другая вещь, сама становится вещью, которая описывается. Поэтому автор не добавляет к воспоминаниям того, чего ему не хватает. Он оставляет воспоминание таким, каково оно есть -- объективно неполным

41). Для удобства нашей жизни каждая вещь является нам на определенном расстоянии, на том расстоянии, с которого она выглядит наиболее привлекательно

42). В литературе мы полагаем, что каждое событие всего лишь предвестие и исходная точка для следующего. Особенно в романах

43). Если мы присмотримся к тому, что мы видим, когда смотрим на дерево, нам откроется, что у дерева нет четких контуров... что отделяет его от всего прочего вовсе не несуществующие очертания, но многоцветная масса внутри самого объема

44). В книгах Пруста никто ничего не делает, там ничего не происходит; нам является только череда состояний

45). Вспоминать не то, что размышлять, перемещаясь в пространстве мысли; нет, воспоминание -- это спонтанное разрастание самого пространства

46). Философская система есть попытка концептуально воссоздать космос, исходя из определенного типа фактов, признанных наиболее надежными и достоверными

47). Лейбниц выдвинул задачу превратить науку в систему, подчиняющую мироздание одной точке зрения

48). Поскольку понятие -- нацеленность мысли на предмет, споря будто бы о словах, спорят о предметах

49). Создавая новое понятие, ученый подыскивает ему значение из обиходного языка. Тем самым термин получает новый смысловой оттенок, опираясь на прежние и не отбрасывая их

50). Не всегда перенесение имени -- есть метафора

51). Без метафоры невозможно мыслить о некоторых, недоступных для ума предметах ("глубина памяти")

52). Чувство есть способность воспринимать различия. Если бы мир состоял из синего цвета, мы бы не воспринимали синеву

53). Чтобы представить себе что-то в отдельности ("твердость"), нужен знак ("скала"), который как бы втягивает в себя наше абстрагирующее усилие, закрепляя тем самым мысль на подручном носителе

54). Мы отличаем холод от влажности, поскольку влажность связана то с холодом, то с теплом