отец Олег

Отец Олег не появляется во дворе с сентября. Сегодня смотрю: бросает топор  на полено, две части разлетаются и падают на траву. Он берет одну половину, замахивается над ней и снова делит ее пополам.

Я Олега боюсь. Он на небо не смотрит, только на землю. Что он там ищет? Прижмет руку к груди, семенит через двор, спешит на службу. После службы выходит только, когда никого уже нет.

Однажды я ждала его, из любопытства, за кустом в палисаднике, как будто в прятки играю. Дождалась. Вышел вместе с отцом Илией.

Илия за спиной руки держит, улыбается широченно, грудь вперед, крест отливает золотом, блестит у меня на лице, а Олег все такой же понурый. Ростом казалось даже выше Илии, а скрючился и бормочет что-то под нос, кивает, со всем соглашается.

В тот день, когда он рубил дрова, я подошла к нему и спросила:

-Отец Олег, что вас сюда привело?
-Дрова колоть надо, – и смеется, не поднимая глаз

Голос у него тонкий, нежный, как вон те саженцы, что дьякон купил на рынке. Саженцы торчат из мокрой тряпки и ждут не дождутся пустить корни.

Я смотрю на отца Олега: на его длинные руки, на светло-рыжую бороду, она закрывает тонкую шею, а на шее болтается крест. Он вытирает глаза плечом и продолжает трудиться.

-Лиза, ну ты где там? – кричит Марина

Она стоит с лопатой и лейкой и кивает мне в сторону. Беру аккуратно саженцы, иду за ней в палисадник. На ней черное платье и черная зимняя куртка.

Она переваливается, идет тяжело. Марине завтра тридцать пять лет, никто об этом не вспомнит и я не должна, это неважно, это обычный день.

Весна как подросток, чуть что огрызается. Теплый свитер надела с утра, а она все равно нет-нет да укусит. Я куртку надену на плечи, шапку, шарф, встану под солнце: грей! Нет, не греет. А копать не хочу, спина будет мокрой, простыну.

Поэтому я держу саженец за макушку, пока Марина засыпает его землей. Посадили пять, принимаемся за шестой. Куртка упала с плеч, поворачиваюсь - стоит.

Глаза у него оказывается светлые. То ли зеленые, то ли голубые. Между нами двенадцать метров. Между нами обеты, и холодный солнечный свет, не способный согреть, тем более вызвать пламя.

Отец Олег отвернулся не сразу. Даже рот открыл, чтобы что-то сказать, но его перебила Марина:

-Помогите, отец Олег. Вскопайте четыре ямки, а мы отдохнем, вспотели ужас, спина мокрая

Олег отшатнулся и убежал.

-Странный какой-то, – отозвалась Марина, – вечный пост у него, скоро усохнет
-Нам бы учиться у него, ест раз в день, работает за троих
-Ага, и сил поэтому нет, мог бы помочь
-Он здесь для молитвы
-Для молитвы. На, держи вот лопату

Зеленые глаза отца Олега лежали в вазочке с теми цветными пуговицами у меня дома. Это конечно сон, сон приснился мне в ту же ночь, когда мы сажали деревья. Так вот глаза были звонкими, наверно хрустальными, я играла с ними, катая в ладонях, казалось им было щекотно, они смеялись и падали, но не разбивались.

Через неделю отец Олег пришел в трапезную и сказал:

-Простите меня за тот раз

Мы переглянулись с Мариной, пожали плечами. Он вышел, все также осматривая землю.

Летом они с Ильей ремонтировали сарай и курятник. Сменили гнилые доски и поржавевший замок. Зимой мы Олега не видели, только на службах.


2.

Но как-то раз в конце февраля, он прибежал к нам на кухню, метался, ящиками громыхал, один откроет, другой, третий.

-Зеленку, зеленку! – открыл шкаф с макаронами

-Отец Олег, батюшка, все ж в аптечке, тут еда, вилки да ложки

Говорю ему, он дергается, не слышит. Бегу к аптечке сама, она у нас в закутке, там и тонометр, и градусник, и бинты. Выхожу, он сидит, запыхался, палец зажал подрясником, чуть не плачет. Кровь просачивается в ткань, он дрожит.

-Да успокойтесь вы, сейчас остановится

Он твердит: Господи помилуй господи помилуй господи помилуй.

Беру его ладонь, сильно порезал. Накладываю повязку, кровь не сдается, как будто решетку убрали, она рвется из тюрьмы монашьего тела, а он хлюпает, ему страшно, он мальчик, он произносит: мама. И кровь это слышит. Она утихает. Она соглашается. Новый нахлест бинта остается белым.

Олег благодарит и просит прощения. Потом украдкой поднимает глаза. Знаешь, около трапезной есть валун. Он оброс лесным мхом, так вот глаза его такого же цвета.

Я отнесла бинты и зеленку в аптечку, когда вернулась, Олег убежал. В следующий раз мы увиделись только весной.