Моя первая запись весны

До весны ещё несколько дней, а цветы в душе уже распустились. Им не страшны 40 делений мороза, как и перелётным птицам, которых ждёт окрылённая душа...
  Как же трепещет всё внутри! Как же хочется скорее разукрасить эти страницы в ярко-голубой и рассыпать на них белые облака!... Прямо всё как за окном.
  Моя любовь тоже ждёт весну, а я же жду весну из-за неё. Хотя зачем, интересно, ей эта весна, чтоб ещё и в такое прекрасное время года меня мучить?
 
  …
  Пока мои мечты витают в другой Вселенной, я в своей тоже вроде бы неплохо. Стоишь на крыльце, кругом уже постепенно обживается март. Именно в этом месяце муторная грусть, смешиваясь с воздушным весенним дурманом, становится романтичной. Весной законно выпускать своих недавно проснувшихся, но уже одуревших голубят из сердца.
  Небо, таскавшее всю зиму на себе тяжёлые как никогда снеговые тучи, наконец облегченно выдохнуло и повеселело. Осмелившись, взглядом упираешься в его бесконечную, режущую глаза голубизну. Это свободное, но ещё усталое и холодное дыхание болезненно пробирается к вискам. Ты всё ещё можешь заболеть, но тебе не страшно. Ты стоишь на высоком сугробе и снова заполняешь память телефона небесной лёгкостью, а этот надоедливый холодный ветерок мешается под съехавшей шапочкой. Ах, как же прекрасно дышать этой вечерней весной после тяжкого дня.
  А вот солнцу не позавидуешь...Оно долго с ужасом наблюдало за разбушевавшимся небом. Белые непролазные горы застылой печали кругом...Что же оно натворило, что же его так расстроило? И тут, наконец, собрав все свои силы, солнце решительно выходит из-за серых туч прямо на середину чистого небосвода. В глазах каждого отразился этот долгожданный тёплый свет, в каждой жилке постепенно просыпается жизнь.
  С непривычки меня даже тошнит, и давят на глаза эти сильные лучи. Ну ничего, нашему солнышку ещё не столько понадобится своего тепла и света, чтобы раздобрить морозы и растопить снежные громады. Новорожденные небесные барашки уже вовсю резвятся на голубой лужайке. Солнечные лучи запутываются в их густых кудряшках, оставляя в них голубо-золотистые прядки. Некоторые барашки, повзрослее, ещё носят в себе будущие снегопады, но все они уже не тяготят весеннее, радостное небо.

  …
  И вот ты переносишься на этих барашках уже в следующие вечера. Смотришь, солнце уже одолело крепкие морозы. На влажные родные крыши и деревья оно рассыпает нежно свой прощальный киноварь и уходит в закат. Навевает поэзию на измученную голову дымок, струящийся из соседской печной трубы, которая всё время выглядывает из-за деревца бузины. Какое же это всё родное моему сердцу, тысячу раз привычное для глаз, но вызывающее миллионы восхищений души... Но вот стихи писать я не умею, как ни хотелось бы. Бьющие весенним ручьём чувства не сплетаются в рифмы, не укладываются в ровные строки, разбегаются кто куда. Даже поэт нечаянно поселился в моей голове этой весной, когда-то так же любивший и почитавший рифмами родные душе пейзажи. И в эти минуты он одурманивает мысли стихами. Эх...Ну взгляни ещё раз на это море со снежными гребнями, провожающее свой алый маяк. И иди домой.

  …
  Плачет душа. Плачут крыши. Плачут водостоки. Грачи путаются под ногами. Кажется, город скоро потонет, как и я вместе с ним. Белые глыбы печали выросли по самые окна, по самые тяжёлые от раздумий головы людей. У меня на сердце такие же глыбы, как же я понимаю эту бедную землю, они невероятно тяжелы. Но ведь, пришла весна, и её жаркие лучи вот-вот превратят исполинские горы печали в воду. А где же моё солнце? Которое растопит мои печали? Я буду тихонько ждать этой весны...

  …
  Птичьи голоса становятся всё разнообразнее. Мои одуревшие голубята услышали их и выпорхнули из сердца, уселись рядом с весёлым чириканьем на голые ветки. Стало легко, но и пусто как-то.

  …
  Вечер 26 марта. Последняя фаза лунного цикла. Ещё голубое небо незаметно положило свои усталые плечи на крыши домов. Интересно, оно когда-нибудь отдыхает? Всю зиму сыпало снег, весной же принимается писать каждый раз головокружительные небесные пейзажи.
  Над сырой ржавчиной, слегка припылённой золотом последних лучей солнца, словно таблетка растворяется в белой дымке мелкая луна. Хочется её съесть. Может, забылись бы боль и тревога.
  Тишина... Слышатся лишь звуки побега растаявшего снега с крыш. И снова, на прощание, виднеется белая чёрточка в голубом небе. Она становится длиннее и длиннее...Это самолёт. Его тяжёлый гул заглушил все остальные звуки. Этот след от самолёта похож на белую нить, медленно сшивающую ветви деревьев с небом. А ещё он похож на мою мечту, летящую прямо к солнцу...Вечерние самолёты под конец прогулки словно на удачу.
 Вот уже небо начало засыпать, накрылось пушистым одеялом всех оттенков сиренево-синего. Повеяло какой-то уже глубокой вечерней грустью. Прозрачная луна становится смелее и ярче, чувствуя приближение своей власти над ночным миром. Где-то в васильковом пуху неба летит уже 3-ий самолёт... Сколько уже мечт должно будет сбыться! Желаю ему удачно долететь.

  Вот и кончился март. Но весна продолжается, зима ещё не побеждена. Горы снега в один миг растают и всё потонет в грязи. Опять у солнца будет работа - высушить и отдать на благо половину растаявших зимних печалей возрождающейся земле. И с этой задачей оно непременно справится, и расцветёт прекрасное лето, о котором я как-нибудь напишу.