Жить набело 4

Павел Егорович в дом к бабе Гале иногда заходил. И всегда приносил подарки. Или вкусными конфетами угостит Машу, или дефицитную колбаску принесёт. А однажды он где-то раздобыл мандарины. Баба Галя не сдержалась и осторожно спросила:

- Чует моё сердце, Павел Егорович, что неспроста вы так зачастили к нам. Уж не Маша ли Вам понравилась?

- Как такая красивая девушка может не понравиться?

Маша покраснела. Ей не очень нравилось, когда о ней начинали говорить в её же присутствии.

Павел Егорович положил на стол мандарины и собрался уходить. Сказал, что спешит. После его ухода баба Галя спросила у Маши:

- А тебе он совсем не нравится?

- Мужчина как мужчина.

- Вижу, что не хочешь раскрывать душу. И не надо. Придёт время - сама всё расскажешь, - пожилая женщина вдруг вспомнила, что сегодня получила письмо от Машиной мамы.

Маша уже с первых строк поняла, что у мамы не всё в порядке. Она писала, что всё хорошо, что она немного приболела. Только девушка чувствовала сердцем: это не так. У мамы было больное сердце. Она часто лежала в больнице. Вот и сейчас написала, что два дня назад выписалась.

Маша чувствовала, что ей не хватает воздуха. Она накинула телогрейку и выбежала на улицу.

"Мамочка моя, как ты там одна?" - мысленно обращалась к самому родному человеку Маша. Она шла по дороге, давая волю слезам. Всё равно её никто не видит. Неожиданно она услышала голос Павла Егоровича:

- Машенька, почему Вы плачете? Кто Вас обидел? Вы только скажите.

Оказалось, что начальник решил сходить на станцию, чтобы проверить, всё ли в порядке.

Девушка молчала и плакала. Павел Егорович подошёл к ней ближе, обнял за плечи. А потом погладил по голове. Машу точно так по голове часто гладила мама. И от прикосновений материнских рук становилось спокойно и хорошо. То же самое Маша почувствовала и в этот момент. Она перестала плакать и хотела уйти, как Павел Егорович тихо произнёс:

- Маша, я Вас люблю!

Машу слова Павла Егоровича не удивили. Она давно догадывалась, что нравится начальнику станции. А сейчас её догадки только подтвердились. Девушка молчала и не знала, что ответить. Павел Егорович понял, что она смущается и продолжил:

- Машенька, ты молчишь, но я тебя понимаю. Разница в возрасте у нас с тобой большая. Если бы ты дала мне хоть какую-нибудь надежду, я бы смог доказать, что ты будешь со мной счастлива. У меня и дом хороший. и зарплата приличная. То, что я пью немного, так это от одиночества. А так бы совсем не прикасался к огненному зелью. Только бы ты была всегда рядом.

Маша выслушала Павла Егоровича, а потом тихо спросила:

- Почему Вы говорите об одиночестве, если у Вас есть Людмила?

- Понимаешь, Маша, ты ещё очень молода. Отношения с Людой - это не то, что ты думаешь. Если бы я хотел, то уже давно женился бы на ней. А так это просто отношения двух одиноких людей. Можно сказать, что это встречи без обязательств.

- Извините, мне пора идти, а так бабушка Галя будет волноваться, - Маша направилась к дому. Павел Егорович шёл следом. Когда девушка уже открыла дверь, он сказал:

- Я не тороплю. Буду ждать столько, сколько надо. Знай, Маша, что никто и никогда не будет тебя любить так, как я.

Баба Галя уже начала волноваться, когда увидела, что постоялицы нет. До этого Маша вечера проводила дома и никуда не ходила. Как только скрипнула дверь, баба Галя обрадовалась:

- Ой, как разволновалась я. Захожу в дом, а тебя нет. Наверное новости плохие из письма узнала?

- Да, мама болеет.

- Возьми отпуск да и поезжай. Дороже мамы нет никого и не будет.

- Я уже сама об этом думаю. Только кто мне даст этот отпуск, если я ещё и полгода здесь не отработала?

- А ты напиши за свой счёт.

Завтра попробую поговорить с начальником.

Не успела Маша утром подойди к конторе и поздороваться с рабочими, как до неё донеслись обрывки фраз:

- А ещё тихоня. Обнимается прямо во дворе.
- И зачем ей этот Павел Егорович?
- А что Людка-хромоножка делать будет?
- Отбила наша Мария Ивановна у Людки жениха.
Маша покраснела. Она не могла понять, кто мог их вчера видеть. Но понимала, что уже вся деревня судачит о её отношениях с Павлом Егоровичем.

"Ещё и отношений-то нет, а молва пошла", - думала Маша. Она никак не могла привыкнуть к деревенскому сарафанному радио. Стоило на одном конце деревни сказать слово, как на втором конце его уже услышали и приумножили.

Маша в тот день так и не поговорила с начальником. Он был не в настроении. Она решила не лезть на рожон, а перенести разговор на несколько дней.

Как только Маша пришла с работы, баба Галя спросила:

- Машка, а правда ли это, что ты вчера обнималась и целовалась с Павлом Егоровичем? Ко мне сегодня с расспросами целый день приставали, а я не знала, что отвечать.

Маша рассказала всё так, как было.

- Влюбился он в тебя, значит. А деревня вас с ним уже и поженила. Деревенский народ хоть и простой, но мудрый. Зря говорить не станет. Выходи за него замуж. Он любит тебя. И Людку-хромоножку жалко. Только сердцу не прикажешь.

- Я уже поняла, что в деревне везде есть глаза и уши.

- Так и есть, - кивнула баба Галя.

В деревне Машу за глаза стали называть невестой Павла Егоровича.

Маша работала, стараясь не обращать внимания на разговоры. Вечером писала письма маме, потому что очень волновалась. Мама отвечала регулярно, но однажды вместо привычного почерка, Маша увидела какие-то не слишком разборчивые закорючки. Писала их соседка по площадке: "Мама снова лежит в больнице. Быстрее приезжай".

Виктор Михайлович разрешил молодому специалисту взять отпуск за свой счёт. Маша взяла все свои сбережения (за 3 месяца ей удалось немного накопить) и отправилась в родной город.
Знакомые с детства улицы были не рады Маше. Так ей показалось, когда она вышла из поезда. Серые здания, морось, лужи - всё навевало тоску и тревогу. Маша сразу поехала в больницу. По дороге успела заскочить в магазин и купила маме её любимые булочки с изюмом.

Из белорусской деревни девушка везла угощения от бабы Гали. Добрая хозяйка передала Машиной маме сало, домашнюю колбасу и варенье. "Чтобы твоя мама поправилась. И сама не стесняйся, ешь. Если сало есть, никогда голодной не будешь", - говорила баба Галя, собирая угощения...

Продолжение следует