Второго такого в Москве не сыщешь

Храм Преображения Господня в Богородском (Спасо-Преображенская церковь) — памятник деревянного зодчества конца XIX века. Есть предание, что недалеко от нынешнего храма стоял храм Успения Божией Матери, оттого и место называлось Богородское. Храм и селение впоследствии сгорели, земля некоторое время пустовала, но название местности осталось.

По одной из версий, название Богородское отожествлялось с одноимённым сельцом, которое упоминали ещё в 1443 году в завещании княжны Елены Ольгердовны, вдовы князя Серпуховского и Боровского Владимира Андреевича Храброго. Однако через сотню лет в переписной книге 1550—1551 годов эта территория упоминается уже как деревня Алымово и считается вотчиной князя Лыкова-Оболенского. Непродолжительное время Алымовым владел царь Иоанн Грозный.

5 мая 1568 года он подписал грамоту о пожаловании этих земель Чудову монастырю. К 1689 году в Алымове возвели часовню. С тех пор за селением прочно закрепилось название Богородицкого или Богородского. С середины XIX века село стало упоминаться как популярный дачный пригород Москвы. Вот тогда и встал вопрос о строительстве нового храма.

Храму быть
В 1877 году жители Богородского получили разрешение на постройку однопрестольного храма во имя Преображения Господня. Церковь возводили из отборного леса. Она была небольшой, но с высокой колокольней. Рядом с храмом построили церковную сторожку, повторяющую его архитектурный стиль. Сначала этот храм не имел своего причта и был приписан к Черкизовскому храму Пророка Илии.

По благословению Его Высокопреосвященства митрополита Московского Макария 17 августа 1880 года новый храм освятил преосвященный Амвросий Дмитровский. С этого дня он ведёт свое летоисчисление. Сейчас это единственная в Москве деревянная церковь с ажурной резьбой карнизов, резными столбиками, кружевными наличниками на окнах и нарядными крылечками.

В 1891 году с приходом первого настоятеля Александра Колычева, прослужившего в храме шестнадцать лет, начал формироваться причт. Приход рос, в маленьком храме становилось тесно. Уже через три года, 1894-м, приняли решение его расширить. На это решение в большой степени повлияло открытие завода «Богатырь», производившего резиновую обувь.

Пределы
В Богородское переселились сотни рабочих семей, и храм уже не мог вместить всех верующих. В результате было пристроено два боковых придела в виде галерей: в честь Тихвинской иконы Божией Матери и во имя пророка Илии и святителя Алексия.

Вот выдержка из «Московских Церковных Ведомостей»: «14 мая 1897 года… при местном Спас-Преображенском храме была совершена закладка нового придела в честь Тихвинской иконы Божией Матери… В основание св. Престола положена серебряная доска с надписью [удостоверяющей дату закладки]».

Чуть более года спустя публикуются новые материалы: «В воскресенье 12 июля 1898 года в Спас-Преображенской церкви… было совершено освящение нового придела в честь св. пророка Божия Илии и святителя Алексия, митрополита Московского. Придел этот находится по левую сторону главного храма в широкой галерее, окружающей в настоящее время весь храм… Стоимость устройства придела и галереи обошлась более 10 тыс. рублей, которые были пожертвованы благотворителями и дачниками…».

Благодаря отцу Александру недалеко от Богородского кладбища на улице Большая Богородская (ныне — улица Краснобогатырская) в 1904-1905 годах построили церковно-приходскую школу. Здесь смогли получить образование дети многих крестьян и ремесленников. По завещанию отца Александра на оставленные им средства там же соорудили часовню в стиле древних новгородских построек. Эта часовня сохранилась, там по сей день проводят панихиды.

Рабочие отстояли храм
Но вернёмся к храму во имя Преображения Господня. В 1930-е году над ним нависла угроза уничтожения. Однако служившему тогда в храме отцу Алексию Доброседову удалось организовать рабочих фабрики «Богатырь» на защиту церкви. Людская толпа окружила храм и никого к нему не подпускала. Рабочие пикеты дежурили у церкви круглосуточно. Более того, власти был передан категорический ультиматум: если храм будет закрыт, ни один человек не выйдет на работу. Так что постановление о закрытии храма в Богородском так и осталось на бумаге. Боясь забастовки на крупном предприятии, председатель ЦИК просто отменил данное решение.

Службы в храме вели даже в годы Великой Отечественной войны. И хотя окна были затемнены, из самой церкви лилась непрерывная молитва за народ, за страну, за близких в эвакуации, за родных, оказавшихся в оккупации, за блокадников в Ленинграде… Про Ленинград вспомнили не случайно. Дело в том, что среди рабочих «Красного богатыря», теперь этот завод назывался так, работало много ленинградцев со знаменитого «Красного треугольника».

После победы в 1945 году совет церкви стал хлопотать о постройке дома для настоятеля. Когда разрешение получили, к сторожке пристроили поныне существующее жилое помещение с террасой. Строили этот дом на собственные деньги отца Алексия. Он оставил завещание, в котором просил, чтобы после смерти его и матушки дом остался для нужд духовенства храма. Его просьбу выполнили и сегодня в этом деревянном строении размещаются кельи духовенства. Когда отец Алексей умер, его хоронило всё Богородское. Похоронная процессия заполнила всю Краснобогатырскую, остановился транспорт, не ходили трамваи. Могила отца Алексия находится на Богородском кладбище недалеко от часовни.

Пожар
В августе 1954 года храм едва не погиб. Спас его таксист, который, проезжая мимо церкви, заметил огонь и вызвал пожарных. Когда горение потушили, открылась печальная картина: сгорел иконостас, образа, даже паникадило. Всё вокруг было в чёрной саже… Но каким-то образом остались невредимыми две большие иконы Тихвинской Божией Матери и Николая Чудотворца. Они даже не были тронуты пламенем.

Прихожане случившееся почли за чудо. В этот же день храм посетил глава РПЦ Патриарх Алексий Первый и обещал всячески содействовать в восстановлении храма. Вслед прибыла госкомиссия, которая после тщательного осмотра пришла к выводу, что стены и переводы целы, и служить можно, дело только за ремонтом. На другой день у ворот храма собралась толпа энтузиастов с инструментами. Они очищали подсвечники, стены, иконы от гари, мыли окна… Уже на третий день в выжженном, но почти вычищенном  храме, хоть и без электричества, но провели службу в правом приделе. Пожертвования потекли рекой. Некоторые пенсионеры отдавали всю пенсию, лишь бы поскорее восстановить церковь.

Вскоре из Переделкина сюда привезли позолоченные иконостасы, которые удивительным образом подошли ко всем трём приделам храма. Очевидно, тогда же была передана в дар и почитаемая икона святого мученика Трифона.

Сегодняшний день храма
В церкви хранится множество образов, написанных после пожара или полученных в дар. Среди них — икона Божией Матери «Скоропослушница», Пророка Илии, Матроны с частицей мощей, Серафима Саровского с частицей мощей и др.

Сейчас храм в Богородском радует глаз своей красотой. Как и много лет назад, его прихожане уверены — второго такого во всей Москве не сыщешь…