Ветер рассказывает о Вальдемаре До и его дочерях

Георг ХАКЕН
ВЕТЕР РАССКАЗЫВАЕТ О ВАЛЬДЕМАРЕ ДО И ЕГО ДОЧЕРЯХ
 
Пьеса-притча для взрослых по мотивам сказок и историй Ганса Христиана АНДЕРСЕНА «Ветер рассказывает о Вальдемаре До и его дочерях», «Аисты», «Злой князь».
Действующие лица:
Ворон.
Ворона.
Старая ворона.
Молодой ворон.
Ветер (Он же – Священник, Староста, Адмирал, Кредитор Ове Рамель).
Вальдемар До.
Госпожа До.
Их дочери:
Ида,
Йоханна,
Анна-Дортея.
Гости в усадьбе Борребю.
Парни и девушки на майском празднике.
Старший лесоруб.
Лесорубы.
Корабел.
Барон фон Хюббе. 
Господин ван дер Ведель.
Слуги и служанки.
Птицы:
Сорокопут, Скопа, Чёрный аист, Вороны.

ПРОЛОГ. Воронье карканье
Заброшенный берег. Полуразрушенный корабль, занесённый снегом и инеем. Голые деревья, пни, следы запустения. Приглушённый шум ветра, далёкий прибой. Внезапно – хриплое карканье. На мачту корабля опускается Ворон. Через мгновение к нему присоединяется Ворона. Они оглядываются, взъерошивают перья.
Ворон (хрипло). Кар-р-р... Опять летим сюда. Этот корабль – как могильный камень на морском берегу. Как напоминание... Об исчезнувшей дубраве...
Голоса Ворон. О загубленном лесе! О разоренных гнёздах! О бесприютных старых птицах! Виной всему эта посудина!
Ветер взвывает, поднимая «снежные волны».
Ветер. Я затеял вьюгу, взбудоражил снег, замёл корабль могучими волнами сугробов! И голос мой он услышал – голос ярой бури! У-у-у! В пу-уть лечу-у!
Ворона резко поворачивает голову.
Ворона. А куда ещё лететь? Везде одно и то же: пепел, пни, голые ветви. Где наши гнёзда? Где птенцы?
Сверху, с трудом, опускается Старая ворона. Она садится на рее, словно на надгробие.
Старая ворона. Я помню, как мы вили гнёзда в дубах... Тридцать лет там жила. А теперь – ветер свистит среди обломков.
Ворон. Люди говорят: этот корабль – символ величия. А для нас он – беда. Ради этой громадины срубили лес. В его древесине – крики деревьев, в его трюмах – пыль наших гнёзд.
С палубы, раздаётся звонкое карканье. Поднимается Молодой ворон.
Молодой ворон. Я слышал, что корабль никогда не поплывёт! Он тут навсегда, ржавый, пустой... И из-за него – ни леса, ни дома для нас!
Ворона. Вот и получается: они построили памятник своей гордыне, а мы потеряли родину. Где теперь старые птицы найдут приют? Где молодые научатся летать?
Старая ворона. В наших криках – память о лесе. Пусть слышат, чего стоило это великолепие. Каждый наш крик – как лист, упавший с мёртвого дерева. Но пока мы кричим – лес не совсем исчез.
Ворон (каркает протяжно). Кар-р-р-р!..
Ветер усиливается, срывая с корабля клочья снега.
Молодой ворон. А если мы улетим далеко-далеко? Найдём новый лес?
Старая ворона (медленно). Новый лес не вырастет за один год. А память о старом – она с нами. Будем кричать, пока есть силы. Может, кто-то услышит. Может, кто-то вспомнит.
Птицы замирают, постепенно их фигуры растворяются в тумане. Из мглы возникают тени Вальдемара До, его супруги и дочерей. Они стоят среди руин замка.
Госпожа До (оглядывается). Где наш лес? Где наш замок? Где наша усадьба?
Вальдемар До. Король отказался от корабля... Деньги ушли... Всё, что мы строили, рассыпалось, как песок.
Ида. Мой жених ушёл. Он не хочет жениться на нищей. А я думала... я верила...
Анна-Дортея (глядя на небо, где кружат вороны). Это из-за нас. Мы не послушали аиста. Он предупреждал: «Не рубите лес, не гневите небо».
Йоханна (горько). Теперь мы сами – как птицы без гнезда. Мы – тени, блуждающие среди руин.
Фигуры медленно растворяются в тумане. Вдали слышно карканье ворон, шёпот ветра.
Ветер. А что стало с усадьбой Борребю?.. У-у-у... Замок пуст. Проклятие сбылось. Но кто скажет, что это лишь сказка? Ведь нет сказок лучше тех, которые создаёт сама жизнь. Хотите, я поведаю вам свои сказки и истории? Уж я-то знаю их куда поболе, чем все вы, вместе взятые. Слышите мой голос? У-у-у! В пу-уть лечу-у!
Карканье ворон затихает вдали.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ. Возвышение усадьбы Борребю.
Старинная усадьба: массивная резная мебель, гобелены, тусклый свет свечей.
Ветер (тихо, нараспев). На берегу Большого Бельта и поныне стоит старинная усадьба Борребю... Я знаю там каждый камень... Много я повидал знатных дам и кавалеров, хозяев Борребю. Не одно их поколение прошло передо мною... Сегодня расскажу я вам о Вальдемаре До и его дочерях... о тех, кто цвел, как редкие цветы в старинном саду.
Входит Вальдемар До.
Ветер. Вот он – Вальдемар До, самовлюблённый нарцисс с гордо поднятой головой. В его глазах – отблеск золота, в поступках – уверенность камня.
Вальдемар До. Недаром в моих жилах течёт королевская кровь!
Ветер. Умел он не только оленей травить да кубки осушать...
Вальдемар До. Загнать оленя и осушить кубок – это лишь малая часть моего величия. Нет, я способен и на большее. Дайте срок – сами увидите, что ещё уготовила мне судьба!
Ветер (с лёгким завыванием). У-у-уу! Лечу дальше!
Сцена заполняется гостями. Они разговаривают, смеются, поднимают кубки. В зал входит госпожа До в пышном платье.
Ветер (переходя к госпоже До). А это – его супруга. Пышный тюльпан. В ней – гордость рода и холод мрамора.
Госпожа До делает лёгкий кивок.
Ветер. Она величаво ступает по вощёному наборному паркету, не склоняет головы ни перед кем, словно боится сломать свой хрупкий стебель.
Госпожа До (проводит рукой по мебели). Мебель резная...
Ветер. Дорого было плачено за изящную мебель...
Госпожа До (касается гобеленов). Стены обиты драгоценной тканью...
Ветер. Обивка стен роскошна...
Госпожа До. А сколько золотой да серебряной утвари принесла я в качестве приданого в этот дом!
Ветер. Золото на столах... Но золото – как ветер: кажется, вот оно, а протяни руку – и нет.
Госпожа До. Наше богатство не знает границ. Оно – не случайность, а знак высшего предназначения.
Ветер. Как звали госпожу До? История не сохранила нам её имени. Может, Маргрете?
Госпожа До. Нет, слишком традиционное имя для королевских и аристократических семейств.
Ветер. Тогда, может быть, Фредерика? Солидное имя, вполне подходящее для хозяйки замка?
Госпожа До. Не слишком благозвучное и чересчур популярное среди датской знати.
Ветер. А как вам тогда София-Луиза? Вполне вписывающееся в эпоху...
Госпожа До. Двойное? Чрезмерно вычурное.
Ветер. А старинное скандинавское – Ингеборг? Подчёркивает древность рода...
Госпожа До. Древность? Дряхлость? Дряблость? Оставьте эти пустые затеи! Сохраним интригу.
Ветер. Интрига... Она, как туман над морем, скрывает то, что должно быть увидено лишь в свой час... Как вам будет угодно! У-у-у! В пу-уть лечу-у!
Ветер отступает в тень, его фигура растворяется в полумраке. Музыка затихает.
Ветер. Были у хозяев и дочери, три нежных цветка. Их имена я помню до сих пор: Ида, Йоханна и Анна-Дортея.
Три дочери – Ида, Йоханна и Анна-Дортея – смеются, кружатся в танце.
Ветер (обращаясь к Иде, в розовом платье, с венком из роз). Ида – прелестная роза. Она мечтает о любви, как роза ждёт утренней росы. В её глазах – огонь, в душе – тайна. (Переходя к Йоханне, в белом платье, с лилией в руках). Йоханна – прекрасная лилия с утончённой гордостью, с чистым изгибом линии. Стройная, холодная, она любит зеркала и портреты предков, словно ищет в них своё отражение. Она знает: её судьба – быть королевой, даже если трон пуст.
Йоханна стоит неподвижно, держа лилию у груди перед одним из парных портретов.
Йоханна. И мой портрет когда-нибудь будет висеть среди фамильных портретов.
Госпожа До. Йоханна, ты прекрасна. Твоя талия тоньше, чем у меня в юности.
Йоханна. Я лишь следую вашему примеру, матушка.
Ветер (обращаясь к Анне-Дортее, в бледно лиловом платье, с букетом гиацинтов). Анна-Дортея – нежный, бледный гиацинт, с каплей грусти в сердце. Она слушает шёпот ветра, жалеет птиц, плачет над сломанной веткой.
Анна-Дортея опускает глаза, перебирая букет гиацинтов.
Ветер. Никогда я не видал, чтобы здесь, как в других старинных усадьбах, высокородная хозяйка сидела с дочерьми в парадном зале за прялкой.
Госпожа До берёт в руки лютню, начинает перебирать струны. Звучит нежная мелодия.
Ветер (шёпотом, почти неразличимо). Она играла на звонкой лютне, а девушки пели... Правда, не всегда и не только старинные датские песни, но и песни на чужих языках.
Дочери (поют).
Зима пройдёт, и весна промелькнёт,
И весна промелькнёт,
Увянут все цветы, снегом их заметёт,
Снегом их заметёт.
И ты ко мне вернёшься, мне сердце говорит,
Мне сердце говорит,
Тебе верна останусь, тобой лишь буду жить,
Тобой лишь буду жить.
Ко мне ты вернёшься, полюбишь ты меня,
Полюбишь ты меня,
От бед и от несчастий тебя укрою я,
Тебя укрою я.
И если никогда мне не встретиться с тобой,
Не встретиться с тобой,
То всё ж любить я буду тебя, милый мой,
Тебя, милый мой.
Госпожа До опускает лютню. Гости поднимают кубки, звучат аплодисменты.
Ветер (обводя всех взглядом). Здесь бурлила жизнь, тут шло гостеванье и пированье, здесь собирались важные гости со всей округи и из дальних краёв. Играла музыка, звенели кубки... Даже мне было не под силу заглушить весёлый шум! Богатое семейство, знатное, рождённое и выросшее в роскоши... Тут с блеском и треском гуляла спесь.
Вальдемар улыбается, приобнимает жену. В его взгляде – гордость. Госпожа До отвечает ему холодным кивком.
Вальдемар До. Слушайте все! Ещё вчера берег Большого Бельта и остров Фюн, селение Тьеребю и все деревни окрест были независимыми землями, а сегодня это часть моих владений. (С горящим, почти безумный взглядом.) Но этого мало! Мало!
Госпожа До медленно приближается, кладёт ладонь на плечо мужа.
Госпожа До. О, мой супруг! Ты превзошёл всех господ, что были до тебя. Скоро весь мир склонится перед твоим именем.
Вальдемар До (ловит её руку, прижимает к груди). Превзошёл? Ха! Я лишь начал! Я хочу, чтобы при одном упоминании моего имени люди падали ниц. Я построю такие дворцы, что сами звёзды позавидуют их великолепию! И ты будешь в них моей королевой.
Госпожа До (приближается, голос звучит как шёпот). И я всегда буду рядом с тобой, купаясь в роскоши, серебре и золоте, которое ты доставишь из покорённых мест. Никто не сравнится с нами в богатстве! Но знаешь, что ценнее всех сокровищ? Твой взгляд – в котором весь мир, который ты мне даришь.
Вальдемар До. Богатство – лишь средство! Я хочу власти над всем сущим! Над землёй, над небом, над самим Богом! Я велю установить свои изваяния на площади, в замке, мало того – ещё и в соборе, у алтаря Господня! И когда их установят, я скажу: «Вот место, где живёт моя любовь. Здесь её трон».
Из полумрака появляется Ветер в сутане Священника.
Священник. Господин, вы хотите невозможного. Поставить ваше изваяние у алтаря – это оскорбление Всевышнего. Господь превыше всех земных господ.
Вальдемар До. Превыше? В усадьбе Борребю всегда были господа и никогда не было Господа.
Госпожа До. И не будет! Наша вера – друг в друга. Этого достаточно.
Вальдемар До. Так я поклялся, и да будет моя воля! А если Бог существует, я добьюсь, что и он склонится перед моей волей. Перед нашей волей.
Священник. Господин, умоляю, не гневите небеса. Ваши победы и так беспримерны. Может, стоит остановиться?
Вальдемар До. Остановиться? Когда я на пороге величайшего триумфа? Нет! Я построю большой военный корабль, чтобы летать на нём по воздуху. Он будет усеян тысячами орудий, и одним нажатием пружины я смету всё, что встанет на моём пути! Корабль, который поднимется выше облаков.
Священник. Это безумие, господин. Гордыня погубит вас.
Вальдемар До (смеётся). Гордыня? Нет, это воля! Моя воля – закон!
Госпожа До. Ты действительно веришь, что корабль поднимется в небо?
Вальдемар До. Он не просто поднимется – он станет моим троном! С него я буду править всем миром. И скоро весь мир узрит мой гений во всей красе. А ты... ты будешь рядом. Без тебя я – лишь парус без ветра.
Госпожа До (берёт его за обе руки). Мы создадим рай здесь, на земле. А наши враги и завистники...
Вальдемар До (перебивает). ...отправятся прямиком в преисподнюю! А мы останемся. Вместе. Навсегда. (Поёт).
Любовь – это свет, это солнечный день,
Счастливей не знаю огня.
Ты можешь уехать, уплыть, улететь,
Но не уходи от меня.
Не уходи, не уходи, не уходи от меня,
Не уходи, не уходи, не уходи от меня.
Госпожа До (поёт).
Любовь – это зов, это вечная власть
И хмеля, и тьмы, и огня.
Ты можешь увлечься, увлечь и упасть,
Но не уходи от меня.
Не уходи, не уходи, не уходи от меня,
Не уходи, не уходи, не уходи от меня.
Вальдемар До кладёт руку на талию госпожи До. Ветер усиливается.
Ветер. Усадьба Борребю была полною чашей. Хозяева жили на широкую ногу. В господах здесь недостатку не было... Только Господу не нашлось здесь места! У-у-у! В пу-уть лечу-у! (Протяжно, с лёгким завыванием.) И вот однажды в первый майский вечер, пронесся я над вересковой пустошью, прошумел над островом Фюн и Большим Бельтом и улегся у берегов Зеландии, близ Борребю, где в ту пору ещё стояла чудесная дубрава.
Раскидистый дубовый лес, в центре – полузасохший дуб с гнездом чёрного аиста. По лесу бродят парни и собирают хворост и ветви, самые крупные и сухие. Они складывают их в кучи. Девушки не отстают от парней.
Парень 1 (поднимая большую ветку). Вот это добыча! Самая сухая. Такая ветка долго гореть будет!
Парень 2 (с улыбкой). Такой костёр зажжём – весь край увидит!
Девушка 1 (с восторгом). Да, пламя будет высокое!
Самый красивый парень – высокий, с ясными глазами – подходит к куче, кладёт свою ветку сверху.
Девушка 1 (с энтузиазмом). Ну что, пора зажигать!
Парень 3 (доставая огниво). Сейчас вспыхнет – и начнётся веселье!
Он подносит огонь – костёр вспыхивает. Пламя взмывает вверх.
Все (в унисон). Ого! Как высоко!
Все смотрят на красивого парня. Он выходит вперёд.
Парень 2 (громко). Он – король майского праздника!
Все аплодируют. Парень становится в центр.
Майский король (с достоинством). Ну что ж, значит, я – майский король!
Девушка 2 (весело). А теперь выбирай королеву!
Майский король. А королевой будет...
Он оглядывает девушек. Но взгляд его уже выбрал ту, что стоит чуть в стороне, с опущенными глазами. Он подходит к ней, берёт венок из полевых цветов и надевает ей на голову. Она выходит к нему.
Король (мягко). Ты – моя майская королева!
Девушка улыбается. «Король» и «королева» берутся за руки, встают в центр круга. Парни и девушки радостно аплодируют. Все начинают петь и танцевать.
Все. (поют.)
Всё цветёт, поёт и пляшет.
Как приходит месяц май.
Нет его светлей и краше.
Руки к небу подымай!
Теплый ветер привечай –
Майским ландышем встречай.
Распустился ландыш в мае
В светлый праздник – в первый день.
Май цветами провожая,
Будет нам цвести сирень.
Ветер. То-то было радости да веселья! В богатой усадьбе Борребю такого не видывали. Там – блеск и гордыня, здесь – жизнь и дух земли. Здесь – корни, что питают всё сущее.
Все берутся за руки, делают большой круг вокруг костра и поднимают руки вверх в знак единства. Пламя костра взмывает ещё выше, освещая лица собравшихся.
Слышится цоканье копыт и перезвон бубенцов. К замку подъезжает запряженная шестерней золоченая карета.
Парень 1 (поднимает руку). Глядите! К замку едет...
Девушка 1 (всматривается). Карета... золочёная! Шестёрка!
Госпожа До выходит из кареты первой. За ней следуют дочери: Ида, Йоханна и Анна-Дортея. Парни и девушки учтиво кланяются.
Девушка 2 (соседке). Они прекрасны словно цветы...
Парень 2 (указывая на Иду). Правда! Вот она – прелестная как роза!
Девушка 3 (смотрит на Йоханну,). А эта – чистая как лилия!
Парень 3 (глядя на Анну-Дортею). А третья – нежный гиацинт!
Девушка 1. А мать их – пышный тюльпан.
Ида (Йоханне). Как здесь шумно... и просто...
Йоханна (Иде). Чему они радуются? Не понимаю.
Госпожа До (дочерям). Не отвлекайтесь. Мы здесь не для того, чтобы любоваться простолюдинами. Не отвечайте им ни на один книксен, ни на один поклон...
Парень 1 (девушке). Не глядит... не кивает...
Девушка 1 (парню). Тюльпан боится сломать стебель.
Пауза. Госпожа До медленно осматривает парней и девушек.
Госпожа До (тихо). ...Стебель не сломается.
Ветер. Роза, лилия и бледный гиацинт... Да, я видел всех трёх и думал: чьими королевами будете вы? Вашим королём будет гордый рыцарь, а то, пожалуй, и принц!-У-у-у, в пу-уть лечу-у!
Госпожа До. Мы совершаем летний объезд своих владений. Что здесь за гулянье?
Староста (переодетый Ветер). Госпожа До, молодёжь отмечает майский праздник. Люди собирают хворост, костры жгут...
Госпожа До. Праздника не будет.
Парни и девушки переглядываются.
Староста. Но, госпожа, это же традиция! С давних времён...
Госпожа До. Традиции отменяются. С сегодняшнего дня начинается вырубка этого леса. Мой супруг собирается построить корабль... Военный, о трёх палубах! Сам король его купит!
Парень 1. Весь лес?
Госпожа До. Весь. Дубы, ели, сосны – всё пойдёт на корабельные доски.
Парень 2. А птицы? Мы же каждую весну встречаем их прилёт...
Госпожа До. Птицы найдут новое место. Король не будет ждать.
Староста. А как же майские костры? Молодёжь отмечает...
Госпожа До. Костры – непозволительная роскошь. Кто ослушается – ответит перед короной.
Парни и девушки опускают головы. Староста кивает.
Староста. Будет исполнено, госпожа. Расходитесь по домам.
Парни и девушки расходятся. Слышится крик птиц, тревожное завывание ветра.
Ветер. В дубовом лесу вили гнёзда сорокопуты, скопы, синие вороны, чёрные аисты. Одни птицы сидели на яйцах, другие вывели птенцов...
Старший лесоруб (входит). Госпожа, лес готов к рубке.
Птицы в смятении летают, мечутся, кричат.
Ветер. Ах, как летали, как кричали птичьи стаи! Лесные птицы лишились дома, метались, как безумные, и кричали от страха и гнева – я хорошо их понимал.
Сорокопут. Ой, пропало гнездо! Пропало!
Скопа. Где мой дом? Где мои птенцы?!
Чёрный аист. Всё рушится...
Вороны. Пр-ропал кров! Пр-ропал! Карр! Карр! Крах! Крах! Прочь от гнезда! Крах! Крах!
Ветер. У-у-у... Лес стонет. Гнёзда рушатся.
Анна-Дортея. Матушка... нельзя же так... Там птицы...
Госпожа До. Начинайте! Ни одного дерева не пропускайте.
Старший лесоруб (кланяется). Будет сделано, госпожа.
Лесорубы начинают валить деревья, доходят до полузасохшего дуба с гнездом чёрного аиста. Анна-Дортея закрывает дерево руками.
Анна-Дортея (умоляюще). Пожалуйста! Не трогайте это дерево! Там гнездо чёрного аиста... Птенцы ещё совсем маленькие...
Ида (Анне-Дортее). Они не послушают. Всё решено.
Анна-Дортея. Нет! Это жестоко! Нельзя лишать гнезда невинных... Остановитесь!
Йоханна (строго). Анна-Дортея, отойди. Это всего лишь птицы. Мы не можем менять решение из-за... птиц.
Анна-Дортея. Матушка, умоляю!.. Пожалуйста, оставьте дуб!
Йоханна (Иде). Она всегда жалеет всех.
Анна-Дортея. Матушка, во имя всего святого!..
Госпожа До. Глупости! Жертвы неизбежны. Лес рубят – щепки летят. Корабль должен быть готов к осени.
Старшие дочери смеются. Вороны и галки кружат над головой, каркают.
Вороны. Крах! Крах! Крах! Прочь от гнезда!
Старший лесоруб заносит топор.
Лесорубы.
Аист-аистище,
Лети в свой домище,
Аистиха в нём сидит,
Аистят там сторожит.
Но не быть птенцам живым –
Суждено погибнуть им:
Первого задушим,
Второго засушим,
Третьего зажарим,
Четвертого ошпарим.
Всё решает человек –
Царь лесов, полей и рек!
Топор опускается. Дуб медленно кренится, с треском падает. Гнездо разбивается. Лесорубы отступают. Слышен низкий, дрожащий голос чёрного аиста.
Чёрный аист. Вы рушите наш дом. Вы лишаете жизни невинных. Пусть же и ваш дом рухнет. Пусть ваши дочери познают горе, какое познали мои птенцы. Пусть ваш род забудет покой, как мы забыли его сегодня. Пусть ветер разнесёт ваше горе по свету, как пепел от сожжённых гнёзд.
Голос аиста эхом разносится по лесу. Деревья словно склоняются в ответ, листья шелестят, повторяя: «Пусть... пусть... пусть...»
Ветер. У-у-у... Слово сказано. Проклятие летит над землёй.
Йоханна. Чёрный аист проклял нас...
Госпожа До. Оставьте им этот полузасохший дуб. Но работа не должна останавливаться! Мы построим корабль. Король заплатит золотом! Наше имя будет в веках!
Стук топоров возобновляется. Анна-Дортея стоит у разбитого гнезда.
Анна-Дортея. Бедные птицы... Их гнёзда разорены... А мы стали причиной их горя...
Птицы собираются вокруг неё. Чёрный аист медленно приближается.
Чёрный аист. Ты одна увидела жизнь в этом гнезде. Ты одна услышала крик птенцов.
Ветер. Лишь младшая дочь пожалела птиц... У-у-уу! Лечу дальше!
Птицы медленно разлетаются. Анна-Дортея остаётся одна у дуба.
Спальня в усадьбе Борребю. Полумрак, в центре – постель, укрытая парчовым покрывалом; на ней лежит госпожа До. Её лицо бледно, дыхание прерывисто. Возле кровати – Вальдемар До, три дочери и служанки.
Ветер. А ночью высокородная госпожа легла, чтобы уже не встать.
Служанка. Госпожа... может, дать вам ещё отвару? Травы... они могут облегчить...
Госпожа До. Нет. Это не поможет. Всё... всё уже решено.
Ветер. Её настигло то, что уготовано всем и каждому.
Вальдемар сжимает её руку. Дочери прижимаются друг к другу, сдерживая рыдания.
Вальдемар До. Ты не можешь уйти. Мы ещё поедем в Борребю, ты увидишь, как цветут липы...
Госпожа До. Мой дорогой... липы цветут только в памяти. Но ты должен жить ради дочерей. (Поворачивает голову к дочерям.) Мой цветник...
Анна-Дортея всхлипывает. Йоханна кладёт ей руку на плечо.
Ида. Мама, не оставляй нас...
Анна-Дортея. Матушка, без тебя мы замёрзнем!
Вальдемар До. Без тебя...
Госпожа До. Вальдемар, ты всегда говорил мне...
Вальдемар До. Гордое дерево гнётся, но не ломается...
Госпожа До. А если ломается – то навсегда. Теперь ваша очередь выстоять и не сломаться.
Вальдемар До (поёт).
Любовь – это тьма, это чёрная ночь,
И в чёрной ночи западня.
Ты можешь и нежность мою превозмочь,
Но не уходи от меня.
Не уходи, не уходи, не уходи от меня.
Слышишь? Не уходи от меня.
Вальдемар прижимает её руку к своему лицу. Дочери склоняются над постелью.
Госпожа До (с последним вздохом). Лети дальше...
Ветер (с печальным завыванием,). Госпожа До поспешила дальше из этого мира, полетел дальше и я! У-у-уу! А дочери плакали, и челядь в усадьбе утирала слёзы. Так ушла навеки госпожа До!
Дочери медленно отходят от кровати, обнимаются. В темноте слышны отголоски ветра: «Лети дальше... лети дальше...»

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ. Падение усадьбы Борребю.
Строительная площадка корабля в Борребю. Вдали слышен приглушённый шум моря. Ветер неспешно кружит вокруг Иды.
Ветер. В то утро Ида не замечала, как я играл её распущенными волосами... А главный корабел уже видел её – ту, что стала для него воздушной мечтой. Сам он был незнатного рода, но благородной души человек.
Из-за штабелей брёвен появляется Корабел в рабочей одежде. Он подходит к Иде.
Корабел. Доброе утро, Ида. Вы снова здесь?
Ида (улыбается). Ах, это вы... Да, мне нравится приходить сюда до восхода. Я помню то время, когда здесь пели птицы и шептались деревья... А сейчас здесь так тихо.
Корабел. Простите, Ида. Я не хотел нарушить ваше уединение.
Ида. Вы не помешали. Я думала о... о вашем корабле. Он будет прекрасен.
Корабел (показывая на чертежи). Я работал всю ночь. Взгляните! Вот – линия корпуса, мачты, паруса. Вот здесь будет третья палуба. А тут – каюты для экипажа. Каждый брус – как нота в песне – на своём месте. Дерево должно помнить ветер, море, солнце.
Ида (заворожённо рассматривает чертёж). Как красиво... Песня из дерева и ветра.
Корабел (смотрит на неё). Когда корабль будет готов, я расскажу вам о дальних странах... О землях, где солнце садится в океан, а звёзды кажутся ближе. О городах, где улицы вымощены золотом, а воздух пахнет пряностями.
Ида. Я буду ждать. (Смущённо.) Вы так умны... Я никогда не слышала столь увлекательных рассказов.
Корабел. Если король одобрит, корабль выйдет в море уже к осени и станет гордостью королевства! Он будет непобедим в морских сражениях. Но главное – он будет живым. Он будет дышать, как дышит море.
Ида (заворожённо). Как вы рассказываете... Это словно сказка! Вы вкладываете в него душу, правда?
Корабел (смущённо, но твёрдо). Душу... Да. Но не только в корабль.
Ида краснеет, опускает глаза. Корабел делает шаг ближе, но в этот момент из-за брёвен появляются Йоханна и Анна-Дортея.
Йоханна (насмешливо). Где уж воробью соваться в танец журавлей... Нищий богачу не товарищ.
Ида (Йоханне). Он говорит так красиво...
Йоханна (Иде). Смешно! Разве не видишь, что это всего лишь воздушные замки?
Анна-Дортея (глядя на птиц, кружащих над стройкой). Почему все говорят о корабле... а никто не думает о птицах? Они потеряли свои гнёзда. Их дом разрушен.
Корабел (глядя Иде в глаза). Любовь не знает сословий. Я построю дом, где мы будем счастливы!
Ида (оглядываясь на сестёр). Отец никогда не позволит. Вы знаете, кто я. Вы же... просто строитель.
Корабел (тихо, но с непоколебимой верой). Я строю не только корабль... Я строю свой замок мечты... Не замок с валом и рвом, а просто дом с парком и садом, где пахнет морем и деревом. Там вы будете сидеть у окна, а я...
Сестры переглядываются. Птицы замолкают, словно прислушиваясь.
Ветер. Молодой умелец созидал корабль для её отца, для себя же и для Иды – в мечтах строил дворец, в котором он и Ида сидели бы рядышком, как муж и жена.
Ида смотрит на Корабела. Корабел протягивает ей руку, но Йоханна встаёт между ними.
Йоханна. Очнись, Ида! Это не сказка. Это жизнь. И в ней нет места мечтам, которые не станут реальностью.
Анна-Дортея (глядя в небо). Птицы улетают... Они ищут новый дом. Может, и нам стоит искать свой путь?
Ветер вновь оживает, кружит вокруг них. Его голос звучит то громче, то тише.
Ветер. Мечты – как листья на ветру. Одни падают, другие летят. Но пока есть ветер, есть и надежда.
Корабел опускает руку, не отводя взгляда от Иды. Она медленно протягивает ему свою руку.
Ида. Я верю.
Корабел (улыбаясь, сжимает её руку). Тогда мы построим наш замок.
Ветер. Пока есть те, кто верит, воздушные замки могут стать реальностью. У-у-у... Лечу дальше!
Входит Вальдемар До.
Вальдемар До. Ида! Опять ты здесь? Время – золото, а ты тратишь его на пустые прогулки.
Ида. Отец, я лишь хотела вдохнуть весенний воздух...
Вальдемар До (резко). Воздух! А я пока вдыхаю только дым от кузниц и запах смолы. Ступай с сёстрами в дом. У нас гости. Барон фон Хюббе и господин ван дер Ведель. Я покажу им корабль.
Сёстры уходят. Входят гости. На лицах собеседников – смесь любопытства и сомнения.
Вальдемар До (с пафосом). Господа, уверяю вас: этот корабль превзойдёт всё, что видел наш флот! Трёхпалубный, с полным парусным вооружением, с пушками на всех ярусах – он станет гордостью королевского флота!
Барон фон Хюббе (вежливо, но с тенью сомнения). Впечатляюще, Вальдемар. Но не слишком ли... амбициозно?
Вальдемар До (не слыша). Дерево – лучшее в округе! Дубы, которым сто лет. Каждый брус – как сталь. А сборка? Мастер работает день и ночь, не щадя сил! Корабль будет построен к осени!
Господин ван дер Ведель (скептично). И всё же, кто купит такой корабль? Флот короля велик, но не безграничен.
Вальдемар До. Король купит! Я знаю его вкусы. Он ценит мощь и красоту и заплатит за них золотом! Вы увидите! Золото потечёт ко мне рекой, хлынет в наши сундуки, и мы станем пировать, как прежде! Ведь этот корабль – не просто судно. Это произведение искусства!
Слуга (входит). Господин, к вам прибыл адмирал от короля.
Гости переглядываются. Вальдемар До преображается – расправляет плечи, улыбается.
Вальдемар До. А я что говорил? Зовите! Это знак судьбы!
Слуга уходит. Входит Ветер в костюме Адмирала, в мундире, с тростью, сдержанно кивает. Вальдемар До спешит к нему, протягивает руку.
Вальдемар До. Ваше превосходительство! Как вовремя! Я как раз рассказывал господам о нашем корабле. Уверен, король оценит.
Адмирал. Я здесь по поручению его величества. Он слышал о ваших работах.
Вальдемар До (восторженно). И я готов показать! Взгляните! У причала стоит чудо кораблестроения! (Показывает адмиралу силуэт корабля.) Видите? Корпус уже собран. Через неделю – паруса, через месяц – пушки. Король получит корабль, о котором будут говорить веками!
Адмирал (сухо). Впечатляет. Но скажите, Вальдемар, где вы возьмёте золото на завершение?
Вальдемар До. Золото? О, это пустяк! Король заплатит щедро. Он не упустит такой шанс.
Господин ван дер Ведель (барону). Он верит в это.
Барон фон Хюббе (господину). Или хочет, чтобы верили мы.
Вальдемар До. Этот корабль будет быстрым, как ветер... Он пройдёт сквозь любую бурю. Корпус выдержит любой шторм, а паруса поймают даже лёгкий бриз.
Адмирал. Корабль... величественен, без сомнения. Я доложу его величеству. Но предупреждаю: казна не щедра на авансы.
Вальдемар До (уверенно). Когда король увидит его, он не устоит! Этот корабль стоит любого золота!
Адмирал (холодно). Вынужден вас огорчить: король не купит его.
Вальдемар До. Почему?!
Адмирал. У короля сменились приоритеты и появились новые увлечения. Теперь он ищет не корабли, а лошадей. Король в восторге от холёных вороных коней, нетерпеливо бьющих копытом – вот истинное сокровище!
Вальдемар До. А корабль? Он ведь куда ценнее...
Адмирал. Корабль... (Задумывается.) Громоздкая груда, которую ещё нужно достраивать и испытывать. После того, как король посетил восточного шейха, кони, их красота и резвость произвели на него неизгладимое впечатление. Ведь это – сама энергия жизни: они ржут, движутся, покоряют взгляд. (Восхищённо цокает.) Простите. Живые кони куда ценнее мёртвого корабля! Время покажет!.. Хм... Корабль...
Адмирал разворачивается и уходит. Слышен отдалённый стук копыт.
Вальдемар До. Если король не купит его, мы утратим всё. Дом, имя, будущее...
Анна-Дортея (Йоханне). Отец верил в этот корабль, как ребёнок в сказку... В чудо, которое спасёт нас.
Йоханна. А я верю только в то, что вижу. И вижу – мы лишаемся всего. Корабль... он как призрак.
Корабел. Мы найдём покупателя – купца, иноземного посла, любого, кто ценит море и корабли! Этот корабль принесёт вам славу и прибыль.
Ида. Отец, он – человек чести. Его руки создали то, чем вы можете гордиться. Разве этого мало? Разве не стоят больше, чем золото и титулы?
Вальдемар До. Мало. Мастерство и труд не платят по счетам. Ты хороший мастер. А она – наследница знатного рода. Между вами – пропасть, как между этим берегом и тем горизонтом. Забудь её. Забудь свою мечту.
Корабел. Я не могу. Мечты... может развеять ветер. А любовь – как дерево: корни уходят глубоко, и ветер не может их вырвать.
Корабел поворачивается и медленно уходит. Ветер взвивается вслед за ним, кружит.
Ветер (громко, словно вихрь). Умчался я, умчался и он... не смел он больше там оставаться, а Ида примирилась со своей судьбой, что же ей было делать?..
Ида. Отец, он ушёл... Его глаза... В них столько ума и тепла. Как звёзды в ночи, которые не гаснут, даже если их не видно.
Ветер. Так начался закат дома Вальдемара До. Корабль останется стоять-красоваться на берегу, как Ноев ковчег, которому вовек не добраться до воды. Он не принесёт богатства – лишь долги и разорение!
Полуразрушенный зал замка Борребю. Разбитые окна занавешены ветхими тканями. В углу – тускло мерцающий очаг. Вальдемар До сидит в старом кресле, дочери – Ида, Йоханна и Анна-Дортея жмутся у огня, кутаются в платки. Слуги убирают вещи, уносят посуду.
Йоханна. Почему всё так изменилось? В комнатах так холодно...
Ветер (свистит в щелях). У-у-уу! Холод проникает в каждый угол. Зима пришла.
Служанка. Госпожа, дрова закончились. Лес весь вырублен.
Служанка вносит охапку сырых веток. Йоханна морщится.
Йоханна. Это даже не дрова. Отец, как мы переживём зиму? Как мы будем греться?
Вальдемар До (дрожа от холода). Терпите. Скоро всё наладится.
Йоханна (печально). Но где взять силы?.. Я голодна... Еда на исходе...
Ида (горько). Где наши наряды? Где наши красивые платья? Всё полиняло... Раньше мы были прекрасным цветником... а теперь мы сорняки.
Ветер (насмешливо). Я засыпал замок снегом... говорят, под снегом теплее. Нищета накрывала на стол... Нищета водворилась в платяных шкафах и буфетах. Ни еды, ни дров... Были только крысы да мыши. Вот так господское житье! Я свистел в разбитых окнах и щелях, задувал в сундуки дочерей, где лежали их полинявшие, изношенные платья... Лишь я один пел там во весь голос... У-у-уу! Лечу дальше!
Вальдемар До (твёрдо). А мы не сдадимся. Это временно! Весна принесёт удачу!
Анна-Дортея (тихо). Весна принесёт лишь новые долги... А чёрные аисты... Они всё ещё летают над замком. Если бы я могла отдать своё тепло этим птицам...
Ида. Помнишь, Йоханна, как мы смеялись над криками птиц, когда рубили лес?
Йоханна (холодно). Это было давно. Теперь мы не смеёмся.
Анна-Дортея. Но я до сих пор помню тех птенцов... Я видела аиста. Он прилетал к нашему окну.
Ида (глядит в окно). Корабль не продан.
Вальдемар До. Король не купил корабль! Видите ли, кони ему больше понравились...
Йоханна (надменно). Отец, вы слишком доверяете мечтам.
Ида (тихо). Может, нам стоит...
Вальдемар До (резко). Молчи! За зимою придёт весна, за нуждою – достаток. Мы вернём всё! Надо только немножко подождать... Весна придёт, и всё изменится. 
Йоханна (подходит к отцу, твёрдо). Отец, мы должны продать усадьбу. Иначе нас выгонят за долги.
Вальдемар До (вскакивает). Никогда! Это дом моих предков!
Йоханна. Вот – письмо от кредитора. (читает вслух, голос дрожит). „Уважаемый господин До. Ввиду неоплаченных долгов, усадьба Борребю переходит в собственность кредитора. Вам с дочерями надлежит покинуть дом до заката.“
Дверь с грохотом распахивается. В зал входит Ветер, одетый кредитором Ове Рамелем в потрёпанном плаще и шляпе с пером. За ним топчется слуга с сундучком.
Ове Рамель. Вальдемар До, я пришёл за своим. Срок истёк ещё три луны назад. Где золото?
Вальдемар До (пытается сохранить достоинство, но голос дрожит). Рамель... Друг мой, ты же знаешь – времена тяжёлые. Корабль не продан, имущество ушло за долги... Но весна придёт, и всё наладится. Дай мне ещё месяц.
Ове Рамель (усмехается, стучит пальцами по сундучку). Весна? Ты говорил то же самое прошлой осенью. Твои обещания ... как листья на ветру: улетают, не оставив следа. (Обводит взглядом голые стены.) Где хоть что;то, что можно продать?
Ида (Йоханне). Он не уйдёт без расплаты...
Йоханна (сквозь зубы). Пусть возьмёт мою брошь. Всё равно она уже потускнела.
Анна-Дортея (шёпотом). У нас и так ничего не осталось...
Ове Рамель (резко). Ты обещал мне долю от продажи корабля. Где она?
Вальдемар До (опускает глаза). Корабль... он стоит на берегу. Король не захотел платить.
Ове Рамель. Не захотел?! Ты знал, что я жду этот долг, чтобы спасти своё дело! А ты... (Замолкает, дышит тяжело.) Ладно. Раз золота нет – возьмём иное.
Он делает знак слуге. Тот открывает сундучок и выкладывает на стол пергамент.
Ове Рамель. Подпиши. Отдаёшь мне Тьеребю и мельницу. Это покроет половину.
Вальдемар До (вскакивает). Мельницу?! Но это наше последнее...
Ове Рамель (холодно). Последнее? Тогда почему ты до сих пор в этом замке? Почему твои дочери не в работницах? Потому что я ждал. Но больше не буду.
Вальдемар До смотрит на дочерей. Ида бледнеет, Йоханна сжимает кулаки, Анна-Дортея тихо плачет.
Вальдемар До. Дай мне перо.
Ове Рамель кивает. Слуга подаёт перо. Вальдемар До дрожащей рукой ставит подпись. Ове Рамель сворачивает пергамент, прячет в плащ.
Ове Рамель (уже у двери, оборачивается). Ваше время прошло, Вальдемар До. Я скупил все ваши долговые расписки. Теперь усадьба – моя. Через три дня – остаток. Или я приду с приставом.
Выходит. Дверь хлопает. В зале – тишина, только ветер свистит в щелях.
Анна-Дортея (тихо). Он отнял у нас всё...
Ида и Анна-Дортея плачут. Йоханна стоит прямо, прикусив губу до крови.
Вальдемар До (шёпотом). Сейчас усадьба заложена-перезаложена! Нужда кончится, придут добрые времена, надо только набраться терпения... Теперь самое время явиться золоту. Золото... оно придёт...
Ида (горько). Отец всё время говорит о золоте. Но где оно?
Вальдемар До (смотрит на паука в углу). Шустрый, неутомимый паук! Ты, прилежный маленький ткач. У тебя я учусь терпению и выдержке. Вот так и надо! Усилия вознаграждаются! Ведь когда паутина рвётся, ты начинаешь всё сначала, сплетаешь новую. Порвётся опять – сызнова ткёшь, не ведая усталости! Так и я... В конце концов, я буду вознаграждён! Сегодня! Сегодня всё изменится!
Паук исчезает.
Ветер. Остынь! Уймись! Куда подевалась старинная серебряная и золотая утварь из шкафов и кладовых? Они способны расплавиться, растаять в тигле для золота, хотя золото от этого не появится. Оно уйдёт, как дым. Всё обернётся углями, пеплом да золой! Ты сам себя сожжёшь! У-у-у! Уймись! Уймись! У-у-уу! Лечу дальше!
Вальдемар До кипятит, охлаждает, перемешивает вещества над очагом. Угли мерцают, освещая его лицо. Дочери стоят в дверях, наблюдая.
Вальдемар До (бормочет, разглядывая колбы). Силы природы должно исследовать в тиши. Недалёк тот день, когда я достигну цели, получу своё червонное золото! Желанное золото!
Йоханна (Иде). Он ослеплён своей идеей! (Скептически, отцу.) Отец... Ты уже бредишь золотом. А где оно сейчас?
Вальдемар До (кричит). В моих руках! Молчите! Алхимия откроет нам секрет золота. Мы станем богаче короля! Да!  Золото будет нашим! (Бормочет, склонившись над сосудом.) Ещё немного... Ещё капля... (Дрожащим голосом, поднимая сосуд.) Смотрите! В сосуде что-то блестит! Горячее, чистое, тяжёлое! Золото! Золото! Оно мерцает! Горит, как жар... (Он поднимает сосуд. В нём что-то светится.) Я нашёл! Я получил! Вот оно – золото! (Восторженно.) Глядите! Оно сияет, как солнце!
Анна-Дортея (тихо). Отец... это всего лишь свет.
Вальдемар До. Нет! Это золото, настоящее золото!
Он пошатывается, взмахивает сосудом. Тот выпадает из рук. Отдалённый звон разбивающегося стекла. Дочери вскрикивают.
Ветер. Рука его дрогнула, и сосуд разлетелся на тысячу осколков.
Дочери переглядываются в ужасе.
Ида (в ужасе, тихо). Всё пропало...
Анна-Дортея (плачет). Отец, это не золото... Это ртуть!..
Йоханна (сжимает кулаки). Мы разорены!
Вальдемар До (опустошённо). Нет... Нет... (Опускается на колени.)
Дочери плачут.
Ветер (пронзительно). Ты прогоришь! У;у;уу! В пу-уть! Лечу-у дальше!
Ветер дует на угли. От очага пламя перекидывается на тяжёлые занавеси. Дым стелется по полу, заволакивает верхние углы. Слышен треск пламени. Вальдемар До мечется по залу. Ида рыдает, Йоханна пытается сохранять спокойствие, Анна;Дортея дрожит, прикрывая лицо руками.
Вальдемар До (хватается за голову, кричит в пустоту). Нет! Моё золото! Мои состояние! (Бросается к массивному сундуку у стены, дёргает замок, но тот не поддаётся. Пламя подбирается к ковру под ногами.)
Ида (всхлипывая, с ужасом). Отец... огонь... он уже везде...
Йоханна (тихо, хватается за сестру). Мы сгорим! Сгорим заживо!
Анна;Дортея. Мы должны бежать! Пожалуйста, отец!
Вальдемар До (резко оборачивается, глаза горят нездоровым огнём). Бежать? Бежать?! А как же моё золото?
Анна;Дортея (шёпотом, глядя на огонь, сквозь слёзы). Это... это кара...
Вальдемар До (резко оборачивается, глаза горят нездоровым огнём). Кара?! За что?!
Ветер (злорадно, с придыханием). За гордыню! За жадность! Всё в прах и пепел! У;у;уу!
Ида (делает шаг вперёд, пытается взять его за руку). Отец, умоляю... давайте выйдем. Здесь больше нечего спасать.
Вальдемар До (отталкивает её). Нечего спасать?! Я всё делал правильно! Корабль... золото... король...
Йоханна (вскрикивает). Он сошёл с ума! Он сам нас погубит!
Анна;Дортея (падает на колени, закрывает лицо руками). Боже, за что нам это...
Вальдемар До (останавливается, смотрит на огонь, голос срывается на шёпот). Всё... всё пропало... Всё впустую! Всё!
Молчание. Только треск пламени и вой ветра. Вальдемар медленно опускается на пол, словно силы вдруг покинули его. Дочери подходят к нему, обнимают. В этот момент обрушивается часть потолка, огонь вспыхивает ярче. Дочери вскакивают, тянут отца к выходу.
Ида (сквозь слёзы). Сейчас! Бежим! Пожалуйста, отец!
Анна;Дортея (хватает его за руку). Мы не оставим тебя!
Вальдемар До (будто очнувшись). Золото... всё золото...
Йоханна (резко). Нет никакого золота! Есть только мы!
Все четверо бросаются к двери. За их спинами – рёв пламени, треск рушащихся перекрытий, звон бьющегося стекла. Нарастающий гул огня и отдалённый смех ветра. Виден силуэт замка, объятого пламенем, на фоне чёрного неба. Ветер набирает силу, завывает, словно торжествуя.
Ветер (ликующе). Из всего достояния у отца с дочерьми только и было что одежда на плечах... Таков был конец богатства и славы. Не захочется, ох не захочется Ове Рамелю здесь остаться! Лечу дальше! У;у;уу! Всё сгорает!
Вальдемар До и дочери стоят у ворот. В руках Вальдемара – посох и разбитый сосуд с остатками «золота».
Ветер. Тяжкий день, суровая година... Вальдемар До взял в руки посох, и вот некогда богатый владелец замка вышел со своими тремя дочерьми из Борребю. Но дух остался неколебим.
Йоханна (тихо, почти беззвучно). Мы уйдём. Но голову не склоним.
Ида (сдерживая слёзы). Отец... мы живы. Это главное.
Анна;Дортея (шёпотом). Мы начнём жизнь заново. Вместе.
Вальдемар До (поднимает глаза, в них – пустота и отчаяние). Но что осталось? Что?! Простите... Я хотел только... золота...
Ида. Оно не стоило этого. Всё потеряно.
Йоханна (оборачивается на усадьбу, про себя). Счастье не воротишь... Это конец.
Вальдемар До (решительно). Нет. Это начало нового пути.
Ида (сдерживая слёзы). Но куда мы пойдём?
Вальдемар До. Туда, где ещё есть надежда. Даже если это лишь иллюзия, как моё золото.
Йоханна (шепчет). Золото? Оно было лишь в твоих иллюзорных мечтаниях... А моя жизнь – вот она, в грязи под ногами.
Анна-Дортея. Мы не сломаемся. Мы выстоим. Как чёрные аисты...
Вальдемар До. Мы нищие, но мы гордые! Завтра будет лучше. Я чувствую.
Ида. Мы должны верить отцу. (Берёт Анну-Дортею за руку.) Пойдём. Мы будем вместе. Мы начнём всё заново.
Ида и Анна-Дортея встают по бокам от отца.
Вальдемар До (поднимает голову). Вот мы и уходим.
Йоханна. Идите, только без меня. (Смотрится в карманное зеркальце.) Я – дочь Вальдемара До. Где твоё золото, Йоханна? Я не могу быть нищей! Когда-то я была красавицей. Теперь я тень. Но даже тени имеют право на гордость. Я уйду одна.
Ида. Куда?
Йоханна. Туда, где есть роскошь. Где я снова стану лилией, а не тенью. Прощайте!
Ветер. У-у-уу! Ты не найдёшь того, что ищешь. Твоя гордость – твой враг. Гордость не греет в холод. Ты лилия, хрупкий стебель которой сломается от легкого дуновения ветра.
Йоханна (резко оборачивается, выронив зеркальце). Кто здесь?
Тишина. Ветер стихает.
Вальдемар До (напевая).
Марстиг двух дочерей имел.
Достался им худой удел:
Старшая, горечь познав большую,
За руку молча взяла меньшую.
Пошли они по миру вместе.
Дочери Ида и Анна-Дортея берут за руки отца и медленно уходят по тракту.
Вороны (хрипло каркая им вслед). Пр-ропал кров! Пр-ропал! Кр-рах! Вон из гнезда! Карр! Карр!
Ветер. Они вышли из Борребю. Я охлаждал их своим дуновением и пел, как умел: У-у-уу! Лечу дальше! У-у-у! В пу-уть! В пу-уть!

ЭПИЛОГ. Новые времена, другие времена.
Вересковая пустошь близ Виборга. Справа – нарядная усадьба соборного настоятеля из красного камня со ступенчатым щипцом и дымящей трубой; слева – ветхая лачуга с гнездом аиста на крыше, почти скрытая плакучими кустами ивы. Поздний вечер. Ветер шумит в ветвях, аист хлопочет в гнезде. Анна;Дортея, сгорбленная старуха, выходит из лачуги, кутается в платок. Она садится на пороге лччуги, глядя в темноту.
Ветер. Теперь настали новые времена, другие времена! Я встречал Анну-Дортею и в саду, и в овраге, и в поле, где она собирала травы и цветы, из которых её батюшка умел приготовить настойки и целебные капли.
Анна;Дортея (словно разговаривая сама с собой). О, ветер... Ты всё знаешь, ты всюду бываешь. Скажи, где теперь мои сёстры? Ида, Йоханна?..
Ветер усиливается, будто отвечает. Аист поднимает голову, прислушивается.
Ветер (шёпотом, сквозь шум листьев). Ида... Ида ушла в город. Она по-прежнему цвела, словно прекрасная роза. Но время летит, как я – сквозь зимы и лета. И так всегда, из года в год! И цветы увядают.
Ида появляется с одной стороны, держа в руках старое письмо.
Ида (шёпотом). Ты был прав, корабел. Любовь не знает сословий. Она продолжает жить даже в воспоминаниях. Где ты теперь? Наверное, нашёл счастье вдали от этого места...  (Поёт).
Зима пройдёт, и весна промелькнёт,
И весна промелькнёт,
Увянут все цветы, снегом их заметёт,
Снегом их заметёт.
И ты ко мне вернёшься, мне сердце говорит,
Мне сердце говорит,
Тебе верна останусь, тобой лишь буду жить,
Тобой лишь буду жить.
(Поднимает голову). Я приму свою судьбу. Но сердце... сердце будет помнить.
Ида уходит, ветер кружит листья вслед.
Ветер. Сестра Ида вышла за зажиточного крестьянина... за человека, который не любил её. Он видел лишь золото, а не её душу. Она жила, как птица в клетке, – красиво, но без песни. Теперь-то и он, поди, лежит в сырой земле? Как и ты, Ида!.. У-у-у! В пу-уть лечу-у! У-у-уу!
Анна;Дортея (сжимает руки). А Йоханна?
Ветер. Йоханна? Чистая лилия?  Говорили, чтобы сохранить свою чистоту, она ушла в монастырь...
Йоханна появляется с другой стороны, держа в руках записку, читает.
Йоханна. Госпожа, ваш отец... Он умер сегодня утром. Без гроша в кармане, в заброшенной конюшне. (Опускает записку.) От судьбы не уйдёшь!
Анна-Дортея (шёпотом). Ох-хо-хо! Колокола не звонили над твоею могилой, Вальдемар До! Бедные мальчишки-школяры не пели над бывшим хозяином Борребю, когда его предавали земле!.. Ох-хо-хо!
Она замолкает, слёзы катятся по её щекам. Ветер усиливается, шелестит в углах лачуги.
Ветер. Так вот как заканчивается сказка. Однажды, когда я дул в паруса большого корабля в Северном море, на палубе приметил я молодого матроса, как две капли похожего Йоханну. Да и звали матроса по странному совпадению Йоханном. А может это твоя сестра переоделась парнем и нанялась на корабль. Была она скупа на слова и строптива нравом, но в работе усердна. Только по вантам карабкаться не умела... Вот о ней я сам и позаботился!
Анна-Дортея. Где она? Что с ней?
Йоханна уходит. Слышится шум волн, скрип мачт и отдалённый вой ветра.
Ветер. Она искала свободу... Вот я и сдул её за борт в воду, пока никто не доведался, что она женщина.
Вороны (каркают). Человек в мор-ре! Поднять пар-руса, р-развернуть кор-рабль! Его тепер-рь не найдёшь! Ночь, штор-рм... Эх, пар-рнишка... А ведь упор-рный был...
Шум волн заглушает голоса.
Ветер. И море поглотило её, как поглощает всё, что слишком смело бросает ему вызов.
Анна-Дортея (закрывает глаза). Как ты мог?
Ветер. И, пожалуй, я всё-таки сделал правильно. Женщина на корабле – к несчастью. Кто знает, что ждёт её там, в пучине... Но, может, это и был её путь.
Ветер затихает. Анна-Дортея склоняет голову, замирает в молитве.
Ветер (нараспев, затихая). Зима да лето быстро проходят, летят вроде, как я лечу... Всё улетает, и люди тоже! Так пребывали они – Анна-Дортея в своей лачуге, Йоханна в морской пучине, Ида в земле... Я пел над её могилой! И над гробом их отца тоже пел. Ведомо только мне, где они похоронены, а кроме меня – не знает никто. Имя Вальдемара До стёрлось, как пыль на ветру. Ни похорон, ни слёз. Ни имени на камне, ни памяти в сердце. Лишь ветер помнит...
Анна;Дортея. Почему же я осталась? Почему судьба сохранила меня, когда сёстры исчезли?
Ветер. Ты – память, которая не даёт прошлому умереть. Ты не искала богатства, не бежала от судьбы. Ты просто жила, и потому осталась.
Анна;Дортея (улыбается сквозь слёзы). Просто жила... Это так просто и так трудно. Я одинока, но в моём сердце ещё есть место для доброты. Может, в этом и был мой путь?
Ветер. Доброта – это свет, который не гаснет даже в самой тёмной ночи. Ты сохранила его, и потому гнездо аиста всё ещё на твоей крыше. Это знак того, что жизнь продолжается.
На крыше лачуги аист издаёт крик. Анна-Дортея поднимает взгляд к гнезду, улыбается, словно слышит голос, кладёт крошки хлеба на камень. К ней подлетает аист.
Анна-Дортея (с улыбкой). Вот и аисты вернулись... Жизнь продолжается. Ты помнишь тот дуб?..
Аист касается её руки крылом.
Анна-Дортея. Я тоже помню. Спасибо, ветер. Ты принёс мне не утешение, а правду. И эта правда... она греет.
Ветер (утихая). Помни: даже когда всё кажется потерянным, нужно верить, надеяться и ждать. Как аист возвращается в своё гнездо, так и надежда всегда находит дорогу к сердцу. Но аист всё ещё строит гнездо, и вересковая пустошь всё так же шепчет. Всё проходит, но ветер помнит. У-у-уу! Лечу дальше!
(Поёт.)
Где это было? Когда это было?
В детстве, а может, во сне?
Аист на крыше гнездо для любимой
Свил по весне.
Чудился мне он в далёких скитаньях
Символом вечной любви.
Люди, прошу, не спугните случайно
Аиста вы.
Люди, прошу я, потише, потише.
Зло пусть исчезнет во мгле!
Аист на крыше, аист на крыше –
Мир на Земле.
Ветер (тихо, с лёгкой грустью). Настоятель не хотел прогонять аиста, оттого и лачугу ломать не стал, и бедной старушке позволил там остаться. За это ей бы не мешало поблагодарить египетскую птицу... Или, быть может, так чёрный аист отблагодарил её саму, потому что когда-то она упросила не трогать его гнездо в борребюской дубраве? Анна-Дортея прожила дольше всех и знала обо всём. И до сих пор, если прислушаться, можно услышать её голос в шелесте листвы. По милости аиста у Анны-Дортеи был кров над головой до последнего дня её жизни... А на крыше – гнездо аиста, символ надежды...
(Поёт.)
Аист на крыше с своею подружкой
Снова гнездо себе вьёт.
Ну, а под крышей, в убогой лачужке
Кто-то живёт.
Это случается каждой весною –
Птиц долгожданный прилёт.
Анна-Дортея с седой головою,
Аистов ждёт.
Люди, прошу я, потише, потише.
Зло пусть исчезнет во мгле!
Аист на крыше, счастье под крышей –
Мир на Земле.
Аист на крыше, счастье под крышей –
Мир на Земле.
Ветер. Вот вам и вся история о Вальдемаре До и его дочерях. Расскажите её лучше, коли сумеете! У-у-уу! Лечу дальше! В пу-уть!
Звук ветра усиливается, затем резко обрывается. На крыше лачуги аист расправляет крылья. Тишина. Затем раздаётся отдалённый звон колоколов.
Автор пьесы – Георг Хакен.
По всем вопросам обращаться: haken@inbox.ru