Софья Юнкер-Крамская единственная дочь великого ху

У великого художника Ивана Крамского было пятеро сыновей и единственная, горячо любимая дочь — Софья Юнкер-Крамская. Она стала художницей, но сегодня её имя известно немногим. Однако те, кто знаком с её творчеством, говорят, что она достойная дочь достойного мастера.

Картину «Спящая», которая по праву считается одной из лучших, Софья написала в начале творческого пути. Молодая художница взяла на себя довольно смелую и непростую для начинающего живописца композиционную задачу: изобразить спящую девушку. Это говорит об умении работать с натуры и, конечно, о профессиональной выучке.

Интересно, что облик изображённой напоминает саму Юнкер-Крамскую. Те же пропорции лица, светлые пушистые волосы, разрез глаз… Работа выполнена очень деликатно, через тонкое сочетание тёплых золотистых и холодных голубых цветов. Эта небольшая картина, которая находится в коллекции Государственной Третьяковской галереи, обращает на себя внимание.

Софья Юнкер-Крамская
У Ивана Крамского было шестеро детей – пять сыновей и дочь, в которой художник души не чаял. Именно отец в будущем станет её первым учителем в живописи. Девочка родилась в 1867-м, окончила частную женскую гимназию.

В детстве и подростковом периоде Софья особой красотой не отличалась, однако любящий отец считал её восхитительной красавицей и лучшей моделью. Даже когда из-за болезни её вынуждено постригли наголо, он любовался дочерью и считал совершенством.

С возрастом Сонечка расцвела и стала настоящей красавицей. За ней ухаживали Иван Репин и Альберт Бенуа, только её волновала одна живопись. К слову, она единственная из детей унаследовала от отца талант и любовь к искусству. И первой её серьёзной работой стал благодарный портрет отца, который на тот момент уже тяжело болел.

В 1884 году художник с дочерью отправился на юг Франции, где надеялся поправить здоровье. Во время поездки Софья практически не выпускала карандаши и кисти из рук, написав огромное количество этюдов. У Крамского они вызывали истинное восхищение.

Художественная карьера
Лишь после смерти отца София Ивановна решила начать свою художественную карьеру. Боялась, что её творчество всегда будут связывать с великим отцом и хотела выбрать свой путь в искусстве.

Критик Владимир Стасов довольно высоко оценил её первые шаги в искусств. Более того, увидел в ней сильную портретистку. Казалось, можно было бы остановиться, брать заказы, однако она продолжала учиться. Несколько лет Крамская занималась рисованием под руководством художника Александра Литовченко, брала уроки акварельной живописи у Александра Соколова, пользовалась советами Архипа Куинджи. В начале 1890-х посещала частную живописную школу в Париже. Не раз ездила во Францию, жила в Париже, Ментоне, Ницце. Везде много работала. Словом, не стояла на месте.

В эти годы Крамская участвовала во многих выставках. Её работы показывали в Академии художеств, на Международной выставке в Чикаго (1893), на Всероссийской в Нижнем Новгороде (1896). А также на выставках Общества русских акварелистов, Первого дамского художественного кружка, Санкт-Петербургского общества художников. Последняя выставка, в которой висели её работы, состоялась в 1919 году в Петрограде.

Несчастная любовь
Совсем юной Софье пришлось испытать горечь несчастной любви. За ней очень красиво ухаживал врач Сергей Боткин. Жених нравился родителям девушки, с которыми она его познакомила. Иван Крамской, довольный выбором дочери, даже написал два его портрета и подарил Софье и Сергею на помолвку.

Однако неожиданно для всех и, в первую очередь для самой невесты, помолвка была расторгнута. Сергей Боткин увлёкся подругой Крамской Александрой Третьяковой, дочерью знаменитого мецената, и бросил Софью перед самой свадьбой. После этого удара Софья замкнулась, словно поставив крест на личной жизни. Хотя Александру со временем она простила.

Девушка с головой погрузилась в работу, полностью отдавшись творчеству. Её имя стало настолько известным, что Крамскую даже приглашали в императорский дворец. Более того, она писала портреты не только придворной знати, но и Николая II и его семьи. Среди работ Софьи Юнкер-Крамской дореволюционного периода известен, в частности, портрет актрисы императорских театров Марии Гавриловны Савиной (Одесский художественный музей).

Замуж Софья Крамская вышла к тридцати пяти годам, что тогда считалось очень поздно. Её избранником стал юрист Герман Юнкер, с которым они счастливо прожили 15 лет. Со времени замужества в 1901 году художница подписывала свои работы двойной фамилией: Крамская-Юнкер или Юнкер-Крамская. В 1916 году супруга не стало, Софья была раздавлена этой утратой. А вскоре грянула революция…

Художник
Софья Ивановна Юнкер-Крамская пробовала свои силы в разных жанрах изобразительного искусства. Она выступала как портретист, работала в бытовом жанре, отдавая предпочтение мелодраматическим сюжетам, писала натюрморты. В 1910-е годы увлеклась миниатюрой. Выступала в качестве иллюстратора, участвовала, например, в юбилейном издании, посвящённом 100-летию А.С. Пушкина. В итоге с каждым годом её работы становились все популярнее и она стала получать много заказов.

И тут всё разом оборвалось. Грянула Великой Октябрьская революция, после — Гражданская война. Многие покинули страну, ставшую для них чужой. А Крамской некуда было ехать, да и нельзя. Сначала на её руках была старая мама, нуждающаяся в помощи. Но когда её не стало, Софья Ивановна осталась совершенно одна…

Она подрабатывала где только могла: в Музее антропологии и этнографии, в издательстве «Главнаука» и даже в издательстве под названием «Безбожник», хотя была верующим человеком. Но самое ужасное заключалось в том, что её работы больше никому не были нужны.

Большинство работ утрачено
По доброте душевной Софья Крамская часто помогала лицам дворянского происхождения. Она устраивала на работу «бывших» дворян, «смолянок» и офицеров царской армии, доставала им переводы для заработка. В результате 25 декабря 1930 года её арестовали. Обвинение предъявили по статье 58-II УК РСФСР за контрреволюционную пропаганду и создание «контрреволюционной группировки из бывшей знати, ставившей себе целью проведение своих людей в разные советские учреждения на службу для собирания сведений о настроениях…». Художнице грозил расстрел, к счастью суд решил иначе. По приговору от 11 апреля 1931 года она получила ссылку в Восточную Сибирь сроком на три года.

27 апреля Юнкер-Крамскую должны были отправить с этапом в Иркутск, но у неё случился инсульт. И Софью Ивановну поместили в больницу при тюремном изоляторе.

Художница искренне не понимала, в чём её вина, пыталась разобраться в ситуации и даже писала «всесоюзному старосте» Михаилу Ивановичу Калинину. Ничего не добилась, но нервы потрепала изрядно, после чего инсульт и случился, её частично парализовало. Никаких послаблений ей по состоянию здоровья не сделали. Едва полегчало, тут же отправили по этапу.

Сибирь
В мае 1931 года Юнкер-Крамская была уже в Иркутске, через три недели её перевели в Канск, через месяц — в Красноярск. Несмотря на тяжёлую болезнь, она продолжала работать. В Иркутске иллюстрировала учебники и колхозные журналы. В Канске работала как фотограф и ретушёр в местной газете.

Но в Красноярске с ней случился второй удар и отнялась левая часть тела. Из красноярской больницы в октябре 1931-го она написала письмо Екатерине Павловне Пешковой, оказывавшей помощь многим политзаключенным, с просьбой оставить её в Красноярске до поправки здоровья, а затем предоставить работу:

«Я пишу и портреты, и плакаты, лозунги, афиши, вывески, иллюстрации, знаю фотографическую ретушь, раскраску фотографий, языки, я работать могу, люблю… О моей рабочей жизни Вам может подтвердить Елена Дмитриевна Стасова, с отцом которой был так дружен мой покойный муж. О музее Крамского Вам тоже могут дать сведения и она, и товарищ Луначарский.

<…> Я могла делать ошибки в своих суждениях, могла что-нибудь не так правильно оценивать, могла криво судить о положении вещей, но преступления я не совершала никакого — и сознательно так горячо любя свою страну, после смерти мужа (он был финляндским подданным) — переменила свои бумаги на русские, подписав тогда уже отказ от каких бы то ни было претензий на имущество. Было даже смешно поступить иначе.

<…> Помогите мне! Я написала просьбу о помиловании М. И. Калинину. Прошу Вашего содействия. Я оправдаю милость, если мне она будет дарована, могу уверить в этом Вас. Я честно проработала 40 лет. Тяжко последний, быть может очень короткий срок — чувствовать себя — так наказанной… Я собрала последние силы, чтобы написать Вам всё это…»

Помилование
Екатерина Павловна на тот момент возглавляла организацию «Помощь политическим заключённым», правозащитную организацию СССР, которая просуществовала до 1937 года. Этой женщине удивительным образом удалось помочь многим, в том числе и Крамской. Дело художницы пересмотрели, и 25 марта 1932 года она вернулась в Ленинград. Софья Ивановна, узнав о том, что ей можно будет вновь жить в городе на Неве, очень обрадовалась. Начала строить планы, рвалась работать. Увы, её желаниям не суждено было сбыться. Спустя год Софья Ивановна уколола палец, когда чистила рыбу, развился сепсис, который и оборвал её жизнь.

Софья Ивановна Крамская была полностью реабилитирована только в 1989 году. К тому времени большинство её работ было бесследно утрачено…