Наследие Белого конвоя. Том 2. Глава 6

   
  ЗВЕЗДЫ НА КРЫЛЬЯХ

   Удивительно приятное, ни с чем не сравнимое знакомство с Варварой, за время необычайно бурных летних каникул, насыщенных незабываемыми таежными приключениями, оставило в душе Андрея странное, до поры неведомое, волнительное чувство. Хотелось петь, когда нет голоса, танцевать, совсем ничего не смысля в танце, даже играть на скрипке, не зная нот и инструмента, смотреть и чувствовать мир, внезапно окрасившимся тонами иных, милых сердцу красок. Все ему было подвластно и это осознание могучего прилива сил, охватывало и поражало Андрея, походило на вдохновение художника, когда можно днями напролет творить осязаемое чудо. Вместе, они погружались в свой, ведомый только двоим, мир несравненных ощущений, красот и влечений, который манил и уводил за собой. Их переполняло трепетное желание, никогда и ни за что не расставаться, даже по вынужденной необходимости. Хотя каждый понимал – так надо, так угодно судьбе, но это временно. Андрея ждала учеба и небо, к которому неудержимо влекло с такой же волшебной силой, как и к юной Варваре, к ее изумительному, бездонному взгляду, таившему в себе загадку, не разгадать которую он будет не в силах. От первых, внезапной бурей эмоций нахлынувших признаний, спрятаться невозможно, а таить волнения в душе, оставляя невысказанным самое важное, невыносимо томительно и трудно. Прощаясь на перроне Казанского вокзала, Андрей с волнением, впервые произнес слова любви, зная и понимая, что это признание объединит их души навсегда. Счастливо улыбавшаяся Варвара готова была парить белокрылой чайкой в небесах, чувствуя себя свободной и защищенной рядом с Андреем, который непременно скоро станет настоящим летчиком и приедет в ее родной город, чтобы с трепетом обнять, и после долгой разлуки, вновь произнести чарующе нежные слова. А она будет преданно ждать его приезда.
     Андрей возвратился в Новосибирск, где продолжил учебу, мечтая стать пилотом, с искренним чувством храня воспоминания минувшего, чудного лета.  Под внимательной опекой матери, Варваре еще только предстояло определиться с мечтой. Андрея удивило ее странное желание - стать врачом. В этом, на первый взгляд ненавязчивом решении, все ее устремления поддерживала и Софья, хотя считала свою дочь более приверженной к искусству. Почему выбор пал на столь необычную для ее характера профессию, она не могла понять? Варвара однажды и навсегда коротко ответила - этого просит душа. И действительно, мать стала невольно замечать неподдельный, взявшийся из ниоткуда, интерес к медицине. Появились новые книги, поменялись герои и краски, фоны и тона на полотнах. Изменилась глубина восприятия и отношения к окружавшему ее ранее миру. В пространство Варвары вторглись новые идеи, которые она с увлечением продолжала воплощать в картинах; в них стали присутствовать, подобно тонким незримым паутинкам, нотки задумчивой грустной печали, вперемешку с неотвратимой жаждой жизни, самоутверждением и особым, не имеющим ответа, вопросом, таившемся в раскосом взгляде ее героини. Она гармонично и ровно вписывалась в пейзажи таинственной Ели, которая с некоторых пор жила в радужных грезах своего творца. Порой удивляясь, но принимая всерьез мир глубоких фантазий дочери, Софья была рада таившейся в ее океанической бездне души, незримого и, в тоже время, ощутимого и проникновенного чувства любви к окружавшей ее необозримой Вселенной. Поэтому, глубоко уважая особое видение дочери, мать ничуть не сомневалась в правильности выбора профессии. Пришло время и его даровала судьба…
   Пытаясь, подобно Варваре, неуклонно следовать своим убеждениям, Софья, не без труда, но все же сумела восстановить свою деятельность; ее вернули в лоно роскошных залов Эрмитажа, где она старалась забыть прошлую, тяготившую тяжелыми воспоминаниями, жизнь. Старательная Циля, настолько крепко и всецело слилась с заботами и чаяниями семьи, что все считали ее родной и ни в чем не заменимой. Старый Исай, одно время поддерживающий Цилю в ее трудных заботах, предпочел все же жить в своей квартире, хотя и ему постоянно требовалась помощь все успевающей родственницы. Время нашло и определило для каждого свое место, в котором предстояло обрести себя и стать любящими свою Родину гражданами, неуклонно следующими к грядущим целям.
   Стремление стать летчиком, асом, невероятно усиленное любовью к Варваре, подобно рвущимся ввысь брызгам фонтана заполонило душу Андрея. Он хорошо понимал, что его будущая профессия сугубо военная и, пройдя подготовку в аэроклубе Осоавиахима, ему необходимо будет продолжить обучение в школе ВВС тем боле, что молодых ребят, умеющих обращаться с оружием, знающих основы тактики и топографии брали с большим желанием. Он не мыслил жизнь без неба и, полностью посвятив себя освоению и совершенствованию мастерства пилотирования, устремился к просторам мечты, открывая перед собой перспективу стать отличным летчиком-испытателем. Ему страстно хотелось летать на новых, неосвоенных им машинах, искать среди них лучшую и словно сроднившись с ней, достигать необычайных вершин, обретая умение и опыт. Шло время нелегких преодолений. Летать на преобладавших всюду самолетах У - 2, казалось скучным занятием, а общепризнанный истребитель И – 16, хоть и нравился Андрею, но желание несравненного риска влекло ввысь, в отрыв от земли на недосягаемо большие высоты, чем медленные бреющие полеты над поверхностью лесов и полей. Увлекала скорость, манила и звала заоблачная непостижимая даль и высота. Мерещились красные звезды на крыльях будущего истребителя, на котором он непременно побьет все мыслимые рекорды, станет мастером своего любимого дела. А уходя в небо, будет всегда помнить, что его ждет земля; чудесная планета, где живет любимая девушка по имени Варвара, и которая совсем скоро станет его женой. Душу переполняла радость, хотелось петь, даже если Варвара далеко и не слышит. Но, если они любят, то песня грядущего счастья должна быть слышна обоим… 
   На развитие отечественной авиации правительством выделялись значительные средства, создание новой авиатехники осуществлялось очень быстрыми темпами, росло мужество и преданность своему долгу летчиков-испытателей, поэтому за сравнительно короткий срок, страна сумела достичь значительного прогресса в развитии самолетостроения. Авиационная промышленность, за годы обучения Андрея, стала всенародным детищем и делом государственной важности. Гордость за Родину переполняла душу летчика. Выпуск боевых машин увеличивался и новые самолеты ЛаГГ – 3, материальную базу которых молодой пилот уже хорошо знал, начали производить как в Новосибирске, так и в Ленинграде. Поэтому, попав на Сто пятьдесят третий завод в качестве хорошо зарекомендовавшего себя еще в училище, перспективного летчика, Андрей оставался в Новосибирске, лелея мечту вскоре перевестись в Ленинград, где его с великим терпением ждала Варвара, получившая за это время медицинское образование и начавшая работать практикующим врачом. Она грезила приездом Андрея и приходом долгожданного семейного счастья. В доме говорили о будущей свадьбе и дивясь неудержимости взаимных чувств молодой пары, мать готова была поделиться своей радостью с Олегом, который предпочел не возвращаться в Новосибирск, а приведя в порядок старый дом Софьи, обосноваться в Тобольске. Так было удобнее для всех. Олегу нравилась Софья, как любящая мать и красивая женщина, но прошлое тяготило непреодолимостью свершившихся изменений в его семейной жизни, и внутренняя боль утрат саднила сердце. Рухнули надежды, к которым он шел долгие годы. И сейчас, он жил одной большой мечтой; видеть успехи Андрея и радоваться счастью сына, становлению его мужского характера, с учетом той доли доброты, какую он успел передать.
   Размеренная жизнь в Тобольске, чем-то была приятна Олегу. Он, конечно, мог бы устроиться поближе к сыну, но уважая его нескрываемые чувства к Варваре, старался быть благодарным Софье, предложившей ему столь мудрое решение тяготивших его вопросов. Занимаясь заботой по дому, он сумел также отыскать работу на пристани, где постоянно испытывали нужду в умелых людях. Платили немного, потому и конкурентов на такого рода деятельность находилось мало. Постепенно к новому работнику привыкли, стали доверять и, чувствуя редкую надежность, то и дело хвалили. Подремонтировав и утеплив ветхое строение, Олегу даже в лютую зиму жилось тепло и уютно. И слыша, порой, благодарные слова Софьи, за помощь и заботу о памятном, дорогом и родном ей доме, Олегу становилось приятно от осознания причастности и помощи близким людям. Разговаривая на телеграфном пункте с Тобольском, Софья не раз приглашала отца Андрея в гости, а когда речь зашла о предстоящей свадьбе их детей, то вообще завела речь о матери; должна же она побывать на свадьбу родного сына. Только однажды Олег приезжал в Новосибирск, чтобы поздравить будущего аса с осуществившейся мечтой; окончанием летного училища. Сын намеревался стать летчиком - испытателем, поэтому можно было подумать о переводе в Ленинград и, естественно, о предстоящей свадьбе.
   Олег встретился тогда с бывшей женой, матерью Андрея, в доме на все той же улице Чехова, только вот жизнь ее сильно изменилась. Муж, бывший железнодорожник, был много старше ее и рано, по инвалидности сел дома, незаметно для нее запил и полностью переложил заботу о себе на плечи супруги. Екатерине было трудно, но сын помогал матери сводить концы с концами. Поучительные разговоры на отчима не действовали и сочувствуя ее положению, Андрей не находил общего языка с чужим ему человеком, при каждом посещении дома раздражая его травмированную психику все больше. Чем, подобные отношения способны были разрешиться Андрею тогда и в голову не могло прийти. Одно он знал твердо; отчим, это человек, который умеет хранить злобу и при случае его месть могла навредить не только ему лично. Он многое знал об отце, видимо мать делилась с ним не только своими тяготами. Однажды он даже сказал: «И чего это твой отец под чужой личиной ходит; аль натворил много? Всю жизнь носа не казал, а объявился, так с властью в прятки играть. Смотри доиграется, папаша…» - Андрей оставил его реплику без внимания, скорее от желания не делиться с отчимом важным, чем из осторожности. 
   К истечению майских дней ударили легкие холода, распустила белые полноцветные гроздья черемуха, удивительным ароматом наполняя душу, ожившую от обилия весенних запахов и красок. Купив два билета до Москвы на железнодорожном вокзале, Андрей заехал на улицу Чехова, к матери. Екатерина оказалась дома одна и обрадованный тем, что не придется с утра ощущать неприятный осадок от контакта с отчимом, сын, обняв мать, выложил перед ее удивленным взглядом, два билета на стол.
   -  Дорогая мама, я скоро женюсь, и очень хочу, чтобы в этот день ты была с нами. В Москве нас встретит моя будущая жена и я наконец-то познакомлю вас, а кроме того, покажу прекрасный город, в котором нам предстоит жить, мечтать и летать; я получил перевод и мне осталось лишь оформить документы. Свадьба в начале июня, и мы навсегда запомним этот счастливый одна тысяча девятьсот сорок первый год. Я уверен, он станет памятной вехой для всех нас. Андрей излучал восторг предстоящего, напыщенно декламируя предвкушение счастливой поры. -  Мама, меня ждут красные звезды на крыльях, и ты скоро станешь тому очевидицей!.. Я поздравляю тебя! Послезавтра мы отъезжаем, - радостно улыбаясь, Андрей устремил искрометный взгляд на слегка опешившую мать.
     -  Я очень горжусь тобой, сынок, ты достиг всего что считал важным в своей жизни. Мы знали и были уверены, что ты осуществишь свою мечту, но меня всегда тревожила одна мысль: когда-нибудь и нам придется расстаться. Ты стал совсем взрослым, у тебя своя жизнь. – Екатерина выдержала образовавшуюся паузу и неожиданно для сына спросила. - А как же твой отец, Андрей, ну в смысле отчим?..
   Андрей серьезно посмотрел на мать:
     -  Для него наш отъезд – праздник, ну мой так в любом случае… А Отец, мама, живет в Тобольске. Я уверен, он обязательно приедет, это обещала Варвара. И мне очень приятно, что мы наконец-то окажемся все вместе!..
   Екатерина, улыбнувшись грустной улыбкой, лишь глубоко вздохнула.
     -  Я рада, сын, что у тебя есть Варвара и вы скоро будете вместе. Пусть так будет всегда, а я стану молиться за вас. Ты прости меня, но поехать не получится. За Семеном нужен уход и одного я его оставить не могу. Пусть твой отец представляет на свадьбе нас обоих. Вы ведь приедете ко мне позже? И тогда я обниму твою жену и благословлю вас. А пока прими мои поздравления. Ты стал мужчина, летчик, офицер, как и твой отец. Никогда не забывай об этом, чти и уважай его всегда. Теперь вот и жить будешь в славном и красивом городе, с богатой историей. Я желаю вам счастья; любите друг друга и никогда не расставайтесь; да хранит вас Бог.
   Андрей почувствовал себя немного неловко и виновато.
     -  Прости, что не взял билет на Семена, если ты хочешь, я могу все исправить. Не считай и не думай, что мое отношение к нему предвзято.
     -  Нет, Андрей, это совсем неприемлемо и не к чему, ты все сделал правильно, не вини себя. Я вас с нетерпением буду ждать, ведь лето только в разгаре и наверняка у вас найдется время проведать мать. Пусть и Олег на меня не обижается; так надо.
   Андрей простился, пообещав навестить мать вместе с Варварой, как только появится такая возможность, совсем не рассчитывая, что эта последняя встреча с матерью, навсегда останется в его грезах...
      После обычного трудового дня, отдыхая за кружкой вечернего чая, в двери Олега постучал припозднившийся почтальон и вручил телеграмму. Она была от сына из Новосибирска. Андрей приглашал отца на свадьбу и просил приехать в Москву к назначенному времени: хотелось, встретившись с Варварой, а после, всем вместе, отправиться в Ленинград. Из сообщения Олег не понял; приедет ли мать, ведь он обещал Софье, что Екатерина обязательно будет среди немногочисленных гостей, ведь это свадьба ее сына. С раннего утра предстояло взять непродолжительный отпуск и сразу же в дорогу. Хотелось опередить Андрея, чтобы, побродив по Москве, определиться с подарком для молодых. От приятных хлопот и редкого душевного подъема, от предвкушения предстоящей встречи с дорогими ему людьми, Олегу стало по-детски невообразимо радостно. Он забыл, когда так растроганно, отдавая дань восторгу, с особой благостью стучало его сердце. Словно в унисон с кипучей жизнью столицы, оно ликовало и пело в преддверии общения и торжества, в ожидании некоего наполнения счастьем, которое способна внять до конца лишь душа родного человека.               
   «Ну, что же, значит так угодно судьбе…» - разочарованно, не без заметной грусти подумалось Олегу, когда при встрече на перроне, он увидел, что Екатерины нет.
     -  Мама не смогла, за Семеном нужен уход. Мне жаль, что не удалось уговорить ее, - с нескрываемой долей сожаления, Андрей заключил отца в свои объятия, заверяя, что душой она будет рядом со всеми. А после свадьбы, они непременно навестят ее.
   Варвара вихрем выпрыгнула из смешанной толпы встречающих, прося прощения за опоздание. Очаровательно улыбаясь, она была весела как никогда. В мгновения переняв инициативу, без умолку щебетала и радовалась встрече. Андрей забыл обо всем, что могло бы вынудить его быть серьезным. Он обнял свою будущую супругу и долго не выпускал из объятий своих мускулистых рук, ничуть не смущаясь присутствию счастливо улыбающегося отца. Их полные нежности прикосновения, находили свое место даже здесь, на перроне вокзала, среди шумного хаоса многолюдья. Плескаясь в мягких, убаюкивающих волнах наслаждения, они словно удалясь в свой особый, параллельный мир, не замечали присутствия в нем всего земного. А Олег, как никто знал, что скрывает за собой долгая разлука с родным человеком, не дающая успокоения душе, не позволяющая спать ночами, вынуждающая томиться и страдать, ждать и надеяться.
   Приготовления к празднику много времени не заняли. После официальной церемонии регистрации все желанные гости собрались в уютной квартире на Малой Посадской улице, где многие уже бывали не раз. Пришел и Игорь Карпатов, которому не все из приглашенных гостей оказались знакомы. В шумной дружеской атмосфере свадебного застолья, Софья с радостью представила собравшимся, незнакомого им гостя. Однако, неожиданно отрекомендовавшись Шаповаловым Игнатом Васильевичем, Олег вызвал некоторое замешательство и недоразумение среди гостей, никак не ожидавших случайно возникшего напряжения, в то время как обстановка требовала всеобщего доверия и праздничных, дружеских обращений. Представив отца Андрея совсем другим именем, Софья тут же попыталась затушевать свою оплошность.
     -  Да, да, Игнат, ну разумеется, прости, что я была не внимательна. Я думаю, мы все подружимся за общим столом, в тесном и приятном общении, - своевременная поправка хозяйки торжества, отчасти сгладила возникшее недоразумение, хотя вовсе не осталась незамеченной для Игоря, с внимательной улыбкой и уважением отнесшегося к новым знакомствам.
   После непринужденной процедуры общения приглашенных гостей, над просторным и уютным свадебным застольем создалась приятная атмосфера веселья, сменяющаяся то и дело торжественным произнесением тостов в честь изумительно красивой, супружеской пары. Самым старшим из присутствующих оказался Исай; несмотря на свое недомогание, он все же выглядел аккуратно и почтенно улыбался, радуясь представившейся возможности оказаться на свадьбе самой Варвары, которую знал и любил с рождения. Аккуратистка Циля, постаралась придать внешнему виду старика немного помпезности и, отвечая на комплементы, он остался доволен, что гости не обошли его своим чутким вниманием. А когда подошло время сказать свое слово, с неизменной улыбкой Исай произнес:   
     -  Я, старый еврей, только что задумался; кого же я сегодня должен в первую очередь обнять? И вы только подумайте, я понял – Игоря!..               
     -  Исай, ну причем здесь Игорь? – тут же возразила Циля, и гости с изумленными улыбками продолжили смотреть на умудренного опытом жизни еврея, у которого выражение любой мысли всегда имело двойное дно, и самого главного он еще не сказал.
     -  Ну как же, Циля, это он нас познакомил с Софьей, которая родила Варвару, будущая невеста повстречала Андрея Крупинина и сегодня выходит за него замуж. Так пусть же будут счастливы молодые, благодаря любви которых, счастье вошло в наш дом!..   
   Своеобразный «заход издалека», только усилил праздничное настроение застолья и под звон бокалов удовольствие счастливого вечера мгновенно распространилось на всех присутствующих. Со временем завязалась непринужденная беседа, и разговоры на самые разные темы были слышны всюду. Как водится, уединившись на короткое время, молодежь любовалась собой, предоставив какое-то время свободного общения и взрослым. Внимательному Игорю, вот уже во второй раз, некоторые детали при общении, показались странными, и он посчитал нужным проявить к ним случайный, ненавязчивый интерес.
     -  Скажите, Игнат Васильевич, - задал он с виду обычный вопрос, отцу жениха, - а почему у Андрея совсем другая фамилия? Я всегда считал, что сыновья очень гордятся ролью продолжателя рода и сохраняют фамилию отца. - Конечно же неожиданно возникшая за одним из диалогов фамилия, заинтересовала бывшего чекиста, но не выказывая свою чрезмерную пытливость, Игорь, тем не менее, постарался воскресить далекое прошлое и восстановить в подробностях все, что было связано с неким Олегом Крупининым, возможным и вероятным однофамильцем Андрея. К тому же некоторые сомнения вызывал и тот факт, что Софья в преддверии торжества назвала Игната Олегом, что, согласно их родству, не могло не выглядеть странно.
     -  Нет, отчего же; такое случается и вполне приемлемо, когда тебя с раннего детства воспитывает совсем не твой отец. Вероятно, моему сыну фамилия отчима пришлась более по душе, если предположить, что у них сложились добрые отношения. – Стараясь как можно убедительнее ответить на непростой вопрос, Игнат Шаповалов предпочел вести себя осторожнее с малознакомым ему гостем.
     - Но вы, как настоящий отец, вполне могли бы повлиять на его столь странный выбор. Как я заметил, ваши отношения выглядят достаточно теплыми.
     -  Увы, Игорь, случается и такое. – Стремясь сменить тему разговора, Олег был немного встревожен внезапно возникшим интересом гостя, и при первой же возможности нашел объяснение с Софьей просто необходимым.
   Непринужденная обстановка праздника в сочетании с приятной, легкой музыкой и танцами, позволила наконец, счастливым родителям поговорить уединенно; их озабоченность интересом Игоря к более, чем известной ему фамилии озадачила обоих. Ранее, у Софьи не возникала необходимость, рассказывать своему другу что-либо из жизни и биографии бывшего разведчика, работавшего когда-то по делу, связанному с таинственным исчезновением Сибирских орденов, знающему и разыскивающему именно Олега Крупинина, хранящего тайну встречи с полковником Киселевым в застенках японской тюрьмы. Но сейчас, пришлось это сделать. Олег был крайне озадачен и обеспокоен возможными последствиями столь неожиданного знакомства. И даже после заверений Софьи, поведавшей Олегу об аресте и тяжелом времени лагерей, выпавших на долю Игоря, бывший пехотный капитан Белогвардейской армии, и человек живущий по поддельным документам, не мог не понять, что перед опытным чекистом он почти расшифровался. И чем дольше он будет оставаться за свадебным столом своего сына, тем вероятность опасного раскрытия станет очевидна. Так и случилось…
   Последний луч света в сомнения Игоря пролила Варвара, решив объявить во всеуслышание, прямо за свадебным столом, что старший лейтенант авиации, Андрей Олегович Крупинин, назначен летчиком-испытателем на Ленинградский авиамоторный завод, где разработан и запущен в серию новый истребитель, на котором ее муж будет летать на просторах Балтийского неба. Все гости торжественно принялись поздравлять будущего аса. К поздравлениям присоединился и Игорь, сказав теплые слова в адрес молодого покорителя недосягаемых высот. И вновь бывшему сотруднику, оказавшемуся давно не у дел, прозвучавшее отчество Андрея, напомнило об Олеге. Выходило, что и фамилия, и отчество мужа Варвары вновь растревожили память о человеке, глубоко вплетенном в его судьбу, который наверняка мог оказаться отцом присутствующего за столом летчика. Но кем являлся для него по давним временам Олег Крупинин, Игорь и по прошествии десяти лет не забыл. Именно поэтому, в завершении своих поздравлений, он спросил:
     -  Софья, может я покажусь немного бестактным, но мне кажется вы должны познакомить меня наконец с Олегом, который явно приходится отцом Андрею, - из добрых и чистых побуждений, Игорю ничуть не хотелось выказывать свою неуместную назойливость, однако не продолжать он не мог. - Я понимаю; проигнорировать фамилию подлинного отца еще можно, но пренебречь еще и отчеством – это вряд ли. Так кто же на самом деле, этот таинственный «Мистер - Х», находящийся среди нас?.. Кто он?.. Игнат Васильевич, мне почему-то сдается, что ваше подлинное имя Олег, если вы конечно приходитесь родным батюшкой жениху, - с улыбкой заключил Игорь, поставив гостей своими неудобными выводами в положение разоблаченных хитрецов.
   За столом внезапно возникла тишина. Всем присутствующим стало ясно, что прозорливость и профессиональные качества бывшего разведчика поставили собравшихся гостей в неловкое положение. Через открытые окна, в комнаты квартиры на Малой Посадской проникала живительная свежесть летнего вечера. Она стала необходимой, чтобы охладить пыл и страсти, снять накал повисшего над озадаченными гостями, внезапного вопроса. Как представить загадочного «Мистера – X» гостям, оголив правду, озвучить ответ на хранившую еще больший интерес, тайну…