Виноград созрел

 "Я есмь лоза, а вы ветви; кто пребывает во Мне, и Я в Нем, тот приносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего".
Ин. 15, 5.

         

            Образ винограда - один из самых глубоких и многогранных в Священном Писании. Он объединяет темы сотворения мира, изобилия, духовного единства человека с Богом и искупительной жертвы. Виноградник впервые  упоминается в книге Бытия в истории о Ное, который  после потопа  насадил лозу. Согласно древнему преданию, это растение было вынесено  водами из самого Эдемского сада. Ной бережно сохранил его, зная, что этот зеленый узловатый изгиб помнит райские кущи. Он вынес из затопленного мира не просто растение, но живую нить, связующую опавшее человечество с утраченным раем. 


В книге Чисел виноград предстает как знак изобилия и богатства. Когда  пророк Моисей отправил двенадцать разведчиков в Землю Обетованную, они   увидели в прекрасных садах тяжелые гроздья, пронизанные полуденным солнцем. Эти плоды пылали рубиновым и янтарным светом, отбрасывая на растрескавшуюся землю живительную тень. Сок ягод, такой сладкий и липкий, медленно струился по загорелым рукам разведчиков, смывая с них горечь долгих и тяжелых странствий. Гигантскую кисть, сорванную в плодородной  долине, пришлось нести на плечах двоим мужчинам. Деревянный шест прогибался под ее тяжестью, словно подтверждая то, что обещанная Богом земля изобилует молоком и медом. С древних времен образ винограда воспринимался как знак красоты и духовной мощи.  Подобная метафора ярко отражена в пророческих книгах, где избранный народ  предстает  в виде прекрасного плодоносного виноградника, возделываемого заботливой рукой Творца.


Новая эра возвысила этот символ до той вершины, где достигается теснейшее соединение человека с Богом. Тяжелые переплетенные ветви, питаемые единым корнем, тянутся к солнцу. В этом молчаливом единстве лозы читается Новый Завет. Доколе ветвь питается общим соком, ей не страшна засуха, ведь она  -  часть великого незримого целого.  На закате осеннее солнце пронизывает налитые соком грозди, превращая их в   рубиновые капли крови. Каждая сине-черная ягода таит в себе не только сладость уходящего лета, но и память о жертве и преображении. Всякий, кто бывал в наших храмах помнит эту вязь: резные листья и грозди винограда, окутывающие иконостасы, киоты и священную утварь. Этот орнамент - не просто красивый узор, а глубокий символ, раскрывающий образ Креста. Подобно ветви, человек может принести обильные плоды лишь когда   цепляется за Христа - свой источник жизни.         


 В  середине 20 века в  Одессе  совершал свое служение архиепископ Никон (Петин) - выдающийся  архипастырь, возродивший Одесскую и Донецкую епархии из руин войны. Владыка был всенародно любим, а его проповеди собирали сотни людей. Однажды близко знавшей его прихожанке приснился странный  сон. На стене Успенского  кафедрального собора она увидела висящую виноградную лозу и услышала голос: «Виноград уже созрел».


Она не сразу поняла, к чему ей было то видение. Все прояснилось, когда архиепископ Никон тяжко заболел. Вслед за страшной автомобильной аварией пришел жестокий удар - лейкемия. Врачи лишь разводили рукам, считая болезнь неизлечимой. Однако владыка, с ясным пониманием близкого конца, не пал духом. Утешение он находил в непрестанной молитве и ежедневном причастии. Особенно были поразительны моменты, когда ему привозили Касперовскую икону Божией Матери: истощенный, едва державшийся на ногах человек вдруг преображался. Владыка наполнялся такой мощной энергией, что сам служили молебны, а затем подолгу выслушивал людей, одаривая каждого заботой и теплом. Эти трогательные и пронзительные воспоминания о последних днях архиепископа дошли до нас благодаря дневниковым записям легендарного  академика   Владимира Петровича Филатова. Он был преданным и близким другом владыки и искренне восхищался его духовной стойкостью.
Упокоили архиепископа Никона  в том самом месте собора, где в мистическом сне были показаны дивные виноградные гроздья. 54 года. Время, когда владыка стоял на пороге великих свершений и вполне мог стать  преемником Алексия Первого на патриаршем престоле. Однако Бог забрал его до срока. Человеческому уму непостижимы пути Господни, и мы можем лишь догадываться, почему оборвался этот земной путь. Скорее всего, душа владыки созрела для вечности, подобно налившейся грозди. Прошло уже более полувека, но жители Донбасса и Одессы бережно хранят память о своем любимом архипастыре.
 

Смерть робеет перед праведником, не смея подойти к нему без разрешения. Для обычных людей она - неизбежность, карающая косой. А для святого - кроткий страж, ждущий отмашки. Самым потрясающим примером высшего проявления духовной власти было то, что случилось с апостолом Иоанном Богословом. Эта история, окутанная великой тайной,  просто поражает воображение. Перешагнув вековой рубеж,  он стоял на самом пороге вечности. Не страшась смерти, апостол добровольно пошел ей навстречу: он  сам шагнул в вырытую крестообразную могилу и попросил учеников засыпать его землей. Заливаясь горьким плачем,  они исполнили последнюю волю любимого учителя. Но когда  спустя несколько дней гробницу вскрыли, тела там не оказалось - осталось  лишь дивное  благоухание.
 

Однако в Писании встречается грозный образ дикого винограда, словно предупреждающий о том, что для одних этот мир полон тлена, а для других служит преддверием небес. Лоза, отступившая от Бога,  приносит  ядовитые ягоды, которые в конце концов будут уничтожены. Страшные картины  Апокалипсиса рисуют последний суд:  ангел острым серпом срезает пустые грозди и бросает в точило Божьего гнева.


Но земной путь человека  - это тоже виноградник. Душа, словно кисть,  впитывает каждый опыт,  мысль, желание и поступок. Если возделывать этот сад с усердием, отсекая мертвые побеги пороков и утоляя жажду живой водой Христа, лоза принесет прекрасный урожай спелых ягод: верности, мудрости и любви. Тогда этот виноград становится уже не символом гнева, а символом воскресения и вечной жизни. Это та самая любовь, что  тянется к свету, прорастая скромным стеблем в великое таинство.