знахарка и покаяние

В одной деревне, что у самого леса стоит, жила старуха Марфа — знахаркой её все звали. Говорили, будто она и хворь снять может, и беду отвести, и травку нужную найдёт. Но были и шепотки за спиной: мол, не по-Божьи её силы, не от света они.

Марфа и сама чуяла: что-то неладно. Бывало, вылечит кого — а сама ночью не спит, сердце щемит. А сны ей странные снятся: то лес за окном шепчет, то голос строгий зовёт в церковь. Да только отмахивалась: «Я ж людям помогаю, какая тут беда?»

Однажды пришла к ней молодая вдова с дитём: мальчик лет пяти, весь в жару, дрожит, глаза закатывает. Марфа травы заварила, заговоры шепчет — а толку нет. Ребёнок всё хуже, мать в слезах. И тут старуха впервые испугалась по-настоящему: «А если не справлюсь? Если это не хворь, а наказание за мои дела?»

В ту же ночь сон ей приснился ясный: стоит она перед храмом, а дверь закрыта. И голос говорит: «Пока не покаешься — не войдёшь. Силы тебе даны, да не для корысти, а для смирения». Проснулась Марфа в холодном поту, долго думала, а наутро взяла трость и пошла в церковь — в соседнее село, чтоб никто не видел.

Батюшка её принял без упрёков. Выслушал, как она шепталась с травами да шептала слова, что от старых людей достались, как брала плату за лечение. Сказал только: «Сила — она от Бога, бабушка. А коли пользуешь ею с гордыней или корыстью — отворачиваешься от Источника».

После исповеди Марфа решила: хватит. Травки-то собирать не перестала — да только теперь рецепты простым людям давала, да молитвы читала над отварами. А если кто просил «особого заговора», отвечала: «Иди в храм, дитя, там тебе помогут лучше моего».

И странное дело: люди к ней ходить не перестали, а уважение стало другим — не с опаской, а с благодарностью. А в деревне поговаривали, что с тех пор, как Марфа покаялась, даже травы у неё целебнее стали. Видно, правда — где смирение, там и благодать.