1. 1. 1. организация учёта безвозвратных потерь

Великая Отечественная война, одна из самых кровопролитных в истории человечества, ежедневно уносила жизни тысяч солдат и командиров.
Для органов военного управления и семей военнослужащих учёт потерь имел огромное значение. Он позволял точно устанавливать и официально регистрировать такие важные факты, как гибель на поле боя, смерть от ран и болезней в госпитале, пропажа без вести, а также пленение и судимость. Каждый из этих фактов имел свои последствия, которые существенно влияли на правовое положение военнослужащего и его семьи, включая денежные выплаты.
Документ № 1
«Наставление по учёту и отчётности по рядовому и начальствующему составу в Красной Армии» (введено Приказом НКО СССР № 450 от 9 декабря 1940 года и касалось находящегося в строю личного состава).
Основную массу документов военного периода составляли списочные формы отчётности о потерях личного состава, установленные Приказом Народного Комиссара Обороны СССР № 138 от 15 марта 1941 года с объявлением «Положения о персональном учёте потерь и погребении погибшего личного состава Красной Армии в военное время» (далее Приказ НКО № 1).
Документ №2
«Приказ Народного Комиссара Обороны СССР с объявлением «Положение о персональном учёте потерь и погребении личного состава Красной Армии в военное время» № 138 от 15 марта 1941 г.               
Народный Комиссариат Обороны СССР
1. Ввести в действие объявляемое «Положение о персональном учёте потерь и погребении погибшего личного состава Красной Армии в военное время».
2. Всему высшему, старшему и среднему начальствующему составу тщательно изучить это Положение. Главному интенданту Красной Армии к 1 мая 1941 г. снабдить войска медальонами и вкладными листками по штатам военного времени, а штабы военных округов - бланками извещений и форм именных списков.
3. Приказ НКО 1939 г. № 238 отменить.
Народный комиссар обороны СССР Маршал Советского Союза С. Тимошенко[. Приказ НКО № 450- 1940 года. См. В кн.: Наставление по учёту и отчётности в Красной Армии. Ч. 1. М., 1940. С. 1-2 Библиотека Российская национальная библиотека (РНБ).]».
Приказ устанавливал 9 форм документов отчётности штабов различного уровня о безвозвратных потерях среди рядового, сержантского и офицерского состава:
1. Именной список потерь личного состава взвода. Согласно приказу НКО №138, командир взвода обязан ежедневно, после тщательной проверки бойцов взвода, лично должен доложить командиру роты (эскадрона, батареи, эскадрильи) именной список персональных потерь взвода (форма 1).
2. Именной список потерь личного состава роты. Именной список потерь личного состава роты (эскадрона, батареи, эскадрильи) составлялся командиром роты (эскадрона, батареи, эскадрильи) на основании полученных донесений по форме 1 и личной проверки наличия людей в роте. Список по форме 1а отличался от списка формы 1 только заголовком, содержание оставалось таким же. Ежедневно такой список должен был передаваться командиру батальона (дивизиона, кавалерийского полка, авиаполка) вместе со строевой запиской (форма 1а).
3. Именной список потерь личного состава батальона. Персональный учёт потерь в батальоне (дивизионе) производился на основании донесений из рот, батарей и на основании личной проверки наличия людей в батальоне (дивизионе). После установления точного количества персональных потерь, составлялся именной список потерь батальона (форма 1б). Вместе со строевой запиской ежедневно подавался командиру полка. Список по форме «1б» отличался от списков формы «1» и «1а» также только заголовком, содержание оставалось таким же (форма 1б). С 1 мая 1944 г. формы №1, 1а и 1б были заменены на единую форму №1/БВ, которая имела некоторые отличия по количеству и виду вносимой информации. Порядок заполнения и сроки подачи по инстанциям не изменились.
4. Именной список безвозвратных потерь начальствующего и рядового состава полка. Персональный учёт потерь в штабе полка и в отдельной части производится по именным спискам персональных потерь в подразделениях, входящих в состав полка (отдельной части) и на основании поверки личного состава некоторых подразделений на выборку. После точного установления персональных потерь штаб полка представлял через каждые три дня список персональных потерь по полку в штаб дивизии (форма 2). Также по этой форме должны были отчитываться штабы армий (фронтов) только за личный состав частей и учреждений, подчинённых армейскому (фронтовому) управлению, в том числе за тыловые и санитарные учреждения. В отличие от штаба полка штаб армии (фронта) был обязан подавать донесения о потерях к 1, 10 и 20-му числу каждого месяца непосредственно в Управление по укомплектованию войск Генштаба Красной Армии.
В приказе НКО № 138 бланк именного списка безвозвратных потерь полка имеет отличие от бланков: в приложении к приказу бланк называется «Именной список безвозвратных потерь начальствующего состава полка», в бланках военного времени название изменено на «Именной список безвозвратных потерь начальствующего и рядового состава полка»[. РВГА, ф.4, оп. 12, д.97, л. 263-267. - Подлинник. Тыл Вооружённых Сил в документах. - М.: Воентехлит, 2000. Форма изготавливалась типографским способом, однако в боевых условиях могла исполняться от руки на любой подходящей для этого бумаге. В архивах встречается вместо формы 2, видимо из-за нехватки в полках бланков установленной для этого уровня отчётности.].
1.Именной список безвозвратных потерь начальствующего и рядового состава дивизии (форма 2а). Персональный учёт потерь в штабе дивизии (бригады, корпуса) производился по именным спискам персональных потерь частей, входящих в состав дивизии (бригады, корпуса) и по вкладышам из медальонов, изъятым у военнослужащих, погибших в полосе действия дивизии, и по именным спискам персональных потерь личного состава штаба дивизии (бригады, корпуса). Именные списки высылались в Управление по укомплектованию войск Генштаба Красной Армии три раза в месяц к 1, 10 и 20-му числу каждого месяца. Данная форма практически не отличалась от предыдущей, кроме заголовка.
5. Именной список лиц начальствующего и рядового состава, умерших от ран в период боевых действий (форма 3). Данная форма отчётности предназначалась для лечебных учреждений, в которые поступали на излечение раненые и больные военнослужащие. Лечебные учреждения списки на военнослужащих, умерших от ран в самом учреждении, а также и на умерших в пути при эвакуации, представляли один раз в 5 дней: дивизионного назначения – в штаб дивизии, корпусного – в штаб корпуса, армейского – в штаб армии и фронтового – в штаб фронта. Лечебные учреждения в тыловых округах списки на умерших военнослужащих высылали с той же периодичностью в санитарный отдел округа. Санитарные отделы округов на основании представленных списков составляли именной список по форме 3. Список представляли в Управление по укомплектованию войск к 1, 10 и 20-му числу каждого месяца.
6.  Извещения о смерти (форма 4). Согласно приказа НКО № 138, извещения о смерти высылались штабом полка (отдельной части) немедленно по установлении смерти военнослужащего и места его погребения в адреса:
 а) на начальствующий состав кадра и младший начсостав сверхсрочной службы – по месту жительства родственников; на рядовой и младший начальствующий состав срочной службы и запаса – в военкомат призыва. После получения извещения на рядовой и младший начсостав военный комиссариат выписывал дубликат извещения для семьи со своими реквизитами, а извещение из части подшивалось в дело. Таким же порядком извещения высылались из лечебного учреждения, в котором умер военнослужащий.
В «Положении...» был установлен порядок действий командиров, который не учитывал реалии боевых условий. В документе в безапелляционной форме было указано: «По окончании каждого боя командир подразделения, части проверяет личный состав и немедленно доносит по команде о безвозвратных потерях».
Такой категоричный подход к делу способствовал тому, что должностные лица стали часто нарушать эти требования. Это привело к дискредитации многие формализованные документы, касающиеся персонального учёта личного состава.
В соответствии с требованием нового документа персональный учёт должен был строится на подаче информации и анализе донесений в вышестоящие инстанции исходя из условий так называемой обычной боевой обстановки, когда оперативно-стратегическая ситуация на театре военный действий не препятствует представлению последовательного обстоятельного доклада. Когда же условия действий приобретают критический характер этот метод становится условно предположительным, гипотетическим. Это особенно ярко проявлялось при массовой гибели крупных войсковых соединений, когда руководству не представлялось возможности заниматься обстоятельной аналитической деятельностью, а тем паче передачей данных о потерях в вышестоящий штаб. В лучшем случае такие сведения передавались частным порядком на основании докладных далёких от стандартных официальных донесений. Зачастую такие доклады  основанные на донесениях уцелевших подразделений соблюдавших установленный порядок мало соответствовали действительности. В том случае, когда такая информация не поступала по тем или иным причинам. В приказе вышестоящего руководства, делалась оговорка: «Донесение не поступало» или «Потери уточняются».
И всё, о них забывали на многие десятилетия. К сожалению и увы, это не намеренное преувеличение, это проза войны, обычная фронтовая рутина. Ибо подать официальное донесение порой было некому, а расчётный метод потерь не применялся поскольку не предусматривался «Наставлениями...»[. Характерный пример начального периода войны. Достоверно известно, что никто не отчитался, хотя бы численно, о потерях во 2-й и 5-й танковых дивизиях, 3-м механизированном корпусе и разбежавшейся 184 стрелковой дивизии Северо-западного фронта. Согласно их списочному количеству, вступившему в войну! Упоминания о корпусе и дивизиях редко, но мелькают в боевых донесениях и оперативных сводках СЗФ в течение нескольких дней после начала войны, а потом исчезают и из них, ибо погибли соединения. Докладывать было некому, штабы разделили участь дивизий, а доклады уцелевших военачальников официальными донесениями о потерях не стали.
Примечательно, что в условиях военных поражений «Наставление по учёту личного состава Красной Армии», созданные без учёта реалий жизни.  Особенно это касалось случаев, когда соединения и объединения были уничтожены, и их руководство не могло предоставить информацию о действиях своих войск и потерях. Сведения о потерях часто включались в частные докладные записки выживших командиров, а не в стандартные официальные донесения. В результате появлялись документы, которые формально основывались на донесениях сохранившихся войск и соблюдали установленный порядок, но не отражали реальную ситуацию с потерями. За не подавшие свои сообщения части и соединения в донесениях делались примечания: «Донесения не поступили» или «Потери уточняются».].
В январе 1942 г. вышел приказ об изменении порядка высылки извещений семьям погибших. Который определял «Высылать извещения родственникам пропавших по истечении 45 дней». В случае возвращения с фронта военнослужащего, на которого было выдано извещение как погибшего, умершего от ран или пропавшего без вести, работники военкомата выясняли обстоятельства возвращения и одновременно устанавливали правильность получения пенсии его семьёй.
Позже, 14 июля 1942 года некоторые  пункты Положения об учёте потерь были уточнены в приказе Народного Комиссара Обороны № 214 «О порядке высылки войсковыми частями и учреждениями извещений о погибших пропавших без вести в боях начальствующего состава и сверхсрочнослужащих и о назначении пенсий на этих лиц».
1. Именной список погибших военнослужащих, сданных на пункт погребения (форма 5).
Данный документ составлялся на основании приказа НКО № 138 похоронными командами. Похоронная команда назначалась распоряжением командира полка и в её обязанности входили: розыск трупов вне сферы ружейно-пулемётного огня;
регистрация погибших (по вкладным листам медальонов, введённые Приказом НКО № 138 от 15 марта 1941 г. «обеспечить медальонами всех военнослужащих (еще в мирное время) в целях привития у них навыков обращения с медальонами, прим., авт.);
сбор и доставка их на дивизионный пункт для погребения.
По окончании сбора трупов погибших старший команды по сбору представлял список в двух экземплярах по форме 5, начальнику штаба полка с указанием места нахождения собранных трупов погибших. К списку прилагались вторые экземпляры вкладышей медальонов погибших. Начальник дивизионного пункта погребения трупов погибших сверял список с вкладными листками медальонов и после этого списки на погибших представлял в штаб дивизии. К спискам прилагались точные схемы расположения могил военнослужащих (в  некоторых случаях могут встречаться акты о погребении.
С 1 мая 1944 г. именной список погибших военнослужащих, сданных на пункт погребения (форма № 5), был заменён на форму № 9/БП «Именной список военнослужащих, похороненных в братской могиле»;
2.Книга погребения штаба дивизии (форма 6). Книга погребения должна была вестись штабом дивизии при погребении погибших военнослужащих. В ней напротив каждой фамилии точно отмечается место нахождения трупа в 21 могиле. Например «От южного края могилы 1-й в первом ряду, от северного края 3-й во втором ряду, считая сверху». Также напротив каждой фамилии погребённого вписывается порядковый номер могилы и точно указывается (по топографической карте крупного масштаба) расположение этой могилы. Один экземпляр карты с обозначением могилы высылался в Управление по укомплектованию войск ГШ КА вместе со списками учёта безвозвратных потерь дивизии. Книга погребения по окончании боевых действий высылалась в Управление по укомплектованию войск ГШ КА..
3.Алфавитные книги умерших в медицинских учреждениях и пунктах медицинской помощи. (форма №15/УВВ). Ведение алфавитных книг умерших в лечебных учреждениях было установлено Приказом Народного комиссара обороны СССР № 023 от 4 февраля 1944 г. Алфавитные книги умерших велись во всех лечебных учреждениях, в которые эвакуировались раненые и больные из Действующей армии.
Книга велась по принципу выделения под каждую букву алфавита отдельной страницы книги, в которую записываются умершие в лечебном учреждении, фамилия которых начиналась с этой буквы.
В книги заносилась минимально необходимая для медицинского учреждения информация: фамилия, имя и отчество умершего, его звание, должность, часть, дата смерти, причина и место смерти, место погребения. Данные, касающиеся родных умершего, адреса и РВК призыва, даты рождения, в книгу не вносились.
На обложке книги записывалось название медицинского учреждения и период дат, в который она велась. Однако встречаются отдельные случаи, когда в книгу могли вноситься данные родственников умершего воина.
Необходимо отметить, что книги составлялись каждым лечебным учреждением с начала его работы по приёму раненых и больных с фронта, хотя такая форма отчётности была введена с 1 мая 1944 года. То есть  больные и раненые, умершие в период с начала работы учреждения и до 30 апреля 1944 г. вносились в эти книги «задним числом».
4.Внесрочное донесение о чрезвычайном происшествии. Данное донесение составлялось в случаях нанесения вреда здоровью или гибели военнослужащих в обстановке, не связанной с боевыми действиями, либо, например, в случаях открытия огня по своим частям. К случаям, не связанным с боевыми действиями, могут относится случаи отравления, дорожно-транспортные происшествия, аварии техногенного и природного характера, неосторожное обращение с оружием, различного рода преступления, дезертирство, пропажа личного состава, халатность и др. случаи. Документ о происшествии составлялся в штабе дивизии или отдельной части и рассылался, кроме Управления по учёту потерь ГШ КА в несколько инстанций, таких, как Военный Совет армии или фронта, военная прокуратура, отделы по укомплектованию штабов армии и фронта, органы контрразведки и др. Документ о происшествии содержал в себе следующую информацию: наименование части, фронт, вид, время и место происшествия, демографические данные об участниках происшествия и о пострадавших в происшествии, краткое изложение обстоятельств происшествия, характеристика виновных, предпринятые и намеченные меры борьбы и предотвращения происшествия.
5. Списки погибших военнослужащих на территории, освобождённой от противника[. Весной 1942 года, когда линия фронта стала смещаться на запад и значительные территории были освобождены от противника, приказом НКО от 04.04.1942 г. № 106 была введена в действие «Инструкция по уборке бывших полей сражений». В соответствии с инструкцией, сбор, документирование и погребение оставшихся непогребенными погибших воинов Красной Армии возлагались на команды, организуемые местными органами власти из гражданского населения.
Перед погребением начальник команды обязан был произвести опознание и учёт всех обнаруженных трупов военнослужащих и гражданского населения. Опознание должно было производиться по медальонам или другим документам, обнаруженным при погибших (удостоверение личности, партийный, комсомольский билет, паспорт и др.) Все установленные в ходе опознания данные должны были заноситься в книгу - «Именной список трупов командиров и бойцов Красной Армии и гражданского населения, обнаруженных на полях сражения».
Книга должна была быть прошнурована и опечатана печатью местного Совета депутатов трудящихся. Ответственность за хранение и правильное ведение книги возлагалась на начальника команды.
В книге указывались: место и время проведения работ, населённый пункт, номер могилы и её точное расположение, количество и установленные биографические данные погребённых.
При переносе погребения указывалось точное расположение места бывшей могилы, число трупов, извлечённых из неё, и место нового погребения.
При расформировании команды книга сдавалась начальником команды по акту председателю исполкома местного Совета депутатов трудящихся и хранилась в указанном Совете.
Сведения из книги должны были сообщаться в Центральное бюро по персональному учёту потерь личного состава Действующей армии.
Местные органы власти обязывались проявлять заботливое отношение к оформлению могил воинов Красной Армии и гражданского населения: надмогильные холмы обложить дёрном или камнем, посадить деревья или кустарник, сделать ограду, систематически наблюдать за сохранностью мест погребения и поддерживать их внешний вид. На месте каждой могилы обязательно должен устанавливаться опознавательный знак с выжженным или написанным номером могилы.
Однако уже 22 апреля 1942 года, в связи с тем, что местные Советы с поставленной задачей не справлялись, Начальник Главного Управления тыла Красной Армии издал приказ, обязывающий создать специальные команды для погребения трупов бойцов Красной Армии и неприятеля на каждом фронте, в каждой отдельной армии и Московском военном округе. Ответственными за погребение назначались начальники санитарных управлений.
Начальникам команд предписывалось изучать районы боев на местности и по картам, вменялось в обязанности производить выявление и погребение погибших не только на открытых пространствах, но и в лесных массивах. Погребение трупов бойцов Красной Армии производить в строгом соответствии с инструкцией, объявленной в Приказе НКО от 4 апреля 1942 года № 106
].
Кроме того в приказе в буквальном толковании расшифровывался термин «безвозвратные потери в личном составе», и кого к ним относят: военнослужащих погибших во время боевых действий, пропавших на фронте при невыясненных обстоятельствах, умерших от ран на поле боя или в лечебных учреждениях, умерших от болезней, полученных на фронте, или умерших на фронте от других причин, попавшие в плен и не вернувшиеся из него, а также уволенные по ранению или болезни бессрочно, как негодные к военной службе (инвалиды).
Под контролем на самом высоком государственном уровне, находился вопрос безвозвратных потерь в живой силе относящийся к категории  военнослужащих попавших в плен и не вернувшиеся из него. Об этом свидетельствует Приказ НКО (см. Документ №3).
Документ №3
Приказ Народного Комиссара Обороны СССР О предоставлении в Генштаб списков военнослужащих сдавшихся в плен врагу от 26 августа 1941 г. N 0321
В соответствии с приказом Ставки Верховного Главного Командования Красной Армии N 270 от 16 августа 1941 года приказываю:
1. Командирам и комиссарам полков и дивизий совместно с особыми отделами составить к 5 сентября списки, в которые включить, начиная с первого дня военных действий:
а) командиров и политработников, сдавшихся в плен врагу;
б) рядовых и младший начсостав, сдавшихся в плен врагу.
2. Списки составить отдельно на начальствующий состав и отдельно на рядовой и младший начсостав по форме: наименование части, фамилия, имя, отчество, должность, военное звание, место жительства и каким военкоматом призван в РККА, с указанием членов семьи, находящихся на их иждивении (жена, совершеннолетние дети, родители).
Списки представить в Генштаб к 8 сентября и впредь представлять их регулярно к 1 и 15 числу каждого месяца.
Об исполнении настоящего приказа доносить Генштабу еженедельно.
Народный комиссар обороны СССР И. Сталин
Надо заметить, что данный приказ не был подписан  Верховным Главнокомандующим Вооружёнными Силами СССР И. Сталиным. Однако, на полях текста имеется помета заместителя народного комиссара обороны СССР Л. Мехлиса, подтверждающая его подлинность:
«Приказ отредактирован и утверждён тов. Сталиным 26 авг.».
Примечательно, что при редактировании приказа в п.1 И. Сталин зачеркнул фразу «злостных дезертиров, сорвавших с себя знаки различия и во время боя сбежавших в тыл или сдавшихся в плен врагу», оставив слова «командиров и политработников, сдавшихся в плен врагу»;
 Вместо слова «мне» в п. 2. вписал слова «в Генштаб» и «Генштабу».
Свои правки в приказ внёс и Л. Мехлис:
«Проводом по списку телеграфным способом — фронтам, армиям, дивизиям, округам».
Особого внимания заслуживает приказ НКО (см. Документ № 4.) разоблачающий  домыслы о том, что командиры и  кадровые органы умышленно занижали количество потерь на полях войны, боясь попасть в жернова репрессивного механизма государства.
Документ № 4
- Приказ № 0270 от 12 апреля 1942 года «О персональном учёте безвозвратных потерь на фронтах»
Большое количество писем в ЦК ВКП(б) и в Наркомат обороны от граждан, справляющихся о судьбе своих близких родственников на фронтах, свидетельствует, что учет личного состава, в особенности учёт потерь, ведётся в действующей армии совершенно неудовлетворительно.
Многие войсковые части не посылают родственникам погибших установленных извещений, а штабы соединений не высылают своевременно в Центр именных списков погибших.
Это обстоятельство вызывает со стороны населения справедливые нарекания на неполучение исчерпывающих ответов на запросы. По этой же причине затягивается и назначение пенсий семьям погибших.
В результате несвоевременного и неполного представления войсковыми частями списков о потерях получилось большое несоответствие между данными численного и персонального учета потерь. На персональном учёте состоит в настоящее время не более одной трети действительного числа убитых. Данные персонального учета пропавших без вести и попавших в плен еще более далеки от истины.
Все это говорит за то, что со стороны штабов армий и фронтов не установлено должного контроля за учётом и представлением указанных сведений.
В целях упорядочения персонального учета безвозвратных потерь на фронтах, во исполнение п. 5 постановления Государственного Комитета Обороны от 11 марта 1942 года № 1424с —
Приказываю:
1. Командирам полков и других отдельных частей в 15-дневный срок выслать извещения родственникам и в районные военные комиссариаты о всех убитых и умерших, о которых извещения до сих пор не посланы.
В дальнейшем посылать: извещения об убитых и умерших — как только отдан приказ об исключении из списков части, а о без вести пропавших и попавших в плен — по истечение одного месяца со дня исключения из списков части.
2. Штабам армий в 15-дневный срок собрать от штабов соединений и отдельных частей армейского подчинения именные списки на всех убитых, умерших, пропавших без вести и попавших в плен, на которых списки до сих пор в Центр не представлены, и выслать их с нарочным в Центральное бюро учета потерь на фронтах Главупраформа (Москва, ул. Фрунзе, 19).
3. Штабам армий строго следить за своевременностью представления штабами соединений именных списков безвозвратных потерь в Центральное бюро, а военным советам армий ежемесячно 25 числа доносить о результатах проверки в Главное управление формирования и укомплектования войск по телеграфу.
4. Во изменение ст. 12 Положения о персональном учёте потерь установить, что именные списки безвозвратных потерь (убитые, умершие, без вести пропавшие и попавшие в плен) представляются штабами полков в штабы дивизий каждые 5 дней и прикладываются к донесению штаба полка о потерях (форма № 8 «Табели донесений»).
5. Военным советам фронтов донести мне о выполнении настоящего приказа для доклада Народному комиссару обороны товарищу Сталину к 10 мая 1942 года.
6. Приказ передать военным советам фронтов и армий по телеграфу.
Заместитель Народного комиссара обороны армейский комиссар 1 ранга Е. Щаденко ф. 4, оп. 11, д. 70, л. 98—99. Подлинник. Российский государственный военный архив (РГВА), ф.4, оп. 11, д. 70, л. 98-99.
Итак, даже после поверхностного ознакомления с представленными для обозрения официальными свидетельствами становится ясно, что утверждения недоброжелателей о том, что Ставка Верховного Главнокомандования во главе с генералиссимусом И. В. Сталиным не проявляла должной заботы о защитниках Родины и бездумно бросала в бой бесчисленное количество плохо обученных людей, не соответствуют действительности. Эти утверждения – не более чем попытка обесценить факты и представить войну в искажённом свете.
Приведённые выше документы советского государства, а также образцы форм учёта безвозвратных потерь, на наш взгляд, помогут военным историкам будущего восстановить историческую справедливость и установить точную цифру безвозвратных потерь лиц высшего командно-начальствующего состава силовых структур СССР.