Местоимения не слова, а заменители

Местоимения

Не ошибка ли, что в эту главу попали местоимения? Ведь грамматика относит их к знаменательным частям речи, а мы только что обсуждали междометия и собираемся затем обсуждать предлоги и союзы. Но в восприятии широкой публики местоимения, точно так же как и служебные части речи, – не "настоящие" слова.

И основания для этого есть: хотя местоимения склоняются и изменяются по роду и числу, то есть имеют грамматическое значение, они не имеют собственного семантического значения – они ничего не называют, а лишь замещают существительные, прилагательные и другие части речи
104
104. С этой точки зрения они ближе к служебным частям речи – они в большей степени выражают отношения, чем что-либо называют.

Неслучайно местоимения лексически пересекаются с союзами: например, русское что может служить и вопросительным местоимением, и относительным местоимением, играющим роль союзного слова, и полноценным союзом. Сравните:

Что это там под столом? (вопросительное местоимение)

Я не знаю, что с ним случилось. (относительное местоимение)

А ты слышал, что Тарантино снял новый фильм? (союз)

Одно слово, три роли. И ни одной собственной "вещи", которую оно обозначает. Местоимения — это как театральные актёры, которые могут сыграть кого угодно, но сами по себе — никто.

Список Сводеша и иллюзия стабильности

Казалось бы, местоимения принадлежат к самому стабильному словарному набору языка. Их даже включают в так называемый базовый список Сводеша – список основной лексики, которая, как считается в сравнительно-историческом языкознании, меняется медленнее всего и потому может служить основой для определения времени расхождения языков от общего предка.

Надёжность этого метода датировки эволюции языков небесспорна, и не все лингвисты его признают, впрочем, уделять место дискуссиям здесь не станем, поскольку книга не об этом. Но в случае с местоимениями интуитивно кажется очевидным, что они мало подвержены изменениям – как будто бы нет причин заимствовать слова, обозначающие "он", "мы" или "что-то".

И тем не менее заимствования местоимений происходят!


 They: как скандинавы помогли англичанам не путаться

И два из них известны любому читателю, который хотя бы начинал учить в школе английский. Это личное местоимение they "они" (в косвенном падеже them) и притяжательное their "их".

В древнеанглийском языке их функции выполняли другие слова – h;e и heora. Дательный падеж от h;e звучал как him, что, наверное, вызывало путаницу, потому что местоимение единственного числа "ему" в древнеанглийском, как и в современном английском, тоже имело вид him. Пойми-ка тут, имеется в виду один человек или много!

А нынешние формы местоимений – скандинавского происхождения и попали в английский язык в эпоху викингов, с которыми у англосаксов были тесные и напряжённые отношения в IX–XI вв. (одно время на английском престоле даже сидел датский король Кнуд Могучий). Благодаря заимствованным местоимениям англичане удачно сумели развести единственное и множественное число в третьем лице.

Представьте себе: викинги приплыли, пограбили, поторговали, а заодно подарили англичанам местоимение they. И теперь, когда англичанин говорит "They are coming", он, сам того не зная, говорит по-древнескандинавски. Английский язык, который считается образцом "чистоты" в глазах некоторых пуристов, на самом деле в своей основе содержит скандинавское местоимение. Ирония судьбы.



Английский не одинок: местоимения-заимствования в других языках

Английский – не единственный язык, где имеются заимствованные местоимения.

В языке южноамериканских индейцев мискито личные местоимения "я" и "ты" (ya; и man соответственно) пришли из родственного языка сумо
105
105. Индейцы обменялись местоимениями, как карточками, и теперь не могут вспомнить, чьи были изначально.

В языки финно-угорских народов России – мордвы, хантов, манси, вепсов – попали русские определительные местоимения каждый (причём в просторечной форме кажный) и всякий
106
106. Представьте себе: где-то в тайге хант говорит "кажный" и не знает, что это русское слово, которое когда-то пришло к его предкам через торговлю пушниной.

В корейском языке местоимение ; (na) "я" – исконное, а вот вежливое ; (je) – это, возможно, заимствование из китайского. Корейцы, которые говорят чо, думают, что вежливо выражаются по-корейски. А на самом деле они говорят по-китайски с корейским акцентом.

В японском языке местоимение ; (kare) "он" – это заимствование из китайского. До этого японцы обходились без отдельного местоимения для третьего лица. Пришлось заимствовать, когда понадобилось переводить европейские тексты. Так китайское слово стало японским местоимением, и теперь японцы не знают, что когда-то у них он был китайцем.


Русские тоже заимствовали: етеръ и другие

И, как ни странно, самим русским тоже не всегда было чуждо заимствование местоимений: в церковнославянском, а следовательно, и в книжном древнерусском было неопределённое местоимение етеръ "некий", из греческого ;;;;;; (heteros) "иной, другой".

Да-да, то самое heteros, от которого происходит русское гетеросексуал. В древнерусском языке книжники говорили етеръ человек — "некий человек". И никто не думал, что это греческое слово. Оно стало своим. Потом, правда, исчезло, уступив место исконному некий. Но след остался. Так что русский язык тоже когда-то заимствовал местоимение. И ничего, выжил.



Камбот и ятмуль: как "ты" стало "я", а "я" — "ты"

Совершенно причудливый казус произошёл с папуасским языком камбот, который усвоил личные местоимения "я" и "ты" из принадлежащего к другой семье языка ятмуль. Причём ятмульское местоимение "я" в камботском получило значение "ты", а "ты" – "я"
107
107.

И чтобы окончательно всё запутать – ятмульское "ты", ставшее "я" в камботском, – изначально женского рода (мы привыкли, что в европейских языках второе лицо местоимений не имеет рода, но в других языках местоимения могут различаться по родам и во втором лице).

Как такое могло случиться? Невольно представляется сцена из классического черно-белого "Тарзана" 1932 г., где на 42-й минуте Джейн пытается объяснить Тарзану смысл местоимений "ты" и "я". Она указывает на него и говорит "ты", а он радостно повторяет – указывает на себя и тоже говорит "ты". Может быть, в обмене местоимениями сыграли роль смешанные браки, в которых жених не понимал языка невесты и наоборот? Или какой-то папуас, изучая язык соседей, перепутал, кто на кого показывает? В результате языки поменялись местоимениями, как перчатками, и теперь никто не знает, кто есть кто.

Впрочем, существует и альтернативная гипотеза, согласно которой эти местоимения не были заимствованы, а изначально присутствовали в каждой из языковых семей. Но где тут интерес? А вот история про "ты" и "я", которые поменялись ролями, — это уже сюжет для комедии. Представьте себе: папуас приходит к соседям и говорит: "Ты есть я?" А ему отвечают: "Нет, я есть ты!" И никто не понимает, кто кого имеет в виду.


Тайский язык: открытая система и английские местоимения

Ещё любопытнее дело обстоит с языками Юго-Восточной Азии, которым свойственна так называемая открытая система личных местоимений.

В европейских языках, привычных нам, набор личных местоимений очень небольшой и постоянный. В большинстве случаев мы можем назвать себя только "я", а собеседника – только "ты" или "вы", и никак иначе. Это как униформа: все носят одинаковую, только размер разный.

Но в языках Юго-Восточной Азии, таких как тайский, личных местоимений существует множество, они отражают тонкости социальной иерархии, и их арсенал нередко пополняется из запаса существительных. Как альтернатива могут использоваться и заимствования: так, по свидетельству Кристофера Корта, тайские дети используют в общении между собой китайские личные местоимения; взрослые тайцы могут использовать английские местоимения, чтобы избежать неуместных коннотаций социальной и возрастной иерархии, которой нагружены местоимения в тайском
108
108.

Представьте себе: тайский подросток хочет обратиться к другу без намёка на то, кто старше, кто младше, кто из какой семьи. Он не хочет выбирать между десятком тайских местоимений, каждое из которых что-то означает. И он просто говорит "you". По-английски. И все его понимают. Английское местоимение становится нейтральным, безопасным, "вне иерархии". Так английский язык вмешивается в тайскую социальную структуру через одно маленькое слово.


Английский в тайском: эскапизм через заимствование

В связи с этим лингвисты даже поднимают вопрос: не является ли наше представление, что местоимения – наиболее стабильная часть словаря, всего лишь стереотипом, который продиктован особенностями индоевропейских языков
109
109. Если так, то это существенно осложняет работу глоттохронологии, пытающейся датировать расхождения языков других семей.

То есть мы, индоевропейцы, сидим в своей системе, где я — это я, ты — это ты, и думаем, что так у всех. А в Юго-Восточной Азии местоимения меняются как перчатки, заимствуются из китайского, из английского, из чего угодно, потому что они не "слова", а "маркеры отношений". И если отношения меняются, меняются и местоимения.



Японские местоимения: откровенная система

В японском языке, кстати, тоже богатая система местоимений. Только для "я" существует несколько вариантов:

Watashi — нейтральное, вежливое.

Boku — мужское, неформальное (мальчики говорят).

Ore — грубоватое, мужское (мужчины между собой).

Atashi — женское, неформальное.

Ware — архаичное, пафосное.

И все это — я. А ты — ещё больше вариантов, от вежливого anata до грубого omae и дружеского kimi. Японцы выбирают местоимение в зависимости от того, с кем говорят. И если они хотят уйти от этой сложности, они могут вообще не использовать местоимение — в японском это допустимо. Но заимствовать английское you они не стали — у них своя сложность, и они с ней живут.



Что мы узнали о местоимениях-путешественниках

Итак, даже местоимения, эти, казалось бы, самые устойчивые и "свои" слова, могут быть заимствованы:

Английское they пришло от скандинавских викингов, чтобы не путать "их" с "ему".

Мискито взяли "я" и "ты" у соседнего языка.

Финно-угорские народы взяли у русских каждый и всякий.

Древнерусские книжники взяли у греков етеръ.

Папуасские языки поменялись "я" и "ты" с переворотом на 180 градусов.

Тайские подростки используют английское you, чтобы не мучиться с социальной иерархией.

И всё это — заимствования местоимений. Той самой части речи, которая, по мнению лингвистов XIX века, должна быть самой стабильной. Но языки, как люди, не любят стабильность. Они любят обмениваться, путаться, заимствовать и переосмыслять. Даже я может стать ты, если кто-то неправильно покажет пальцем.

Так что когда в следующий раз скажете they, вспомните: вы говорите по-древнескандинавски. А когда скажете что в значении "который" — вы используете слово, которое когда-то было вопросительным местоимением, а стало союзом. А когда услышите в тайском фильме you — знайте, что тайский подросток просто не хочет решать, кто из них старше. И это нормально. Потому что языки — это не музейные экспонаты. Это живые системы, которые меняются, заимствуют и иногда меняют местами "я" и "ты". И, как видите, даже это пережить можно.