Вроде как рассказ, вроде как ужасов

Мокрая сосновая ветвь наклонилась под натиском крепкой руки, и на брусчатку из леса вышли двое мужчин.

— Вот он, этот особняк, — высокий черноволосый мужчина кивнул на, стоявшее на вершине холма, здание, площадью с два футбольных поля.

— Тааак и есть, — любил растягивать гласные пепельный блондин с лицом юноши и взглядом старика.

— Серый, готический, не освещён. Осталось только, чтобы молния ударила в крышу — тогда все поймут, что это логово злодея.

В крышу особняка ударила молния.

— Идём! — пепельный блондин вяло провёл по лицу рукой, вытирая капли ливня. Его серый плащ прекрасно защищал от влаги тело, но он не имел капюшона, оставляя голову и лицо пребывать во влажном холоде.

— Ну конечно, — черноволосый мужчина поправил свой чёрный плащ, у которого тоже не было капюшона, — мы попрёмся туда только потому, что ты так сказал! Мотивацию-то нам не прописали. Хоть бы у кого-то из нас жену там держали в плену или ещё какого-нибудь родственника, это хоть и жуткое клише, но хоть какая-то мотивация. Всё равно лучше, чем ничего!

— Хозяин этого особняка — мой отец. Он ставит опасные опыты над людьми, а я, как его сын, обязан его остановить: дети должны исправлять ошибки родителей! — мужчина в сером плаще хмуро посмотрел на собеседника.

— Ты это сейчас серьёзно или врёшь? — не доверяя напарнику, мужчина в чёрном плаще прищурился, смотря прямо тому в глаза, однако ночью и в грозу мало что видно.

— А вот думай теперь, гадай. Тебе нужна была мотивация — я дал тебе мотивацию. Я пытаюсь исправить ошибки отца, а ты, как верный друг, мне в этом помогаешь. Тоже не самый оригинальный ход, но не так заезжено, как похищение жены, — не дожидаясь ответа, он пошёл к особняку своего предка.

— А, ну, конечно, давай всю работу за автора будем делать: вместо него мотивацию сами себе придумаем, характер злодея пропишем. Можем ещё корчить из себя необразованных людей, чтобы автор мог не соблюдать правила орфографии и потом говорить, что так оно и было задумано, для достижения специального эффекта! — гневно всплёскивая руками, он пошёл следом за напарником.

— Не подавай ему глупых идей. Хватит и так клишированного особняка, и того, что мы идём в него ночью в грозу, поскольку он не смог придумать другого способа достижения пугающей атмосферы. Вот смотри, сейчас пойдёт несколько абзацев о том, какое чёрное небо, какие устрашающие раскаты грома, и таинственные покачивающиеся на ветру кусты, — мужчина в сером плаще продолжал бодро вышагивать к дому.

Чёрные грозовые тучи затянули всё небо, едва пропуская скромный лунный свет. В серых едва различимых лужах искажалось пространство: всё то немногое, что они могли отражать, они показывали мерзким отталкивающим и пугающим. Под навалом дождя, кусты шелестели, шепча угрожающие предостережения; качались, словно пытались переместиться; сверкали, будто лезвиями ножа, мокрыми листьями, попавшими под тонкий лунный свет.

— Переоценил ты его: не хватило автора на два абзаца описаний — едва одним обошёлся, да и то небольшим, — мужчина в чёрном плаще аккуратно ступил на крыльцо особняка, глядя в спину, вставшему возле двери, напарнику.

— Пууусть так. Нам с тобой больше места на страницах рассказа останется, — пепельный блондин приоткрыл дверь и протиснулся внутрь, осторожно осматриваясь.

— И то верно: рассказ небольшой — нечего его забивать долгими описаниями, — мужчина в чёрном плаще широко распахнул дверь и ворвался в особняк, вертя головой по сторонам в ожидании нападения.

Раздражённо поморщившись громкому поведению компаньона, пепельный блондин размеренно пошёл в правое крыло особняка, глядя строго перед собой, будто был здесь прежде:

— Не стоит так шуметь: тех, с кем нам предстоит тут сразиться, врасплох не застать. Шумом ты только наводишь ненужной суеты.

Сверкнула молния. Коридоры на мгновение озарились серебристым светом. Раздался гром. Его трещащая канонада безжалостно ударила по окнам, заставив их дрожать и звенеть.

— А что, сопротивления никакого не будет? Никакой охраны особняка? Мы вот так вот просто войдём? — черноволосый мужчина в таком же чёрном плаще растерянно стоял в центре холла и, разведя руки, пожимал плечами.

— Экшен сцены припасены на потом, — пепельный блондин подошёл к массивной стальной двери, закрытой на кодовый замок.

— Вообще, произведения лучше начинать с действия, чтобы сразу завлечь читателя. Автор-то неопытный, — самодовольно улыбнувшись, мужчина в чёрном плаще пошёл в правый коридор, собираясь выбить металлическую преграду.

— Какой есть, — не раздумывая ни секунды, пепельный блондин ввёл четыре цифры в кодовый замок, и дверь открылась.

— Так ты знал код! Всё-таки ты бывал здесь прежде! Мы, правда, идём сразиться с твоим отцом! — Улыбка переросла в дружеский смех.

— Нееет. Код написан на стене. Я увидел его и ввёл. Автор просто забыл об этом написать, — он хмуро кивнул на участок стены напротив себя.

Мужчина в чёрном плаще посмотрел в указанную точку и увидел четыре цифры написанные белым мелом:

— Вот же халтурщик! Не мог нормально сцену написать. А ещё лучше, какую-нибудь головоломку придумать, чтобы решив её, мы узнали код. Охраны нет; код написан едва ли не напротив двери; как-то это всё нелогично, — мужчина в чёрном плаще схватился за голову, крепко жмурясь.

— Чем больше ты задаёшь умных вопросов, тем хуже выйдет рассказ. Прекрати это делать! Ты же хочешь, чтобы люди дочитали нашу историю? — пепельный блондин скрестил руки на груди, немного отрешённо взирая на собеседника.

— Конечно, хочу! Но, если честно, меня не особо радует быть героем всего лишь рассказа: мелковато это для меня. Я чувствую, что создан для большего. Я рождён, чтобы быть героем романа. Даже целого цикла романов: книг на восемь, не меньше. И каждая на семьсот страниц минимум, — приложив правую руку к левой груди, он поднял голову, уводя взгляд почти в потолок, и выпрямился, словно на параде, принимая до нелепого горделивый вид.

— Радуемся тому, что есть, — холодно приняв речи напарника, пепельный блондин посмотрел на уводившую вниз и в глухой мрак лестницу. Поводив взором по сторонам, он залез левой рукой под плащ и достал оттуда факел. Затем правой извлёк из бокового кармана зажигалку.

Короткий всполох бензиновой зажигалки, и факел загорелся, давая не только свет, но и обжигающее руку тепло.

— Меня больше беспокоит то, что произведение достигло середины, а нас так и не представили. Неужели читатели весь рассказ будут отличать нас только по цвету волос и плащей? — хмуро взирая на огонь факела, мужчина в чёрном плаще скривил губы, собирая их в морщинистую волну.

— Что тебе мешает назвать своё имя прямо сейчас, без всяких причин? — слегка пригнувшись, пепельный блондин шагнул на лестницу, вытягивая руку с факелом вперёд.

— То, что этот писатель не придумал нам имена, перед тем как начать писать рассказ! — раздражённо шмыгнув носом, мужчина в чёрном плаще тоже пригнулся и пошёл следом за напарником.

— Возьми и придумай себе имя. Из-за дня рождения отца автор взял перерыв в написании нашего рассказа на сутки. Быть может, он придумал нам имена, — всё ещё всматриваясь в темноту перед собой и щурясь от слепящего пламени факела, пепельный блондин уверенно спускался, точно попадая на ступени.

— Абрум. Чёрт побери, и это моё имя?! — мужчина в чёрном плаще раздражённо дёрнул головой, едва не поскользнувшись от этого: в отличие от напарника, он не шёл во тьму столь чётко и бодро.

— Дааа, недалеко в словарь заглянул… — Оставив за спиной последнюю ступень, пепельный блондин ускорил шаг, чтобы быстрей пройти сквозь сырой зелёный ото мха каменный неосвещённый коридор.

— Слушай, а почему ты светишь факелом? Это же неудобно и неэффективно. Давай, я достану телефон и посвечу им! — он положил руку на плечо приятелю, словно собирался забрать факел у него прямо сейчас.

— Нет. Нам нужно нагнать таинственную атмосферу ужаса, таящегося во тьме. Страшно не то, что ужасно выглядит. Страшно то, что сложно разглядеть. Сейчас узнаешь, — услышав шаги впереди, пепельный блондин замедлился. Поднеся факел поближе к себе и затаив дыхание, он аккуратно зашагал вперёд.

Шаги впереди усилились.

Шлёпанье босых ног по мелким лужам приближалось.

Факел практически ничего не освещал: лишь давал скудный кроваво-красный отблеск на зелёные стены, пожираемые мраком.

Мрачный затхлый коридор сузился, словно затягивал путников, подобно пасти гигантского кита.

Пламя факела тревожно заколыхалось.

Пепельный блондин медленно повёл факел слева на право, держа его близко к лицу. Огонь его слепил. Казалось, что проще научиться видеть в темноте, чем что-то разглядеть при помощи этого, трепыхающегося всё сильней с каждым мгновением, пламени. Но это лишь иллюзия, — лучше такой свет, чем никакого.

Во мраке показались очертания человеческого силуэта, столь нечёткого, что не понятно, действительно ли там кто-то есть, или это воображение рисует пугающие картины, поддавшись давлению неприглядного антуража.

Пепельный блондин вытянул факел вперёд…

Серое иссохшее облезлое лицо возникло из сгустка тьмы, разогнанного светом. Выпученные глаза, едва держащиеся в глазницах; синие ободранные губы; редкие седые волосы; текущая из носа и ушей тёмно-фиолетовая гниль, — всё говорило о том, что это тело давно умершего человека. И оно застучало зубами, затрясло руками и хрипло взвыло, бросившись на живых, потревоживших его.

Мужчина в сером плаще попытался факелом удержать наваливающегося на него мертвеца. Но зомби наседал, ничуть не страшась почти угасшего пламени. Вурдалак кряхтел, размахивал руками и клацал зубами, пытаясь дотянуться до горла человека.
Едва не разрывая всем присутствующим барабанные перепонки, в этом узком, словно вокзальный туалет, коридоре раздались пистолетные выстрелы. Мужчина в чёрном плаще (которого я принципиально не буду называть по имени) выхватил оба своих пистолета и выпустил полдюжины пуль в зомби.

Тело ходячего мертвеца упало. Огонь факела погас.

— Теперь-то я могу достать телефон и включить на нём фонарик? — мужчина в чёрном плаще убрал пистолет в левой руке в кобуру на поясе. Правой же, всё ещё держа пистолет, вытер кончик носа, на котором проступили капельки пота.

— Думаю, тьма сделала своё дело: нагнала пугающей атмосферы и создала жуткую встречу с первым зомби. Темнота больше не нужна. Можешь наугад ткнуть рукой в стену, и там появиться выключатель, — пепельный блондин замер, боясь, при любом движении споткнуться о тело, которое скрывал мрак.

Послушав напарника, мужчина в чёрном плаще (пусть и дальше бесится, что я не называю его имя) ткнул дулом пистолета в стену. По счастливой случайности (ага, как же) в том месте оказался выключатель; лёгкий, но противный звук щелчка, и коридор озарился светом двух десятков ламп, подвешенных к потолку через каждые два метра.

— И правда, появился выключатель, — брюнет медленно вертел головой, осматривая потолок. — Какой же халтурный сценарий. Писателю надо руки вырвать за такое. Хотя… он тогда ногами писать научиться, и будет ещё хуже.

(Сам пусть себе руки вырвет!)

Пользуясь появлением долгожданного нормального освещения, блондин осмотрел себя на предмет ранений и свой серый плащ на наличие дыр, — всё обошлось: на плаще не было повреждений, а на теле тем более. После этого он посмотрел на зомби:

— Все выстрелы в голову, нееевероятно! И это при плохом освещении. Молодец!
Будто обидевшись, что хвала идёт не ему, мертвец поднялся, игнорируя все ново возникшие дыры в голове.

— Чего он не умер-то?! — вытаращив глаза и вжав плечи, мужчина в чёрном плаще указал на мертвеца пистолетом, нервно посматривая то на врага, то на товарища.

— Он и так уже мёртв. Причём, давно. Что тебе ещё от него нужно? — выражаясь в несколько издевательской манере, пепельный блондин мельком глянул на друга, большую часть внимания оставляя на поднимающемся зомби.

— Нужно, чтобы он лежал неподвижно, как все нормальные мертвецы; как все, кому попадает шесть пуль в голову, — сгибаясь и суетясь, он кричал напарнику, всё ещё беспардонно указывая дулом оружия на зомби.

— Его не смогли заставить лежать в могиле ни пятьдесят лет усердной работы на заводе, ни многочисленные простуды и прочие заболевания, ни ипотека с кредитами на машину и бытовую технику, ни даже два брака и трое детей, для достойной жизни и высшего образования которых нужно было из кожи вон лезть. Ты, правда, думаешь, что его заставят успокоиться всего каких-то несколько пуль? Он девяносто лет прожил, всем мировым правительствам назло, что ему твои пули! — даже несмотря на то, что шутил он сам, пепельный блондин не выдал из себя ни малейшего признака на улыбку.

— Дверь, — мужчина в чёрном плаще указал пистолетом на ржавую дверь чуть впереди в правой стене коридора, — давай, туда.

Ему до этой двери метр; его товарищу два; зомби три — так что живые успели забежать внутрь неизвестной им комнаты и закрыть за собой дверь прямо перед носом блуждающего вурдалака.

Оба мужчины прижались к железной двери спиной, на случай, если преследователь будет ломиться, пытаясь достать жертв любой ценой.

— Зомби, которого нельзя убить даже попаданием в голову, это нечастое явление в кино и литературе, хотя и не редкое. Есть идеи, как поступить дальше? — брюнет смотрел на блондина, тараторя из-за нервозности.

— В этом кабинете есть и другая дверь, пойдём через неё, — мужчина в сером плаще кивнул на расположенную в левой от них стене деревянную коричневую дверь. Её едва видно за широкими белыми столами, полных пробирок и колб.

— Уверен, что из-за этого решения, читатели посчитают нас идиотами, — всё сильнее прижимаясь к двери, он недоверчиво скользнул взором по лицу напарника.

— Нет, они назовут нас храбрецами, потому что мы пойдём вперёд, несмотря на опасность, — пепельный блондин гадал, что же их ждёт дальше, всматриваясь в деревянную дверь вдали.

— А вот и нет: они решат, мы глупцы, из-за того, что не сбежали отсюда, а пошли дальше. Ты их спроси, а они тебе в комментариях ответят, — в дверь начали ломиться, и брюнет развернулся к ней лицом, придерживая её руками.

— Смысл читателей спрашивать? Всё равно прочитать комментарии не смогу, — пепельный блондин отошёл от двери, тоже повернувшись к ней лицом. Полный решимости он смотрел на дверь, словно намеревался открыть её и схлестнуться с ломящимся зомби врукопашную.

— Ладно, пойдём дальше. Но что, если там ещё дюжина таких или сотня? Чем мы отбиваться будем? Мои пистолеты их не берут, — расставив руки шире, мужчина в чёрном плаще всё сильней упирался в дверь, трясущуюся после каждого удара мертвеца.

— Снесёёём им голову!

— Из чего?

— У меня есть дробовик, — пепельный блондин указал большим пальцем правой руки на торчащий из-за спины приклад. — Он должен справиться с такой задачей: двенадцатый калибр, это не шутки.

— У тебя всё это время был дробовик?! Что-то я его не видел до этого, — мужчина в чёрном плаще отошёл от двери и, удивлённо разведя руки в стороны, хмуро посмотрел на напарника.

— Автор забыл прописать, что он у меня есть, а переписывать с начала ему лень.

(Не верьте ему: ничего я не забыл!)

— Ох, и угораздило же меня стать героем такой наспех слепленной истории, — брюнет треснул себе по лицу ладонью и замотал головой.

Дверь за его спиной с каменным грохотом и металлическим скрежетом отварилась, и в комнату ввалился зомби.

Не думая ни секунды, мужчина в сером плаще достал дробовик, перекинув лямку через голову, и приблизился к мертвецу. Подойдя на расстояние вытянутой руки, он вставил дуло в рот зомби и нажал на спусковой крючок.

Куски гнилой плоти вылетели в коридор. Вонь гнили и плесени усилилась в сотню раз. Зазвенели колбы и пробирки, поймав звуковую волну выстрела. Лишившись большей части головы, мертвец упал, оказавшись незначительной верхней частью тела в коридоре, а нижней в комнате.

— Ого! — посмотрев на распростёртое тело вурдалака, мужчина в чёрном плаще уважительно закивал, не думая прятать своё восхищение. — А твой дробовик, — серьёзный аргумент. А мне автор выделил бесполезные пистолеты.

Мерзкий хруст суставов, противный звук трения дряблой кожи о камни, — зомби снова поднимался.

— Да как он встаёт?! У него же уже головы почти нет! — брюнет указал на врага.

— Что ж, видимо, даже мой дробовик не аргумент. Тут тело надо целиком уничтожать. Для такого огнемёт нужен, — передёрнув затвор помпового ружья, пепельный блондин сжал губы в кольцо и плотно свёл брови, смотря на противника.

— Отличная идея! И почему мы не взяли с собой огнемёт, скажи-ка мне на милость? — брюнет резко отскочил от начавшего ходить зомби.

— Потому что она пришла в голову автору только сейчас, а мы теперь мучайся. Пошли отсюда! — Схватив напарника за рукав, он потащил его за собой к деревянной двери. Открыв её ударом ноги, мужчина в сером плаще вволок товарища в комнату, и только после этого отпустил. Крепко сжав дробовик, он захлопнул дверь и начал осматривать комнату.

В ней стояли шкафы, полки которых ломились от банок, где хранились в густом растворе органы и эмбрионы разных животных. В стене слева, в дальней её части, находилась очередная красная металлическая дверь, ведущая обратно в коридор, — других выходов отсюда не было.

— Что теперь будем делать? — вертясь и нервно оглядываясь по сторонам, мужчина в чёрном плаще достал оба пистолета, словно собирался в гневе палить по банкам.

— Идём дальше, в лабораторию: только там мы сможем всё это прекратить, — сохраняя спокойствие, мужчина в сером плаще начал перезаряжать дробовик.

— А если нам на пути встретятся ещё зомби, что мы с ними будем делать? Мы же их даже убить не можем, — быстро вернув себе спокойствие, мужчина в чёрном плаще подошёл к железной двери и прислушался, прикладываясь ухом к металлу.

— Зато остановить можем: выстрелов из твоих пистолетов и моего дробовика хватает, чтобы на несколько секунд лишить этих мертвецов возможности двигаться. Этого нам будет достаточно, чтобы пройти мимо них, — крепко взяв дробовик в руки, пепельный блондин тоже подошёл к железной двери и открыл её мощным ударом ноги.

В коридоре уже была дюжина или две дюжины, а может даже три десятка слонявшихся мертвецов.

— Вот чёрт! — выйдя в коридор и увидев толпу зомби, брюнет с пистолетами высоко поднял брови, взирая на происходящее большими округлившимися глазами. — Этот гад своими воплями всех сюда созвал.

— Что поделать. Прорываемся с боем! — пепельный блондин навёлся на ближайшего вурдалака и разрядил в него дробь.

Мертвец упал.

Все остальные зомби воспряли духом (или тем, что у них осталось от души) и побежали на живых; сами не зная, что же их толкает впиваться в плоть живых (уж точно не голод).

Мужчина в сером плаще принялся палить из дробовика с утроенной скоростью.
Брюнет же начал стрелять с обеих рук, нашпиговывая пистолетными пулями головы мчавшихся на него мертвецов.

В голове звенело от многократно отражавшегося от стен эха выстрелов. Запах гнили и мертвечины усиливался с каждой простреленной головой зомби. Куски полусгнивших тел оседали на влажных покрытых мхом и плесенью стенах.

Под гул, шум, вопли и меткие выстрелы двое мужчин в плащах продвигались по коридору к высокой двустворчатой двери в конце. Всего три десятка метров требовалось им пройти, — расстояние, которое и пятилетний ребёнок преодолеет за минуту, но необходимость пробиваться с боем заставила потратить дюжину минут на достижение цели.

Закрыв за собой дверь, двое мужчин оказались в ярко освещённой белой комнате, площадью с регбийное поле.

Всё помещение, словно свалка барахольщика, изнывало от огромного количества столов, шкафов, тумб, заваленных книгами, пробирками, колбами, микроскопами и другими приборами. В центре, будто сцена для грядущего спектакля, стоял стальной решётчатый постамент, на котором среди особо ценных и сложных устройств ходил старый наполовину лысый седовласый мужчина в белом халате и нелепых круглых очках.

— Всё кончено, старик! Мы с твоим сыном пришли сюда, чтобы тебя остановить! — убрав один пистолет в кобру за спиной, мужчина в чёрном плаще пошёл вперёд, нагло указывая пальцем на старика.

— С каким ещё сыном?!! — старик в халате сконфуженно посмотрел на визитёров. — У меня ни с кем в жизни никогда половой близости не было. Чего думаешь, я в суперзлодеи пошёл?

— Так ты мне соврал?! — брюнет повернулся к напарнику и закричал на него, сгибаясь и хлопая себя по бёдрам. — Он не твой отец!

— Ты сам ныл, что у нас нет мотивации, идти сюда, вот я её тебе и дааал, — всё ещё сохраняя хладнокровие, пепельный блондин пошёл к постаменту, заряжая дробовик.

— Я ждал, когда придёт кто-то, кто сможет оценить всё величие… — старик вскинул руки, направляя взор в потолок и принимая пафосную позу театрала.

— Подожди, дед! — брюнет выставил левый указательный палец вверх и отвёл левую руку в сторону между собой и стариком, останавливая, таким образом, речь оппонента. — Мы поняли, ты очень злой и хочешь уничтожить мир. Сейчас будешь задвигать свой злодейский монолог. Дай нам сперва разобраться. — Он резко перевёл всё своё внимание на напарника. — Ты рака-то за камень не заводи. Сказал, не сказал. Ты мне соврал! Неслыханная дерзость для второстепенного персонажа!

— Это я-то второстепенный персонаж?!! — Впервые хладнокровие отказало пепельному блондину. — Да всем очевидно, что я главный герой!

— Ты главный герой?! Да не смеши меня, ты ни одной реплики стоящей не сказал! Я на себе тащу всё произведение!

— Да вы обалдели оба?!! — Нервы у старика не выдержали, и он закричал громче, чем оба молодых человека вместе взятые. — Вы зачем припёрлись в мою лабораторию, споры свои вести или мне противостоять?! Ваша художественная цель прекратить мой план по уничтожению мира. Вот и останавливайте меня! Только не ждите, что я начну вам рассказывать, в чём заключался мой коварный злодейский план, потому что автор мне никакого плана и не придумал. Обойдёмся без злодейских монологов.

Старик достал из кармана халата пробирку и начал пить её содержимое.

— И что, мы вот так и будем стоять, да смотреть, как он пьёт свою псевдонаучную бодягу? Он же сейчас превратится в монстра, которого мы не будем знать, как убить. Давай пристрелим его сейчас, пока он человек, — мужчина в чёрном плаще смотрел на старика, брезгливо морщась.

— Нет, это не по законам жанра. Пусть выпивает, а потом мы будем героически сражаться, чтобы накал произведения был выше, — пепельный блондин закинул дробовик на плечо, устало выдыхая.

— А, ну понятно. Ждём, — мужчина в чёрном плаще посмотрел на часы, нетерпеливо постукивая ногой. — Дед, а ты можешь пить быстрей? Не люблю ждать.
Старик попытался уважить просьбу врага, из-за чего пролил несколько капель, но большая часть вещества всё же ушла в него.

— Эх, отличный вышел лимонад! — старик отбросил пробирку и бодро вздохнул. — Простите, в горле пересохло от криков. А теперь пришло время превращаться в монстра.

Старик достал ещё одну пробирку и принялся пить из неё.

— Да вы издеваетесь?! Опять ждать?! — мужчина в чёрном плаще запрокинул голову, выкрикивая негодования в потолок.

— Прооосто вдохни и выдохни. Что ты такой нетерпеливый? — пепельный блондин скрестил руки на груди, придерживая между ними дробовик.

Старик откинул пустую пробирку и зарычал, как тигр, пытающийся прогнать чужаков со своей территории. Его тело расширялось, багровело и бурлило. Склеры покрылись многочисленными капиллярами и почти полностью стали красными. Под кожей, словно кто-то светил фонариком: она просвечивалась; видны вены, кости и какие-то пузыри, блуждающие по всему телу.

Учёный превратился в бесформенную субстанцию, габаритами с грузовик. Ног у этой несуразной кучи мышц и кожи не было, зато имелось целых четыре руки.

— А как так вышло, что шестидесятикилограммовый человек превратился в трёхтонную глыбу? Откуда он взял массу для подобной трансформации? — не спеша хвататься за пистолеты, мужчин в чёрном плаще хмуро смотрел на врага, наклоняя голову то на один бок, то на другой.

— Давай сперва его убьём, а потом будем разглядывать, и задаваться вопросами, — пепельный блондин навёл ружьё на чудище и дал пару залпов дроби.

Словно резиновая, рука монстра вытянулась, и двухметровый кулак ударил туда, где стояло двое мужчин в плащах. Они отпрыгнули в разные стороны, а кулак врезался в бетонный пол, оставив полуметровую паутинку трещин.

Мужчина в чёрном плаще выхватил второй пистолет и с обоих выпалил очередь прямо в глаза мутанту, — пули не возымели никакого эффекта.

— И что теперь делать? Наше оружие его не берёт, — бегая вокруг чудовища и стреляя в него, брюнет кричал напарнику в другом конце лаборатории.

— Согласно жанровым условностям, в каждой лаборатории должна быть система самоуничтожения. Найди большую красную кнопку и нажми её. А я пока отвлеку нашего профессора, — пепельный блондин ещё несколько раз выстрелил, приближаясь к врагу. Монстр ответил одновременным ударом наотмашь сразу двух рук. Пепельный блондин смог отклониться от этой атаки только резвым прыжком в бок.

Несколько столов полетело в стену, с треском об неё разбившись.

— Ещё одна глупая жанровая условность: зачем делать систему самоуничтожения, это же, как жить на пороховой бочке. В любой момент у этой системы что-нибудь коротнёт, и всё само взлетит на воздух прямо с тобой. Бред какой-то, — подбежав к огромной панели управления, мужчина в чёрном плаще разглядывал многочисленные рычаги, кнопки и сенсорные панели.

— Ты там не умничай, а кнопку ищи! — уклонившись от ещё одного удара, пепельный блондин дважды выстрелил в руку монстру и начал перезаряжать дробовик.

— Уже нашёл! — он нажал на большую, как апельсин, красную кнопку, и на огромном, словно простыня, экране загорелся красный таймер обратного отсчёта. — У нас есть пятнадцать минут, чтобы убраться отсюда.

— Тогда не будем медлить, — перезарядив дробовик, пепельный блондин попятился к двери, стреляя по тянущимся к нему рукам монстра.

Разряжая пистолеты короткими очередями в чудовище, мужчина в чёрном плаще тоже мчался к двери, где его уже ждал напарник.

Они выскочили в коридор одновременно.

Все зомби там уже вновь восстали, готовые к новой порции драки.

Двустворчатую дверь лаборатории же вынесло ударом двухметрового кулака. Дуэт искателей приключений оказался зажат между огромным мутантом и несколькими десятками зомби. Но мертвецов впереди хотя бы сбивали с ног выстрелы, в отличие от чудовища позади.

Открыв беспорядочную стрельбу, двое мужчин галопом продвигались вперёд, сбрасывая с себя цеплявшихся к ним мертвецов.

Некоторые зомби напали на мутанта, едва протиснувшегося в коридор. Чудовище рычало, выло и грохотало, упираясь боками в стены коридора.

Мужчины в плащах уходили от него всё дальше, бодро отстреливаясь от ковыляющих вурдалаков.

— А вот и лестница наверх! В этот раз не придётся зажигать факел, чтобы по ней пройтись, — развернувшись на сто восемьдесят градусов, мужчина в чёрном плаще щедро выпалил оставшиеся патроны в пистолетах в ближайших противников, а после полез в карманы за полными магазинами.

— Что ты там возишься? Давай быстрей! — пепельный блондин открыл дверь и выбежал на первый этаж, где в окна вяло вползал загорающийся рассвет.

— Тут я уже, — на ходу дозаряжая пистолеты, брюнет перемахнул через несколько ступеней и влетел на первый этаж особняка.

Его товарищ тут же прикрыл за ним дверь.

— Нет времени останавливаться, бегом наружу! — хлопнув напарника по плечу, пепельный блондин закинул дробовик за спину на лямку и побежал к выходу.
Убирая пистолеты в кобуру на поясе за спиной, его друг последовал его примеру.
Через несколько секунд они минули вход, крыльцо и встали в парке поблизости.

— Мы справились? — мужчина в чёрном плаще, часто дыша, смотрел на особняк, не понимая, сработала система самоуничтожения или нет.

Раздался глухой взрыв из глубины. Затем ещё один. И ещё. Грохот становился громче и звонче. Вылетели стёкла. Часть из них вонзилась в дерево рядом с мужчинами.

— Ооо нет, мы всё ещё в зоне поражения. Мы недостаточно далеко ушли. Беги! — прикрывая голову руками, мужчина в сером плаще помчался дальше в сад, уносясь прочь от особняка.

Из разбитых окон вылетело пламя. Полетела вверх раскалённая черепица.

— Вот чёрт! Как так вышло?! — петляя, будто по нему вели прицельный огонь, брюнет мчался в сторону леса, пытаясь скрываться за деревьями парка.

Раздался грохот в сотню раз превышающий грозовой гром. Во все стороны полетели обломки кирпича, камней и горящих досок. Часть из всего этого падала прямо у искателей приключений перед ногами, заставляя их петлять и мчаться ещё сильней.
Прогремела ещё череда взрывов.

Пламя на руинах особняка взмыло выше деревьев. Чёрный смог затянул едва начавшее светлеть небо. Всю приусадебную территорию усеяло дымящимися обломками.

— Ну что ж, кажется, всё прекратилось, — остановившись у самого леса, откуда они выходили, пепельный блондин согнулся пополам, жадно вдыхая прохладный воздух.

— Ага, похоже, мы справились: там точно никто не мог выжить, — мужчина в чёрном плаще тоже согнулся, упираясь ладонями в колени, и часто дышал, через силу улыбаясь.

Будто прощаясь с путниками и историей, особняк выдал последний слабый взрыв.