Из старой записной книжки 213

      ИЗ  СТАРОЙ  ЗАПИСНОЙ  КНИЖКИ /213/.

     Аделаида Семёновна сидела в гостях у судьи Лобковой и изображала аристократическую томность:
     - О, нет! – говорила она, изящным жестом  отвергая предложенный ломтик сёмги на дольке авокадо. – Я сыта, благодарю!
     … Не успев вбежать домой, Аделаида Семёновна гаркнула:
     - Жрать давай!
     Анатолий Борисыч кинулся на кухню греть борщ и резать сало…

                И  ТАК  ДАЛЕЕ.

     - Ирка Шопиньская – попрошайка по жизни, как все церковные! – ядовито сказала жена, вернувшись со двора.
     - Тоже мне, церковь, - сказал муж. – Вшивые харизматы. Вот католическая церковь - это да. Знаешь какие там фанатики? Показывали по телеку, как Папа Римский в тюрьме ноги мыл малолетним убийцам. Ну, этот, из Бразилии. На Пасху. Нищенствующие ордена там… Аутодафе… Меа кулпа и так далее.
     - Ах, ты ж, с-ско-ти-на!.. - сказала жена. – Да когда же ты успел? Да я же только туда и обратно! Да где же ты бутылку прячешь, морда алкоголическая?
     - Это элементарно, Бобик! – сказал муж, пьяненько хехекнув. – Читала у Эдгара По «Похищенное письмо» и так далее?..

     Политический обозреватель, клеймя верхушку ЕС, небрежно ввернул что-то о «пикейных жилетах», и в голосе его сквозило высокомерие посвящённого.
     Я же подумал, что что бы подумали Илья Арнольдович и Евгений Петрович, узнай они, что через сто лет после выхода ихнего "Золотого телёнка", спустя треть века по смерти советской литературы и так далее.