Дневной дурдом, или Смена, где попса отдыхает

Ну чо, погнали дальше! После ночных приключений с козлами и лягушками мы с Рулетом думали, шо днем отдохнем. Ага, щаз! Размечтались. Дневная смена — это вообще отдельный вид аццкого искусства. Тут тебе не ночью прохладно, тут солнце печет, бабки активничают, алкаши просыпаются, а больные с утра особо злые. Сидим мы на подстанции, жуем пирожки с картошкой (Рулет мамкины принес). Я уже почти доел, как вдруг рация оживает и таким бодрым голосом диспетчерша Людочка вещает:
— Бригада 217, выезд! Вызов на дачу. Адрес: СНТ «Березка», участок 666, поворот налево после большой лужи, ориентир — красный забор и злая собака. Повод: бабка орет, шо у нее в туалете пришельцы.
Я пирожком подавился. Рулет чаем поперхнулся. Пришельцы? В туалете? Это уже не лягушки, это прогресс!
— Ну чо, Кашпировский, — говорит Рулет, вытирая чай с бороды. — Поехали инопланетян эвакуировать. Может, у них давление тоже скачет?
Сказано — сделано. Загружаемся в нашу «Кукурузу», Рулет давит на газ, и мы несемся через пробки, мимо рынка, через поля, огороды. Навигатор орет: «Поверните налево, если сможете». Поворачиваем, въезжаем в СНТ. Тут реально атмосфера: заборы кривые, тропинки узкие, везде бабки в платочках с граблями. Находим участок 666. Забор красный, собака злая реально, но привязанная, так шо проходим.
Заходим в огород. Бабка — копия вчерашней, но в панамке и с секатором. Стоит возле сортира, домика такого деревянного, скособоченного, и крестится.
— Доченьки! Сыночки! — кидается к нам. (Я ей сразу: какие мы доченьки? но молчу, привык уже). — Там эта... тарелка летающая в очке! Сижу я, понимаешь, утром по-маленькому, а оттуда как загудит, как засверкает! Я думала, конец света! Вы их оттуда вытащите, а? А то мне по-большому надо, а я теперь боюсь!
Рулет тихо ржет, прикрываясь чемоданом. Я набираю воздуха в грудь и иду к сортиру. Открываю дверцу... ну, сами понимаете, запах там специфический, дневная жара добавляет колорита. Заглядываю в дырку. Там темно, тихо, только мухи жужжат. Никаких пришельцев. Вдруг откуда-то снизу реально раздается гул и что-то сверкает. Я аж отшатнулся. Бабка за моей спиной взвизгнула.
— Маэстро, ты это? — шепчет Рулет.
— Не, — говорю. — Не я.
Тут из сортира вылетает... петух! Огромный, рыжий, злой как черт. Орет, хлопает крыльями и несется прямо на нас. Бабка орет пуще прежнего:
— Вот он! Пришелец! В кого он превратился! Ловите его!
Я петухов никогда не ловил. Рулет тоже. Но петух сам решил, шо ему тут делать нечего, и ускакал в кусты. Бабка успокаивается, мы меряем ей давление — 200 на 110. Жара, петух в сортире, нервы. Даем таблетку, суем под язык, усаживаем в тенек.
— Бабушка, это не пришелец, это петух соседский, наверное, залез. Вы калитку закрывайте.
— А он зачем в очке сидел? — не унимается бабка.
— Купался, — авторитетно заявляет Рулет. — Жарко ему было.
Бабка успокаивается, даже улыбается. Мы оставляем ей валерьянку и валим оттуда быстрее, пока петух не вернулся с подкреплением.
Едем назад. Рулет за рулем угорает:
— Слышь, Кашпировский, может, нам в цирк перейти? Там клоуны отдыхают. У нас тут и козлы, и лягушки, и петухи-инопланетяне. Зоопарк на колесах.
— Молчи, — говорю. — Еще не вечер.
И тут рация:
— Бригада 217, вызов. Улица Ленина, дом 25, квартира 13. Повод: мужчина жалуется, что у него из крана вместо воды текила. Просит скорую и закуску.
Я выпал в осадок. Рулет вывернул руль, чуть в столб не въехал. Текила из крана? Это уже не зоопарк, это бар открывается.
Едем. Квартира на первом этаже, дверь открыта. Заходим — картина маслом: мужик лет 50, в трусах и майке, сидит на кухне, перед ним стакан, и он этот стакан подставляет под кран. Из крана течет вода. Обычная, холодная, водопроводная.
— Мужик, ты чего? — спрашиваю.
— Доктор! — кидается он ко мне. — Ты представляешь, вчера с друзьями отмечали день ВДВ (хотя какое ВДВ в среду?), и я по пьяни перепутал краны! Мне сантехник сказал, шо если перепутать, то из горячего текила польется! Я теперь жду, когда нагреется!
Я смотрю на Рулета. Рулет смотрит на меня. Потом мы вместе смотрим на мужика. Трогаем лоб — горячий, пульс — частый, зрачки — как плошки. Алкогольный делирий в легкой стадии, но с творческим подходом.
— Мужик, — говорю. — Текила будет, только если ты сейчас ляжешь спать. Иначе она прокиснет.
— А закуска? — волнуется пациент.
— Закуска будет, когда проснешься. Огурчик дадим.
Мужик радостно кивает, мы укладываем его на диван, он отключается. Оставляем записку соседям, чтоб присмотрели. Едем дальше.
Возвращаемся на подстанцию. Солнце в зените, жара адская. Мы с Рулетом сидим, едим уже вторую пачку печенья, потому что пирожки кончились. Тишина. Я даже задремал. И тут открывается дверь, заходит наш сменщик Колян. У него лицо как у человека, который только что увидел НЛО, петуха и текилу одновременно.
— Пацаны, — говорит он тихо. — Там эт... Вам опять звонок с того участка, с петухом. Бабка звонила. Грит, шо петух вернулся, но теперь не один. Привел курицу. И они вместе сидят в сортире и, кажись, гнездо вьют. Бабка просит приехать и провести с ними разъяснительную беседу. Или забрать их всех в больницу, потому что это уже не пришельцы, а целая колония.
Мы с Рулетом переглянулись. Рулет медленно закрыл пачку с печеньем, встал, подошел к окну и сказал:
— Знаешь, Кашпировский, я думал, шо после ночи с козлом и лягушками меня уже ничем не удивить. Но дневная смена... Это просто праздник какой-то!
А я подумал: ну ничо. Работа у нас такая. Главное, шоб петухи токо не кусались. А то мало ли шо у них там в сортире на уме...