Превед, Йа Кот Ученый!

Эта пачтимая история случилася фпополаме у единственного экземпляра Лукаморья. Значит, стоял себе дуб зиленый. Зиленый, патамушта апаханое царство, не пальму какую-то пасадили. И была на том дубе цепь. Не какая-та там бижутерия фкусная, а златая, тяжелая, пад три пуда весом. И глэнеш — ходит по ней Кот Ученый. Туда-сюды, сюды-туда, как челночок на бабушкином станке. И грит летописец, што если Кот идет налево — включал он там писню. Не шансон ваще, а скокам, зачотный рэп или фальклер. А если направо наворачивал — сказку гнал. Да так, что у лешаков глаза на лоб лезли и валенки падали.
А леший там, гаварили, был не простой, а каларадский. Бродил, типа, ветки ломал, русалкам на хвосты наступал. Русалка на ветвях сидит — тоже, кстате, не проста так. Она там не загорала, а бизнес-план строил, как рыбаков заманивать и на какие бабки ремонт хвоста делать. Красивая, зараза, но грызня с Котом у них была — йа кричу.
Там па-настоящему все серьезно: на неведомых дарожках следы невиданных зверей. Причем звери — те еще падонки. Наследили буйным цветом, а куда делись — нифига не понятно. Там избушка на курьих ножках стоит без окон, без дверей. А внутри, падазревают, скимнаты живут, которые на ручку двери каку мажут.
И вся эта хтонь, блин, днем и ночью. Видение там всякие: 30 витязей прекрасных выходят из воды четкими пачтанами. И с ними дядька ихний Черномор — такой весь из себя бухой в стельку адмирал, матросню построил и орет: «Полундра, братва! Кто не спрятался — я не виноват!».
Кстате, царевич там тоже мимоходом кого-то там пленил. То ли короля, то ли шкилу какую. Короче, па-любому, злодея. А в облаках над Лукаморьем типа колдун летит с богатырем. Базарят о чем-то своем, мужском. Может, о том, где бочки с златом взять.
И главное — царевна. Туда, говорят, бурый волк завез. Типа сервис такое, каршэринг. Сидит она в темнице, тужит. А на заборах Царь Кащей над златом чахнет. Не от радости чахнет, а от жабы, которая душит. Не идет у него бизнес на злате, одни убытки.
Там русский дух... там Русью пахнет! Не шарпом каким-нить вонючим из Парижу, а прям нашенским, паленым. Так што, если будете в тех краях, передавайте привет Коту. Пусть и дальше басни травит, красавчег!