Запросы к Вселенной

Я вот стал свои «карапульки» писать на регулярной основе - так я называю то, что на «ПрозаРу» публикую. Их читают-читают, читают-перечитывают, а рецензий нет. И я в рефлексию ушел, да в такую объемную рефлексию, что даже про грусть о расставании с женщиной позабыл! И более того, стал подумывать в блогеры пойти, раз автор из меня никудышный! И днем сегодня я другу своему лучшему позвонил. Его из Питера больше двух десятков лет тому назад в Москву скорым поездом унесло, и обратно так и не вернуло. Как ту девочку с песелем. Он в столице обжился за эти годы - машиной дорогой, сыновьями двумя и кредитами. И сейчас все обжитое многочасовыми сменами «у станка» отрабатывает - передачи Андрея Малахова монтирует. Так вот, позвонил я ему, как это теперь принято по Максу, и про отсутствие рецензий душу изливать начал. И как раз в разгаре этого изливания заглядываю на сайт в кабинет автора - а там рецензия! И сразу разговор наш переключился на то, что надо запросы Вселенной отправлять почаще и вовремя,только в формулировках быть четким.
Это днем было сегодня, а вечером от друга прилетает цельных пять «кружков» - в Макс, разумеется. И в кружках он мне следующую историю рассказывает, начиная, как у коренных петербуржцев принято, с отстраненной от темы преамбулы:
«Вообще Москва вечерняя прекрасна, особенно пятничная! Это такой колорит! Ну вот, допустим, я - обыкновенный человек из города Санкт-Петербурга, который живет здесь уже третий десяток лет - взял и бахнул сегодня на работе! Ну хорошо бахнул так! Ну как хорошо - так, соточку вискоря замечательного двенадцатилетнего. Вот! И, в общем, с чувством выполненного долга пошел гулять по окрестностям. Зашел в «КаБэшечку» - не просто зашел, а потому что там есть еда нормальная. И взял себе там, значит: сосисочек вкусных таких - полукопченых, воды с арбузом и орешков грецких. Чтобы погулять, вот по этому всему колориту вечерней пятничной столицы. Сегодняшний день, так сказать, привести в порядок, и закусить. Ну и что? Вот смотри, я сейчас где - на Фрунзенской, вот там МДМ, вот тут скамеечки, а вот на той я присел, да, вот там вдалеке, и хорошо там было. Тихо, спокойно, никто не беспокоит. Можно переварить уже ту соточку двенадцатилетнего шотландского. И спокойно на душе совершенно, да. Все задачи решены. Все довольны, все счастливы.
Ну вот, сижу я, значит, тут, никого не трогаю, и подходит мужчина - хороший добротный русский мужчина. Говорит: «Шура?». Я ему: «Кирилл Юрьевич!». Он удивляется, что я не Шура, но отвечает: «Очень приятно! Разрешите познакомиться! Что касательно программы, то водка есть и некая закуска тоже! Ну, и пока еще не закрыли - мы успеем еще сбегать!». Я ему: «Дружище, закуску беру, а водку нет. Ибо водку после двенадцатилетнего шотландского - это моветон. Нос шотландцы не поймут, а ирландцы тем более, только русским на такое фиолетово. Но как бы вообще не та история, ну совершенно. Поэтому без водки!». Мужчина принимает доводы: «Вы сильный человек! Представлюсь - я издатель, Александр…»
Дальше он там что-то про себя вещал, не важно!
И вот смотри, Серёжа, вот ты начал писать «карапульки» свои, а издатели ко мне подходят! Ты не так запросы во Вселенную посылаешь! Ты ближе к себе в плане локации посылай, а то на семьсот километров ошибся в формулировках! Я это о чем, Сережа? Вот ты сегодня сказал, что вселенная тебя слышит. Она тебя, сука, слышит. Четче задачи ставь, потому что издатели должны подходить к тебе. А не ко мне. Мне издатели тут нафиг не нужны, понимаешь, в чем дело. Мне тут нужны продюсеры. Ну или какие-то другие интересные люди. Поэтому собери себя в кулачок, поставь Вселенной цельную задачу, обрисуй ей ситуацию, и скажи, что ты в Санкт-Петербурге, ты в городе на Неве. Вот!»