кВечерамБлиз Козьмодемьяновки ШАбаш Маргариты клип

 Шабаш Маргариты. (Премьера клипа 2026 г.) 0318 | Александр Сауков, поэт,

ТЕНИ ЛИЦЕМЕРОВ , ЛЫСОГОРЕЦ , ШАБАШ ПОД ЛЫСОЙ ГОРОЙ , МЕЖА . ЧЕЛНАВСКИЕ РУСАЛКИ .



ПОЭМА

ТЕНИ ЛИЦЕМЕРОВ

Пролог

Ваше время пришло лицемеры ,
Наслаждайтесь своим бытием .
Только тень бездуховной химеры
Сердце каждого студит копьем .
Жертвы вы заплутавшего духа ,
Что играет в лихую игру .
К судьбам льнет роковая проруха ,
Раскидавшая прах на ветру .
Надевайте фантомные маски ,
Облачайтесь в хитоны личин .
Бог пометил палитрой остраски :
Женщин лживых и схожих мужчин .
Мета Бога не смоется влагой ,
Не исчезнет в порочных углах .
Ты покайся и с ясной отвагой
Будь для нечисти ни при делах .
Шум успеха лукавого смысла ,
Не приносит счастливую суть .
И шестерками видятся числа ,
Где судьбы обрывается путь .

Часть 1

Голография судеб

-- Михалыч ! Сирый Коля , никакой !
Несет галиматью в романах бреда .
И разрушает праведных покой ,
Пороками Читинского зловреда .
Романы у Наследкина - блины ,
Напичканные грязью кошоглотов .
В них " Васи " обнаженные видны
И " Мани " подзаборных обормотов --
-- Михалыч ! Твой Олежек никакой !
Нулем слывет , балластом и занудой .
Он разрушает истины строкой ,
Когда душой беседует с Иудой ! --
-- Я знаю , но неряха вас влечет ,
Как фурия дрянной литературы .
Никто из вас урок не извлечет ,
Когда чины командуют халтуры --
Почил Михалыч , время понеслось ,
Куда - то с завихреньями событий .
И встретится вражинам привелось ,
На мостике немыслимых открытий .
-- Да мы похоже братья - близнецы !
С подставами и подлостей кадрилью .
С поэтами судьбы мы подлецы ,
А с прочими фоним безбожно гнилью --
И обнялись над речкой друганы ,
И восхитились блюдами фуршета .
Но бремя неприкаянной вины ,
Им отразила гибельная Лета .

Часть 2

Патриотка властей

При власти рьяных коммунистов ,
Она их славила везде .
При либералах - гедонистах ,
Нашла идею в их звезде .
И те , и эти опахалом
Над Валей гнали мошкару ,
Справляясь с истины нахалом ,
Несущем правду на юру .
Захватят город анархисты ,
Валюха блудным присягнет .
Захватят вольницу фашисты ,
В рог либеральников согнет .
На плахах головы отрубил ,
Во храмах образы пронзит .
Так предводителей возлюбит ,
Что прежних пикой поразит .
Раскроет мутные клоаки
И подорвет музейный мир .
Вожди все канувшие -- враки ,
А светоч -- нынешний кумир !
Найдет прекрасное в прорухе ,
Когда заплатят ей деньгу .
Но музы неба о Валюхе ,
Как о таланте ни гу - гу .

Часть 3

Вертопрахи

Тебя Никола звал " Манюхой "
И поместил в романы шлюхой ,
Пометив Леной номер пять ,
Что б сексом грешницу распять !
И распинал на ложах голой :
Развратной , падшей и веселой ...
Клеймо поставил на судьбину ,
Восславив " Васеньку " -- дубину .
Он превратил тебя в гетеру ,
В сюжетах ветреных не в меру .
Тела истлеют и дерьмо ,
В веках останется клеймо !
Всю искупал тебя в грязи ,
С ущербной немощью в связи .
А может с радостью соитий
И всей палитрою событий ?!
Он ходит с шиком лебедей ,
А ты гори в костре бля .. ей .

Часть 4

Тени лицемеров

После концерта под Лысой горой ,
Вышел на гору Серега - герой .
Лунная ночь необычно светла ,
Грустные мысли сжигает до тла .
Стало Сереге мгновенно легко --
Мистика шабаша недалеко .
Он же не верил в волшебную явь ,
-- Боже от лихости душу избавь !
Нет ни татары , нечистая муть ,
Надо мне зорко на пришлых взглянуть --
Видит герой своих новых коллег ,
Голыми стали стяжая набег .
Нет Маргарит , только Геллы одни ,
Ведьмы Градища в поганые дни .
Гелла - Елена и ведьма - Карина ,
Гелла - Татьяна и ведьма - Ундина .
Вот и Валюха парит на виду ,
Кличет для всех роковую беду .
Шепчет смотрящий : -- Увидев не трусь ,
Колю , Олега и всякую гнусь .
Чу , да они под луною козлы ,
Видимо днем обреченные злы .
Мне бы не славить страстей бурелом ,
Нити грехов завяжу я узлом .
Не оплетут , не затянут ловцы
В бездну , где изверги и подлецы .
Я не стяжаю корону вреда ,
Быть лицемером везде и всегда --
ШАбаш раскрылся в бесОвской красе ,
Совокуплялись безумные все ...
Пошло и гадко в животном бреду ,
В круге разврата -- подлунном аду .
- Я же потомок бойцов -- казаков ,
Дам им плетей и сухих канчуков ! --
Глянул Серега -- в руках - то кнуты ,
Стал он пороть наглецов маяты .
-- Вот вам фуршеты ! И злыдней сю - сю ! --
Бил их Серега кнутами вовсю.
Тени стонали вокруг на горе,
Выла волчица в незримой норе.
В полдень проснулся Серега в дому,
Было светло и отрадно ему.

Часть 5

Рубеж выбора

Кто выше в мечтах , кто ниже ,
А мне вновь Отчизна ближе .
Мечта моя -- Звонная Русь ,
Я славить родную берусь .
Нет жизни страны важней ,
Нет светлого без теней .
Заходятся власти от смысла ,
Меняя в значениях числа .
Меняя названия мест
И вехи событий окрест .
Дворянские были Советскими ,
Рабочие стали Светскими .
К гламуру ведут Гламурные,
К разврату ведут Амурные .
К базарам ведут Базарные ,
Название улиц -- бездарные .
Писатели Родины прАвы :
В загоне мораль и нравы .
В фаворе свобода блуда
И каждый делец - дадуда .
Но Окон покрашены рамы
И веры открыты храмы .
Святое муру перевесит ,
Небесное больше весит !

Часть 6

Мирная стезя

Времена двадцать первого века
Осудили б Платон и Сенека .
Аристотель и мудрый Тацит
Осудили б богов геноцид .
Жизнь земная прошла по спирали ,
Звезды всяко на судьбы взирали .
Но светили иным огулом ,
Что б блистали воинственным злом .
Были войны по воле царей .
Были войны по зову горей .
Не сужу , и не буду судим ,
С музой правде времен воздадим !
В поворотах житейской спирали
Все на небо с мольбою взирали .
И Господь на Голгофу взошел ,
Когда мир к суициду пришел .
Кровью Землю омыл от грехов ,
Ради жизни и ради стихов !
Боги древние -- тени везде ,
Только лучше не стало нигде .
Вот Пальмира -- жемчужина мира ,
Стала целью садиста -- сатира .
Бил кувалдой по стелам богов ,
Словно беды взошли от рогов .
Люди рьяно молились Ваалу
И судьбой проподали по малу .
По большому пропала страна ,
В камнях града мудра старина .
Где росли бесподобные пальмы ,
Там стрелять попытались до Сальмы .
Все стремились сразить , а затем ,
Сделать рай из немыслимых тем .
Только звезды светили постыло ,
На круги , где крушили что было !
Ныне воин заблудшего века ,
Хуже диких времен человека !
Есть святое для паствы Аллаха
И Христова трудяги -- монаха .
Есть святое для вестников Будды
И поклонников Пабло Неруды .
Есть святое для всех -- это мир !
С ним прекрасны изгой и эмир !

Часть 7

Крестоносцы Родной Речи

Когда у власти сто забот ,
Насущных и нежданных ,
Владельцы банковских работ ,
Нулями метят странных .
Скупые рыцари листа ,
Гребут " дукатов " груды .
И на любой завет Христа ,
Плюют с мошной зануды .
Лишь прибыль видится везде ,
Да золотое бремя .
И в смутной жизни борозде ,
Не всходит счастья семя .
В сакральный день рожденья Слов
И Письменности нашей ,
Банкиры славят свой улов ,
Русь обзывая -- Рашей .
Но вновь носители даров
Небесной благодати ,
Восславят Родину и кров ,
И Речь родную кстати .
Поэтов , власти наших дней ,
В упор не видят рядом .
И богатей творцов сильней ,
Пронзает черным взглядом .
Родная Речь ты на кресте ,
Времен своей Голгофы ,
Позволь писать на бересте ,
О воскресенье строфы !

Эпилог

А может они все чисты и светлы ,
Как в речке - любви отраженье ветлы ?
И ветер подует , и дождь пробежит ,
Зеркальная гладь чистотой дорожит .
И как бы я воду багром не мутил ,
Быть может их свет зоревой защитил ?!

ЛЫСОГОРЕЦ

Перепутье выбора

Степь родная у лесов ,
Широка округой ...
Двери я открыл засов
И пошел с подругой .
Впереди прекрасный вид ,
Позади все тоже .
Каждый ближний индивид
Стал в стремленьях строже .
Вновь подруга хороша ,
Говорит о многом .
Но светла моя душа
И не спорит с Богом .
Вот налево поворот ,
Рядом критик в теме .
Озирает Коля рот ,
В зеркале и джеме .
Вот направо колея
И стоит у края ,
Толи падшая свинья ,
Толи светоч рая ?
Я иду и на виду
Выбегает Толя ...
Неужели рок в бреду
И с Трубой недоля ?
Вижу мечется казак ,
По горе плешивой .
В сапоге его резак
С рукояткой Шивой .
-- Я за правое ! -- кричит
И бежит налево ,
Где шалава верещит
Обнимая древо .
Разожгли грехи огонь ,
Полыхают дали ...
Но бежит крылатый конь ,
Где его не ждали .
Нет у путника узды ,
Нет травы чудесной .
Есть внимание звезды
И юдоли местной .
Пусть волчицей пронеслась
Злыдня , словно драма .
Вновь мечта моя спаслась
У святого храма .

Мордоворот

Пришел крутой мордоворот ,
В СП поместной власти ,
Двурожкиной восславил рот
И утвердил напасти .

Метресса ляпает сдурма ,
О Маше как о фее .
Возносит слабую весьма ,
Словес при корифее .

Приемы старые в ходу ,
Талантов всех на плаху ,
Но фаворитов череду ,
К безбрежному размаху .

Нет роста юным никому ,
Всех рубят гильотиной .
Лишь держиморде одному ,
Трон с гибельной картиной .

Поэта лучшего на век ,
Судили воры света .
Творений лишний человек ,
Для палачей расцвета .

Музей идолов

Вот Горы Лысые вблизи ,
Луна сияет кругом ...
Пришел в музей не Саркози ,
Канчук с Иваном другом .

-- Смотри Иван на торжество ,
Старинных весей края ! --
Но исказилось божество
И все вокруг играя .

Поэта судят у креста ,
Страшилища и хари .
Запахли грешные места ,
Болотным смрадом гари .

Канчук себя определил ,
В фантоме деревянном .
Он с околесицей юлил ,
В порыве окаянном .

Исчадья кланялись карге ,
Тянули лапы к жути .
Старуха сидя на слеге ,
Отстой крутила мути .

Щеряк безумствуя с шестом ,
Вилял хвостатым задом .
И ведьма поглощала ртом ,
Что исходило рядом .

Хвалешин истово скулил
И рьяно выл шакалом .
Музейный шАбаш веселил ,
Мегер с козлом нахалом .

Канчук слегка оторопел ,
Иван немного сдрейфил ,
Но снимки утвердить успел
И сделал яркий селфи .

Лохматый нежить пробубнил :
-- Идите в лес Челнавский .
Зарытый клад не оценил ,
Крымчак бредун заправский --

Музей кипевший суетой ,
Притих к рассвету споро .
Иван смеялся золотой ,
Канчук с кнутами Зорро .

Под Лысой горой

Для кого твои спевки под Лысой ,
Если в храме творца осудил ?
Ты сдружился с исчадия крысой
И Иудой фуршетных чудил .

Мельтешишь ради славы суетной ,
Ищешь сильных партнеров в миру .
Но в России духовной заветной ,
Ты тщеславный хвастун на ветру .

Для чего ты печатал отрывки ,
Из блестящей поэмы творца ,
Если хищной личины улыбки ,
Рассыпал с хохотком подлеца ?

Для чего ты отметил поэта
И награду за строфы вручил ,
Если плюнул на правду завета
И с любовью мечту разлучил ?

Ты постишься надеясь на Бога
И прощенье грехов навсегда ,
Очернив светлый образ итога ,
Ради падших срамного суда .

Лихое время

Казак из Криуши бравый ,
Как прадед из Лысых Гор ,
С душой озаренной правый ,
Заканчивал миром раздор .

Антоновщина не благая ,
Взаймная злоба сторон.
Тамбовщина всем дорогая ,
Кровавый терпела урон .

О русских полях и долах ,
О житницах и родниках ,
О мелях , глубинах , молах ,
Стихи сочинил в веках .

Лихое нагрянуло время ,
Все зыбкое до причин .
Поэта встревожило бремя ,
Засилье бездушных личин .

Судилище за откровенье ,
На месте распятья Христа .
Личины стяжали паденье
И бездна раскрыла уста .

Бесправие

Не страшен суд на месте храма ,
Страшней бесправия закон .
Трагедия людей и драма ,
На месте взорванных икон .

Не обвинения рвут душу ,
Людская ненависть сердец .
Я стены фальши не обрушу ,
Обрушит вечности Отец .

Между поэтом и лихими ,
Рубеж из подлостей камней .
Клеветники видны плохими ,
В провале обреченных дней .

Бросают камни оголтело ,
Забыв про заповедь Христа .
Трясутся с бесом ошалело
И змеями шипят уста .

Суд безобразен без защиты ,
Без прений разницы сторон .
Расправы каты из элиты ,
Лукавых злыдней и матрон.

Бюсты палачам

Слепит Остриков бюсты катам ,
Осудившим поэта времен .
И расставит по смутным закатам ,
Отцветающих гнусных имен .

Вот Щеряк приоткрывший губы ,
Волком выглядит во плоти .
Кочуков с Чистяковой грубы ,
К храму бесятся по пути .

Вот Алешин целует поэта
И Алешин творца предает .
И продажным двойного цвета ,
Раздвоением бес воздает .

Селиверстов хитрит безобразно ,
Осуждая безбожно творца .
А в суде он благообразно ,
Адвокатом корит подлеца .

Слепит Остриков бесов падших,
Много , много как наяву .
В Трегуляе у сосен увядших ,
У отпетых поставит в траву .

Изменник

Наши предки рубеж защищали
И Тамбовщину Бог сохранил .
Кочуков же Сегрей за медали ,
Над распятьем творца осудил .

Ради не осененной подачки ,
Кочуков вновь охаял творца .
Стал пред идолом на карачки
Где музейный закут подлеца .

Угодил бездуховным личинам ,
Послужил безобразным зело .
По отвратным порочным причинам,
Преумножил безбожное зло .

Он постится и возглашает :
-- Я неистово верю в Христа --
Но поступки потом совершает ,
Буд - то нету у ката креста .

Депутаты от бесов в Тамбове ,
Не от Бога лукавая власть .
Кочуков же неискренний в слове ,
Не страшиться Иудой пропасть.

Вольер злыдней

Мельтешите в пространстве
вольера ,
Шкуры перекисью осветлив .
Я поэт вдохновенный Валера
И душой светозарной красив .

Вы почетные времени блефа
И бумаги купили шутя .
За спиной хитромудрого Грефа ,
Вырастает мамоны дитя .

Вы лукавите хищные дружно ,
Говорите о многом легко .
Никому роковое не нужно ,
Если Бог от него далеко .

С пастухами блуждают бараны ,
Лысогорской породы стада .
Вы поэта душевные раны ,
Обжигаете злобой вреда .

Вы свиней попасите вальяжно ,
С бесовщиной от Лысой Горы .
Для продажных безбожное важно ,
До Суда Поднебесной поры .

Рабы Мамоны

Остались угли и зола ,
И отголоски эха зла .
Ведро худое , дом пустой
И засыхает сад густой .

Олег Алешин поседел ,
Иуды возлюбив удел .
Владимир Селиверстов сон ,
Увидел с бюстом в унисон .

Наседкин счастлив по всему ,
С Джули незримой никому .
Дорожкина с грехами вся ,
Мамоны ловит карася .

Мещеряков поместный бай ,
Кричит АвгиЮ - Выгребай ! -
Но в стойле смрада не Авгий ,
Труба стоит без панагий .

Воззванье пишет Кочуков :
-- Осудим в храме мужиков !
Изгоним пахарей в поля ,
Любя ЛжеЮру короля --

Бездна под ногами

Критиковали , гнали , осудили ,
Не пожалели трепетной души .
Из небыли муру нагородили
И шелестят наветов камыши .

За доброту мою оклеветали ,
За помощь опохабили легко .
От радости судившие витали
И воспаряли в грезах высоко .

Поэта милосердного крушили ,
Как чуждого противного врага .
Безбожное во храме совершили
И обрели незримые рога .

И мету обрели не дорогую ,
Пылающую жуткой чернотой .
Жизнь обрели безбожную другую
И ада воскуренье под пятой .

Гордыня циника

Какой я с хитростью пытливой ,
Почетный с Лысогорской ксивой !
Я друг Урюпина веков ,
Фрондер Серега Кочуков .
Я был военным на Востоке
И выжил в выспренном потоке .
Теперь под Лысою Горой ,
Залетных спевок я герой .
В Союзе без году неделя
И первый на печи Емеля .
Ласкаю щуку по бокам
И фарт вверяю кунакам .
Награды мне за бестселлеры ,
Вручили злыдни и мегеры .
Союз без Хворова Валеры ,
Творца я осудил манеры .
Предательство таланта в моде ,
В Тамбове при любой погоде .
Я Кочуков Сергей седой ,
Овец моих густой надой .
Сегодня рви , хватай и куй ,
Лаве , медали вмасть ликуй .
Раз книги выбросят потом ,
Награды хапай даже ртом .
И говори о тренде Шанского ,
О днях Халерия Рашанского .
Хвали Знобищеву и Лаеву ,
Себя и Сашу Николаеву ...
Творца от Бога осудив
И бесов кривды породив .

Грязные помыслы

Жену учителя увел ,
Меня безбожно осудил .
Ты Кочуков душою зол ,
Как преисподней крокодил .
Твои клыки острей ножа ,
Сожрешь ты всякого вблизи :
Творца , художника , ежа
И помыслы твои в грязи .

Прославляющий падших

Для Дроновой Елены чина ,
Экранных новостей мадам ,
У лысогорца пай - личина
К калашным рыночным рядам .

Возносит падших на суде
И меченых за злобу .
Стремится Кочуков в беде ,
Узреть времен худобу .

Меня надменно осмеял ,
Унизил в грешном раже .
Духовность подлостью разъял ,
В тщеславном эпатаже .

Венчает злыдней Кочуков ,
И фаворитов власти .
Поэта вольных казаков ,
Казнит хулой напасти .

Ты не Драпеко у Миронова ,
Подручной голосишь с шестом .
Ты вестница Елена Дронова ,
Будь мироносицей с крестом .

Отступник

Казак не будет осуждать ,
На месте храма казака .
Вину другого утверждать ,
Без аргументов с кондачка .

Не дело воина хула ,
Лукавой повитухи в тон .
Судилищ злобные дела ,
Людей бездушных моветон .

Судить поэта казака ,
Когда с Заветом незнаком ,
Играть прилюдно чурака
И слыть повсюду дураком .

Ты за рулем и ловелас ,
И под Горой ты на коне .
Но душу отвергает Спас ,
Повитую грехом в огне .

Старуха с цацками наград ,
Оклеветала казака ...
Ты злыдне нечестивой рад
И продаешься на века .

Химера злыдней

Я не живу тлетворным слухом ,
О фрике с куклой на софе .
Скорее с Гумилевым духом
И образом похож с строфе .

Я откровенен и не злобен ,
Добро творю спасая мир .
Но враг Иудушке подобен
И злыдня палачей кумир .

Меня в Тамбове осудили ,
Как Зощенко в столице вмиг.
И как Ахматовой вменили ,
Войны с реальностью блицкриг .

О Боге строфы и о чести ,
О трепетной любви двоих .
О падших оголтелой мести ,
Среди поветрий не своих .

Судилище для злых отрада
И обвинения как бред .
Творцу шедевров муза рада ,
Спасая истину от бед .

Они тусуются напрасно
И славят жуткие себя .
По мостику идти опасно ,
Огонь иллюзий возлюбя .

И Петр огреет лицемера ,
Оглоблей огненных глубин .
И покусает злых химера ,
Среди пылающих рябин .

Ущербные личинной миной ,
Величием грехов больны .
Обмажет нерадивых тиной ,
Исчадье бездны сатаны .

Река Смородина пылает ,
Мост Калинов порочных ждет .
Заря рассветная залает ,
Когда волчицей ночь пройдет .

Кошмары снятся безобразным
И извращенным словно явь .
Стреляет крахом безотказным ,
В таланта осудивших навь .

Искаженный моветон

От перемены мест нет толку ,
Душа заблудшего в борьбе .
Тамбовскому тревожно волку
И в Липецке не по себе .

В Тамбове метил окоемы
И выгрызал свою среду .
Внедрял безбожные приемы ,
Предать творящего суду .

Собрание Союза членов ,
Вдруг исказило моветон
И на холстинах гобеленов ,
Отрылся шабаша притон .

Картины судеб изменялись ,
Блуждали сонмы егерей ...
Но злыдни скопом превращались ,
В перековерканных зверей .

Он важаком перебивался ,
Без чести воина былой .
Кумиру злобы поклонялся
И закалял характер злой .

Повадки зверя утверждая ,
Личины походя менял .
Лукавым бесам угождая ,
Творцу душою изменял .

От перемены сумма та же ,
Грехов осталась у него :
Дал фору договорной лаже ,
С мурой беспечности всего .

Петровский мост их суховея ,
Из крыльев перелетных птиц .
Вокруг печальная Расея
И мало озаренных лиц .

Играть нещадно уповая ,
На круг теней у камелька .
Но муза пологи срывая ,
Превносит звонное в века .

На картах Майя козырная ,
В четыре масти игрокам .
Духовным ликом неземная ,
Нигде не светит дуракам .

Разъятые

Святого таинства причастье ,
Никак не красит бытие .
Судилища сбылось несчастье ,
Вновь предсказание мое .
Забыли добрые поступки ,
Гурьбой судившие меня .
Им опротивели уступки
И свет душевного огня .
Гордыня злыдней обуяла ,
Не видно около ни зги .
И Кочукова дух разъяла
И у Алешина мозги .
Дорожкина великой стала ,
Горгоне адовой подстать .
Мещеряков с сумой фискала ,
Желает Вальтасаром стать .
Аршанский офицер кагала ,
Мичуринский масон в кругу .
Наседкин в тоне мадригала ,
Луканкиной несет пургу .
У Николаевой все проще ,
С кривой улыбкой на лице .
В калиновой узрела роще ,
Иглу в Кощеевом яйце .
Астральный облик осудивших ,
Страшнее бесов во плоти .
Творцу шедевров нагрубивших ,
Прощеньем судьбы не спасти .
Хоть Кочуков вовсю хлопочет ,
У храма с кладбищем вблизи ,
Он в ступе плевелы толочет ,
С попраньем Библии в связи .
Вещает о стихах матерых :
Елены , Саши , Мариам ...
В расправах аморальных скорых ,
Участниц безобразных драм .
Адепты проклятого рока ,
Ведут политику дельцов .
Черты тщеславия порока ,
Вздымают с миражом венцов .

В Стефаниевском храме

Кочуков поменял свои лапти ,
Надо в храме поставить свечу .
-- По наезженным лезвиям тракта ,
До Тамбова в санях долечу ! --

Справный конь незатейливой масти ,
Ожидал у ворот на снегу .
-- Не к добру Лысогорские власти ,
Унижают меня на берегу --

В Стефаниевском храме Тамбова .
У иконы Защитницы всех ,
Кочуков Лысогорского крова ,
Помолился за всякий успех .

За надел благодатного поля ,
За здоровье любимой семьи .
Что бы снова казацкая доля ,
Обрела ожиданья свои .

Век прошел и у края дороги ,
Где взорвали намоленный храм ,
Правнук пахаря без тревоги ,
Осудил невиновного сам .

Где Спасителя образ нетленный ,
Правнук пахаря предал творца .
И признал лицемер оглашенный ,
Приговор палача подлеца .

Прадед Бога молил о подмоге ,
Правнук бесу душой послужил .
И поступком поганым в итоге ,
Бездне падших вовсю удружил .

Он почетный за книжное дело
И напевы у Лысой Горы .
Но грехами опутано тело
И в душе клокотанье муры .

Цветок идола

Мгла на Ивана Купала ,
Щедро Сергея купала .
Светом Челнавский цветок
В чаще объял закуток .
Рядом притихшие кроны ,
Чуду вершили поклоны .
Где появился могей ,
Встал на колени Сергей .
Капище древнего бога ,
Снова объяла тревога .
Зверя послышался рык ,
В круге цветок и мужик .
Лес у реки Челновой ,
Спарился с тайной живой .
Зрящий полил молоко ,
Руки взметнул высоко
И Перуну верхогляду
Высказал жизни досаду .
- Женщину сердцем люблю ,
Быть с ней навеки молю !
Нету ни денег , ни дома ,
Есть только грусти истома .
Дай мне подобие злата ,
Есть рюкзачок и лопата --
Там , где цветок заалел ,
Зрящий копал не жалел .
Выкопал грешных дары ,
Из сопухи та - ра - ры .
Стал он душой веселей ,
С грудой чеканных рублей .
Год пролетел окаянный ,
Зрящий курильщик кальянный .
Дом у него не пустой ,
Идол пришел на постой .
Только во всех зеркалах ,
Сам он и тени в углах .

***
Кочуков меня судил ,
Кат на месте храма .
Кутуковой угодил ,
Хитрой речью хама .

Волчьим взглядом Кочуков ,
Мил волчицам туны .
И музей его веков ,
Для лихих коммуны .

Лысый кряж Басаврюка ,
С шАбашом подножным .
Бесам житница слегка
И страстям безбожным .

Лжет порочный негодяй ,
О любви и чести .
Предал светоча смердяй ,
Ради чуждой мести .

Торт от радости купил
И с друзьями скушал .
Черным дегтем окропил ,
Где столпы порушил .

Чучела музейных дел ,
Из бумаги с клеем .
Басаврюк творит удел ,
Где грехи с елеем .

Поседел бездушный кат ,
Лепит крепость хвата .
Кочуков всегда богат ,
Всем набором свата .

В телестудии понтарь ,
Власть ему родная .
С оппонентами бунтарь ,
Суть идей шальная .

Всех отпетый предает ,
Кто творец от Бога .
Злом невинным воздает ,
С судным днем итога .

Кутукова не хвали ,
С Кочуковым платье .
Если хочешь раздели ,
С извергом проклятье .

***
Под горой сочинители пели ,
О своем упрощая мотив .
И анчутки на Лысой корпели ,
Сочиняя грехов нарратив .

Кочуков проявляя активность ,
Лицемерил нещадно везде .
И души роковая ликвидность ,
Почернела к грядущей беде .

Пандемия отринула песни ,
Под горой перестали бренчать .
Кочуков же музея кудесник ,
Посетителей рвется встречать .

Вознамерился крепость построить
И минувшего скарб напудить .
Он грехи умудрился утроить
И во храме творца осудить .

Наградили чины Кочукова ,
За усердие в деле услуг .
Но ржавеет лукавства подкова
И в тщеславия плевелах плуг .

***
Лицемеры Аршанский безбожник ,
Феб Баранова фотохудожник ,
Мещеряк волкодлак раскоряк ,
Кочуков заколдованный хряк .

О ведунье несут ахинею ,
Ищут мельницу и Дульсинею .
Дон Кихот вновь не по зубам ,
Всем Ильинского ада жлобам .

Бесы тянут квадригу к расплате ,
В преисподней горячей палате .
Злыдни снова несут ахинею ,
Ищут мельницу и Дульсинею .

От грехов разлетаются искры ,
До Рязани , Тамбова и Истры .
Щеряку Боратынского хочется ,
Но удача поодаль волочиться .

Предавали , судили , куражились
И в гремучие смеси измазались .
Дон Кихот Кочуков катала ,
Дульсинеей Баранова стала .

Не Баранова - Гонченко правая ,
Тамбовчанка чернявая бравая .
И с журналом Москва пробивная ,
От тщеславия духом шальная .

Мещеряк и Аршанский смотрящие ,
С Кочуковым вовеки пропащие .
Жаждут цацки панов иллюзорные ,
Ради знатности твари позорные .

Расжигают лукавого каждого ,
Бесы падшего и вальяжного .
Погуляла четверка и баста ,
Обреченных нижайшая каста .

ШАБАШ ПОД ЛЫСОЙ ГОРОЙ

Пир писателей во время пандемии Ковида 2019 под Лысой Горой недалеко от Тамбова
Предлиты регионов Кобзарь , Новиков и Мещеряков игравший Вия , обезумев от всевластия , отмечали праздник исключения лучших поэтов и прозаиков из СПР . Вакханалия гордецов палачей светочей России , происходившая под Лысой Горой ,
была на удивление жителей села похожа на шАбаш одержимых дьяволом .

Непрерванный полет

Летай "метресса" с норовом ,
По небу в стиле "вошин",
Несут тебя два борова :
Наследкин и Хвалешин .
Все други околдованы ,
Гюрзой печатных знаков
И "свинкой" зацелованны ,
С которой вьется Мраков .
Хвалешин машет визой
Над иллюзорным адом .
И Череда подлизой
Летит за ними рядом .
Ему продатся Вале ,
Как пренебречь итогом .
Продажный мнит в финале
Себя козлиным богом .
Щеряк летит на Лысую ,
Вершину в виде нежитя .
Кричит - Я всех описаю
И обгложу до свежитя ! --
Вновь Валентине в раже ,
Картина мнится Стежкина :
Она в исчадий саже ,
Царица вся Двурожкина .
Метресса сеет грешное
И серой пахнут други .
Все место безутешное ,
Зимой утешат вьюги .
Летай подруга кривдушки ,
Над Вием личной повести ...
Пусть плачут горько ивушки ,
О " панночке " без совести .

Полнолуние поэтессы

В полнолуние в ткани белой ,
Стала Маликова ведьмой смелой .
И взлетела в проглядную высь
С криком жутким : -- Созвездия брысь ! --
Полетала держась за слегУ
И увидела Валю - каргу .
В небе Валя была не одна ,
На Николе сидела она .
Хорошо им парилось голым :
Безобразным , нахальным , веселым .
Устремились на Лысую гору ,
Покружив по ночному простору .
Что б в греховном кругу шАбаша ,
Делать мерзости часто дыша .
И махая снопом камыша ,
Слушать автора " Алкаша " .
Совершали камланье фантомы ,
На горе от порочной истомы .
Зорька тени спалила круга ,
Плохо Тане спалось без друга .
Вновь проснулась красотка сердитой ,
Ждущей светлой любви Маргаритой !
Помолилась крестясь нелегко :
Бог в душе а мечта высоко !

Шабаш под Лысой Горой

После концерта под Лысой Горой ,
Вышел на гору Серега - герой .
Лунная ночь необычно светла ,
Грустные мысли сжигает до тла .
Стало Сереге мгновенно легко --
Мистика шабаша недалеко .
Он же не верил в волшебную явь ,
-- Боже от лихости душу избавь !
Нет ни татары , нечистая муть ,
Надо мне зорко на пришлых взглянуть --
Видит герой своих новых коллег ,
Голыми стали стяжая набег .
Нет Маргарит , только Геллы одни ,
Ведьмы Тамбова в поганые дни .
Гелла - Елена и ведьма - Карина ,
Гелла - Татьяна и ведьма - Ундина .
Вот и Валюха парит на виду ,
Кличет для всех роковую беду .
Шепчет смотрящий : -- Увидев не трусь ,
Колю , Олега и всякую гнусь .
Чу , да они под луною козлы ,
Видимо днем обреченные злы .
Блея Рашанский с козлихой Шматко,
Вместе бодают Шмырева Садко .
Кобзарь балдеет от запаха мглы ,
Новиков ищет пороков углы .
Марья Знобищева сев на метлу ,
У Челновой оплевала ветлу .
Игорь с Петровского крикнул моста :
-- Я Безбородов в щетине уста --
Юрий Щеряк и Калтыгин предлит ,
Стали царками подлунных элит .
Шушера вьется , упырь мельтешит
И Баюканский с Курбатской грешит .
Гришин надел на Олега гондон :
-- Будешь Алешин Иуда Гвидон ! --
Серж Соколов и кикимора Го ,
Шилову кормят и поят Марго .
Рядом Волчихин с Барановой жрут ,
С Пушкиным торт и грехи берегут .
Грудь разрывает Алешка Гончар :
-- Я бессердечный , бездушый анчар ! -
Видит Сергей Кочуков ерунду ,
Только личины срамные к стыду .
-- Мне бы не славить страстей бурелом ,
Нити грехов завяжу я узлом .
Не оплетут , не затянут ловцы
В бездну , где изверги и подлецы .
Я не стяжаю корону вреда ,
Быть лицемером везде и всегда --
ШАбаш раскрылся в бесОвской красе ,
Совокуплялись безумные все ...
Пошло и гадко в животном бреду ,
В круге разврата -- подлунном аду .
- Я же потомок бойцов -- казаков ,
Дам им плетей и сухих канчуков ! --
Глянул Серега -- в руках - то кнуты ,
Стал он пороть наглецов маяты .
-- Вот вам фуршеты ! И злыдней сю - сю ! --
Бил их Серега кнутами вовсю.
Тени стонали вокруг на горе,
Выла волчица в незримой норе.
В полдень проснулся Серега в дому,
Было светло и отрадно ему.

                ***
Лихое дело не в запаре ,
Анчутка попой вновь юлил -
Бурляев Николай в ударе ,
Джурович шельму наградил .

С Дорожкинской Наталья метой ,
Унгеровой была вчера .
Из Черногории кометой ,
Неслась на падших вечера .

Глотнули жженки у обрыва
И ветки разбросали астр.
Мгновенно почернела ива ,
От адских пламенных пиастр .

-Культура фронды процветает!-
Олег Алешин прокричал .
- Продажности виман витает
И я Шматкову повстречал.

Я предал юность с журавлями
Мне песнь лучистых ни к чему.
Люблю вкушать ликер с салями ,
На шАбаше в грехов дыму -

Бурляев витязей лелеет ,
Все золотые на подбор .
Джурович с даром сатанеет ,
В музее возле Лысых Гор .

Никита загони их в поезд
И всех блудливых под откос .
Среди чужих искать героев -
Как дегтем поливать покос .

Гонители

Ради Маши , Елены и Саши ,
Валя судьбы испачкала наши :
Неизбывной как смоль клеветой ,
Непроглядной как хмарь маятой .
Вбрызг порочила благообразных
Валя - злыдня среди безобразных .
Среди всяких знакомых и разных ,
Ради дел интриганки бессвязных .
Всех талантов от Бога чернила ,
Извращенки нечистая сила …
С ней Наследкин и рядом Рашанский ,
И Трубашкин ханыга шушпанский .
Их фантомы кружатся на Лысой ,
На горе с омерзительной крысой .
Их исчадий опутала мреть ,
Раз стремятся в полыме сгореть .
Пострадают творцы от нечистых
И воспрянут от истин лучистых .
Над талантами зори без пятен ,
Путь духовный Мессии приятен .

***
Генетика в устах Никитина ,
Культуры заменяет код .
Воронского вручила Митина ,
Денисову где переход .

И диктор сразу окрылился ,
Как Притамбовья аспидон .
Дорожкиной весь поклонился ,
Знобищевой вручил поддон .

-- Осанна ! Валя и Мария ,
Вы генераторы вреда .
Лукавством полнится Россия
И козни злыдней навсегда .

Ликуйте мрети порожденья ,
Судите истинных творцов .
Исчадия для вырожденья
И фурии в конце концов ! --

-- Равняйтесь смело победители !
И смирно в избранных строю ! --
Никитин -- Мы не небожители ,
Единороссов мы в раю --

И Кочуков расправил крылья ,
Взлетев над Лысою Горой .
-- Ползите смерды от бессилья ,
Я власти огненный герой !

Скулите СПР шакалы ,
Кусайте светлого творца .
Мои возвышенные скалы ,
Под кругом звездного венца .

Я наблюдаю падших долю ,
Интриги мерзкие плету .
Поэта клеветой неволю ,
Заняв таланта высоту .

Я Кочуков музейщик ныне ,
Банкира охранял уже .
Бескрылый в искренних помине ,
Крылатый в адском мираже .

Я Лысогорский Басаврюк ,
Грехами многих искушу .
Клеймо и преисподней крюк ,
Везде с наградами ношу --

***
На месте Судилища - стол и седалища ,
Седая Кудимова в центре кагалища .
Семейное чтение - Вместе прочтем ,
Потом фестиваль к светозарным причтем .
Дорожкина стерва вовсю интригует ,
С Кудимовой бесами ада торгует .
Мобильник считает - зачем и почем ,
Хвостатый бездушный над левым плечом .
Подруги клейменые лживые всюду ,
Узрели легко в Кочукове Иуду .
Узрели в Знобищевой шельму беды
И в Доровских лицемера среды .
Но Строкина Тося не видит причину ,
За что осудили исчадья мужчину .
Орлова не хочет былое узнать ,
Витковская хочет признанье познать .
Кудимова злая , Дорожкина злая ,
Испортили роком историю края .
Ну что они детям прочтут в сапухе ?
Фальшивый рассказ о грехе в женихе .

МЕЖА

***
Кочуков меня судил ,
Кат на месте храма .
Кутуковой угодил ,
Хитрой речью хама .

Волчьим взглядом Кочуков ,
Мил волчицам туны .
И музей его веков ,
Для лихих коммуны .

Лысый кряж Басаврюка ,
С шАбашом подножным .
Бесам житница слегка
И страстям безбожным .

Лжет порочный негодяй ,
О любви и чести .
Предал светоча смердяй ,
Ради чуждой мести .

Торт от радости купил
И с друзьями скушал .
Черным дегтем окропил ,
Где столпы порушил .

Чучела музейных дел ,
Из бумаги с клеем .
Басаврюк творит удел ,
Где грехи с елеем .

Поседел бездушный кат ,
Лепит крепость хвата .
Кочуков всегда богат ,
Всем набором свата .

В телестудии понтарь ,
Власть ему родная .
С оппонентами бунтарь ,
Суть идей шальная .

Всех отпетый предает ,
Кто творец от Бога .
Злом невинным воздает ,
С судным днем итога .

Кутукова не хвали ,
С Кочуковым платье .
Если хочешь раздели ,
С извергом проклятье .

***
Лед не тронул Челновую ,
Дланью без тепла .
Рыбу мелкую живую ,
Емкость не влекла .

Выпускают снова рыбу ,
В глубину реки .
Кутукова видит дыбу ,
Рядом казаки .

Городок пылает Красный ,
Бунт подавлен здесь .
Кочуков к нему причастный ,
Сдал родную весь .

Лысогорская обитель ,
Стала как шалман .
Вдохновляет не Спаситель,
Разин атаман .

Бродники Чертка глумились ,
Над людьми царя .
Пошалить гурьбой стремились ,
Чтоб не сгинуть зря .

Поплыла качаясь лодка ,
К камышам смелей .
Сильно влюблена молодка ,
В пахаря полей .

Рыба резвая взыграет ,
Вскоре на свету ...
Пахарь радостный взирает ,
На свою мечту .

Кутукова видит страсти ,
В глубине времен .
Сушит в Арбузовке снасти ,
Лишь рыбак Семен .

Весеннее эхо

Суслики свистят опять
На горе плешивой ,
Чтоб не целились распять ,
Тень судьбы паршивой .

Чтоб не врыли черенок ,
Здесь сухой березы .
Чтоб не кинули венок ,
Днесь впитавшем слезы .

И казак родных Горищ
Не искал Иуду ,
Где кружился голый хлыщ
И крушил посуду .

Суслики свистят вовсю ,
Злясь на Челновую ,
Залила долину всю
И нору живую .

Разлилась весной река ,
До крыльца казачки .
Не дождаться молодца ,
Встал у водокачки .

Эхо тонкое свистит ,
Под луной лучистой .
Всех крещеная простит
Вновь душою чистой .

На заре в мечтах скорей ,
Ввысь взлетит порывом ... ,
Слыша крики журавлей ,
Над речным обрывом .

Округа любви

По реке плывет камыш ,
А на нем голубки .
И туманы возле крыш ,
Курят свои трубки .

Разлилась река вовсю ,
Волны бьются в стекла .
Промывай дорогу всю ,
Чтоб судьба промокла .

Смой весенняя вода
Грешный след былого ,
Что б не грянула беда ,
С воем волка злого .

После бурной суеты .
Волны станут тише .
И голубки как мечты ,
Свет найдут на крыше .

Посветлеет каждый дом ,
Как любви округа .
И не помня о худом ,
Мы простим друг друга .

Лучистое село

Над Горами вьют круги ,
Журавли над Лысыми ,
Где Всевышнего враги ,
Разбежались крысами .

Из лучей зари навьют ,
Ореол для радости .
И по птичьему споют ,
Разгоняя гадости .

Крики белых журавлей ,
Эхо носит чистое ...
И село не станет злей ,
От добра лучистое .

Эпилог

Где подруги в житном поле ,
Светлых душами друзей ?
На авто по личной воле
Мчатся "княжичи князей ".

Все великие водилы
И в салонах короли !
Лишь одна вдымает вилы ,
С сеном женщина вдали .

Луг широтами пригожий ,
Красоту не занимать .
И бежит малец похожий ,
Всей энергией на мать !

Ответ любым критиканам

На творчество нету аренды ,
Пиши , что с судьбой увязал .
О Лысых Горах я Легенды
Создал и душой рассказал .

Отрадно представил былое ,
Любя родовых казаков .
И доброе время , и злое
Я выразил в темах веков .

Легенды о разном и многом ,
В ключе бытовых величин ...
Отвечу за них перед Богом ,
Надеюсь без черных кручин !

***
Междусобойчик под горой ,
Как шАбаш страдною порой .
Кому уборка хлебных нив ,
Кому милее космы ив .

Неугомонный лунный конь ,
Чурается костра огонь .
Проскачет ярко по реке
И блики тают вдалеке .

Влизи костра лихие все
И тени злыдней на росе .
Байстрюк тусовки Кочуков
И Новиков из вахлаков .

Шматко отступникам пример ,
Олег Алешин лицемер .
Невера Кобзарь из гулен
И гостьей леший умилен .

Щеряк за главного сидит
И Вием пламенно глядит .
Билеты СПР греша ,
Вручают лохам шАбаша .

Лохушкам тоже выдают
И песни гнусные поют .
С мандатом грез у Челновой ,
Волчихин Миша чуть живой .

Баранова томится вся ,
Нечистых леденцы сося .
А вот и Маликова Таня ,
Для беса лучшая матаня .

Вернулась на круги своя ,
Грехи шалавы не тая .
Дорожкина сжигает просо ,
Аршанскому мигая косо .

***
Какое странное сообщество ,
В Союзе злобного вреда .
И шельмы рокового общества ,
С Трубой едины навсегда .

Творят подонки непотребное
И Кочуков им сводный брат .
Дорожкиной дают не хлебное -
Алмазы лести в сто карат .

У Доровских судьба предателя ,
Как у Алешина в миру .
Попрали заповедь Создателя
И держат марку на юру .

Нет в карагоде Миши Гришина ,
Есть Гришина - Рыжкова мисс .
И Сошин отвергая Ишина ,
Забыл упрочить компромисс .

У Кузнецова дух не сломлен ,
Покорен нечисти прорех .
И Голубничий не надломлен ,
Стяжая фарисея грех .

Какие странные порывы ,
Поэта чести осудить .
Анчутки каждого игривы ,
Стремятся всюду навредить .

Богданова награду местную ,
Кому ни поподя дают ...
Среду поганую бесчестную ,
Для безобразий создают .

Продажные не одинокие ,
Идут к расплате косяком ...
Две Валентины волоокие ,
В Ильинском пекле босиком .

Не верят падшим в Притамбовье ,
Не верят извергам суда .
И берегини грез зимовье ,
Не строят рядом никогда .

Лукавые вовсю тусуются ,
Прославив бездарей опять .
В Мордово грешники красуются
И ставят двоечникам пять .

***
Вновь истина была не рядом ,
Лишь кривда ликовала близко.
И грешников заняв обрядом ,
Ползла вся бросовая низко.
И Селиверстов хват плешивый ,
Льнул к обезумевшей Дорожкиной .
И Кочуков вахлак спесивый ,
К Мещерякову с шельмой Рожкиной
Геращенко мечтая членом ,
Стать СПР дурел от жажды .
И Острик Доровских с поленом
В аду лгунов увидел дважды .
Судилище как сдадость падшим ,
Бессовестным порок удобен .
От козней с Гришиным увядшим -
Абсурд в театре бесподобен .
Вам помешают быть такими ,
Не яркие творцы увы .
В беде вы станете другими ,
От жалких ног до головы .
Болезни злыдней одолеют
И каверзы судьбины всей.
Гордыню сны не пожалеют ,
Кошмарные от жизни сей .
Предательства придавят грузом
И клевета скривит тела .
Покатитесь под гору юзом ,
Где полыхает бездна зла .

***
На фуршете коло дули
Революцiя иде .
-- Хай нулек ! -- усi гукнули , --
За Виiорика буде --

И Виiорик встрепенулся :
-- Я с газетой нетям друг ! --
Веки вздернул и запнулся ,
Ночь кромешная вокруг .

Очи гольного кретина ,
Запылали -- он вопит :
-- Вновь Кудимова Марина ,
Кровью упырей кропит ! --

И Дорожкина в фаворе ,
Словно панночка в бреду .
Подарила зуб Федоре
И лодыжку на беду .

На фуршете мает вещи ,
Сошин - крыша раскоряк ...
Под Плешивой горкой клещи ,
Держит к пыткам Мещеряк .

И Канчук стяжает фишку ,
В отражении луны .
Чернокнижника он книжку ,
Видит бонусом страны .

Злобой падшие объяты ,
На фуршете и везде .
Вновь Тамбовские Пенаты ,
Катам видятся к беде .

Все смешалось на фуршете ,
Нети бьются об заклад :
-- Будут взрослые и дети ,
Жаждать беспросветный ад --

Снова тени либералов ,
Закружил палач с венцом .
И Судилище вандалов ,
Стало зримым над творцом .

На фуршете дурь спадает ,
Замолкает рiч ...
На рассвете пропадает ,
Роковая нiч .

Мордор Хвалешина

Хвалешин сидит на коне.
Вождем упырей Галдыма
И веет в родной стороне.
Гнилое исчадие дыма .
Газета в руке кривой.
И в теле душа кривая .
Качает дурной головой ,
Клыкастую пасть разевая .
-- Вперед упыри , вперед !
На штурм вурдалаки снова ,
Настал теневой черед ,
Талантов унизить Тамбова .
Устои времен покривим ,
Поставим все кверху низом .
И каждый творец - херувим ,
Накроется медным сюрпризом .
Фуршет станет пиром всего ,
Кумиром толпы и Парнасом .
Вперед упыри моего ,
Незримого беса с гласом ! --
В Тамбове витает мура ,
Летят хохотушки куры ...
Хвалешин берет на ура ,
С ватагой хоромы культуры .

***
Забыта тревожная тишь
И тайна раскрыта подлунная .
Гора породившая мышь -
Гитара времен многострунная .

Мелодии Лысой Горы ,
Челнавские заводи слушают .
И люди лукавой игры ,
Торты шоколадные кушают .

Здесь кони весною паслись
И выли зимою бураны .
Несушки в июле неслись
И стадом гуляли бараны .

Личины полночных гостей ,
Страшнее кошмаров немыслимых .
Козлы и химеры страстей ,
В грехах потонули бесчисленных .

Пищит лопоухая мышь ,
На Сашу и Машу похожая :
- Баранова зря голосишь ,
Ты в шАбаше баба негожая -

Наталья обижена вся :
- Я лучшая шельма Баранова !
Глотну из реки карася
И съем шоколадного Бранова -

Нахмурилась мышка Горы ,
Кикиморы вздыбились буями .
И тучные с неба дары ,
Упали холодными струями .

***
ЗАНЯТ ДОЖДЬ СВОЕЙ ИГРОЙ ,
ЛЬЕТ ИЗ ВЕДЕР НЕБА .
А ПОД ЛЫСОЮ ГОРОЙ ,
ПАДШИХ ВНОВЬ ПОТРЕБА .

СОШИН ВИКТОР ПОД СТРЕХОЙ ,
ЕСТ ПОЭТА ТОРТА ...
-- ВЕСЬ БОГДАНОВ НЕПЛОХОЙ --
ВСЛАСТЬ ВОПИТ КОГОРТА .

МАЛИКОВА В РОТ СУЕТ ,
НОГУ С ШОКОЛАДОМ .
И ВОЛЧИХИН ВОЗДАЕТ ,
ТРАПЕЗЕ С ОБРЯДОМ .

КОЧУКОВ СМАКУЕТ ЗЛО ,
РУКУ КАК СЛАСТЕНА .
-- МНЕ С НАЧИНКОЙ ПОВЕЗЛО --
ШЕПЧЕТ ВСЕМ АЛЕНА .

ТОРТ С БОГДАНОВЫМ НЕ МАЛ ,
С ПУШКИНЫМ БЫЛ БОЛЬШЕ .
КТО ТВОРЦОВ ЕДОЙ ЗАМАЛ ,
ХУЖЕ ЗЛЫДНЯ В ПОЛЬШЕ .

ВСЯ ТРАДИЦИЯ ГЛУПА ,
ЕСТЬ С ПОЭТОМ СЛАДОСТЬ ,
ТОРТ ПОСТАВИВ НА ПОПА ,
КАННИБАЛАМ В РАДОСТЬ .

***
ГОРА НЕ ИДЕТ К АЛЕШИНУ ,
ОЛЕГ НЕ СТРЕМИТСЯ К ГОРЕ ,
ПОСЛАЛ ОН ПИСЬМО ИЛЕШИНУ ,
О ГРУСТНОЙ ОСЕННЕЙ ПОРЕ .

-- ИЛЕШИН Я ДОЛГО УЧИЛСЯ ,
СТИХИ МИРОВЫЕ ПИСАТЬ .
ОТ ПЕРХОТИ СЛОВОМ ЛЕЧИЛСЯ ,
ЧТОБ ВОЛОСЫ РАСЧЕСАТЬ .

ПО ПЯТНИЦАМ Я ТАРАТОРИЛ
И В ПУШКИНСКОЙ ЛЕКЦИИ ВЕЛ .
ФУРШЕТ ПОНИМАНЬЕ УСКОРИЛ --
ДО РУЧКИ СУДЬБИНУ ДОВЕЛ !

ЩЕРЯК С КОЧУКОВЫМ ХАПУГИ ,
ОБМАНЩИКИ , КАТЫ , ЛГУНЫ ...
К ПАРНАСУ ИДТИ ПОТУГИ ,
ОТВЕРГЛИ У ПЛАЧА СТЕНЫ .

ТЕПЕРЬ КОЧУКОВ ПО СРЕДАМ ,
В АСЕЕВСКОМ ШАБАШ ВЕДЕТ .
ГОРА НЕ ИДЕТ К ЗЛОВРЕДАМ ,
СЕДОЙ К ОБЛЫСЕВШЕЙ ИДЕТ --

***
ЖАР - ПТИЦА УЛЕТЕЛА НА ЗИМУ ,
БЫТЬ МОЖЕТ СНОВА ВНИКУДА .
ХУДОБА НАРИСУЕТ АЗИМУТ ,
БАСАВРЮКУ С КЛЕЙМОМ ВРЕДА .

У ЗНАМЕНИ ТРУДА ОКАЗИЯ ,
ИЗ ПРИТАМБОВСКИХ ЛЫСЫХ ГОР .
С ГЕРАЩЕНКО ВОЛОДЕЙ МРАЗИЯ
И С ПЕРЕЛЕХОВЫМ ДРУГОР .

ЕЛЕНА ПАДШАЯ НИКУЛИНА ,
ШАРМАНКУ БЛЕФА ЗАВЕЛА .
И ВЕДЬМА САША ПЕРЕКУЛИНА ,
ЗАЛ НАГОВОРОМ ОБДАЛА .

У КОЧУКОВА ВСЕ ОПЛАЧЕНО ,
В МУЗЕЕ БАРИН БАСАВРЮК .
И СОВЕСТЬ ИЗВЕРГА РАСТРАЧЕНА ,
НА БЕЗДНЫ ДУШЕЛОВНЫЙ КРЮК .

НИКУЛИНА ВИТАЛА В КЛЕТЧАТОМ ,
КАСАЯСЬ ПРОКЛЯТЫХ ТЕНЕЙ .
ЖАР - ПТИЦА УЛЕТЕЛА ВЕЧЕРОМ -
ОТ ШЕЛЬМ И АСПИДА СВИНЕЙ .

ПОТОМ ХОККЕЕМ У ПОДНОЖИЯ ,
ГОРЫ ПОРАДУЮТ ДРУЗЪЯ ,
БЫЛОМУ ШАБАШУ БЕЗБОЖИЯ ,
ПРЕВРАТНО КЛЮШКАМИ ГРОЗЯ .

ОДЕТЫ ВАЛЕНКИ НА НОГИ ,
В МУЗЕЕ НЕЧИСТИ НОЧЕЙ .
В ХОККЕЕ БУЙНЫЕ ИТОГИ ,
ВСЕГДА ПОРЫВОВ ГОРЯЧЕЙ .

А ЛЕТОМ ШАБАШ С ПОЕДАНИЕМ ,
ТОРТОВ С ПОЭТАМИ ВЛЕЧЕТ ...
ЯВЬ ОБЛЕКАЕТСЯ ПРЕДАНИЕМ ,
ЧТО БЕДЫ КРАЮ НАВЛЕЧЕТ .

У КОЧУКОВА ВСЕ К ТЩЕСЛАВЬЮ ,
ВИНУ НЕ ЛЖИВОМУ ВМЕНИЛ .
НИКУЛИНОЙ СУДЬБУ К БЕССЛАВЬЮ ,
КУПИЛ И В БЕЗДНУ УРОНИЛ .

                ***
ХВАЛИ ИХ КУТУКОВА НАДЯ ,
МЕНЯ СУДИВШИХ ЗА СТИХИ --
МЕЩЕРЯКОВУ В ЗЕНКИ ГЛЯДЯ ,
ЗНОБИЩЕВУ ЗА ВСЕ ГРЕХИ

СЕГОДНЯ ЩЕРЫЙ С БОРАТЫНСКИМ
И КОЧУКОВ И СЕЛИВЕРСТ ....
ХВАЛИ С АНЧУТКОЙ НЕВИДИМСКИМ ,
АДЕПТОВ ЛЫСОГОРСКИХ ВЕРСТ .

ХВАЛИ ТАМБОВЩИНЫ ХАЛДЕЕВ ,
У ВЛАСТИ НА БОЛЬШОМ СЧЕТУ .
ЦЕНЯ СУДИЛИЩА ЗЛОДЕЕВ
И ВОЗЛЮБИВ ИХ КЛЕВЕТУ

БАНАЛЬНЫХ СТИХОПЛЕТОВ ЧЕСТВУЙ ,
ПОМЕЧЕННЫХ МАМОНОЙ МЗДЫ
НАДЕЖДА КУТУКОВА ДЕЙСТВУЙ ,
КАК ШЕЛЬМА - ВЕСТНИЦА БЕДЫ .

И ПЛАТЬЕ СИНЕЕ СПАДАЯ ,
С ТВОИХ ОБЛЕДЕНЕВШИХ ПЛЕЧ ,
ВДРУГ ПРЕВРАТИТСЯ УВЯДАЯ ,
В ПЕЧАЛЬНЫЕ БУКЕТЫ ВСТРЕЧ ..

Загвоздка

Суть меня не раздражает ,
Тани с падшим интервью .
Пусть Макарова решает ,
Быть в аду или в раю .

И с пятном глава района ,
Сам решил кому служить .
Басаврюк лихого склона ,
Будет с бесами дружить .

Не в хранилище загвоздка ,
В злых гонителях она .
Бытия времен повозка ,
Вся под тенью полотна .

Неприглядных дел картина -
Суд во храме над творцом .
Фон событий палантина ,
С жутким пламенным лицом .

На юру блефуют каты ,
Лицемеры все в чести .
Осудив поэта хваты ,
Жаждут цацки обрести .

Выглянет луна поярче .
Над музеем Лысых Гор ,
Кочуков выходит старче ,
Кликать нечисть на бугор .

Вновь слетаются на шАбаш ,
Шельмы сделавшие крюк .
И козлище блеет Крабаш ,
И ликует Басаврюк .

Интервью Татьяне после ,
Даст лукавый Кочуков .
И незримым встанет возле ,
Дух безумия веков .

Печь в музее и лежанки ,
Лавки , скарб и зипуны .
Кочуков с костями канки ,
Басаврюк со стороны .

                ***
Красные яблоки повесть о чем ?
О совпаденьях больного с врачом .
Автор страдает тщеславием днесь,
Ради гордыни куражиться весь .
Грубый сатрап в СПР на посту ,
Вес набирает слоновий к посту .
Но не постится молясь и крестясь ,
Судит поэта к греху обратясь .
Где возвышался намоленных храм ,
Автор с творцом оклеветанным хам.
- Яблоки красные ешь не спеши -
Бес нашептал - и лукаво пиши .
Я излечу тебя от доброты ,
От восприятья любви высоты .
От милосердных порывов души ,
Я исцелю только злыдень греши -

***
Лысогорец , Пилат и Гапон ,
В молодежном театре свои .
И Кальницкой вручили купон ,
Где сгущаются бесов рои .

Юбилей у Пилата Юрка ,
Мещеряк прокуратор личин .
Кочуков с сединой вахлака ,
Лысогорец поганых причин .

Предающий Гапон - Доровских ,
Свой среди предающих иных .
У Сергея в кругах воровских ,
Друганы волкодлаков шальных .

Осудили во храме меня ,
Гнева ангела не боясь .
Ведьма Пронина шАбаш ценя ,
К юбиляру пришла поклонясь .

У Кальницкой продажности зуд ,
Шельмой стала театра и вне .
На спектакль Лысогорских Иуд ,
Полетит на Володе - коне .

У Геращенко свой перехлест ,
Под гитару нашептывал хрень .
Под растрепой расширится хвост
И пройдет воздержанья мигрень .

В молодежном театре банкет ,
Лицемеров бездушных в ином .
Мещеряк оплатил этикет -
Бутерброды с дешевым вином .

Так личинами шельмы страшны ,
Как делами безбожной среды .
Всклень исчадия злобы грешны -
Все носители меты беды .

                ***
ЛИХОЕ ВРЕМЯ ПЕРЕСТАЛО ,,
СКРЫВАТЬ БЕСЧЕСТИЕ СЕРДЕЦ .
И НОВИКОВУ ЯСНО СТАЛО
ЧТО КОЧУКОВ СЕРГЕЙ ПОДЛЕЦ

НИ СЛОВА В ОГОЛТЕЛЫХ ДРАМЕ
КОГДА АНДРЕЯ СОНМ ХУЛИЛ
ПОЭТА ХВОРОВА ВО ХРАмЕ
В УГОДУ ЗЛЫДНЯМ ОСУДИЛ

СТАРУХА ВАЛЯ ИНТРИГАНКА ,
В ПОЧЕТЕ НЫНЕ И ВЧЕРА -
ТОКСИЧНАЯ ДУШОЙ ПОГАНКА ,,
ТВОРИЛА КОЗНЕЙ НОМЕРА ,

ОТКАЛЫВАЛА ДОХЛЫЙ НОМЕР,
ПОТОМ ДО ЖУТИ РОКОВОЙ .
АНЧУТКАМИ ОБЪЯТЫЙ ПОМЕР
И БЕСНОВАТЫЙ ЧУТЬ ЖИВОЙ

ЕЙ КОЧУКОВ УПОРНО СЛУЖИТ
КАК РАБ НАСЕДКИН И ТРУБА .
В РАСПЛАТЫ БЕЗДНЕ ОБНАРУЖИТ,,,
ЧЕМ СТАЛА ПАДШЕГО СУДЬБА

***
Когда вы служите врагам
Моим гонителям бездушным
Стремитесь к смутным берегам
Молясь подонкам равнодушным
Там шельмы вьются у горы
И образины пишут ноты
И в штуцер дьявольской игры
Задами дуют санкюлоты
У безобразных подлецов
И падших фурий обретете
Билеты пакостей жрецов
И пламя ада на излете

***
Пришли ниоткуда , уйдут вникуда ,
Меня осудившие злыдни вреда .
Мамоны казну охранял Кочуков ,
Как банков тельца Мещеряков .
Дорожкина хапала цацки наград
И хапал Аршанский вовсю ретроград .
Пришли ниоткуда , уйдут вникуда ,
Меня осудившие злыдни вреда .
И Пушкин на торте разрезан ножом ,
Из Липецка сирым приблудным бомжом .
И Светочь журнал потемнее всего ,
Когда бесноватые други его .
Пришли ниоткуда , уйдут вникуда ,
Меня осудившие злыдни вреда .
Одна убежала в Воронеж от зла ,
По зову вернулась к фиесте козла .
Но шляпа беглянки шальных не влечет ,
В тусовке пропащих продажный почет .
Пришли ниоткуда , уйдут вникуда ,
Меня осудившие злыдни вреда .

ЧЕЛНАВСКИЕ РУСАЛКИ

Глас старины

Сказать о местной старине необходимо
И будет прошлое в стране вновь возродимо .
Не ради красного словца поведать надо ,
Но ради дедушки отца , качавшем чадо .
Сказать о бренной череде и житном поле --
Поведать сердцем о страде и трудной доле .
Быть может села вопиют духовным гласом
И храмы снова восстают с незримым Спасом .
Быть может ивы у пруда нам станут любы
И мы с другими никогда не будем грубы .

1
Арбузовка

Теперь ее скрывают воды ,
запруды видимой реки .
Но все невидимые своды
домов утопленных крепки .
Я вспоминаю вновь строенья ,
той Арбузовки , что была .
И вся Челнавка без сомненья ,
кувшинками вблизи цвела .
Я плыл легко на плоскодонке ,
еще веселым пацаном .
И не мутили жизнь подонки
багром интриг и колуном .
Ловил ершей и красноглазок ,
где заводь млела под звездой .
И видел цаплю и пиявок ,
в руках долины голубой .
Росли и полнились арбузы ,
бахча у речки широка ...
Но ветерок лихой обузы ,
дул и свистел издалека .
Теперь на дне село былое ,
нет Арбузовки детских грез .
Большое в жизни и малОе
мне видится в росинках слез .

2
Челнавские русалки

В лунные ночи светлые ,
На берегах запруды ,
Видели люди местные --
Бликов игривых причуды .
Слышали песни старинные ,
О подневольной доле .
Космы русалок длинные ,
В мутной подводной юдоле .
На берегах расчесывать
Волосы легче гребнями .
И любоваться росами ,
И забавляться бреднями .
Стылое водохранилище ,
Донных ничем не радует .
Блестков звезды хранилище ,
Каждой что мимо падает .
В доме любом не топлено ,
Тени в селе находятся .
Кладбище все затоплено ,
Вот и русалки водятся .

3
Тамбовский Садко

Дрова догорали неспешно ,
Уха остывала в котле .
Рыбак вдруг воскликнул потешно :
-- Вот баба летит на метле ! --
Друзья рыбака загалдели :
-- Ты Ваня -- Тамбовский Садко !
Что мы второпях проглядели ,
Ты видишь душой далеко --
По стопке все выпили разом
И скопом легли почивать .
Лишь Ваня объятый экстазом ,
Стал лунной мечте воздавать .
Представил себя под водою ,
В селе беззаветных чудес .
Гуляет с красой молодою
И мир распрекрасный воскрес .
Быть может село Арбузовка ?
Быть может иное село ?
Но плавает рыбка плутовка
И облако держит весло .
Все сказочно , необъяснимо ,
Все образно как никогда .
Вот люди проехали мимо ,
А путь лошадей без следа .
Мечта ли Ивана взъярила ,
На тихом ночном берегу ?
А может незримый Ярило ,
Гнет время земное в дугу ?
Иван присмотрелся к подруге :
Стройна , хороша и нежна .
Поплыли по речке на струге
Туда , где купалась луна .
О русская добрая вольность ,
Ты даришь надежду душе !
Отринул влюбленный издольность
И деву ласкал в камыше .
Проснулся в палатке гулена ,
Один он прошляпил рассвет .
Взглянул -- на платочке "Алена",
Разглаживал солнечный свет .

4
Русальница

Духов день всегда в фаворе
У крещеных христиан .
Только девушке Федоре
Вновь привиделся Боян .
Старец сед и слеп глазами ,
Но с пронзительной душой .
Гусли плачут над возами ,
Гласом музыки большой .
Льется музыка печалью ,
Льется шепотом берез ...
И Федора светлой далью ,
Увлекается до грез .
Вдруг Боян запел о главных ,
Приснопамятных богах .
И Ярило среди славных ,
Берегинь на берегах .
И Даждьбог проходит мимо ,
По полям недалеко ...
И русалки вместе зримо
Хоровод ведут легко .
Вот Русальница из речки ,
ЧуднЫе плетет цветы .
И плывут мечты - сердечки ,
Бликами без суеты .
Не смотри на них Матрена ,
Не узришь Иван благих .
Увлекут с собой без стона
И утопят как других .
Старина на пажить места ,
С милым вьехала верхом .
И Федора как невеста ,
Здесь едина с женихом .
Свадьба будет озорная ,
Вдоль деревни плясуны ,
Пыль дорожную вздымая ,
Шутками развеют сны .
Пел Боян , взывали струны ,
К Дню Русальниц у реки .
И вовсю блистали луны ,
Где в колодцах родники .

Светлые берега

Прохладный день начала лета ,
Но воздух Троицы Святой !
В лучах червонного рассвета
Храм , куполами золотой .
Сиянье вышней позолоты ,
Не ради прибыльных щедрот .
Душа во храме без заботы ,
Частицу неба обретет .
В молитвах чудо происходит ,
Мы обретаем высоту .
Прозревший истину находит
И видит духа красоту .
Воздастся каждому по вере ,
Оставим Господу врагов .
У доброго по крайней мере ,
Есть ангел светлых берегов .

ПОЭМА

ВЕРЕТЕНО ПРЕИСПОДНЕЙ

1
Вихрь преисподней

-- В Тамбове крепкое вино --
Глаголит панк Веретено .
-- Я приглашаю в Кенигсберг ,
Марию и метрессу Берг --

Уснул в вагоне как дано ,
Экспресса панк Веретено .
Приснилось смутное ему ,
В холодном , призрачном дыму .

На шабаш острова Преголь ,
Приносят ведьмы алкоголь .
Из преисподней вихрь турбин ,
Взметнул исчадий из глубин .

Озноб объял главреда враз ,
На троне неть - дикообраз .
В руках хмыря веретено
И нить спускается на дно .

Иммануил нагрянул Кант
И рядом ушлый музыкант .
-- Мораль несчастный не с тобой
И звезды неба не с судьбой --

Кошмар продолжился в огне ,
Две гостьи ведьмы на коне ...
-- Главред отринь веретено
И поснимай душой кино --

Преголь и замок из камней ,
Веретено и нити дней .
И шабаш бездной затемнен ,
Все чернобаи без имен .

2
Гильотина и пряник

Пришел крутой мордоворот ,
В СП поместной власти ,
Двурожкиной восславил рот
И утвердил напасти .

Метресса ляпает сдурма ,
О Маше как о фее .
Возносит слабую весьма ,
Словес при корифее .

Приемы старые в ходу ,
Талантов всех на плаху ,
Но фаворитов череду ,
К безбрежному размаху .

Нет роста юным никому ,
Всех рубят гильотиной .
Лишь держиморде одному ,
Трон с гибельной картиной .

Поэта лучшего на век ,
Судили воры света .
Творений лишний человек ,
Для палачей расцвета .

3
Треп злыдни

Отговорила роща золотая ,
Двурожкина с Тамбовом говорит .
И журавли печально пролетая ,
Увидели как Родина горит .

Из сказанного искры вырывались
И разлетались пылкие везде ...
Мосты отдохновения сжигались
И стебельки на житной борозде .

Дороги разгорались мировые ,
Юдоли пламенели без числа ...
В Двурожкиной порывы роковые ,
Проруха бездуховность привнесла .

Над храмовой Голгофой говорила,
Метресса о поэзии судьбы .
Недавно здесь поэта обвинила
И осудила с помощью Трубы .

Лауреатов славой опалила ,
Но никого не окрылила днесь .
Метресса о высоком говорила,
Когда густела пепельная взвесь .

4
Фальшивая

С бабушкой всласть говорила ,
С пропастью вмасть говорит .
Там где эксцесс сотворила ,
Черной судьбиной горит .

Злобно талант обвиняла ,
Хищно судила творца .
Заповедь вновь растоптала ,
Господа Сына Отца .

В лживом старуха почете ,
С родиной фальшь говорит .
Вновь у нечистых в зачете ,
Грех роковой сотворит .

Машу бездумно возносит ,
В рай фаворитку сует .
Горе талантам приносит ,
Мрачной беде воздает .

Лжет безобразно старуха ,
Кривдой живет роковой .
Пахнет полынью проруха ,
Рядом с тропинкой кривой .

5
Букет гербер

Вся свита куплена метрессой ,
За грош лукавой продались .
И бездуховной , лживой пьесой ,
Вновь лицемеры увлеклись .

С букетом герберов Тамара ,
Никола с пламенной слезой .
Олега снова от удара ,
Спасла цепочка с бирюзой .

Хвалили злыдню за интриги
И величали за грехи .
Кагалом за пустые книги ,
Читали славицы стихи .

Все проходное в сочиненьях ,
Нет света трепетной души .
Бес пребывающий в мгновеньях ,
Шептал : -- Бездарная пиши --

-- Великая мы в восхищеньи ! --
Кумир для пакостных личин .
И закружились злые тени ,
С продажным перечнем причин .

6
Ловцы грехов

Ловят без удилища ,
Смайлики имен ...
Грех на них судилища ,
До конца времен .

Пусть звенят наградами
И смеются зло ,
Гордость за оградами ,
Время извело .

Мельтешат с личинами ,
Жаждут яркий шанс ,
Чтоб иметь с починами ,
Славы декаданс .

В тщетности развязные ,
С чередой потех ,
Прославляйтесь праздные,
Вы страшнее всех .

7
Вождь падших

Вокруг невзрачная картина ,
Тамбов не любят снигири .
-- Яволь метресса Валентина ! -
Кричат Хвалешин и Мари .

Труба козловский штурмбанфюрер :
-- Яволь майн фюрер -- голосит .
И Юрий Щеряковский - Дюрер ,
Вовсю лампасами трусит .

Бомонд выбрасывает руки ,
Как в Риме истовых времен .
-- Яволь ! -- и капище поруки ,
С палитрой преданных имен .

Мария с Леной флагоносцы ,
Они волчицы по судьбе .
Как рьяные партайгеносцы ,
Веками юные в борьбе .

Метресса злобная до страсти ,
Костры рисует на стене .
-- Яволь ! - кричит слуга напасти
И грешных лапает в огне .

8
Ковчег разврата

На Цне реке у горки храма ,
Ковчег дрейфует ресторана ...
И в капище нечистых срама ,
Витает блеянье барана .
Доносит ветер птичий гомон ,
Собачий лай и брех куницы .
Был ресторан плавучий сломан
Стихией , с мордою волчицы .
Такое виделось прохожим ,
Что жутко стало атеистам
И людям всюду толстокожим ,
И впечатлительным артистам .
За окнами ковчега ларей ,
Микст совершался непотребный .
Там люди превращались в тварей
И поедался идол хлебный .
Оторвы патлы разрывали ,
Шалавы выли обреченно .
И блудные к луне взывали ,
Как вурдалаки увлеченно .
Враги поэта бесновались ,
Вплетаясь в оргию разврата .
Кривые души очернялись ,
Вблизи лукавого собрата .
Но утром свет зари знакомо ,
Вонзался в морок ресторана --
У каждой твари тело гомо
И обжигала сердце рана .

9
Безмолвная

А говорит ли Родина с тобой ,
Лукавой , многоликой интриганкой ?
Ты выглядишь напыщенной поганкой ,
С почетной , ядовитою судьбой .

Твой шумный , дилетантский балаган ,
К поэзии поэты не причислят .
Чиновники всех разом перечислят
И кругленький получат чистоган .

Ты видимость заботы создаешь ,
Но тут же забываешь о порыве .
И избранных Икаров на обрыве ,
Ты лживая всегда не узнаешь .

Одну себя возносишь горячо ,
Среди талантом ярким не богатых.
Но забываешь на своих хвостатых ,
Вновь плюнуть через левое плечо .

Тщеславная , с помеченной судьбой ,
От злобы безобразной извратилась .
Ты в фурию обманов превратилась
И Родина безмолвная с тобой .

10
Бустрофедонные

Им Гонченко теперь не верит ,
Тамбовским злым писарчукам .
И всех предателей не делит ,
По чьим шатаются рукам .

С кем Валя лживая свахлялась ,
Баранова не хочет знать .
К кому Мария вновь прижалась ,
Он мразь и неизбывный тать .

Кому Рашанский служит снова ,
Барановой не больно днесь .
Пусть нетей падшего Тамбова ,
Ад поглотит кипящий здесь .

Куняев тоже бьет в набаты ,
Своих сомнений и тревог .
-- Ну что за твари эти хваты ,
Я всем прославится помог! --

Главреду больно как бывает ,
Когда поможет он врагу :
-- В Тамбове Лютый добывает ,
Металл презренный на бегу --

Обманут всех нукеры Вали
И проведут любых всегда .
Возьмут презенты и медали,
И предадут вас господа .

Они с личинами игривы ,
Актеры в жизни роковой .
Всей шоблы подлые извивы ,
Рисует падших дух кривой .

11
Монополия тщеславных

Одно и тоже двадцать лет ,
В литературщине Тамбова ,
Двурожкина поет сонет ,
О подмастерьях полуслова .

Поет метресса о себе ,
Об Начасе писклявым гласом .
И о Знобищевой судьбе ,
И о Луканкиной с Пегасом .

Шедевров нет ни у кого ,
Есть рукотворная порука.
Им не до истины всего ,
Тщеславия важнее мука .

Талантам явлена война ,
За одаренность порицанье .
Страстей судилища цена ,
Гонения и отрицанье .

Подмена истиной звучит ,
Обман за правду выдается .
Бомонд зачуханный молчит ,
Двурожкиной амвон дается .

12
Гиблое место

Не в Карасике дело Николе ,
Не в порывах Светланы Пешковой ,
А в Дорожкиной Вали школе :
Погореловой -- Головешкиной .

Почернели просторные классы ,
Сапухою покрылись доски .
И вблизи Железновой Вассы ,
Истлевают бомжа обноски .

Нету ваз с зоревыми цветами ,
Нету ярких учебников юности .
Только вороны над кустами ,
Навлекают кружением трудности .

Школа Вали не освященная ,
В суете не примечена Богом .
Потому - то липчанка крещеная ,
Рассуждает в Тамбове о многом .

И тропинка к былому неясная ,
Светлячками мечты не освечена ,
Потому - то Кудимова страстная ,
Тамбовчанами с радостью встречена .

13
Нирвана Голубя

Твой голубчик Мария у моря
И судачит с балтийской волной .
Он ушел от вселенского горя ,
От грехов голубиной весной .

Он искал на Памире не крышу ,
Тропку звонкую из хрусталя ,
Чтоб войти в откровения нишу
И узреть Шангри - Ла короля .

Проходил он по берегу Нила
И вдоль Конго легко проходил .
Его хлебом Фекола кормила
И Данила борщем угодил .

Ка - семьсот потревожил голубчик ,
Поле дикого неба вспахал .
Камышей перепутал он чубчик ,
Рядом с плачущих ив опахал .

Игорь Голубь под дубом не будда ,
Вновь с мадам Воробьевой поэт .
С ними Пешкова леди Гертруда ,
Под звездой обретается свет .

14
Химкинское собратство

Вот Лошкарев типичный стихоплет ,
Как Игорь Голубь пустомеля .
В стихах воображения полет ,
До зарослей пузырчатого хмеля .

Недуманные строфы ни к чему
Как пламенная кровь из носа .
Любовь нужна земная одному ,
Другому излечится от поноса .

Они друзъя неистовых мегер ,
Клейменым шельмам всякое прощают .
Таланты скажут злым - Ком а ля гер -
И в творчестве дуэль пообещают .

И Тимофеев пыжиться везде ,
Но мессы Химок для чванливых .
Нестругин рассмотрел на борозде ,
Не поросли - плакаты горделивых .


15
Витающие

Игорь Голубь теперь повитаем ,
Над Преголью свободно паря .
Мы в России родной обитает
И стихи сочиняем не зря .

Без Валькирий Тамбовского края
И Калинина города без ,
Игорь Голубь маршут выбирая ,
Мы изгоев осилим ликбез .

Веретена журналов в раскрутке ,
Нам крутить ни одно не дано .
Подлетим вместе к Кантовой утке
И пощиплем перо как в кино .

Там Наседкин алкаш в почете ,
Здесь Пионт говорит о пустом .
Игорек мы в СП не в зачете ,
В светозарах в тумане густом .

Повитаем и спустимся с неба ,
Восхищаясь Прегольским мостом .
К чаю купим буханку хлеба ,
А шедевры напишем потом .

Никому ты ненужен Голубь ,
С опаленным наветом крылом .
И Огрызко упавший в прорубь,
Горемыка с пытливым умом .

В глубине полыньи Европа ,
Из Союза творцов Атлантид .
И журнал с пересказом Эзопа ,
Как лиса пожирает акрид .

Позабудут друзъя мгновенно ,
Преференции прошлых дел .
Все забвению откровенно ,
Предадут безнадежный удел .

Прославляли в журналах ничтожных ,
Окрыляли в печати плохих .
Заплутали в иллюзиях сложных
И обмануты шоблой лихих .

16
Мутное дело

В Калининграде нету вишни ,
С туникой бледно - голубой .
На Комсомольском Голубь лишний ,
Не станет ястребом Трубой .

Пионт в фаворе и другие ,
Не Голубок с Веретено .
Деянья Игоря благие ,
Превращены хулой в говно .

Вновь клевета перебивает ,
Приголи запах вековой .
Любовь земная убывает ,
От одуревших головой .

Не в Гофмане гнилое дело
И не воскрес Эммануил .
Лихое время прогудело
И воспаряет бездны ил .

И ведьмы в шабаше глумятся ,
Над сонмом храмовых святых .
И к Лысогорщине стремятся ,
Лететь Тамбовщины крутых .

Там Кочуков злых привечает ,
С личиной падший Басаврюк .
И нечисть Голубя не чает ,
Надет на раскаленный крюк .

ЛУННОЕ      ЗОЛОТО     ФАВОРИТОВ

ПОВЕСТЬ   В    СТИХАХ

"Все гонят ! Все клянут ! Мучителей толпа ,
В любви предателей , в вражде неутомимых ,
Рассказчиков неукротимых ,
Нескладных умников , лукавых простаков ...
А. С. Грибоедов

ГЛАВА 1

ПОДМЕНА

Главки

Сныть подмены

Не они , так другие позеры
Будут славить себя на юру .
Генералами станут майоры ,
Окрыляясь в речах на ветру .

Мельтешат на амвонах и рядом ,
Каждый выскочка ныне важняк .
Проститутка великая задом
И продажный несет порожняк .

Нет критерия истинной доли ,
Кто сумеет всегда на виду .
И играют обманщики роли ,
Самых честных на горе - беду .

В перевернутом мире с рогами ,
Можно ангелом неба прослыть.
Ходят снова анчутки богами ,
Где растет не пшеница а сныть .

Лунное золото фаворитов

Ни тени сомнений в своей правоте ,
В своих представлениях ложных .
Они золотые на каждой версте ,
В округе поветрий безбожных .

Они напролом по крапиве идут ,
По грязи , по житному полю ...
Вершины подлунные избранных ждут ,
Даруя им тронную долю .

Но золото видится им под луной ,
Под солнцем оно пропадает .
Ни тени сомнений в душе ледяной ,
Хоть небо дождями рыдает .

На коне в тумане

Юрский - Щеряк на белом коне ,
Шашкой отточенной машет .
Люди для Юрского все оне ,
Каждая особь попляшет .

Особи старые словно сморчки ,
А молодухи как козы .
Все друганы у вояки качки ,
В спорах бураны да грозы .

Он генерал и адмирал ,
Вкупе фельдмаршал в фаворе .
Писал и утром на музу взирал ,
Шмару на ярком заборе .

Скачет в тумане великий Щеряк
Юрский к шальному престижу .
Сонмы лягушек вокруг раскоряк
Квакают прыгая в жижу .

Золотой вагант

Надоело смотреть на причуды
Бабы Вали и свиты ее .
Рядом вьются подонки - Иуды
И вблизи гомонит воронье .

Продались старушенции смерды ,
За гроши из срамного дерьма .
И несут они мантию Герды ,
Все от Маши рабы без ума .

Маша - Герда несет ахинею ,
О мигрени и острове слез .
И влюбляются все в Виринею ,
Лену дамочку сладостных грез.

И еще есть одна тропиканка ,
Александра несущая стяг …
Рядом кочет и жирная канка
И облезлая стая дворняг .

Строки были расхожей сварганят ,
Не для разума , не для души
И бомонд за собою поманят ,
Слушать эхо в чердачной глуши .

Но поэта , от Бога таланта ,
Гонят скопом и словом чернят .
Золотого в твореньях ваганта ,
Лишь рассветы в пути осенят .

Фрики миражей

Одна закрыла страницу ,
Другая поймала жар - птицу
И держит огонь в руках .
Никола нашел станицу
И звездной воды криницу ,
Судьбины мираж в веках .
Закинул ведро он в воду ,
Ногами отринув подводу
И стаю увидел птах .
Но небо грозе в угоду
Дождем захлестнуло природу
И Коля промок в кустах.
Погасли в руках девицы ,
Закрылки волшебной птицы ,
Как угли в затухшем костре .
Криница с водой пропала ,
В ладони звезда не упала ,
Но плавала муть в ведре .
Увидел свой мир Никола
На грани времен раскола ,
Поникнув в тени задрожал ...
А гордая скромною стала ,
Полымя стяжать перестала
И дух ее не возражал .

Зеро фаворитов

Ставки сделаны на Зеро ,
Да и Машенька не Монро .
Да и Ленушка не Бовари ,
Хоть в очках на нее смотри .
Николаева чудо с пером
И в глуши ожидает паром .
А Труба Анатолий позер ,
Балаболка , трепач и фразер .
Распиарены как на пиру ,
Ходят важными и на юру .
Только ставки квартета О О О О,
Хоть хвали их , хоть рьяно хули .

Зеркальное отражение

Смотрит Елена на Валю ,
Сзади зеркальный квадрат ,
Видит поблекшую кралю ,
Ведьму из проклятых врат .

В темных очках ворожея ,
Страшная как никогда .
Лена не ты ли болея ,
Прежде кричала :-- Беда ! --

Зельем тебя опоили
И подкупили дельцы .
Душу твою отравили
Ядом грехов подлецы .

Видишь ты злобную в залах ,
Силишься копией быть .
Только в подземных провалах ,
Место в огне не избыть .

На Дне города

У Горького на дне барон ,
И падших все пределы .
В Тамбове с ветреных сторон
Летят по кругу стрелы .

У речки пляшут огольцы ,
Поют частушки девки .
И носят флаги сорванцы ,
Легко сжимая древки .

Другие ныне времена :
Мажоров , вумен , мэров ...
И волонтеры имена ,
Не помнят пионеров .

Любую хрень им вознеси ,
За дар небесный примут .
На Дне торгующей Руси
Торговцы срам не имут .

Пустых идей круговорот ,
Витает и клубиться ...
На Дне Тамбова нищеброд
Забыл опять побриться .

Все от лукавого вокруг ,
Где храмы бьют в набаты .
Веселых распалился круг ,
Вовсю дудят солдаты .

Вперед толпою на прорыв ,
В нарядах волк и сукиш .
А у черты времен обрыв
И под обрывом кукиш .

Летит стрела одна к реке ,
Чудесная для Вани .
И Василиса не в тоске ,
В покровах ясной рани.

Почетный нечетный

На доске почета Марков ,
Весь Тамбов в цветах .
Не найти важней подарков ,
Когда член в летах .

Член писателей Союза ,
Вдруг почетным стал !
Засиял от красок блюза
Царь - дворец Кристалл .

Пойте птицы зоревые ,
Пой Эгрего весь .
Ваши песни ножевые
Гасят гордых спесь .

Марков духом не Аврелий ,
Но на члене лавр .
Для отверженных Валерий ,
Как для белых мавр .

Власти фигу показали ,
Чистякову вновь .
И Алешину сказали :
-- Ты Олег пся кревь ! --

Распрягаеву не доску ,
Рейку да канат .
Мне рассветную полоску
И простор Пенат .

На доске нечетный Марков ,
Будет год висеть .
А потом ловец Поярков
Четным бросит сеть .

Тусовочная сила

Вы сильны тусовками ,
Вы сильны дружками ,
Маньками и Вовками ,
И приват божками .

Валя вся почетная ,
Для властей икона .
Лена вся улетная ,
Под стрехой Мирона .

Начас друг Аршанского
И Труба с данайцами .
У жида Моршанского ,
Мацу ели с яйцами .

На фуршете грозные
Други мяли тесто .
Что бы в дни морозные
Знать позеров место .

Прежде духи силились
Темные и разные ,
Чтоб в миру усилились
Нети безобразные.

Вот они и бесятся ,
Дымки да Олеги … ,
Позабыв что крестятся,
Когда Идут снеги .

Кумиры тусовок

Они об этом и мечтали :
Кумирами толпы предстать .
Творить шедевры перестали ,
Чтоб в грезах звездами витать .

Кумиры пастве на потребу
Пустые тексты гондобят .
Но души тянутся не к хлебу ,
А к свету искренних ребят .

Позеры ценят только эго ,
Свое , как силу божества .
Какой - нибудь ансамбль Эгрэго
Споет им оду торжества .

И обретая славу ныне ,
Дельцы тусовок не творцы .
Они как всполохи в камине ,
Блеснут -- и пепел все концы .

Цель криводушных

Из - за Трубы и Алешина
Явь бытия перекошена ,
Словно задворный плетень ,
Криво бросающий тень.

Вроде печатают пишуших ,
Вроде взирают на дышащих ,
Смерив расчетной шкалой ,
В затхлой душонке гнилой .

Цель у кривых от лукавого ,
С левого бока и с правого .
Ради тщеты торг ведут ,
Всех за гроши предадут .

Пахнут продажные серою ,
С полной сортирною мерою .
Чистым поэтом Валерою
Буду , я в Господа верую .

Прототипы героев

Мои прототипы героев ,
Играют себя же самих .
Промчался Евгений Боев ,
В толпе не увидел своих.

С коляской Мария мамаша ,
Лучистая словно заря !
А Саша несет Барабаша ,
С незримым легко говоря .

Алешин несет свое эго
И гордость неясно зачем .
Елене играет Эгрего ,
Ансамбль переменчивых тем .

Труба прошагал сувереном
И плюнул фуршетнику вслед .
Наседкин проследовал с хреном
И с другом которого нет .

Бегуньей спешит Валентина ,
Куда ее нечисть несет ?!
Болотина манит и тина ,
Где друг ее нетей пасет .

Аршанский пастух неизменный ,
Козловский , известный давно .
Он носит портфель огроменный
И с марор травою вино .

Блажит у сосны Селиверстов
И дует на руки опять .
В кошмаре чиновник Бесперстов ,
Хотел его ночью распять .

Другие играют не шатко ,
Не валко судьбину свою .
Макарова доку не жалко ,
В Воронеже словно в раю .

Картины миражей

Ни профессор , ни монах ,
Чудик в голубых штанах .
Может Лях он , может Лех ,
Потемнело как на грех .

Тень вокруг него всего ,
Смрад и больше ничего .
Вопиет он и кричит ,
А простор земной молчит .

Он прикаян и крещен ,
Только кривдой извращен .
Вновь Олег или Толян ,
Рожей напугал селян .

Ищет Янус или Гус ,
Валентину делла Крус .
Тень ее мелькнула днесь ,
Янус Гус взъярился весь .

Вихрем стал и засвистел ,
Как носитель многих тел .
В миражах шальной жары ,
Все картины из муры .

***
Обойдусь без злыдей ,
Обойдусь без сидней .
Перебьюсь без клонов ,
В мантиях баронов .
С Васей долго Коля ,
Дымкин был додоля .
В Танькиных либретто ,
Мастер Риголетто .
Маргарита в туне
И балы в салуне .
Воин грянул с громом
И с железным ломом . .
Правит как на марше ,
Лишние , кто старше .
Вникуда с дружиной ,
С калашом , с пружиной.
Дело что не нужно ,
Други лепят дружно .
Вновь ругают честных ,
Сленгом дурней местных .
Верх взяла ватага ,
С мастью слуг Гулага .
Обойдусь без лживых ,
Без шальных служивых .
У меня есть доля ,
Вера , честь и воля !

Призрак бродит по Тамбову

В Орле писателей лелеят ,
Как самых лучших на миру .
И Белгород от них светлеет ,
Когда глаголят на юру .
В Воронеже творцов встречают
Везде как местных мудрецов .
И добрым делом отмечают ,
В кругах имущих и дельцов.
На книги средства и журналы ,
Вручают в этих городах .
И создают любви анналы
Творцы в блистательных трудах .
В Тамбове все иначе в туне ,
Не видно света доброты .
Писатели в своей коммуне ,
Как тени в круге маяты .
Нет средств и воли к озаренью ,
Нет преференций быть в чести .
И призрак движется к забвенью ,
Чтоб ничего не обрести .
Он состоит из грез поблекших ,
Из мыслей искренних былых .
Из всех стремлений наболевших ,
От Чернышова до Белых .
Нищаем жизнью и в твореньях ,
Витает вновь тлетворный дух .
И власти в призрачных решеньях ,
Вздымают тополиный пух .

Смутная возможность

Когда и вас отвергнут члены ,
Творцы союзным огулом ,
Вы так познаете измены --
Застынет воздух над челом .

Никто в беде не пожалеет ,
Все отвернутся втихаря .
И грезы яркие развеет ,
Дыханьем смутная заря .

Вам будет горько и обидно ,
О дружбе прежней вспоминать .
И станет время очевидно ,
Из сердца светлое взимать .

Вы вспомните как гнали доку ,
Поэта чести и добра .
Как обвинений поволоку ,
Кидали с грязью на ура .

Теперь терпите свою долю ,
Черед расплаты за хулу .
Поэт идет один по полю ,
К мечты прекрасному селу .

Мечта о жаре

Наладится погода в нашем крае ,
Жара еще порядком надоест .
И я увижу мини на Данае ,
Купальник фирмы сувенир инвест .

По берегу пройдет качок неспешно ,
Играясь и любуясь лишь собой .
И поплывет хмельной рыбак потешно
За рыбиной дородной голубой .

Рискованно по речке пьяным плавать ,
Но женщины -- русалки во плоти !
И будет Николай Наседкин хавать ,
Свой бутерброд и крыльями расти .

Пока камыш не зашумит от боли
И чайки от тоски не закричат ,
Сыграем свои радостные роли
И флибустьеров , и речных волчат .

Молчат просторы бытия

Я пройду по лезвию кинжала ,
Бытия вопросы не тая :
-- Почему же Таня убежала
Маликова в ближние края ?

Почему Елену хвалят скопом ,
А вчера не знали о такой ?
Почему Труба склонился к жопам
Графоманов с гольною строкой ?

Почему в Тамбове награждают
Боратынским бездарей шутя ?
Почему пройдохе угождают ,
Всем мозги Дорожкиной крутя ?

Почему стратегия культуры ,
С тактикой годами не в ладу ?
Почему творцы литературы
И таланты чуждые к стыду ? --

Зоревых не слышно отголосков ,
Вновь чины - подельники немы .
И смотрю я нежно на подростков,
Не живущих мелочью сумы .

Торжество справедливости

Пребудет время не благое ,
Для лицемеров не благих .
В чем заключалось дорогое ,
Вдруг потускнеет для других .

Вмиг обесценятся порывы ,
Былых поместных величин .
И злыдни станут не красивы ,
Без ветром сорванных личин .

Подует ветер новой доли ,
Необъяснимый для кругов .
Кто обреченно жаждал воли
Восстанут в травах берегов .

В цветах лугов неотразимых,
Восстанут яркие творцы .
И эхо дней невыносимых
Оглушат песнями скворцы .

Побойтесь имущие Бога

Неброский Тамбов не Небраска ,
Дороже икры здесь колбаска ,
Дороже сыры рыбы Фугу
И жить пожелаешь не другу .

В Тамбове судьба дорогая ,
Как девушка ласок нагая .
И в схимне монашка бесценна ,
Когда у плиты откровенна .

Продукты теперь не укупишь
И лишнего с быта не слупишь .
Все дорого , жить не легко ,
Небраска от нас далеко .

Заправки безумий ликвидность ,
Бензин драгоценная жидкость .
Дороже даров однорога ,
Побойтесь имущие Бога !

Час Венеры

Банкуйте вовсю лицемеры ,
В колодах тузы молчуны .
И радуйтесь часу Венеры ,
Когда не узрите Луны .

Играйте легко с игроками ,
До яркой лучистой зари .
Расстаньтесь шутя с дураками
И с дурами черт побери !

Разврат ваше кредо земное ,
Во всем ради бренной тщеты .
Продажное , злое , срамное ,
Безбожное -- ваши мечты .

Банкуйте , играйте , кутите ,
Как новых поветрий купцы .
Но судьбами все заплатите ,
За проигрышь горе - глупцы .

Нет чести у лживых повсюду ,
Нет совести у подлецов .
Банкуйте и славьте Иуду ,
Предатели веры отцов .

Единение душ у обрыва туны

Дурное вскрылось единенье ,
Как передержанный нарыв .
Исчезло вмиг мое сомненье ,
Когда увидел я обрыв .
Душевным взором я увидел ,
С людскими мордами свиней .
Такую мерзость не предвидел
И речь веду я не о ней .
Они друг друга презирали ,
Врагами были лишь вчера .
Теперь влюбленно озирали
Как глубока грехов мура .
Грехи клубились под обрывом ,
Как тени в пекле и дыму .
И было в таинстве игривом ,
Всем притяженье ко всему .
Я помолился без тревоги ,
Крестясь и блудное крестя .
Вдруг появился на дороге ,
Крылатый ангел как дитя .
Он воссиял чудесным светом ,
Меня отрадно озарил ...
И все печальное при этом ,
В одно мгновенье утолил .
Шальные свиньи завизжали
И стадом прыгнули в купель .
И небеса не возражали ,
Как злыдни угодили в цель .
Вопили души безобразных ,
О чем - то мелочном своем .
В мирах анчутки жили в разных
И скопом всюду , и вдвоем .

Придуманная богиня игры

Ваяют даму поэтессу
Друзья из камня бытия ,
Придав прорывному прогрессу
Движенье в яркие края .

- Прорыв ! - взывают волонтеры ,
- Прорыв ! - отвествуют чины .
Ваяют даму ухажеры ,
С оттенком призрачной луны .

Прорвутся к целям без морали ,
Творцы пиара и муры .
Они в песочницах играли ,
В мирах придуманной игры .

В ладонях фифочки скрижали ,
С хорейной рифмой письмена .
Вокруг нее простор ужали
И сбили с неба имена .

Провалы откровений в прошлом ,
Богиня Слова на виду .
Писала ветрено о пошлом
И стала писаной в бреду .

Воспоминание о прошлом

Нахлобучит Коля кепку ,
В даль идет гулять …
А в башке - то не сурепку ,
Васю треплет бл .. дь .

И пащеку раскрывет ,
Чтоб творить минет .
Все в иллюзиях бывает ,
Когда драйва нет !

Тошно Коле с похмелюги ,
Как всегда со сна .
Но нагие все подруги
И в мечтах весна .

Вот поэт идет постылый ,
Прост как чемодан .
-- Пшел ты в анус белокрылый
Или в Магадан ! --

Вот Хвалешин гордый катит ,
Грез надутый ноль .
Он за прошлое заплатит ,
За наветов боль .

Толи марево витает ,
Толи нечисть дней ?
Валя голой пролетает
И вахлак под ней .

Выпить надо , похмелиться ,
Пивом у моста .
Вся душа опять томиться ,
Тело ж без креста .

Коля пьет у речки пиво ,
Смотрит на волну ...
Вновь желает жить красиво
И ласкать жену .

Влюбленная в свободу

Замшев Максим напечатал рассказ ,
Лены Луканкиной снова ,
Вспомнив души откровенный наказ ,
Деву ценить из Тамбова .

Вел семинар увлеченно Максим ,
Лена читала сонеты ...
И открывался волшебный Сим - Сим
Прямо на пядях планеты .

Дева творила в прекрасном краю ,
Колокол звоном тревожил .
Верила крепко в судьбину свою ,
Друг увлеченность примножил .

Премию пассии вскоре вручил ,
От Маяковского к свету .
И дорогую мечту научил ,
В строфах тянутся к рассвету .

Тянется Лена к рассветам легко ,
Пишет о многом и разном .
В алом хитоне Максим далеко ,
Коля вблизи в безобразном .

Кто император из них не понять ,
Кто прокуратор не ясно ?
Лена на рок перестала пенять ,
Любит свободу бесстрастно .

Суверены величия

Там Куняев обижен на мир ,
Здесь Труба вожделений кумир
И Наседкин влюбленный в себя ,
И Алешин свой образ любя .

Лена пальчиком чертит полет ,
Начас яркой мечты самолет .
Юрий ходит величьем един:
Суверен , фараон , господин !

Селиверстов блажит на косе ,
Чтоб царем прошагать по росе .
И Аршанский как Ирод блажит ,
Марор горькой травой дорожит .

Текст напишут и - Сукин - кричат :
-- Ай да я ! -- но просторы молчат.
От гордыни искрятся порой :
На лугу , на горе , под горой .

Маша феей блистает в глуши
И шуршат как рабы камыши .
Лена носит высокий свой сан ,
Словно френд подарил ей Ниссан .

Звезды звездами в грезах взошли
И иголки в стогах все нашли .
Даже мелкая сошка Незрим ,
Ослепить хочет призрачный Рим !

Каждый Янус , Федора , Нарцисс ,
Не стяжают с людьми компромисс .
Лишь они неприступны на век !
Я же добрый поэт - человек .

Светлое призванье

Возведут в квадрат позера Толю
И шалаву в степень возведут ,
А поэту смутную недолю
С темным бездорожьем создадут .

Все в руках у щеголей пиара :
Деньги , власть , сценический размах ...
Но творец на дне земного яра
На заре как с шапкой Мономах !

Ореол небесного вниманья ,
Царственный и в туне бытия .
Делла Розу светлого призванья ,
Одиноко прохожу и я .

Кукла в пузыре

Моих сказаний погремушку
Никто не слушает вокруг .
Все жадно слушают старушку
И враг глаголящей , и друг.

Метрессе трепетно внимают :
Олег , Мария и Толян ...
Ее всерьез воспринимают ,
Гурты восторженных селян .

Тамбовщина внимает крале ,
Как самой значимой мадам .
Она уже на пьедестале
И с неба светит городам .

Ей позволяют быть ведущей :
Двуликой , лживой , роковой .
И заливать словесной гущей ,
Что пахнет гнилью вековой .

А я гремлю душевным словом ,
В туманной туне на заре :
-- Витает кукла над Тамбовом ,
Витии в мыльном пузыре --

Заклинатель

Говорил мне он о змеях ,
Ядовитых и плохих .
И в отъявленных затеях:
Безобразных и лихих .

Год прошел Халерий слово
О дурных не говорит .
Словно время не сурово
И в мечтах душой парит.

По доске почета шпатель ,
Мэра явственно скользнул...
И Халерий заклинатель
Змей игрою обманул .

На доске висит Халерий ,
Весь собою как божок .
В лунном отблеске мистерий ,
Дует в дудку и рожок .

Валя сонная от звука ,
Дудки сказочной игры .
И другая не гадюка ,
Стала обручем дыры .

Змеи обликом не змеи
И Труба иной совсем .
Заклинатель всей Расеи ,
Поиграй на Хит эФэМ !

Дело Трубы

Толю осудили , дело - то труба ,
Но не посадили Господа раба .
Толя на свободе славит менеджмент ,
Он в своем народе вредный элемент .
Капитал у лживых и маржа у них ,
У других служивых нищета да стих .
Крохи хлеба сорта третьего давно ,
Лишь фанаты спорта пьют свое вино .
Хоть Труба и в деле с грифом Александръ ,
Бес в астральном теле множит саламандр .
А в ментальном нечисть расплылась мурой ,
Каждый смутный вечер Толя хмырь - герой .
Выйдет в сеть Тамбова грез гермафродит
И талантам снова истинным вредит .

Лихой редактор Труба

Труба на вы идет с творцами ,
Он не печатает творцов .
Душевных видит подлецами ,
Святыми видит подлецов .
Талантов дух не переносит
И честных яростно хулит .
Труба нагрудный крестик носит ,
Но выросшим хвостом юлит .
Фантомный Толя рогоносец ,
Анчутка в лунных зеркалах.
А наяву он знаменосец ,
Всегда при денежных делах .
Журнал курирует нещадно ,
На средства ветреной казны .
Грязнит поэтов беспощадно ,
А графоманы не грязны .
Все от лукавого и злого ,
Журнал не искренних начал .
Труба творит лихого много ,
Но Бог порочных развенчал .

Ужин трубадуров

Не сцена это а помост
И мудрецы все в ложе .
У трубадура яркий тост
И у другого тоже .

Один мудрено говорит ,
Другой еще мудреней .
А дурачок спокойно зрит ,
Чей довод увлеченней .

Стихи читает трубадур ,
Другой сонет читает .
И нет непосвещенных дур ,
Где муза обитает .

А трубадур уже трубач ,
Играет шум прибоя …
Другой в палитре передач
Играет гул забоя .

Потом чаи гоняли все ,
По кругу и за кругом .
Потом ходили по росе ,
В сортиры друг за другом .

Дурак сегодня не смешон ,
Он лишний , не на месте .
Откинул храбро капюшон
И съел сосиску в тесте .

Фетиш Древа книг

Вновь читает Валюха Двурожкина :
"Приключения Витьки Картошкина " .
Умиляется , дышит не ровно ,
Словно дома бытует под Ровно .
Картофляники жарит с задором ,
Голова - то с улетным убором .
Как увидит Валюху Василь ,
Сразу ходит как Лео Кассиль .
Эх , Витек ты Картошкин во всем ,
С каждой удочкой и карасем . ,
С каждой точкой и запятой .
В каждой бочке и под пятой .
Валя книгу отдаст депутату ,
Он читая подлечит простату .
Книгу вывесит фетишем древа ,
Справа Яблоков , Водочкин слева .
А вершину венчает затея ,
" Сказы деда Павло - Савватея "

Алешин с Монмартра грез

В бистрО ты не обедал на Монмартре
И не искал Тургенева в ТюИрли .
Ахматову ты воплощаешь в Марте ,
Циганочке ремейка Ширли - Мырли .
И шорох ее платья из газет ,
Тебе навеял сон неповторимый :
Ты там , где наяву Сезанна нет ,
С корицею и миндалем незримый .
С великими на ты не быть тебе ,
В пространстве иллюзорного Парижа .
Лишь тени отражаются в судьбе ,
Как в зеркалах предпаховая грыжа .

Гербарий

Деревья голые картинами без рамы ,
Смотрелись снова в Маре без людей .
Алешину своей судьбины драмы ,
Хотелось здесь увидеть лебедей .
Не виделись крылатые в музее ,
Обкраденном ботаником лихим .
И рассмотрел заблудший в бумазее ,
Причину быть пригожим и сухим .
Мужские вдруг послышались хоралы ,
Католиков здесь месса раздалась ...
И вышли из развалин генералы ,
И дочка Дельвига в тумане родилась !
Елизавета Марская безгласна ,
А может Дельвиг - Марская мадам ?!
Одна заря вечерняя атласна
И стелется червонно по следам .

Равнодушные

За какую мне власть радеть :
Покупающих Лексусы скопом ?
Или ту , что умеет гундеть ,
Проезжая с казной по Европам ?
Может мне возлюбить дорогих ,
Что дороги построили фикций ?
Или милых , прелестных , благих ,
Что воруют в порывах амбиций .
Власть сегодня поэтов не чтит
И писателей не переносит .
Буд - то всюду в России гостит
И советы у мудрых не спросит .
Ей плевать на духовную суть ,
На творенья талантов от Бога .
К стадионам блистательный путь ,
А к познаньям пустая дорога .
Ничего не дают мудрецам ,
Создающим шедевры Отчизны .
Власти ныне дают сорванцам ,
Фору блефа и истины тризны .
Экономя на доле творцов
И смеясь над талантами края ,
Светлый образ традиций отцов
Власти в тлен превращают играя.

Олеандр смыслов

Трубу Сицилия звала ,
А Матушкина Родина .
И пицца Толику мила ,
Евгению смородина !

Труба фантомный президент
И сицилиец гидности .
Евгений Думы резидент ,
Поместной власти бытности .

Труба витает в облаках ,
Стяжает славу бренную .
Евгений силится в веках
Узреть страну нетленную .

Но вместе фетиш Александръ --
Журнал лихой состряпали .
И смыслов чистый олеандр
Дорожкиной заляпали .

Извращенцы

Вы чуждые как вьюги летом ,
Вы страшные как нети снов .
Увлечены вы лунным светом ,
Театра фальши и лгунов .

Талантов солнечной природы
Вы отрицаете шутя .
И гении для вас уроды ,
И царь исчадия дитя .

Все извращаете что можно ,
Как полоумные в бреду .
Скликая ветрено , безбожно
Тенеты мрака на беду .

Вы люди мира безобразий ,
Где все витает кверху дном .
И слухи каверзных оказий ,
Прокисшим отдают вином .

Престол небожителя

Приезжал Николай Иванов ,
Чай попил и уехал в Москву
И остался Мичуринск - Козловъ
Одиноким на грустном веку .

Приписали журнал Александръ
И к Палермо , и к фирме СП ,
Только тени чужих саламандр
Охраняют Трубы КПП.

Не пройти мне к престолу его ,
Главредактор теперь президент .
Александра журнала всего ,
Он звезды внеземной резидент .

Небожитель в лучах снизошел :
Гулливер Анатоль , Геркулес !
Но мальчишкой ко мне он пришел
И вошли мы в СП без чудес .

Губошлепы

Хоть кобылу наградите ,
Хоть быка .
И валяйте как хотите
Дурака .
Можно хряка опочетить
И свинью .
Можно поле заболотить
С айлавью .
Вы играете с судьбою ,
Шулера .
И трясти сырой губою
Мастера .
Ветка каждого обмана ,
Как лоза ...
Но нагрянет из тумана ,
К вам гроза .

Семинар поэзии

Подожгу бикфордов шнур
К темам семинара .
Распугаю местных кур ,
Дымом без пожара .

По сплетеньям огонек
Побежит незримый …
И с талантом паренек
Воспарит родимый .

Вмиг красавица душой ,
Грация от Бога ,
Станет радостью большой
С крыльями итога.

Будем присказки читать ,
Будем сказки слушать ,
Так поэмы почитать ,
Чтоб попкорн не кушать .

Станем трепетно стихи ,
Понимать как можем .
И судьбы своей грехи
Отмолить мы сможем .

Семинар звучит мечты ,
Я предтеча славных ,
В круге Слова красоты ,
Равный среди равных .

Пустынный гул

Сайт присутствует в зыбкой сети ,
Как картинка для выскочек края .
Председатель судьбой заплати ,
Свою должность бездушно играя .

Ничего не стремишься достичь ,
Ни стипендий , ни книг обоюдных.
Ни проблемы поэтов постичь ,
Ни писателей всюду подспудных .

Ты себя прославляешь любя ,
Буд - то в этом величия случай .
Только веру с надеждой губя ,
Ты любовь эгоизмом не мучай .

У почетной наград завалом ,
Хоть на гору вези вагонеткой .
Вся исходит неистово злом ,
Ради фифочки с марионеткой .

Фаворитка почетная всех
И чинов , и бомонда округи .
Для нее бесконечный успех
Создают всемогущие други .

Так талантам мадам помоги ,
Напечатай стихи и поэмы ?!
Для нее все поэты враги ,
Потому что к признанию немы .

Наградили другую мадам ,
Ни за что голевым Боратынским .
Обещала -- творящим воздам ,
Оказаться в Союзе с Мединским --

Воздает лишь сторицей себе ,
О величии рьяно печется .
И к редактору Толе Трубе
Глас ее королевский несется .

С лету вирши печатает он
И Максим ее Замшев услышал .
Каждый в букву пославшей влюблен
И в астрал умиления вышел .

Николай же Наседкин познал
Власть предлита с неистовым блудом .
И теперь он стяжает финал ,
С геморроем и умственным гулом .

В голове его нечто гудит ,
День и ночь непрестанно взывает … ,
Словно Коля в пустыне сидит :
То исчезнет , то вновь оживает .

Фаворитка в туне
( сон в летнюю ночь)

Показала где жизнь начинается ,
Фаворитка формата других .
И Мария в мечтах запинается ,
Не рассудит словами благих .

-- Ты никто -- ей сказала открытая,
Веселуха с наградами дней .
И Знобищева словно побитая ,
Побрела по излому теней .

Вот в пакете шедевры ненужные ,
Вот у сердца крылатый значок .
Дуют ветры холодные , вьюжные
И смеется Олег дурачок …

Было время другое блескучее
И почетные града вблизи .
Прилетало виденье могучее ,
Улетало в меду на мази .

Тошно Маше , душа перезвонами ,
Оглашает всю лунную высь ...
Берегини склоняясь над склонами
Шепчут -- Милая в туне крепись --

ГЛАВА 2

ИНТЕГРАЛ РАЗДУМИЙ

Главки

Цвела черемуха вчера

Прошлое - это вчера ,
Прошлое было недавно .
Пахли весной вечера
Белой черемухой славно .

Молодость жизни моей
Помнится с трепетной болью .
Буйно свистел соловей ,
Где я гулял по раздолью .

Весело встретить хотел ,
Грозы небес зоревые ,
Вот и любовь просвистел ,
И просмотрел впервые .

Бегать за юбкой не стал ,
Драться не рвался смело .
Жаждать любви перестал ,
Сердце мое не радело .

Прошлое - это вчера ,
Прошлое было недавно .
Пахли весной вечера
Белой черемухой славно .

Ворон залетный кричит ,
Филин хохочет где - то ...
Памяти даль молчит ,
Царствует Бабье лето .

Бремя фальши

Видя в золоте себя , в фальши зеркалах ,
Фавориты власти сей при ее делах .
Ризы славы велики и блистают так ,
Что глупцы и чудаки ценят их затак .
Нет почета без интриг , без лукавых схем ,
У хапуг судьбы блицкриг ради нужных тем .
Вновь награды хороши , лживый крепко спит .
-- Где шедевры для души ! -- Совесть не вопит .

Интеграл раздумий

Кто не любит , не полюбит ,
Хоть упертого убей .
А влюбленный не разлюбит :
Ни мечту , ни голубей .

Будет муторно и грустно
Расставаться с не судьбой .
Легче спорить снова устно ,
В туне дней с самим собой .

Спорю утром я рисково ,
Спорю ночью в тишине .
И ищу я бестолково ,
Снова истину в вине .

В теле легкость напускная ,
В смуте мыслей интеграл :
-- Привыкай душа родная ,
Ко всему , что отвергал ! --

***
Снова небо прояснилось ,
День пришедший ясен .
Позабуду все что снилось ,
Мир судьбы прекрасен !

Ветер дует не студеный ,
Шебутной , игривый ...
Я мечтой не обделенный
И душой красивый .

Раз люблю родную землю ,
Суть не извращаю ,
Значит истину приемлю
И врагов прощаю .

Мистерия продвинутых

Ставки сделаны на Марию
И на томную Лену ,
Чтоб они украшали Россию
И театра широкую сцену .

На кулисах парящая чайка ,
За кулисами тихая смута ,
Снова чайника обечайка
Обожигает талант баламута .

Время блефа и показухи ,
Альфа фокусов как Омега .
На сиропы слетаются мухи ,
А они из волшебного снега .

Прославляется пани Мария ,
Награждается золотом Лена .
А поэту посветит Мессия
И в лучах улыбнется Селена .

Смейся , любимая ...

Смейся женщина времени путаных правил ,
В вашем ярком раю свет неоновых ламп .
Я ни с кем не играл и козЫрных не ставил ,
И партнерами не были Путин и Трамп .

Смейся женщина долго , пока фаворитка
И печатай стихи хоть на флаге в раю .
На привольном лугу расцветет маргаритка
И влюблюсь я в цветок в озаренном краю .

Вы смеялись толпой , ты смеешься вдогонку ,
Эхом рваным летит гомерический смех .
Только музы небес не приветствуют гонку
И уже приготовили финиш для всех .

Что искать в волосах ? Только тени раздумий ,
Да печали студеную жуткую мглу .
Смейся женщина царства витающих мумий ,
Как принцесса игры в театральном углу .

Кривда

Чистый взгляд и румянца жар ,
А в душе - то тщеславья пожар .
Речью краля и жестами пава ,
А в мечтах безобразно лукава .
Ангел славой , невинная видом ,
Только бес ее водит гидом .
За наградой маячит награда ,
Кривде сила нечистая рада .
Куш любой подгребает к себе
И маржу в непутевой судьбе .

Духовный кремень

Краеугольный камень рока ,
Без пут греха или порока ,
Скрепляет душу и уста .
Внимаю истине пророка
И воду светлого истока
Я пью , и верую в Христа .
Дорожный камень станет пылью ,
Кремень духовный станет былью ,
Не испарится под звездой .
Не прибегаю я к усилью ,
Чтоб осыпать заблудших гнилью ,
Блажу за каменной грядой .
И блажь моя не от безделья ,
Не от паров хмельного зелья ,
От ожидания молитв .
Познал я время без веселья ,
Познал прозренье без похмелья ,
Предательство и страсти битв .

Они от мира сего

Им на блюдечке преподнесли
золотое свое участие .
И цинизм они свой вознесли
до небес , и желаний всевластие .
Все у них получалось легко :
слово к месту и место к слову .
Только птицы взлетев высоко ,
не стремились приблизится к крову .
И созвездия снова взошли ,
и в кромешной среде воспарили .
В душах гордых любви не нашли
и лучами не озарили .
Получались дела наяву ,
создавалось привычное миру ...
Только музы присев на траву ,
не дарили небесную лиру .

М у д р о с т ь

Хлеб добывают трудами ,
В поте лица своего.
Мудрость приходит с годами,
Ради Святого всего.

Мудрость приходит неспешно,
С веткой полынных степей.
Хмель бытия не потешно,
Горькую чашу испей .

Мудрость освечена Богом,
Вот потому человек,
Думает в мире о многом,
Русский он или узбек.

Все мы потомки Адама,
С генами Евы в телах.
В чем - то мужчина и дама,
Схожи в любовных делах.

Кто – то из кровных потомков,
С Каином схож навсегда.
Только беду из обломков,
Мечет с запалом вреда .

Грубые вольности Хама,
Кто - то готов предъявить .
С хамами мудрость упряма --
Ближних не надо гневить !

Мудрость привносится взглядом,
В дом, где очаг не гасим.
Там, где влюбленные рядом,
Каждый мудрец выносим.

ПрОпасть самообмана

Кому - то плевать на других,
Но мне до сих пор не плюется.
Всегда за грехи воздается,
В местах для судьбы не благих.

С занозой гордыни греха,
Кому-то живется свободно.
Живите, как року угодно,
Когда ваша воля лиха.

Я, мыслью сжигаю себя --
Зачем я любил не достойных?!
За шкуру свою беспокойных,
Бытующих ближних гнобя.

Добром не отплатят они,
За доброе прошлое дело.
Былое для них оскудело,
И воют грядущие дни.

Печальным огнем полыхнет,
Душевная тонкая рана …
Над пропастью самообмана,
Никто мне покой не вернет,

Иное измерение

Недавно все переиначил,
Что в молодые годы начал,
Суть в голове перевернул,
И невозвратное вернул.

Создал иное представленье,
О многом в яркое мгновенье.
Другие темы -- стиль другой
И образ жизни дорогой.

Счастливый мир моих иллюзий ,
Стал походить на ол инклюзив.
С ковром желаний звездолетом
И скатертью -- чудес оплотом .

Я все менял не по лекалу ,
Вернув прекрасное к началу.
Но что -- то вновь пошло не так,
Рублем в руке не стал пятак.

Не стало светлое грядущим ,
Не стало истинное сущим .
Открыл глаза я … , вот беда ,
Вокруг все мрачно , как всегда .

Потерянная любовь

Ходила по Углям юдоли,
Ходила по лезвию бритвы,
С огнивом взывающей боли,
К пожару сердечной битвы.

Толкала отчаянно страсти,
В холодную мглу провала.
Цветок разрывала на части,
С которым вчера ликовала.

Мечта убежала серной ,
В притихшую даль заката.
За то, что была не верной --
В потере любви виновата!

Подует студеный ветер,
Нагонит беспутную вьюгу …
Любимый нигде не встретит,
Шальную, как ты подругу.

Светлая степень риска

В далях проще пребывать
Кем бы мне хотелось ,
Что угодно создавать
Чтоб в веках воспелось .

Строить новое и новь
Возлюбить и славить,
Чтоб к Отечеству любовь ,
От страстей избавить.

В далях прежнему не быть ,
Что гнетет и гробит .
Можно многое забыть ,
От чего коробит .

В далях жизни , но каких ,
Нынешних иль райских ?
Проще даже в никаких ,
Снежных или майских !

Беду России понимаю

Рублю дрова , топор вздымаю
И разделяю чураки .
Беду России понимаю --
Дороги ж есть и дураки !

Но дураки иного сорта ,
Дельцы с наполненной сумой .
Так почему , какого черта
Казна страны объята тьмой ?!

Дворяне прежние с купцами
Давали деньги на почин .
А ныне вьются между нами
Барыги с множеством личин .

Одни отчаялись в низине ,
Другие чахнут на горе ,
Стремясь в торговли образине
Узреть икону в серебре .

Над златом чахнуть не проблема ,
Проблема в кривде на миру .
Когда объята ложью тема ,
Влетаем в черную дыру .

Дороги есть , они веками
Прекрасны в местности любой .
Чины не станут дураками ,
Служа лишь Родине судьбой .

Фишка бабули

Счастливая бабушка Валя
Тропинкой идет не скандаля ,
К квартире второй от властей ,
Что дали банковке мастей .

В квартире подобьем отрады ,
Бессчетно блистают награды .
Медалей червонная масть --
Бабули порочная страсть .

Ходила тропинкой ходила
И кругу друзей угодила .
За денежки щедрых властей
Твердила о дамах крестей.

Твердила о ямбе с хореем ,
О встречах Зефира с Бореем .
Играла лукавые роли ,
По типу взыскующей доли .

За фишку купюры бабуля ,
Гребла с января до июля .
Награды сгребала не зря ,
С июля до дней января .

Великой себя возомнила
И миру безумье вменила .
Бубнит в унисон о своем ,
С Кощеевой тенью вдвоем .

Зразы для бабули
( Монолог обласканной )

"В краю самоварном и маковом",
Я крендели делала с Яковом ,
Галушки -- рецепта Хорошкиной ,
Для бабушки Вали Двурожкиной .
Варенье мы стряпали сладкое ,
Чтоб время подслащивать гадкое .
Мы делали зразы с котлетами ,
И оды писали с приветами .
Бабуля короны достойная ,
Хоть видом "бельфлер" сухостойная .
Плодами мой трон одарила
Вчера , когда многих дурила .
Как лохов , меня не подставила
И лучшей бомонду представила .
Но взвились поклонники драмы
И требуют равенства хамы .
Кричат: " Мы хотим пирога !
Не дашь -- обломаем рога !"
А нам бы с бабулей хотелось
Царить , как мечталось и пелось .
И сливки снимать со всего --
Мы есмь! А вблизи б никого .
Себя и любимого Якова ,
В объятьях спасу я от всякого

***
Скорлупу с властей не слупишь :
Вале все -- таланту кукиш !

Метрессе В Т Д

Яблоня клонится к бабушке ,
Бабушка клонится к ней .
Внуки играют в ладушки ,
Под балдахином теней .
Внуки чужие , не милые ,
Не угомонные все !
Бабушки мысли унылые
Искрами гаснут в росе .
Душит гордыня приличная
Женщину в теме любой .
Муза небес безразличная ,
Свет заслоняет собой .
Крепи , фитюлек грошовых ,
Колят тщедушную грудь .
Бремя событий суровых .
Хоть на мгновенье убудь .
Боязно в храме покаяться ,
В том , что лукаво жила .
Дома несчастная мается ,
А на юру весела !
Грешных деяний тревога
В сердце сжигает свое .
Люди - поэты от Бога
Вновь отвергают ее .
Может в порыве не пошлом ,
Где лицемер не свистит ,
Бабушку -- злобную в прошлом ,
Добрый Поэт простит !

Приспособленцы

Они по своему правЫ ,
Приспособленцы мира .
А я отверженный увы
Не ведаю кумира .

Они приспешники властей
И выскочек с деньгами .
А я поветрия страстей
Сканирую стихами .

Для них личину поменять ,
Как поменять перчатки ...
Таких поэту не понять ,
От Пскова до Камчатки .

Заполонили все пути ,
Активные позеры .
От них Отчизну не спасти ,
Не милуя раздоры .

Они тусуются везде ,
По прежнему и снова .
А я в духовной борозде
Росток лелею Слова !

Темы оправданий

Оправданий немыслимо тем ,
Подлецы оправдались злобой .
Одного я увидел никем ,
А другого -- тамбовским " кобой ".

Я узрел в поворотах судьбы ,
Время доброе и пустое .
Бездуховной мамоны рабы ,
Оправдались изжив святое.

Дружбе светлой уже не быть ,
Роковое , всегда не верно .
Как предавших душой возлюбить ?
Озаботишься -- станет скверно !

Круговая порука

Представим так -- вы правы все !
Гоните вздорного Поэта !
Пусть убегает по росе ,
На край безоблачного Света .
Грозны тусовок короли
И королевы -- себялюбы !
Изгой уйдет за край земли ,
Сомкнув пылающие губы .
Блуждай отверженный творец
Стихов и чести не продажной ,
Как духа вольного певец
И доли рыцаря отважной .
Твоя душа не возопит
О пьедестале особливом .
Пока перо легко скрипит ,
Пиши о времени красивом .
А круг своих не " погрешим "
И круга " свята " диктатура .
Вопят вхожденцы : " Мы решим ,
И филин будет за Артура !"

ГЛАВА 3

СТАВКИ ЖИЗНИ

Главки

Ставка меньше чем жизнь

Какой же музы грешной ради ,
Ты обмакнул в туман перо ?
Мне стыдно за тебя Аркадий --
Ты ставку сделал на зеро !

С нулями водишься открыто
И жаждешь славы вековой .
Но дело швах - соломой крыто
И "волк тамбовский" чуть живой .

Он воет ныне угнетенно ,
Не радуясь путям кривым .
А время давит монотонно
Бетоном жизни роковым .

Ты оскорбил легко Поэта
В миг отношений зоревой .
И наплевал на лучик света ,
Тень окрылив над головой .

Судить писателя не буду ,
Сам разберешься в колготе .
Но в грезах голубем убуду ,
Печаль оставив пустоте .

Твой друг Николушка Минетов
"Люпофь" в романе описал ,
Где "Вася - фаллос" из тенетов ,
В постах над "Маней" зависал .

А у другого сны запахли
И бесов гонит суховей ...
Скажи Аркадий , чтоб зачахли ,
Как нети гнилостных кровей !

Дружить с такими вахлаками ,
Себя ничуть не уважать .
Они слывут не мужиками ,
Стремясь дворнягам подражать .

Теперь в почете графоманка ,
Тебя возносит до небес !
Вот только баба - лихоманка ,
Не дарит ласточку чудес .

Верность России

Макаров , Кудимова , Струкова
Сражились бы с другами Жукова ,
На поле Гражданской войны ,
В полыме лихой старины .
За правду , за землю , за Богово ,
Не славя Антоново логово .
Сражались бы с ярыми красными ,
Ночами и днями прекрасными .
Но в годы воинственной мании,
С фашистами черной Германии :
Макаров , Кудимова , Струкова ,
Сражались бы в армии Жукова .
В Россию поэты поверили ,
И жизнь свою Богу доверили !

Парнас и лажа

В Воронеже , где власть творцов лелеет ,
Макаров даже трезвый веселеет .
Никто не принижает корифея ,
И для него -- литература -- фея !
Волшебница , но к избранным строга :
-- Пиши пока Россия дорога ! --
Макаров пишет ярко и правдиво ,
Что с жизнью поступают не красиво .
Судьба одна , дарована в юдоли ,
Где человек -- творец духовной доли .
И возопил Аркадий гласом духа :
-- Родной Тамбов измучила проруха ! --

Дисгармония

Лучше быть гармонистом в поэзии ,
Чем художником желтых цитат .
Лучше славу стяжать не в Силезии ,
А в Перьми , где живет Коловрат .
Вновь Отчизны просторы охвачены ,
Смутным гулом пролетных стихий .
И судьбой бесприютной оплачены ,
Золотого таланта стихи .
Замелькали шаманы приблудные ,
На экранах продажных времен ,
Сочинив бестселлерины скудные ,
С ослепительным брендом имен .
Все гламуром подельщики мазаны ,
Все " большие художники слов "...
Но поэтом в шедевре показаны ,
Люди тихих прекрасных углов .

Художник сна

Конь его краснее крови ,
А над ним луна .
В ночь неугасимой нови ,
Он художник сна .

Скачет всадник по дороге ,
Скачет по стезе ...
Вся душа его в тревоге ,
Как судьба в грозе .

Толи муза манит в дали ,
Толи неть в леса ?
Ивы тихо зарыдали ,
Как и небеса .

Дождь омыл его нагого ,
Чист он и хорош .
Он теперь себя благого ,
Не продаст за грош .

Честь при нем не роковая ,
Совесть не в грязи .
Скачет всадник выживая ,
С ярким сном в связи .

Впечатление

Читаю стихи Бирюкова
И вирши Олега Алешина ,
И вижу как веточка слова ,
Крупой ледяной запорошена .

Лубковое все , напрасное ,
Заумное , не живое .
А хочется видеть прекрасное ,
Цветущее и зоревое .

Читаю Кудимовой ладники
И строфы Марины Струковой ,
Во поле Арысь всадники ,
Как предки земли Туголуковой .

Я вижу Марин прабабушек ,
Казачек у тына Миронова ,
Где пришлые из Алабушек ,
Внимают призыву Антонова .

Поэзия это дыхание ,
Душевное очень глубокое .
То ветреное витание ,
То странствие одинокое .

Творческий щит

Прикрывают Русь культурой , мир коряв ,
Только щит культуры хмурой , весь дыряв .
Надо золотом талантам воздавать !
Что умеют " Илиады " создавать .
И Марин -- прекрасных граций и меня ,
Облачите в тайну звездного коня .
Нам во чреве зоревого скакуна ,
Будут музы петь о Светоче рожна .
Был же Павел у Дамаска ослеплен ,
Но прозрел и стал Всевышним умилен .
Мы сразим троянцев даже гопака ,
Создадим поэмы дружбы на века !
И восславим приснопамятную Сечь ,
Что бы пляски Лысогорские пресечь .
Край Славутича и Дона озарим
Светом творчества и , житницы узрим .

Сказители - исказители

Для меня что Алешин , что Коля ,
Что Юрок , что казак Лысых Гор .
Встреча с ними земная недоля ,
Говорят только искренний вздор .
Ахинею несут словно бредят ,
Превозносят чужих как своих .
И с Трубою Аршанский пометят
Гениальных творцов для двоих .
У Дорожкиной Маша и Лена ,
Краше всех Трегуляеских кур .
У Нинель Веселовской Ирена
Сугелобова цвай Помпадур .
Руделяв на Харланова ставил
И рулетку вращал распалясь .
Начас игры бомонда возглавил
И в полесье пропал испарясь .
Есть поэты с тяжелой дорогой ,
Божий Дар не теряют и честь .
Это Хворов с Кудимовой строгой
И Макаров , и Струкова есть !
Мы творим зоревые шедевры
И подлунные щедро творим .
Мы сжигаем ранимые нервы
И с небесной звездой говорим .
Пусть вторых прославляет тусовка ,
Огласив Трегуляевский скит .
Нам же классикам звезды массовка
И цветущие ветви ракит .

Мистерия блефа

Ее на щит друзья поднЯли
И вновь с нее одежды сняли .
Она стяжает на щиту
Свою развратную тщету .
В руках " Василий " из секс - шопа ,
А трон -- резиновая попа .
И пъедестал из книг при том :
Люпофь , Гуд бай и Быть скотом .
Блистает жрица пирамиды
И в восхищеньи люди - гниды .
Как Клеопатра без одежд ,
Для самых низменных невежд .
Глаголит сладко чепуху
И чепуха вся на слуху .
Царит мистерия с сюриризом
И наверху , что было низом .

Шоу безвременья

В моде тактитка умолчания ,
О таланте и деле его .
Но поэт -- суверен без венчания ,
В царстве образа своего .

Он сегодня не друг Мецената
И читать не зовут во дворцы .
Он противен стихами для хвата ,
И поэта гнобят подлецы .

Бурлюка вспоминают убывшего ,
Бирюкова создавшего " А З ".
Маяковского -- душу убившего
И Ладыгина бившего в глаз .

Футуристы и палиндромщики ,
Для немногих кумиры вовек .
Но разрушили скрепы погромщики
И блуждает в мирах человек .

Ныне трудно поэту возвыситься ,
Просиять одаренной судьбой .
Всюду шоу витает и выситься ,
С алой радугой и голубой .

Крылатые миры

Помолиться б за предающих ,
Да рука тяжела для них .
Я в пустыне времен вопиющих
Возглашаю : -- Прощаю их ! --

Эхо гулкое улетает
В неизвестное , вникуда ...
Только сердце мое обретает
Просветление без труда .

Мне светло на пути откровений
Хоть рука тяжелее горы .
Помолюсь за крылатость мгновений ,
Что б не рухнули судеб миры .

Снежная пелена

За пеленою снежной жизнь иная ,
Была стезя светла моя земная .
Я верил в дружбу даже во хмелю ,
Теперь себя неверьем веселю .
Смешны враги неверия в святое ,
Пусты гурьбой и время их пустое .
Но в пустоте холодной обоюдной
Гуляет юность в тоге изумрудной .
В ее порывах звездные мотивы
И все в грядущем душами красивы .
Иная жизнь за снежной пеленой
Была недавно в местности родной.

Предвзятость
***
Наискосок с угла на угол ,
Читаем книги не друзей .
И где созвездия над лугом ,
Для нас текстура бумазей .

Все проходное до финала ,
Все графомания в строках.
И даже таинство Дедала ,
И блеск Икара в облаках .

Полет фантазий не поэта ,
Какой - то жалкий и худой .
Мир обреченного рассвета ,
Печалит муторной средой .

Но вновь друзей мы осеняем ,
За каждый творческий рассказ .
А уж свое не разменяем ,
Творенье даже на алмаз .

Все наше в текстах безразмерно ,
Все бесподобно велико ...
А для противных очень скверно
И от таланта далеко .

Наследница расплаты

А ты Мария подожди ,
Еще не время .
Пройдут осенние дожди
И грянет бремя .
Такую тяжесть не поднять,
Тебе без Бога .
И пламя некому унять ,
В костре итога .
Все непреложное сгорит ,
Что крылось злобой .
И ангел твой не воспарит ,
В связи с худобой .
Вы обоюдно не в бреду .
Звенели жестью .
И воздавали на беду ,
Поэту местью .
Ни слова милости святой ,
Ни дела чести .
Плевки лихие под пятой
И дама крести .
За поклонение судьбе ,
Стяжавшей горе ,
Платить придется и тебе ,
Мария вскоре .
Пустыня будет широка
С тлетворным дымом ...
В отвратном рубище тоска
Закружит с мимом .

Волчий берег

Берег Тунгуски каменный ,
Домик похожий на чун .
Мальчик страдает раненый ,
Он бедолага молчун .

Волки завыли ближние ,
Светит луна вовсю .
Видно пороги нижние ,
Лодку разбили всю .

Вьется вода бурливая ,
Острые камни везде ...
Кончилась жизнь счастливая ,
Нету отца нигде .

Страшно в тайге каникулы ,
В волчьем кругу проводить .
Мальчика люди окликнули ,
Что бы стремился жить .

Вырос и стал писателем ,
Выбрал душой Тамбов .
В книгах шпаклюет шпателем ,
Рьяно морщины лбов .

В книгах он безалаберный ,
Пьяница весь и ханжа .
С женщиной не респектабельной ,
Лезвие точит ножа .

Часто вершит безбожное ,
В темах вахлак и гнусь .
Жизнь его - дело сложное ,
Любит порочную Русь .

Душу старухе процентщице ,
Сдуру судьбой заложил .
Шлюху увидев в сменщице ,
Честную вновь одолжил .

Видно от страхов мечется ,
Пишет как злобный тунгус .
Творчеством муторным лечится ,
В логове волчьем не трус .

Светит луна высокая ,
Воет в лесу зверье .
Мальчика мать светлоокая ,
Шепчет : -- Вокруг не твое --

-- Сон это или явление ? --
Думает блуда творец .
Смутного духа томление ,
Из - за лукавых сердец .

Вождь помыслов

Возможно он Наседкин - Унгерн ,
А может Коля Узала ?
Когда смотрю на фото юнги ,
Не вижу " блудного козла ".
Чита , Даурия и тракты ,
Судьбы тупик не прозевай .
За все столичные теракты ,
Руду в отвалах добывай .
Барон промчался по долине
И в чуне девку оборкал .
И Коля в пламенной кручине ,
Как правнук воина взалкал .
Но ценит папоротник Коля
И жаждет шишек кедрача .
Порывы срисовала доля ,
С Дерсу охотника - сыча .
Ворона речка не в запарке ,
В поветриях " Угрюм - река ".
Плывет Наседкин на байдарке
И в помыслах Сибирь близка ,
Он из краев богатых вечно :
Писатель , бабник , критикан .
Но любит плавать так беспечно ,
Как вождь тунгусов - могикан .

Не нервая

И в Подъеме ты Лена не первая ,
И в журнале никто Александръ .
Прокричи недовольная -- Стерва я !
Из Тамбовских лихих саламандр --

Шелленберг поэтесса не милует ,
Вероника не верит тебе .
И Диана с тобой не утрирует ,
Кан с талантом сама по себе .

Как вручили Алешину премию ,
Он послал тебя дальше всего .
Академик -- фуршет академию ,
Возлюбил как нигде никого .

Дорогая Марина Кудимова ,
Не желает тебя прославлять .
Вновь мечта ее возле Родимова ,
Будет в кузнице сталь закалять .

Ни Дорожкина добрую долю ,
Ни Наседкин не жаждут тебе .
Обрети Лена вольную волю
И отринь все чужое в судьбе .

Только я милосердный и трепетный ,
Создал в грезах купель из росы .
Ты купаешься Лена не в ветреный ,
День когда замирают часы .

Рассветы доброй доли

Друзья " талантам " помогли ,
Чтоб мы пробились сами .
" Таланты " лезли как могли ,
На чердаки часами .

Вот Александра на чердак ,
С Еленой лезли нишей .
И с Пушкиным округлый знак ,
Подвесили под крышей .

Алешин с детства чердаки ,
Сам навещал с опаской ,
Когда скрывался от тоски ,
Испачкав двери краской .

Друзья подругам помогли ,
В газетах и журналах .
И вестницы читать смогли ,
Свои стихи в анналах .

Олегу Сошин угодил ,
Как молокану роком .
И Замшев друга утвердил ,
Мологвардейцем с соком .

Имейте ближние дары ,
Как фавориты важных .
А мы отверженных миры ,
Восславим и отважных !

Мы не обласканы никем ,
Поэты Божьей воли .
Но озаренье наших тем ,
Рассветы доброй доли .

Яд равнодушия

Суть равнодушия как яд ,
Дурманит мозг , туманит взгляд .
И вновь Наседкин мне не рад ,
Услышав истины шарад .

Я встретил Колю по пути
И рассказал о днях пяти .
Куда судьбой не добрести
И душу в прошлом не спасти .

В моем рассказе боль утрат ,
Лилась как с горечью обрат .
Я с музой у небесных врат ,
Наседкин фурии собрат .

Рюкзак у Коли за спиной ,
Наполнен рыбой педяной .
Никто не мучился виной ,
Когда глумились надо мной .

Не видно ангела с крестом ,
Во взгляде путника пустом .
Печатным занят он листом ,
Входящим в сочинений том .

Он равнодушен как всегда ,
Живет без светлого следа .
Пойдет туда , пойдет сюда
И всюду горе не беда .

Тянули репу Тропиканки

То репу тянут Тропиканки ,
То черного кота за хвост .
То рассевают перья канки
И принцип оправданья прост .

-- Вершим поступки как умеем ,
Манилов бродит по Тверской .
И с Бегемотом спорить смеем ,
Котом противным день деньской .

И с Гоголем в шинели с носом ,
Мы спорим всюду и везде .
И пользуясь богемы спросом
На чердаке мы на звезде .

Татьяну Маликову в шутку ,
К почившим в списочек внесли .
Воспели хором прибаутку
И перед Валей возросли .

Вновь Аннушка соседка Коли ,
С янтарным маслом приз взяла .
Перед Олегом черной доли
Бидон с любовью разлила --

Эх , Тропиканки не в печали ,
Учить вас надо и учить …
Еленушка с душой из стали ,
Не бойся розги замочить .

И каждую по голой попе ,
Секи пока рука тверда .
Внушала Валя -- суть в укропе ,
А в нем клетчатка и вода .

Чтиво Елены

Удивляй Елена прозой
Незатейлевый бомонд .
Под блистательной березой ,
Бовари прочти Ле Монд .

Или выступи ты Бланкой ,
В пеньюаре Ву а ля .
Пусть поклонники с шарманкой
Любят даму короля .

Будь Олесей ты полесья
Декламируй у реки … ,
Как туманы шепчут здеся
О любимом без тоски .

Можешь Винтер стать мгновенно
И Миледи стать легко .
Прочитай о том что бренно ,
И все цели далеко .

Но прошу я хлесткой прозой ,
Ты поэзию не бей .
Посмотри : летит над лозой
Ивы стая голубей .

Пламенная

Немного лошадью предстала
С горящим деревом .
И дупла " Васей " измеряла ,
Любимым меревом .
Огонь лизал ее копыта
И хвост , и гриву ...
Душа для пламени раскрыта --
Сжигай как сливу .
В румянах огненные щеки
И платье пламя .
Грехи гетеры и пороки ,
Вздымали знамя .

Всадники и шваль

О травах пишешь и листочках ,
Когда Татьяна в жутких строчках .
Когда ее казнили мраком ,
За доброту с душевным гаком .

Ее друзья так разлюбили ,
Что злобой в памяти убили .
Она же многим помогла ,
Достичь Союзного угла .

За масками зверье с клыками ,
Слывут везде не мужиками .
Ты вся в наградах как в шелках ,
Узри таланты в мужиках .

Не тот герой с тусовкой близких ,
А кто высок в округе низких .
Кто духом выше швали дней ,
Пиши о всадниках коней .

Призрачное величие

За козни злобные ответят :
Хвалешин , Валя и Юрок …
Их бесы черные пометят
И увлекут в гнилой мирок .

Они поплатятся за козни ,
Душою падших на краю.
Страдая на жаровнях розни
И полыхая не в раю .

Ну а пока они в фаворе ,
В кругу тусовки подлецом .
И горе грешникам не горе ,
Под блеском призрачных венцов .

Вершат грехи невозмутимо ,
Решают -- "Быть или не быть ",
Тому кто искренне и зримо ,
Стремится Родину любить .

Промахи

Мои слова их не тревожат ,
Они уверены в себе .
Мечты удачи им умножат
И все прекрасное в судьбе .

Отринуть прошлое как полог ,
Для них простые пустяки .
Путь вожделенный очень долог ,
К вершинам счастья без тоски .

Нет ничего для них святого ,
Без совести живут легко .
Меня душевного , простого ,
Послали скопом далеко .

Не пропаду без лицемеров ,
Не потеряю свой талант .
О , сколько знаю я примеров ,
Когда был честен дуэлянт !

Но в суете мои дуэли ,
С фантомами моих врагов ,
Не достигают светлой цели ,
Между неясных берегов .

Участь вечного нуля

Меня громил он сникшего в печали ,
Когда не стало матери совсем .
И вороны залетные кричали
О преданном и угнетенном всем .

Наседкина он обозвал убогим
И никаким писателем в миру .
Ничтожное обетованье многим
Вменил в статье стяжающий игру .

И заигрался писарь в генерала ,
Трубу крушил на взлете бытия .
Звезда на обнаглевшего взирала ,
Гнев полыхавший жгучий не тая .

Стезей идет шестерки и нукера ,
Способного скулить у крепких ног .
Вокруг него дурная атмосфера ,
Олег Алешин рабством занемог .

Иллюзия величия

Зачем творить когда есть Валентина ,
Она свои шедевры создала .
Судьбы ее прекрасная картина ,
Как птицы поднебесной два крыла .

Ей бабушка о многом говорила ,
Ее тропинка дальняя влекла .
И власть ей атрибуты подарила ,
Владычицы из злата и стекла .

Она сегодня Слова королева
И скипетром блистает наяву .
Мария справа , Александра слева ,
Труба целует тронную траву .

Никола бьет в ладоши супостата,
Олег в мечтах Россию продает.
У Стаха пламенеет вновь простата
И он любовью Вале воздает .

А Марков оборвал цветы у дома ,
Несет букет великой во плоти .
Еленушку объяла страсть - истома ,
Как звездочки созвездий донести .

Владимир руки чистые целует ,
У милой не душа а красота !
И только муза Валю не милует
Ничем и туна дней не высота .

Небесных муз не тронули порывы ,
Людей объятых призрачной мурой .
Вокруг метрессы смутные обрывы
И волки бездны воют под горой .

Отличница в пути

Повзрослеешь Мария и ты ,
Когда жизнь повернется иначе .
Когда алые розы мечты
Оборвут хулиганы на даче .

На пятерку жила ты всегда ,
Презирая других с трояками .
Повзрослеешь Мария тогда ,
Когда ляжет туман за мостками .

Все изменится как никогда ,
Не менялось до дней пограничных.
Ты познаешь весь ужас вреда
И интриги врагов необычных .

Не до гордости будет тебе ,
Не до жаркого пыла презренья .
Все изменится в личной судьбе ,
В круговерти земного боренья .

Не останешься ты молодой ,
Разрешая на тройку проблемы .
Даже грезы над вешней водой ,
Будут с бывшей отличницей немы .

Обласканная Мария

Они Марию скопом пестуют ,
Уже довольно много лет .
С пылающей надеждой шествуют
К сиянию грядущих мет .

Чиновники культуры времени ,
Продажных и суетных дел .
Для фаворитки нету бремени ,
Где в пеленах ее удел .

Но что - то тайное случается ,
На крестном творческом пути ,
Быть светочем не получается ,
Поэт зовет -- Мечта свети ! --

Мария с грезами не первая ,
Поэт с судьбою впереди .
И веточка в ладонях вербная ,
И Божий Дар в его груди .

***
Пишут все хуже и хуже ,
Мало как роком дано .
Мир горизонта уже ,
Личных иллюзий кино .

Но семена гордыни ,
В смрадной среде проросли .
Туны разрушат твердыни ,
Чтоб до небес возросли .

Нету шедевров , нету ,
Метрики есть наград .
Часто плюют на планету
И на юдоли град .

Всласть графоманы Тамбова ,
В снах на Троянском коне ,
Знаки величия снова ,
Ищут в лихой стороне .

Лена , Мария и Саша ,
С Валей готовят рагу ...
Фальши запенилась каша ,
Тени сгибая в дугу .

***
Твоих зеркал не амальгама ,
Вновь отражает бытие .
Отвратных прегрешений гамма ,
Вблизи видение твое .

Глаза блуждающей печали ,
Взирают холодно в упор .
Тебя на царство повенчали ,
Поэзии соль фа минор .

Объятая лукавым светом ,
Виньетка призрачных личин ,
За суд Мария над поэтом ,
Ответь последствием причини .

Не убежишь ты от расплаты ,
За злобу рьяную в себя .
И в зеркале души рогаты ,
Анчутки подлые в тебя .

Сквозит дурное отраженье ,
Из рамки зеркала судьбы .
Судилище есть пораженье ,
Со Словом истины борьбы .

***
Мещеряков , Труба , Наседкин ,
Все СПР секретари ,
Поэт решили не Поветкин
И осудили до зари .

За слово правды осудили ,
Вдрызг клеветали огулом .
И из Союза исключили ,
Испепелив духовность злом .

Судилище для них отрада ,
Вину придумали шутя .
Дорожкина подлогу рада
И веселится как дитя .

Другие злыдни доброхота ,
Хулили с тройкой в унисон .
На милосердного охота
И унижение не сон .

Забыт совет митрополита :
-- Труба талантов не суди --
Мещерякова честь убита
И у Наседкина в груди .

Стервятник

Откуда он влетел в просторы ,
Тамбовских местных величин ,
Быть может вновь покинул горы
Из - за поветрий и причин ?

Он кружит важно и умело ,
Над светлым утренним селом .
Он упадет на жертву смело ,
С прижатым , пламенным крылом .

Он выжидает место взгляда ,
Когда уставится стеклом .
Стервятника , чужого гада ,
Я нехотя пометил злом .

Быть может ангел преисподней,
Витает свету вопреки ?
Чем размышленья сумасбродней ,
Тем резче веянье тоски .

Что делать ?

Я к топору не призываю ,
Россию нынешних времен .
К талантам истинным взываю ,
Не бросить образы знамен .

Не на параде мы победы ,
Несем в руках дары небес .
Судьбины захлестнули беды
И за кумира рынка бес .

Все оголтело продается ,
От мелочи до недр земли .
И для души не создается ,
Вблизи святое и вдали .

Повсюду лавочники вьются ,
В культуре щедро мельтешат.
И фальши звания куются ,
Где лживые вовсю грешат .

Награды жаждут ретрограды
И первые в пиар - труде .
Пройдут базарные преграды
И обретут свое везде .

Таланты в бытности нищают ,
Не учатся фальшивить вдрызг.
Им звезды блеском предвещают ,
Поветрие небесных брызг .

Что делать в жуткой круговерти ,
Талантам с флагами зари :
Ходить изгоями по тверди
Или вопить -- Звезда гори ?! --

Поднебесная мудрость

Заблестели в колодцах лунЫ ,
Засияли по рекам звезды .
По отрогам житейской туны ,
Снова ходят созвездий козы .

В лунном свете играют росы ,
Переливами смутных видений .
Расплетают русалки косы ,
У зеркал вековых сновидений .

В зазеркалье ночного мира --
Отраженья прошедших столетий .
Пересмешник играет сатира ,
Вместе с типами лихолетий .

Только роли стирают блики ,
Отраженные далями чуда .
Изменяет лукавые лики ,
Ирреальность придя ниоткуда .

Злые духом темнеют местами ,
Криводушные все окривели .
И порочные шепчут устами
О любви у продажной постели .

Вот козлами гуляют кумиры ,
Вот волчицами ходят товарки .
И витают событий транжиры ,
В звездолете фальшивой марки .

По всему обозримому небу ,
Мудрость кружит строкой зоревая .
-- Не лукавьте грехам на потребу,
Будет с Богом стезя вековая --

СТИХИ НА РАЗНЫЕ ТЕМЫ

На коне в тумане
***
Юрский - Щеряк на белом коне ,
Шашкой отточенной машет .
Люди для Юрского все оне ,
Каждая особь попляшет .

Особи старые словно сморчки ,
А молодухи как козы .
Все друганы у вояки качки ,
В спорах бураны да грозы .

Он генерал и адмирал ,
Вкупе фельдмаршал в фаворе .
Писал и утром на музу взирал ,
Шмару на ярком заборе .

Скачет в тумане великий Щеряк
Юрский к шальному престижу .
Сонмы лягушек вокруг раскоряк
Квакают прыгая в жижу .

Золотой вагант
***
Надоело смотреть на причуды
Бабы Вали и свиты ее .
Рядом вьются подонки - Иуды
И вблизи гомонит воронье .

Продались старушенции смерды ,
За гроши из срамного дерьма .
И несут они мантию Герды ,
Все от Маши рабы без ума .

Маша - Герда несет ахинею ,
О мигрени и острове слез .
И влюбляются все в Виринею ,
Лену дамочку сладостных грез.

И еще есть одна тропиканка ,
Александра несущая стяг …
Рядом кочет и жирная канка
И облезлая стая дворняг .

Строки были расхожей сварганят ,
Не для разума , не для души
И бомонд за собою поманят ,
Слушать эхо в чердачной глуши .

Но поэта , от Бога таланта ,
Гонят скопом и словом чернят .
Золотого в твореньях ваганта ,
Лишь рассветы в пути осенят .

Шушпанская былинушка

Русалок видели на берегах Челнавского водохранилища . Тем паче на дне Челнавского затопленное старинное село Арбузовка . Оно более загадочное и таинственное . А про Шушпанское водохранилище в Староюрьевском районе вот что скажу :

Панночка - шушпаночка

Не паны здесь бытовали ,
На земле сырой ,
А крестьяне степь пахали ,
Вешнею порой .

Ныне речку запрудили ,
Рьяные дельцы
И ловчихам угодили
Ищущим концы .

Вот нашла конец шушпанка ,
И зарделась вся .
Держит девушка селянка
В путах карася .

У другой конец побольше ,
Как в вуали линь ?
"Панночка" она как в Польше ,
"Пану" с ней аминь !

Над водой стрекозы вьются
И стрижи летят …
Рыбаки к рыбачкам жмутся ,
Все любви хотят !

Но уха влечет и манит ,
Ароматом днесь ...
Пальцем "панночка" поманит ,
"Пан" порхает весь .

Фрики миражей
***
Одна закрыла страницу ,
Другая поймала жар - птицу
И держит огонь в руках .
Никола нашел станицу
И звездной воды криницу ,
Судьбины мираж в веках .
Закинул ведро он в воду ,
Ногами отринув подводу
И стаю увидел птах .
Но небо грозе в угоду
Дождем захлестнуло природу
И Коля промок в кустах.
Погасли в руках девицы ,
Закрылки волшебной птицы ,
Как угли в затухшем костре .
Криница с водой пропала ,
В ладони звезда не упала ,
Но плавала муть в ведре .
Увидел свой мир Никола
На грани времен раскола ,
Поникнув в тени задрожал ...
А гордая скромною стала ,
Полымя стяжать перестала
И дух ее не возражал .

Зеро фаворитов
***
Ставки сделаны на Зеро ,
Да и Машенька не Монро .
Да и Ленушка не Бовари ,
Хоть в очках на нее смотри .
Николаева чудо с пером
И в глуши ожидает паром .
А Труба Анатолий позер ,
Балаболка , трепач и фразер .
Распиарены как на пиру ,
Ходят важными и на юру .
Только ставки квартета О О О О,
Хоть хвали их , хоть рьяно хули .

Зеркальное отражение
***
Смотрит Елена на Валю ,
Сзади зеркальный квадрат ,
Видит поблекшую кралю ,
Ведьму из проклятых врат .

В темных очках ворожея ,
Страшная как никогда .
Лена не ты ли болея ,
Прежде кричала :-- Беда ! --

Зельем тебя опоили
И подкупили дельцы .
Душу твою отравили
Ядом грехов подлецы .

Видишь ты злобную в залах ,
Силишься копией быть .
Только в подземных провалах ,
Место в огне не избыть .

На Дне города

У Горького на дне барон ,
И падших все пределы .
В Тамбове с ветреных сторон
Летят по кругу стрелы .

У речки пляшут огольцы ,
Поют частушки девки .
И носят флаги сорванцы ,
Легко сжимая древки .

Другие ныне времена :
Мажоров , вумен , мэров ...
И волонтеры имена ,
Не помнят пионеров .

Любую хрень им вознеси ,
За дар небесный примут .
На Дне торгующей Руси
Торговцы срам не имут .

Пустых идей круговорот ,
Витает и клубиться ...
На Дне Тамбова нищеброд
Забыл опять побриться .

Все от лукавого вокруг ,
Где храмы бьют в набаты .
Веселых распалился круг ,
Вовсю дудят солдаты .

Вперед толпою на прорыв ,
В нарядах волк и сукиш .
А у черты времен обрыв
И под обрывом кукиш .

Летит стрела одна к реке ,
Чудесная для Вани .
И Василиса не в тоске ,
В покровах ясной рани.

Почетный нечетный

На доске почета Марков ,
Весь Тамбов в цветах .
Не найти важней подарков ,
Когда член в летах .

Член писателей Союза ,
Вдруг почетным стал !
Засиял от красок блюза
Царь - дворец Кристалл .

Пойте птицы зоревые ,
Пой Эгрего весь .
Ваши песни ножевые
Гасят гордых спесь .

Марков духом не Аврелий ,
Но на члене лавр .
Для отверженных Валерий ,
Как для белых мавр .

Власти фигу показали ,
Чистякову вновь .
И Алешину сказали :
-- Ты Олег пся кревь ! --

Распрягаеву не доску ,
Рейку да канат .
Мне рассветную полоску
И простор Пенат .

На доске нечетный Марков ,
Будет год висеть .
А потом ловец Поярков
Четным бросит сеть .

Тусовочная сила
***
Вы сильны тусовками ,
Вы сильны дружками ,
Маньками и Вовками ,
И приват божками .

Валя вся почетная ,
Для властей икона .
Лена вся улетная ,
Под стрехой Мирона .

Начас друг Аршанского
И Труба с данайцами .
У жида Моршанского ,
Мацу ели с яйцами .

На фуршете грозные
Други мяли тесто .
Что бы в дни морозные
Знать позеров место .

Прежде духи силились
Темные и разные ,
Чтоб в миру усилились
Нети безобразные.

Вот они и бесятся ,
Дымки да Олеги … ,
Позабыв что крестятся,
Когда Идут снеги .

Т У С О В К А
***
У каждого своя сноровка,
Кто жаждет славы и наград.
Но часто избранных тусовка
Не сливки вовсе ,а обрат.

Апологеты злачной связи
Гордятся бытностью такой…
В «князья», попавшие из грязи
Не терпят правды никакой.

Тусовка ярых лицемеров
Непосвященных вводит в грех:
Она пример для кавалеров
И дам, стяжающих успех.

Повсюду ложь испепеляет
Любую заповедь Христа.
Бездарность власть определяет,
Талантов выбросив места.

Внимают люди скоморохам
И всякой шушере в игре.
Но достается фига лохам
И муха дохлая в ведре.

Взбивает пену камарилья
И множит блефа пузыри…
А люди чести от бессилья
Взывают:"Черт вас побери!"

И в городах провинциальных,
Где в зеркалах-- России лик,
В кругах обманщиков банальных
Любой без маски многолик.

Кумиры тусовок
***
Они об этом и мечтали :
Кумирами толпы предстать .
Творить шедевры перестали ,
Чтоб в грезах звездами витать .

Кумиры пастве на потребу
Пустые тексты гондобят .
Но души тянутся не к хлебу ,
А к свету искренних ребят .

Позеры ценят только эго ,
Свое , как силу божества .
Какой - нибудь ансамбль Эгрэго
Споет им оду торжества .

И обретая славу ныне ,
Дельцы тусовок не творцы .
Они как всполохи в камине ,
Блеснут -- и пепел все концы .

Цель криводушных
***
Из - за Трубы и Алешина
Явь бытия перекошена ,
Словно задворный плетень ,
Криво бросающий тень.

Вроде печатают пишуших ,
Вроде взирают на дышащих ,
Смерив расчетной шкалой ,
В затхлой душонке гнилой .

Цель у кривых от лукавого ,
С левого бока и с правого .
Ради тщеты торг ведут ,
Всех за гроши предадут .

Пахнут продажные серою ,
С полной сортирною мерою .
Чистым поэтом Валерою
Буду , я в Господа верую .

Прототипы героев
***
Мои прототипы героев ,
Играют себя же самих .
Промчался Евгений Боев ,
В толпе не увидел своих.

С коляской Мария мамаша ,
Лучистая словно заря !
А Саша несет Барабаша ,
С незримым легко говоря .

Алешин несет свое эго
И гордость неясно зачем .
Елене играет Эгрего ,
Ансамбль переменчивых тем .

Труба прошагал сувереном
И плюнул фуршетнику вслед .
Наседкин проследовал с хреном
И с другом которого нет .

Бегуньей спешит Валентина ,
Куда ее нечисть несет ?!
Болотина манит и тина ,
Где друг ее нетей пасет .

Аршанский пастух неизменный ,
Козловский , известный давно .
Он носит портфель огроменный
И с марор травою вино .

Блажит у сосны Селиверстов
И дует на руки опять .
В кошмаре чиновник Бесперстов ,
Хотел его ночью распять .

Другие играют не шатко ,
Не валко судьбину свою .
Макарова доку не жалко ,
В Воронеже словно в раю .

Картины миражей
***
Ни профессор , ни монах ,
Чудик в голубых штанах .
Может Лях он , может Лех ,
Потемнело как на грех .

Тень вокруг него всего ,
Смрад и больше ничего .
Вопиет он и кричит ,
А простор земной молчит .

Он прикаян и крещен ,
Только кривдой извращен .
Вновь Олег или Толян ,
Рожей напугал селян .

Ищет Янус или Гус ,
Валентину делла Крус .
Тень ее мелькнула днесь ,
Янус Гус взъярился весь .

Вихрем стал и засвистел ,
Как носитель многих тел .
В миражах шальной жары ,
Все картины из муры .

***
Обойдусь без злыдей ,
Обойдусь без сидней .
Перебьюсь без клонов ,
В мантиях баронов .
С Васей долго Коля ,
Дымкин был додоля .
В Танькиных либретто ,
Мастер Риголетто .
Маргарита в туне
И балы в салуне .
Воин грянул с громом
И с железным ломом . .
Правит как на марше ,
Лишние , кто старше .
Вникуда с дружиной ,
С калашом , с пружиной.
Дело что не нужно ,
Други лепят дружно .
Вновь ругают честных ,
Сленгом дурней местных .
Верх взяла ватага ,
С мастью слуг Гулага .
Обойдусь без лживых ,
Без шальных служивых .
У меня есть доля ,
Вера , честь и воля !

Призрак бродит по Тамбову
***
В Орле писателей лелеят ,
Как самых лучших на миру .
И Белгород от них светлеет ,
Когда глаголят на юру .
В Воронеже творцов встречают
Везде как местных мудрецов .
И добрым делом отмечают ,
В кругах имущих и дельцов.
На книги средства и журналы ,
Вручают в этих городах .
И создают любви анналы
Творцы в блистательных трудах .
В Тамбове все иначе в туне ,
Не видно света доброты .
Писатели в своей коммуне ,
Как тени в круге маяты .
Нет средств и воли к озаренью ,
Нет преференций быть в чести .
И призрак движется к забвенью ,
Чтоб ничего не обрести .
Он состоит из грез поблекших ,
Из мыслей искренних былых .
Из всех стремлений наболевших ,
От Чернышова до Белых .
Нищаем жизнью и в твореньях ,
Витает вновь тлетворный дух .
И власти в призрачных решеньях ,
Вздымают тополиный пух .

Смутная возможность
***
Когда и вас отвергнут члены ,
Творцы союзным огулом ,
Вы так познаете измены --
Застынет воздух над челом .

Никто в беде не пожалеет ,
Все отвернутся втихаря .
И грезы яркие развеет ,
Дыханьем смутная заря .

Вам будет горько и обидно ,
О дружбе прежней вспоминать .
И станет время очевидно ,
Из сердца светлое взимать .

Вы вспомните как гнали доку ,
Поэта чести и добра .
Как обвинений поволоку ,
Кидали с грязью на ура .

Теперь терпите свою долю ,
Черед расплаты за хулу .
Поэт идет один по полю ,
К мечты прекрасному селу .

Маски Трубы
***
Потерял лицо Труба ,
Светлое с румянцем .
Стал подобием раба ,
Видится поганцем .
Служит делу суеты
И пиар - печати .
Маски носит маяты ,
С миной исполати .
Угождает всем чинам ,
Дующим на воду .
Угождает всем лгунам ,
Безобразным сроду .
Редактирует журнал ,
Как - то он убого .
Словно грешного познал
В жизни очень много .
Не печатает творцов
Истинных манерных .
Ценит сельских удальцов
И порывы скверных .
Все кривое у Трубы
И душа , и совесть .
Маски подлости грубы
И судьбины повесть .

Мечта о жаре
***
Наладится погода в нашем крае ,
Жара еще порядком надоест .
И я увижу мини на Данае ,
Купальник фирмы сувенир инвест .

По берегу пройдет качок неспешно ,
Играясь и любуясь лишь собой .
И поплывет хмельной рыбак потешно
За рыбиной дородной голубой .

Рискованно по речке пьяным плавать ,
Но женщины -- русалки во плоти !
И будет Николай Наседкин хавать ,
Свой бутерброд и крыльями расти .

Пока камыш не зашумит от боли
И чайки от тоски не закричат ,
Сыграем свои радостные роли
И флибустьеров , и речных волчат .

Гордыня равнодушных
***
Кудимова плюет на мой талант
И Струкова Маринушка плюет .
Для женщин я душевный дуэлянт ,
Утрусь и непотребное пройдет .
Ни слова обо мне не говорят ,
Скрываются за призрачным стеклом .
В столице свои повести творят
И за добро не воздают добром .
Гордыня им покоя не дает ,
Замучила , как дерзкая оса .
И каждая пораньше не встает ,
Когда на травах светлая роса .
Скажу о равнодушии двоих
И повторю о классиках слова .
Кудимова звезда среди своих ,
У Струковой с короной голова .
Тамбов сегодня в туне бытия ,
Поэзия в округе не в чести .
Быть может лучший сочинитель я ,
Но не могу признанье обрести .
Творю легко шедевры о мирах ,
Вокруг шипят и скалятся враги .
Но грезы разноцветные в шарах ,
Взлетают ввысь и делают круги .

Заледенелая немота
***
Вы простите меня Марины ,
Величал вас душою лучась.
Вы вдвоем отвергали смотрины ,
Отрешиться от дел торопясь .

Надоел вам не озаренный ,
Алым светом софитов времен .
Сочинял я стихи покоренный
Блеском судеб и ваших имен .

Вы привиделись мне с ореолом ,
Поэтессы духовных начал .
И мечтал я о крае веселом ,
Где на острове счастья причал.

Я поэт и сияние граций ,
Все прекрасно и мило вокруг .
Восседает великий Гораций
И Макаров является вдруг .

Но исчезли волшебные виды ,
Перед взором ранимой души .
Горько мне от сердечной обиды
И кричу я : "Мечтать не спеши !"

Панегирики , оды , поэмы ,
Не нужны равнодушным во век .
Две Марины холодные немы ,
Не тревожь их поэт - человек !

Молчат просторы бытия
***
Я пройду по лезвию кинжала ,
Бытия вопросы не тая :
-- Почему же Таня убежала
Маликова в ближние края ?

Почему Елену хвалят скопом ,
А вчера не знали о такой ?
Почему Труба склонился к жопам
Графоманов с гольною строкой ?

Почему в Тамбове награждают
Боратынским бездарей шутя ?
Почему пройдохе угождают ,
Всем мозги Дорожкиной крутя ?

Почему стратегия культуры ,
С тактикой годами не в ладу ?
Почему творцы литературы
И таланты чуждые к стыду ? --

Зоревых не слышно отголосков ,
Вновь чины - подельники немы .
И смотрю я нежно на подростков,
Не живущих мелочью сумы .

Торжество справедливости
***
Пребудет время не благое ,
Для лицемеров не благих .
В чем заключалось дорогое ,
Вдруг потускнеет для других .

Вмиг обесценятся порывы ,
Былых поместных величин .
И злыдни станут не красивы ,
Без ветром сорванных личин .

Подует ветер новой доли ,
Необъяснимый для кругов .
Кто обреченно жаждал воли
Восстанут в травах берегов .

В цветах лугов неотразимых,
Восстанут яркие творцы .
И эхо дней невыносимых
Оглушат песнями скворцы .

Побойтесь имущие Бога
***
Неброский Тамбов не Небраска ,
Дороже икры здесь колбаска ,
Дороже сыры рыбы Фугу
И жить пожелаешь не другу .

В Тамбове судьба дорогая ,
Как девушка ласок нагая .
И в схимне монашка бесценна ,
Когда у плиты откровенна .

Продукты теперь не укупишь
И лишнего с быта не слупишь .
Все дорого , жить не легко ,
Небраска от нас далеко .

Заправки безумий ликвидность ,
Бензин драгоценная жидкость .
Дороже даров однорога ,
Побойтесь имущие Бога !

Сад Анатолия Трубы
***
Приснился Толе сад чудесный ,
Живой из лиц между ветвей .
И луч пронзительный небесный ,
И Гласа звучный суховей .

Горячий ветер как оракул ,
Горланил путано и вдруг ,
Толян узрел десятки Дракул
И Валь Двурожкиных вокруг .

Рашанский стал клыкастым волком ,
Завыл на красную звезду .
Труба понять не может толком :
В саду он или весь в аду ?

Взмолился Толя как на плахе ,
-- Спаси Господь и сохрани ! --
А Валя в пламенной рубахе ,
Сжигала жизни грешной дни .

Деревья кронами горели ,
Плоды пылали на виду .
Труба читал по кругу цели ,
О предсказанье на роду .

Он был противной веткой древа ,
С шипами мерзкими всегда .
И с права от него , и слева ,
Кружились вороны вреда .

Хихикали нахально груши ,
Кричали сливы ни о чем .
И черные маслины - души
Вопили : -- Звезды ни при чем ! --

О , жуткий сон противоречий ,
Чудовищный , как мрака бес !
Труба зажег спасенья свечи
И сад увидел без чудес .

Час Венеры
***
Банкуйте вовсю лицемеры ,
В колодах тузы молчуны .
И радуйтесь часу Венеры ,
Когда не узрите Луны .

Играйте легко с игроками ,
До яркой лучистой зари .
Расстаньтесь шутя с дураками
И с дурами черт побери !

Разврат ваше кредо земное ,
Во всем ради бренной тщеты .
Продажное , злое , срамное ,
Безбожное -- ваши мечты .

Банкуйте , играйте , кутите ,
Как новых поветрий купцы .
Но судьбами все заплатите ,
За проигрышь горе - глупцы .

Нет чести у лживых повсюду ,
Нет совести у подлецов .
Банкуйте и славьте Иуду ,
Предатели веры отцов .

Царский зал Урала
***
В Царском зале в округе Урала
На рассказчиков свита взирала .
За столом восседали вельможи ,
На дворян новорусских похожи .
Лихо конкурс вели " Молодежь
Предуралья не множьте галдеж ".
Александр не мичуринец Семин ,
Был научным наследством огромен !
И Труба Анатолий не промах ,
Как паромщик на всяких паромах .
Царский зал из историй Сверловска ,
Словно нерпа из тины Бобровска .
Все чины при достойных наградах ,
Только лазы зияют в оградах .
Вот Нурай и Садай Агагбай ,
Вмиг узрели что Толя не бай !
Не вельможа Труба -- а пройдоха ,
Лжепрофессор с мандатом подвоха .
Стал долдонить Виталий Адас ,
Как блефовщикам кликнуть: "Атас!"
Можно кликнуть мышонком в сети ,
Можно крикнуть куда всем идти.
Вот швея бесподобная Тося ,
Шкуру шьет для безрогого лося .
Как сошьет для сохатого шкуру ,
Вновь рога заветвяться к аллюру .
Как прекрасны Софи и Эллина ,
Где на фото краснеет малина .
Манит девушек "Солнечный берег ",
Где нудисты блистают без серег .
В "Фитобаре " гоняют чаи
И иллюзий шукают раи …
Здесь и Рута ярка вечерами ,
В нарисованной солнечной раме .
Знать Урал и Тамбов на равнине ,
Побратимы и присно , и ныне .
Потому - то за деньги казны ,
Тамбовчанам уральцы важны ,
И в разделах "Тамбовская доля ",
Всклень уральцев печатает Толя .
В Притамбовье зацвел Олеандр ,
Стал уральским журнал Александръ .

Единение душ у обрыва туны

Дурное вскрылось единенье ,
Как передержанный нарыв .
Исчезло вмиг мое сомненье ,
Когда увидел я обрыв .
Душевным взором я увидел ,
С людскими мордами свиней .
Такую мерзость не предвидел
И речь веду я не о ней .
Они друг друга презирали ,
Врагами были лишь вчера .
Теперь влюбленно озирали
Как глубока грехов мура .
Грехи клубились под обрывом ,
Как тени в пекле и дыму .
И было в таинстве игривом ,
Всем притяженье ко всему .
Я помолился без тревоги ,
Крестясь и блудное крестя .
Вдруг появился на дороге ,
Крылатый ангел как дитя .
Он воссиял чудесным светом ,
Меня отрадно озарил ...
И все печальное при этом ,
В одно мгновенье утолил .
Шальные свиньи завизжали
И стадом прыгнули в купель .
И небеса не возражали ,
Как злыдни угодили в цель .
Вопили души безобразных ,
О чем - то мелочном своем .
Видать анчутки жили в разных ,
А в самых гадостных вдвоем .

Придуманная богиня игры
***
Ваяют даму поэтессу
Друзья из камня бытия ,
Придав прорывному прогрессу
Движенье в яркие края .

- Прорыв ! - взывают волонтеры ,
- Прорыв ! - отвествуют чины .
Ваяют даму ухажеры ,
С оттенком призрачной луны .

Прорвутся к целям без морали ,
Творцы пиара и муры .
Они в песочницах играли ,
В мирах придуманной игры .

В ладонях фифочки скрижали ,
С хорейной рифмой письмена .
Вокруг нее простор ужали
И сбили с неба имена .

Провалы откровений в прошлом ,
Богиня Слова на виду .
Писала ветрено о пошлом
И стала писаной в бреду .

Воспоминание о прошлом
***
Нахлобучит Коля кепку ,
В даль идет гулять …
А в башке - то не сурепку ,
Васю треплет бл .. дь .

И пащеку раскрывет ,
Чтоб творить минет .
Все в иллюзиях бывает ,
Когда драйва нет !

Тошно Коле с похмелюги ,
Как всегда со сна .
Но нагие все подруги
И в мечтах весна .

Вот поэт идет постылый ,
Прост как чемодан .
-- Пшел ты в анус белокрылый
Или в Магадан ! --

Вот Хвалешин гордый катит ,
Грез надутый ноль .
Он за прошлое заплатит ,
За наветов боль .

Толи марево витает ,
Толи нечисть дней ?
Валя голой пролетает
И вахлак под ней .

Выпить надо , похмелиться ,
Пивом у моста .
Вся душа опять томиться ,
Тело ж без креста .

Коля пьет у речки пиво ,
Смотрит на волну ...
Вновь желает жить красиво
И ласкать жену .

Влюбленная в свободу
***
Замшев Максим напечатал рассказ ,
Лены Луканкиной снова ,
Вспомнив души откровенный наказ ,
Деву ценить из Тамбова .

Вел семинар увлеченно Максим ,
Лена читала сонеты ...
И открывался волшебный Сим - Сим
Прямо на пядях планеты .

Дева творила в прекрасном краю ,
Колокол звоном тревожил .
Верила крепко в судьбину свою ,
Друг увлеченность примножил .

Премию пассии вскоре вручил ,
От Маяковского к свету .
И дорогую мечту научил ,
В строфах тянутся к рассвету .

Тянется Лена к рассветам легко ,
Пишет о многом и разном .
В алом хитоне Максим далеко ,
Коля вблизи в безобразном .

Кто император из них не понять ,
Кто прокуратор не ясно ?
Лена на рок перестала пенять ,
Любит свободу бесстрастно .

Суверены величия
***
Там Куняев обижен на мир ,
Здесь Труба вожделений кумир
И Наседкин влюбленный в себя ,
И Алешин свой образ любя .

Лена пальчиком чертит полет ,
Начас яркой мечты самолет .
Юрий ходит величьем един:
Суверен , фараон , господин !

Селиверстов блажит на косе ,
Чтоб царем прошагать по росе .
И Аршанский как Ирод блажит ,
Марор горькой травой дорожит .

Текст напишут и - Сукин - кричат :
-- Ай да я ! -- но просторы молчат.
От гордыни искрятся порой :
На лугу , на горе , под горой .

Маша феей блистает в глуши
И шуршат как рабы камыши .
Лена носит высокий свой сан ,
Словно френд подарил ей Ниссан .

Звезды звездами в грезах взошли
И иголки в стогах все нашли .
Даже мелкая сошка Незрим ,
Ослепить хочет призрачный Рим !

Каждый Янус , Федора , Нарцисс ,
Не стяжают с людьми компромисс .
Лишь они неприступны на век !
Я же добрый поэт - человек .

Светлое призванье
***
Возведут в квадрат позера Толю
И шалаву в степень возведут ,
А поэту смутную недолю
С темным бездорожьем создадут .

Все в руках у щеголей пиара :
Деньги , власть , сценический размах ...
Но творец на дне земного яра
На заре как с шапкой Мономах !

Ореол небесного вниманья ,
Царственный и в туне бытия .
Делла Розу светлого призванья ,
Одиноко прохожу и я .

Кукла в пузыре
***
Моих сказаний погремушку
Никто не слушает вокруг .
Все жадно слушают старушку
И враг глаголящей , и друг.

Метрессе трепетно внимают :
Олег , Мария и Толян ...
Ее всерьез воспринимают ,
Гурты восторженных селян .

Тамбовщина внимает крале ,
Как самой значимой мадам .
Она уже на пьедестале
И с неба светит городам .

Ей позволяют быть ведущей :
Двуликой , лживой , роковой .
И заливать словесной гущей ,
Что пахнет гнилью вековой .

А я гремлю душевным словом ,
В туманной туне на заре :
-- Витает кукла над Тамбовом ,
Витии в мыльном пузыре --

Милые - лЮбые
а душою грубые
Автор
***
Любите жизнь Волчихин говорит ,
Чтоб вместе не пропасть на поворотах.
Люблю ее а враг беду творит
И полыхает мыслями в заботах .
Любите всех , повсюду , навсегда ,
Не против я , а злыдни не желают.
Творять грехи до Божьего Суда
И волки воют , и собаки лают .
Я с добротой приблизился к Трубе ,
Толян же простаков везде не любит .
К Мещерякову с честью как к судьбе ,
А он узлы завяжет и разрубит .
Алешину -- Антоновка в огне --
Статья важнее всякого подарка .
Олег ответил откровенно мне :
-- Уйти подальше бытности помарка --
Люблю я жизнь как Миша написал :
С Николай , Леной , Валей и другими .
Я б фразы осужденья не бросал ,
Когда бы стали милые благими .

Лесное эхо Притамбовья
***
Труба за первого петрушку ,
Белых вновь за второго .
Взорвал Рашанский просорушку ,
Взорвет шутя любого .

Сидят на стульях вожделенно
И слушают предлита .
Мгновенье времени нетленно ,
Они теперь элита .

Не пригласили из Тамбова
Коллег по цеху Слова .
Вон как Елена черноброва ,
У Марьи есть обнова .

И Юрий горделивым паном ,
Шагает по бульвару ...
Хвалешин тоже не с профаном ,
С гордыней днесь на пару .

Не пригласили вы поэта ,
От Бога с ясным взгядом .
Зато Двурожкиной конфета
Блистала в вазе с ядом .

Вкусили чай и расстегаи
Поели с рыбой красной .
А в Притамбовье снова гаи
Шумят листвой прекрасной .

Заклинатель

Говорил мне он о змеях ,
Ядовитых и плохих .
И в отъявленных затеях:
Безобразных и лихих .

Год прошел Халерий слово
О дурных не говорит .
Словно время не сурово
И в мечтах душой парит.

По доске почета шпатель ,
Мэра явственно скользнул...
И Халерий заклинатель
Змей игрою обманул .

На доске висит Халерий ,
Весь собою как божок .
В лунном отблеске мистерий ,
Дует в дудку и рожок .

Валя сонная от звука ,
Дудки сказочной игры .
И другая не гадюка ,
Стала обручем дыры .

Змеи обликом не змеи
И Труба иной совсем .
Заклинатель всей Расеи ,
Поиграй на Хит эФэМ !

Дело Трубы

Толю осудили , дело - то труба ,
Но не посадили Господа раба .
Толя на свободе славит менеджмент ,
Он в своем народе вредный элемент .
Капитал у лживых и маржа у них ,
У других служивых нищета да стих .
Крохи хлеба сорта третьего давно ,
Лишь фанаты спорта пьют свое вино .
Хоть Труба и в деле с грифом Александръ ,
Бес в астральном теле множит саламандр .
А в ментальном нечисть расплылась мурой ,
Каждый смутный вечер Толя хмырь - герой .
Выйдет в сеть Тамбова грез гермафродит
И талантам снова истинным вредит .

Лихой редактор Труба
***
Труба на вы идет с творцами ,
Он не печатает творцов .
Душевных видит подлецами ,
Святыми видит подлецов .
Талантов дух не переносит
И честных яростно хулит .
Труба нагрудный крестик носит ,
Но выросшим хвостом юлит .
Фантомный Толя рогоносец ,
Анчутка в лунных зеркалах.
А наяву он знаменосец ,
Всегда при денежных делах .
Журнал курирует нещадно ,
На средства ветреной казны .
Грязнит поэтов беспощадно ,
А графоманы не грязны .
Все от лукавого и злого ,
Журнал не искренних начал .
Труба творит лихого много ,
Но Бог порочных развенчал .

Почитайте журнал Александръ и вы ужаснетесь бездарной , неумелой и бессмысленной растратой государственных денег! Все литературные журналы регионов России печатают в основном произведения своих региональных писателей и поэтов , а главред этого издания печатает неизвестных чужих , дальних и заморских . На Тамбовщине итак литературный процесс в стадии стагнации и искажен весь до неузнаваемости , а тут еще некий экономист Труба взялся редактировать по черному . Вместо того , что бы печатать лучшие литературные образцы самых талантливых творцов региона 68 Анатолий Труба печатает информацию давно всем известную . Исторические ракурсы возобновляет по темам уже пройденным и на Тамбовщине не очень интересным . У нас своя история трагическая и кровавая была . Но дело даже не в этом . Печатать надо по всем моральным правилам до 75 процентов площади журнала , достойные произведения местных писателей . Поэмы новые , стихи , рассказы , отрывки из повестей и романов . И только 25 процентов печатать инагородних , но не наоборот . Деньги - то Тамбовской казны . Зачем нужен такой журнал на территории Тамбовщины , если он не прославляет местные таланты и не способствует развитию литпроцесса . Еще ,кого печатают из местных , по большей части сплошная графомания . Гониться литературный порожняк вникуда . Зачем такой чужеродный литжурнал Александръ нужен Тамбовчанам ? Незачем он нам не нужен такой - никакой . И редактор - экономист не редактор вовсе , а дилетант печати с повышенными амбициями тщеславного барчука .

Ужин трубадуров
***
Не сцена это а помост
И мудрецы все в ложе .
У трубадура яркий тост
И у другого тоже .

Один мудрено говорит ,
Другой еще мудреней .
А дурачок спокойно зрит ,
Чей довод увлеченней .

Стихи читает трубадур ,
Другой сонет читает .
И нет непосвещенных дур ,
Где муза обитает .

А трубадур уже трубач ,
Играет шум прибоя …
Другой в палитре передач
Играет гул забоя .

Потом чаи гоняли все ,
По кругу и за кругом .
Потом ходили по росе ,
В сортиры друг за другом .

Дурак сегодня не смешон ,
Он лишний , не на месте .
Откинул храбро капюшон
И съел сосиску в тесте .

Тамбовский памятник Евтушенко
***
Он был в Тамбове на излете
Своей блистательной судьбы .
В Асеевском дворце в почете
Сидела Валя злой татьбы .

Она воровка дней прекрасных ,
У ярких истинных творцов ,
Вела к Евгению несчастных
Читать стихи Тропы птенцов .

Кружковцы строфы голосили ,
Как глашатаи на юру .
И вглядами любить просили ,
Свою словесную муру .

Евгений неба не услышал ,
В словах не истинных высот .
И из себя маститый вышел
Из - за плетущихся красот .

-- Все не поэзия , в плетенье ,
Одни сужденья ни о чем .
И дамы икс стихотворенье ,
О фантиках над кирпичом --

Прошло полгода и весталке ,
Вдруг Боратынского за взгляд ,
Вручили премию нахалке ,
И молнии блеснул разряд .

Прожекты скульптора Тамбова
Сумел узреть богемы круг :
Сидит Евгений -- дока Слова ,
А рядом кукиши вокруг .

Фетиш Древа книг
***
Вновь читает Валюха Двурожкина :
"Приключения Витьки Картошкина " .
Умиляется , дышит не ровно ,
Словно дома бытует под Ровно .
Картофляники жарит с задором ,
Голова - то с улетным убором .
Как увидит Валюху Василь ,
Сразу ходит как Лео Кассиль .
Эх , Витек ты Картошкин во всем ,
С каждой удочкой и карасем . ,
С каждой точкой и запятой .
В каждой бочке и под пятой .
Валя книгу отдаст депутату ,
Он читая подлечит простату .
Книгу вывесит фетишем древа ,
Справа Яблоков , Водочкин слева .
А вершину венчает затея ,
" Сказы деда Павло - Савватея "

Алешин с Монмартра грез
***
В бистрО ты не обедал на Монмартре
И не искал Тургенева в ТюИрли .
Ахматову ты воплощаешь в Марте ,
Циганочке ремейка Ширли - Мырли .
И шорох ее платья из газет ,
Тебе навеял сон неповторимый :
Ты там , где наяву Сезанна нет ,
С корицею и миндалем незримый .
С великими на ты не быть тебе ,
В пространстве иллюзорного Парижа .
Лишь тени отражаются в судьбе ,
Как в зеркалах предпаховая грыжа .

Гербарий

Деревья голые картинами без рамы ,
Смотрелись снова в Маре без людей .
Алешину своей судьбины драмы ,
Хотелось здесь увидеть лебедей .
Не виделись крылатые в музее ,
Обкраденном ботаником лихим .
И рассмотрел заблудший в бумазее ,
Причину быть пригожим и сухим .
Мужские вдруг послышались хоралы ,
Католиков здесь месса раздалась ...
И вышли из развалин генералы ,
И дочка Дельвига в тумане родилась !
Елизавета Марская безгласна ,
А может Дельвиг - Марская мадам ?!
Одна заря вечерняя атласна
И стелется червонно по следам .

Равнодушные
***
За какую мне власть радеть :
Покупающих Лексусы скопом ?
Или ту , что умеет гундеть ,
Проезжая с казной по Европам ?
Может мне возлюбить дорогих ,
Что дороги построили фикций ?
Или милых , прелестных , благих ,
Что воруют в порывах амбиций .
Власть сегодня поэтов не чтит
И писателей не переносит .
Буд - то всюду в России гостит
И советы у мудрых не спросит .
Ей плевать на духовную суть ,
На творенья талантов от Бога .
К стадионам блистательный путь ,
А к познаньям пустая дорога .
Ничего не дают мудрецам ,
Создающим шедевры Отчизны .
Власти ныне дают сорванцам ,
Фору блефа и истины тризны .
Экономя на доле творцов
И смеясь над талантами края ,
Светлый образ традиций отцов
Власти в тлен превращают играя.

Олеандр смыслов
***
Трубу Сицилия звала ,
А Матушкина Родина .
И пицца Толику мила ,
Евгению смородина !

Труба фантомный президент
И сицилиец гидности .
Евгений Думы резидент ,
Поместной власти бытности .

Труба витает в облаках ,
Стяжает славу бренную .
Евгений силится в веках
Узреть страну нетленную .

Но вместе фетиш Александръ --
Журнал лихой состряпали .
И смыслов чистый олеандр
Дорожкиной заляпали .

Извращенцы
***
Вы чуждые как вьюги летом ,
Вы страшные как нети снов .
Увлечены вы лунным светом ,
Театра фальши и лгунов .

Талантов солнечной природы
Вы отрицаете шутя .
И гении для вас уроды ,
И царь исчадия дитя .

Все извращаете что можно ,
Как полоумные в бреду .
Скликая ветрено , безбожно
Тенеты мрака на беду .

Вы люди мира безобразий ,
Где все витает кверху дном .
И слухи каверзных оказий ,
Прокисшим отдают вином .

Престол небожителя
***
Приезжал Николай Иванов ,
Чай попил и уехал в Москву
И остался Мичуринск - Козловъ
Одиноким на грустном веку .

Приписали журнал Александръ
И к Палермо , и к фирме СП ,
Только тени чужих саламандр
Охраняют Трубы КПП.

Не пройти мне к престолу его ,
Главредактор теперь президент .
Александра журнала всего ,
Он звезды внеземной резидент .

Небожитель в лучах снизошел :
Гулливер Анатоль , Геркулес !
Но мальчишкой ко мне он пришел
И вошли мы в СП без чудес .

Музей Трубы

В музее Трубы награды
Висят и блистают щедро …
Вот дали одни ретрограды ,
Другие Николо и Педро .
Имперские есть с короной ,
Вручал их Павло император .
Крылатые есть с вороной ,
Вручал их Азеф провокатор .
Любые висят на выбор ,
На вкусы , цвета и взляды .
И золотом льется верлибр ,
И фосфором светят шарады .
Награды за то и за это ,
За все и другое дело .
За то что в Козлове лето
С грозой не одной пролетело .
За то что зима в Козлове
Была необычно студеной .
Зв то что Труба на слове
Зарю изловил нарожденной .
Труба промышлял рыбалкой ,
Иного , базарного смысла .
Награды ловил он с яркой
Идеей , типаж коромысла .
С бадьями по оба края ,
Огромными словно бочки .
Награды ловил играя ,
В тщеславие без проволочки .
На каждом кону не скупился ,
Рубли он бессчетно ставил .
Где прОдался , где купился ,
Музей из наград и представил .

На виду
***
Нет высоких мотивов в порывах ,
Не поэзия в строфах звучит .
И в словесных , бездарных извивах
Глас таланта досуже молчит .

Жуткой стужей повеяло снова ,
От людей без небесных даров .
В их устах не блистание Слова ,
Только тени поблекших миров .

Не пылает свеча ради Бога ,
Не сияет лучина мечты .
И тревога у них не тревога ,
И цветы у пустых не цветы .

Вновь позеры лукавят эстрадно
И читают стихи как в бреду .
Мне поэту немного досадно ,
Что такие везде на виду .

Губошлепы
***
Хоть кобылу наградите ,
Хоть быка .
И валяйте как хотите
Дурака .
Можно хряка опочетить
И свинью .
Можно поле заболотить
С айлавью .
Вы играете с судьбою ,
Шулера .
И трясти сырой губою
Мастера .
Ветка каждого обмана ,
Как лоза ...
Но нагрянет из тумана ,
К вам гроза .

Кредо циника
***
Что взять с меня Трубе в фаворе :
Звонки , беседы не о чем ?
А в Средиземном теплом море ,
Европа плавает с мячом .
То у Сицилии наряет ,
То у Сардинии шалит .
Труба Европе доверяет ,
Она печали утолит .
В Мичуринске журнал отрада ,
Имеет имя Александръ .
Метресса экслюзиву рада ,
С лихими брызгами Массандр.
И Чистяков поможет разом ,
И Колпаков поможет днесь .
Труба с удвоенным экстазом ,
Исходит от величья весь !
Забыта просьба о вниманье ,
О пониманье в трудный миг .
Труба не верит в покаянье ,
Он кредо циника постиг !
Не доверяет даже Богу ,
Не ценит истину в веках .
И выбрал смутную дорогу ,
Чтоб всех оставить в дураках .

Семинар поэзии
***
Подожгу бикфордов шнур
К темам семинара .
Распугаю местных кур ,
Дымом без пожара .

По сплетеньям огонек
Побежит незримый …
И с талантом паренек
Воспарит родимый .

Вмиг красавица душой ,
Грация от Бога ,
Станет радостью большой
С крыльями итога.

Будем присказки читать ,
Будем сказки слушать ,
Так поэмы почитать ,
Чтоб попкорн не кушать .

Станем трепетно стихи ,
Понимать как можем .
И судьбы своей грехи
Отмолить мы сможем .

Семинар звучит мечты ,
Я предтеча славных ,
В круге Слова красоты ,
Равный среди равных .

Пустынный гул
***
Сайт присутствует в зыбкой сети ,
Как картинка для выскочек края .
Председатель судьбой заплати ,
Свою должность бездушно играя .

Ничего не стремишься достичь ,
Ни стипендий , ни книг обоюдных.
Ни проблемы поэтов постичь ,
Ни писателей всюду подспудных .

Ты себя прославляешь любя ,
Буд - то в этом величия случай .
Только веру с надеждой губя ,
Ты любовь эгоизмом не мучай .

У почетной наград завалом ,
Хоть на гору вези вагонеткой .
Вся исходит неистово злом ,
Ради фифочки с марионеткой .

Фаворитка почетная всех
И чинов , и бомонда округи .
Для нее бесконечный успех
Создают всемогущие други .

Так талантам мадам помоги ,
Напечатай стихи и поэмы ?!
Для нее все поэты враги ,
Потому что к признанию немы .

Наградили другую мадам ,
Ни за что голевым Боратынским .
Обещала -- творящим воздам ,
Оказаться в Союзе с Мединским --

Воздает лишь сторицей себе ,
О величии рьяно печется .
И к редактору Толе Трубе
Глас ее королевский несется .

С лету вирши печатает он
И Максим ее Замшев услышал .
Каждый в букву пославшей влюблен
И в астрал умиления вышел .

Николай же Наседкин познал
Власть предлита с неистовым блудом .
И теперь он стяжает финал ,
С геморроем и умственным гулом .

В голове его нечто гудит ,
День и ночь непрестанно взывает … ,
Словно Коля в пустыне сидит :
То исчезнет , то вновь оживает .

Фаворитка втуне
( сон в летнюю ночь)
***
Показала где жизнь начинается ,
Фаворитка формата других .
И Мария в мечтах запинается ,
Не рассудит словами благих .

-- Ты никто -- ей сказала открытая,
Веселуха с наградами дней .
И Знобищева словно побитая ,
Побрела по излому теней .

Вот в пакете шедевры ненужные ,
Вот у сердца крылатый значок .
Дуют ветры холодные , вьюжные
И смеется Олег дурачок …

Было время другое блескучее
И почетные града вблизи .
Прилетало виденье могучее ,
Улетало в меду на мази .

Тошно Маше , душа перезвонами ,
Оглашает всю лунную высь ...
Берегини склоняясь над склонами
Шепчут -- Милая в туне крепись --