Государство в разврате, или Наши развратные дети

Разврат среди, так называемых, светских, прости Господи, «львиц» и «львов»; порнография в сети, где кроме видео и фото, современные шлюхи ведут онлайн-трансляции своего тела; свободный доступ ко всей этой гадости наших детей в Интернет уже осквернил множество сердец и душ.

Мало осталось среди молодых людей тех, кто ни разу не «заходил» на порносайты, не вёл фривольных переписок и т.д.

Хочется верить, что оздоровление общества началось, но кто знает, сколько наших детей отравлены порноядом?

Часто бывает, что мы об этом слышим, когда уже слишком поздно, - государство, в лице правоохранительных органов, узнаёт об этом раньше родителей и берёт свою долю в «ритуале поклонения» демону разврата.

Нам никак не понять, почему к ответственности привлекаются только попавшие в силки «потребители похоти», а торговцы почти всегда остаются в стороне?

Если мы говорим, что разврат в сети Интернет губит души наших детей, почему в России порносайты не заблокированы?

Если проституция «в реале» хоть как-то наказывается, почему девушкам дозволительно торговать своим телом онлайн на сайтах, подобным «Онлифанс»?

Если «потребление» соцсетей нашими детьми отупляет их и ввергает в зависимость, почему детям до 16 лет позволительно свободно регистрироваться и общаться в соцсетях?

Есть жестокая азиатская пословица: «Хочешь победить народ, - разврати его женщин». – Почему наши парни страдают похотью, а девушки готовы, если не продавать тело на панели, то уж «вложить» своё тело как некую ценность в отношения: в краткосрочную, либо подольше, «аренду», с целью извлечения материальной выгоды?

Вы скажете, но, ведь такая же ситуация с табаком, алкоголем, наркотиками и т.д.

Да, производители всей этой опасной для физического и психического здоровья гадости имеют сверхприбыли и платят тем, кто принимает законы.
Эти люди делают деньги на крови наших детей!

Наши сыновья, по нашему недосмотру и недостатку любви, страдают похотью, наши дочери, ощущая власть над мужчинами, продают, либо «сдают в аренду» своё тело на свой страх и риск, либо оформляя эти отношения в ЗАГСе.

А сколько уголовных дел возбуждается по развратным действиям в сети, по половым сношениям с девушками до 16 лет, кто знает?

Наши сыновья, насмотревшись «порнухи» в сети, заболевают похотью и начинают искать ей выхода: пишут разные пошлости в сети нашим дочерям.

А государство, которое позволяет всей этой гадости существовать на «сетевой территории» России, периодически «закидывает невод» и вытаскивает из тьмы разврата на свет правосудия наших испуганных детей, которые не от государства-то прятались, а от своих родителей, чтобы «не поругали».

Вот свежая история из г. Михайловка Волгоградской области.

Парень в младенчестве был лишён материнской любви и участия, жил с младшим братом и воспитывался отцом.

С 7 лет тренировался, занимался танцами; в школе учился удовлетворительно.
Отслужив срочную службу, вернулся домой, где, через полтора месяца был арестован за развратную переписку в сети за полгода до службы в армии, как оказалось, с девочками, не достигшими 14-летнего возраста.

Прошло 10 месяцев следствия, 18 февраля вынесен приговор: 5 лет лишения свободы в колонии строгого режима (приговор в законную силу не вступил).

«Отец постоянно нам говорили об ответственности за отношения с женщиной, настраивал нас на то, чтобы мы сначала получили образование, профессию, а потом начинали отношения.
Но у меня не получилось справиться с гормонами и возникшим интересом к женщине. У меня, как и у всех, были знакомые девушки, но близких отношений ни с кем не было» - Из письменных показаний нашего парня в суде.

Со следователем и судом всё понятно, - они винтики машины правосудия и действуют в пределах, установленных законом, не особенно вдаваясь, в эти ваши все, душевные движения.

Адвокат «по назначению» на предварительном следствии нарушил все принципы адвокатской этики.

И деятельность прокуратуры в процессе, вопросы вызывает: ведь изначально её задачами значатся соблюдение законности и прав граждан, не разделяя их на подсудимых и потерпевших, но в нашем судебном заседании, Михайловская прокуратура лишь поддерживает обвинение, «забыв» о соблюдении прав обвиняемого/подсудимого.

Мы можем сказать словами капитана Жеглова из фильма «Место встречи изменить нельзя»: «Вор должен сидеть в тюрьме!»

Да, это так!

Но, необходимо помнить следующее:
1. Как говорится, от тюрьмы и от сумы никто не застрахован;
2. Права каждого участника процесса должны быть соблюдены, чтобы правосудие не превратилось в месть.

«Когда я пытался сказать, что я ничего не помню, так как мне это было неприятно и прошло уже много времени, мне говорили, мол, признавайся во всём, подписывай, а то хуже будет, добавим тебе ещё кучу эпизодов, добавим новые статьи, ещё больше получишь, а так, всё подпишешь, суд тебе даст по минимуму, мы договоримся: дадим тебе адвоката, который с судом все вопросы решит» - Из письменных показаний нашего парня в суде.

Мы можем сказать, но ведь каждому привлекаемому к ответственности предоставляется защита в лице адвоката. Да, это так. Но, давайте приглядимся к этому обстоятельству внимательней по нашему делу, которое расследовалось СК:

1. Следователь возбуждает уголовное дело в отношении неустановленного лица и тут же в постановлении пишет, что это «неустановленное лицо» было заведомо осведомлено о возрасте потерпевших;

2. Следователь после обыска допрашивает нашего парня, не разъяснив ему, что он может отказаться от дачи показаний против себя и может иметь адвоката для защиты, и, только после допроса задаёт ему эти вопросы;

3. Следователь звонит знакомому адвокату, который раньше работал в прокуратуре, адвокат, не поговорив с парнем, сразу ставит его перед нелёгким выбором: «Всё признаешь, получишь 5 лет, откажешься от показаний, получишь 10 лет» и принуждает парня написать «явку с повинной», указав в тексте, что парень был «заведомо осведомлён о возрасте потерпевших».

«Правду говорить легко и приятно», сказал Иешуа га Ноцри на балконе римскому прокуратору Иудеи Понтию Пилату в «Мастере и Маргарите» Михаила Булгакова.

4. Адвокат просто «сопровождал» предварительное следствие, никак не защищая интересы подсудимого: не разъяснил подсудимому его права, в частности право не свидетельствовать в отношении себя самого, не проводил с ним бесед для выяснения обстоятельств происшедшего, не разъяснял сути проводимых следственных действий и предъявленного обвинения.
То есть, адвокат во время предварительного следствия просто выступил «помощником» следователя.

Вот вам «ситуация»: с одной стороны, следователь, формирующий уголовной дело с единственной целью, - чтобы наш парень был осуждён; адвокат, не осуществляющий защиту, а лишь «отбывающий срок следствия»; представитель прокуратуры, поддерживающий обвинение в суде; суд, которому належит принять взвешенное решение по «предъявленному» обвинению и наш парень, фактически лишённый права на защиту все 10 месяцев предварительного следствия и содержания под стражей, - испуганный, подавленный, ничего не понимающий, находящийся в состоянии постоянного многомесячного стресса, который по глупости «натворил дел» два с половиной года назад.

«Вы спросите, почему же я подписывал то, что не говорил и писал под диктовку? Представляете, тебя утром разбудили с обыском, а потом арестовали и сообщили, что тебе много лет «сидеть»? – Оказывается, - это очень сильно подавляет.
Я просто «потерялся», - с отцом я не мог посоветоваться, а больше мне никто ничего не объяснял. Я только и слышал: «Подписывай, соглашайся, признавайся, а то хуже будет…»
Да, я переписывался с девушками, прячась от отца и не считая это чем-то противозаконным, для меня это было просто в некоторой степени стыдным» - Из письменных показаний нашего парня в суде.

Известный русский адвокат Фёдор ПлевакО, говорил на процессе Саввы Мамонтова в июле 1900 г.: «Между положением прокурора и защитника - громадная разница.
За прокурором стоит молчаливый, холодный, незыблемый закон, а за спиной защитника - живые люди. Они полагаются на своих защитников, взбираются к ним на плечи, и <...> страшно поскользнуться с такою ношей!»

А нашему парню и положиться на адвоката не было возможности.

Его конституционным правам обвиняемого на предварительном следствии причинен невосполнимый ущерб, поскольку они никак не были реализованы на важной для защиты стадии уголовного процесса.

По закону, виновный должен осознавать, что лицо, в отношении которого он совершает развратные действия, не достигло 16-летнего возраста. В нашем случае, наш парень не имел возможности иметь сведения о возрасте потерпевшего.

Осознание виновным возраста потерпевшего лица является обязательным при квалификации половых преступлений.

«Так что, следователь допрашивал во мне уже другого человека, а не того, который переписывался полтора года назад, а сейчас я совсем другой человек, который стоит перед судом.
Конечно же, я раскаиваюсь, что своими глупыми поступками создал проблемы себе, своим родным и другим людям.
Я не просто сожалею, так как мне пришлось пострадать, и я себя жалею, - я именно раскаиваюсь, то есть, признаю свои действия недостойными, вредными и я очень сильно изменился в лучшую сторону» - Из письменных показаний нашего парня в суде.

Не секрет, что в общественном, а также, отчасти и в юридическом сознании, постулат «пока нет приговора, человек не виновен», относится ко всем преступлениям, кроме «половых». Мы всегда относимся к этому предвзято, все эти обстоятельства делают человека, подозреваемого в совершении данного преступления, изгоем.

«Горе побежденным! А мы скажем: «Пощады несчастным!».

«Если спросить меня, убежден ли я в неповинности её, я не скажу «да». Обманывать не хочу. Но я не убежден и в виновности её. А когда необходимо выбирать между смертью и жизнью, то сомнения все должны разрешаться в пользу жизни» - Фёдор ПлевакО.

«Вы сейчас судите совершенно другого человека…» - из последнего слова нашего парня на суде.

Мы живём в несправедливом мире и каждому из нас предстоит предстать перед Божьим судом! А некоторые из нас страдают от своей человеческой слабости и греховности уже в этой жизни.

Отец «нашего парня». 18.02.26 г.