Особая интеллектуальная раса людей

Особая интеллектуальная раса

Кто они, эти люди? На мой взгляд, это те, кто вырос на книгах Беляева, Ефремова, Брэдбери, Азимова и Станислава Лема. Это те, кто до сих пор верит в светлое, разумно устроенное будущее — такое, каким его видели братья Стругацкие в «Трудно быть богом».

Их мышление — инженерно-социальное, рациональное, устремлённое к гармонии между человеком и обществом. Таким был мой друг Генрих — человек 60–70-х, когда в Советском Союзе эта особая интеллектуальная раса ещё занимала заметное место.

Генрих обладал инженерным складом ума и широким естественно-научным мировоззрением. В какой-то момент он решил поступить на философский факультет Уральского университета, рассудив, что там будущих философов учат не только диалектике, но и математике, и физике. Окончив философский факультет, он продолжал работать инженером-электриком на Братской ГЭС.

Когда он принёс свой диплом в отдел кадров, тамошние «умники» с улыбкой вписали в трудовую книжку: «Электромонтажник-философ». Такого сочетания я больше нигде не встречал.

Философское братство, сложившееся в УрГУ, со временем перекочевало в Красноярск. Генрих жил в Братске, но, чтобы не терять друзей, обменял свою однокомнатную квартиру на гостинку в Красноярске. Я часто приезжал к нему в эту скромную комнатку недалеко от станции Енисей. Мы встречали Новый год по-своему — 22 марта, за бокалом хорошего коньяка рассуждали о звёздных далях, о природе человечества и о нас самих.

Мы спорили: почему Новый год должен быть именно 1 января? Ведь конец старого года — это самый короткий день, а начало нового — момент, когда свет начинает побеждать тьму. Может быть, истинный Новый год — это летнее солнцестояние, когда Земля достигает вершины своего пути? Для нас Новый год наступал тогда, когда происходили настоящие перемены в движении планеты.

Сегодня я вспоминаю Генриха, поднимаю за него бокал красного вина. Он ушёл, но остались традиции и вера в то, что эта особая интеллектуальная раса не исчезнет с лица Земли.