Специфика выбора жертвы социопатом и нарциссом

Энциклопедия нарциссического абьюза.
Глава 10.  Специфика выбора жертвы социопатом и нарциссом

Рассмотрим подробнее специфику выбора жертвы двумя основными типами деструктивных личностей – психопатом и нарциссом. Во многом эти особенности пересекаются, также, как и мотивация, однако есть и свои нюансы.

Общего в их запросах много, оттого многие «психологи» их часто даже не разделяют и приписывают психопатам и нарциссам одни и те же ложные мотивы, побуждения и резоны. Обычно они безапелляционно заявляют, что «волки чуют, где овцы ночуют», хищник распознаёт добычу по «запаху жертвы» мгновенно и тут же набрасывается на неё; психопат/нарцисс, будто бы, с первого взгляда «просекает» наши личностные проблемы, психологические травмы, и поэтому, мол, фиксируется на определенном типаже – это всегда, якобы, безвольная, затюканная, неуверенная в себе, созависимая и бесхарактерная персона, не имеющая собственных взглядов и мнения размазня, тряпка, мокрая курица!

При том, однако, она должна быть красива, здорова, активна, живуча, неутомима, наполнена жизненной энергией, обладать разнообразными ресурсами, искриться позитивными чувствами, поток которых начнёт безудержно и непрестанно изливать на господина! Эксплуататору ведь на самом деле нужна всего лишь дойная корова, крепкая и выносливая, двужильная и высокоудойная. Облезлая хилая немощь ему на фиг не сдалась, что с такой поимеешь?

Не забывайте, психопат, (а каждый нарцисс в душе тот же психопат) – это очень практичный и меркантильный субъект. Предназначение его рабыни – круглосуточно обслуживать его! Безостановочно, терпеливо и безропотно, непрестанно и неустанно! Она ведь не человек, а функция, а функции не устают, не болеют, не обладают собственной автономностью, личными запросами и своим мнением. Психопат/нарцисс досадует, когда его домашний или рабочий «автомат» вдруг начинает тормозить, глючить, его приходится чинить, лечить, налаживать, ведь тогда нарушается его комфорт, теряется одно из его С.

Налицо когнитивный диссонанс. Два взаимоисключающих требования: жертва должны быть бесхребетной и слабой, но обладать при этом обильными ресурсами, недюжинной силой и богатырским здоровьем, согласитесь, подобные нагрузки способна выдержать не каждая, учитывая обстановку постоянной травли, неизменного давления на неё и бесконечных манипуляций её сознанием – всё это вызывает сбои её гормонального фона и расшатывание нервной системы, у мученицы неизбежно развивается комплексное посттравматическое стрессовое расстройство (КПТСР).

 Несомненно, абьюзер легко прочитает наивную, доверчивую, неискушённую, добрую и отзывчивую особу, впрочем, как и любой более-менее опытный человек. Но это не означает, что исключительно эти качества и являются для него основополагающими.
На самом деле при выборе жертвы захватчик ориентируется прежде всего на её внешнюю презентацию (внешность, поведение, социальный статус, материальное положение, наличие жилплощади, прочие сведения о ней), а вовсе не на её психологические уязвимости. Они ему пока неведомы, он может их только предполагать.

Нарцисс, охваченный нарциссической завистью, которая на первых порах проявляется через идеализацию, тяготеет к выбору людей, выделяющихся во всех отношениях. Их внешняя привлекательность, одаренность, известность, оптимизм, энергия и жизненная сила вызывают у него зависть и бессознательное стремление к слиянию с объектом идеализации, чтобы присвоить всё это себе, «дополнить» свою крайне иллюзорную и неустойчивую личность, а точнее, её имитацию.

«Нарцисс обязан иметь лучшего, самого блестящего, потрясающего, талантливого, яркого, ошеломляющего партнера во всём мире. На меньшее он не согласен», — пишет Сэм Вакнин.

«Выбирается привлекательный партнер-трофей, чья основная психологическая роль заключается в том, чтобы поддерживать нарциссизм субъекта, вызывая зависть окружающих», — считает Джереми Холмс.

«Представление о себе нарциссической личности требует, чтобы его объект любви был также идеализирован окружающими. С этой целью нарциссической личности нужно выбрать человека, который был бы красивым, умным, успешным или по какой-то иной причине пользовался всеобщим признанием в силу своей исключительности. Нарциссическая личность стремится «экспроприировать» и присвоить эти замечательные качества, которых нет у нее самой», — пишет Сэнди Хотчкис, американский психоаналитик, в книге «Адская паутина. Как выжить в мире нарциссизма», иллюстрируя механизм нарциссического расширения – потребность не просто идеализировать партнёра, но и убедиться, что его идеализируют другие; партнёр становится «трофеем», чьи достижения и качества косвенно присваиваются нарциссом для компенсации внутренней неуверенности. Это подкрепляет самооценку нарцисса через «социальное доказательство» ценности выбранного объекта. С. Хотчкис подчёркивает, что такой выбор партнёра — не проявление любви, а попытка «заполнить внутреннюю пустоту» через связь с кем то, кто обладает социально одобряемыми достоинствами (красота, ум, статус).

Деструктивный человек ищет не только «лучшего» и «достойного», но и психологически сильного партнера. Распространенное мнение о том, что агрессор вербует жертв из числа робких и затравленных людей, в большинстве случаев не соответствует истинному положению дел.

«Парадоксальным образом нарцисса изначально может привлечь партнер с чёткими границами, требующий соблюдения своих прав даже ценой конфронтации. Это происходит потому, что такой партнёр воспринимается как сильный, стабильный и предсказуемый – полная противоположность его родителей и того абьюзивного, капризного окружения, которое и способствовало развитию его патологии. Но затем нарцисс пытается лишить партнёра этих «достоинств», делая его подчинённым и созависимым», - пишет Сэм Вакнин.

«Немало мучителей заинтересованы в сильных и успешных женщинах. Мужчины такого типа чувствуют себя значительнее, когда им удается взять под контроль уверенную и успешную женщину», — подтверждает Ланди Банкрофт.

Исследователи отмечают, что агрессоров влекут носители лучших человеческих качеств. В этом находит выражение зависть психопата к тем, кто одним своим существованием напоминает ему о его ущербности и о том, как «несовершенно он оснащен», говоря словами Вакнина.

«Чаще всего жертвами становятся люди, полные энергии и имеющие вкус к жизни. Агрессоры будто стараются завладеть хоть частью этой жизненной силы. Блага — в основном, нравственные качества, которые трудно украсть: радость жизни, чувствительность, легкость общения, способность к музыке и литературе», — пишет Мари-Франс Иригуайен.

«Вы знаете президентшу Турвель — ее набожность, любовь к супругу, строгие правила. Вот на кого я посягаю, вот достойный меня противник, вот цель, к которой я устремляюсь», — поясняет свой выбор виконт де Вальмон. («Опасные связи» Шодерло де Лакло).

При этом нарцисс для функционирования своего ложного «Я» (идеализированного, грандиозного представления о себе, являющегося суррогатом не сформировавшегося истинного «Я» и презентуемого людям) нуждается в постоянном притоке нарциссического ресурса. Поэтому для нарцисса в какой-то период времени (который может затянуться надолго, если жертву это устраивает, а нарц не сумеет раздобыть себе что-то получше), может иметь ценность пусть и недостаточно «блестящая» жертва, зато обильно продуцирующая нарцресурс. Такие жертвы обычно держатся «для внутреннего использования», то есть, она выбирается в качестве «вещи, полезной в хозяйстве», «многофункциональной вещи», запасного варианта и может не идеализироваться даже кратковременно. В окружении нарцисса всегда есть «удобные», «полезные» люди, которых он всесторонне эксплуатирует.

Психопата, как и нарцисса, интересуют «трофейные» жертвы; чем продуманнее, хладнокровнее психопат, тем более «практичный» он может делать выбор, т. е. он изначально выбирает жертву с деньгами, бизнесом, связями.

Альберт Бернштейн, клинический психолог, в книге «Эмоциональные вампиры. Психологическая защита от людей кровопийц, если чеснок и амулеты уже не помогают» использует метафору «вампиризма» для описания людей, которые эмоционально истощают окружающих. «Эмоциональные вампиры» — это люди с чертами личностных расстройств. Они:

• не осознают психологическую зрелость (по Бернштейну, она включает осознание контроля над жизнью, чувство единения с другими и понимание справедливости);
• воспринимают других как инструменты для удовлетворения собственных нужд;
• действуют импульсивно или манипулятивно, не испытывая эмпатии;
• часто ведут себя психологически незрело — как дети или подростки.
Бернштейн выделяет две основные стратегии поведения у антисоциальных типов (психопатов и социопатов):
• «Продавец подержанных автомобилей» (сознательный обманщик):
o действует расчётливо;
o выбирает жертв с ресурсами (деньги, связи);
o строит долгосрочные манипуляции;
o пример: Жорж Дюруа («Милый друг» Мопассана).
• «Безрассудный» (ищущий адреналина):
o руководствуется импульсами;
o спонтанно выбирает жертву;
o стремится к эмоциональному возбуждению;
o пример: Анатоль Курагин («Война и мир» Толстого).

Брачные аферисты, жиголо — Аполлон Окоемов («Красавец-мужчина», Островский), Жорж Дюруа («Милый друг», Мопассан) — совершенно осознанно присасываются к обеспеченным, статусным женщинам и паразитируют на них. Их действия сознательно хищнические с самого начала, идеализации они не переживают.

Те психопаты и социопаты, чей наркотик — эмоциональное возбуждение, «адреналин» (типажа Безрассудный), выбирают жертву по принципу «заверните мне это немедленно». Например, Пер Гюнт импульсивно решает похитить Ингрид с её свадьбы с другим. Под влиянием момента и подстрекательства Долохова, Анатоль Курагин пытается похитить Наташу Ростову («Война и мир», Л. Н. Толстой). Его мотив — азарт и развлечение, а не продуманный план.

Деструктивным человеком движет сознательное или полусознательное желание разрушать, порожденное «примитивной завистью» (Нэнси Мак-Вильямс). Вот почему объектами интриг, к примеру, Яго, становятся люди, которым он завидует и которых ненавидит: любящие, созидающие, полные жизненных сил Дездемона, Отелло, Кассио (Уильям Шекспир «Отелло»).

Выбор некоторых психопатов может быть причудлив. Так, у одного была идея фикс — втереться в доверие к дочери высокопоставленного полицейского чина, жениться, убить её и уйти безнаказанным. Видимо, в этом находил извращенную реализацию его страх перед полицейскими, в силе которых он видел угрозу своим примитивным психзащитам - «всемогущему контролю», в частности.

Есть психопаты с очень специфическими, извращенными запросами. Например, их может возбуждать тема сильного нездоровья, немощи, обездвиженности жертвы. В этом находит воплощение психопатическая фантазия о полной, абсолютной власти над жертвой. Неслучайно есть мучители, которые интересуются исключительно жертвами, находящимися в сложной жизненной ситуации, максимально уязвимыми, изолированными и зависимыми.

«Среди моих клиентов есть такие, кого привлекают женщины, недавно пережившие травму, некоторые даже начинают с того, что помогают женщинам расстаться с их прежними партнерами-мучителями лишь для того, чтобы занять их место», — пишет Банкрофт.

Некоторых садистов манит перспектива в условиях полной изоляции безнаказанно издеваться над безответными, уже сломленными или готовыми вот-вот сломаться жертвами, быть всецело распорядителями их судьбы. Мы все слышали о маньяках, держащих своих пленниц на цепях в подвалах, среди них есть даже отцы и матери, долгие годы истязающие подобным образом собственных детей.

В «Кроткой» Достоевского явно нарциссичный герой берет в жены 16-летнюю сироту и начинает с первых же дней изводить её бойкотами и в итоге доводит до протестного самоубийства.

В «Троих» Горького купец женится на такой же бедной одинокой девушке, чтобы подвергать её физическим пыткам.

Эсэсовец Макс в фильме «Ночной портье» избирает объектом домогательств юную пленницу концлагеря Лючию.

Однако подобные желания вовсе не свойственны большинству нарциссов и психопатов, как почему-то принято считать, напротив, они даже могут осуждать подобное поведение, причём совершенно искренне, во всяком случае, им так кажется, хотя злобный монстр, сидящий внутри Чёрной Дыры каждого из них, алчно истекает жадной слюной, но они бессознательно-сознательно подавляют эти опасные, рискованные позывы, дискредитирующие их идеализированное грандиозное «Я», скрывают свою омерзительную мрачную Тень, выставляя напоказ фальшивую личину своей «безукоризненной добропорядочности», которая столь эффективно служит обману людей. 

Таким образом, укоренившееся мнение об особом типаже жертвы, о её скрытой «виктимности», некоем «запахе жертвы», которую хищник якобы чует, не имеет под собой оснований. Жертва «виновата» лишь тем, что абьюзеру «хочется кушать».

Собственную «всеядность» подтверждают и сами деструктивные личности.

«Я всегда готова играть ради победы, независимо от того, против кого ведётся игра и насколько невинны, и беззащитны потенциальные жертвы. Это имеет для меня большой смысл. Если бы я была беспощадной только когда это необходимо или если бы моя беспощадность была направлена только против тех, кто этого «заслуживает», то я не смогла бы стать эффективной хищницей. Я всё время задавала бы себе неудобные вопросы: заслуживает ли конкретный человек жестокого обхождения? Действительно ли мне надо на него напасть? Наоборот, для меня естественна агрессивность, направленная на всех без исключения», - откровенничает М. Томас, автор книги "Исповедь социопата".

Вот почему, говоря её же словами, «в своём отношении к людям социопаты/психопаты/нарциссы не делают исключений для «своих». Иначе говоря, жертвами деструктивных личностей нередко становятся сами же деструктивщики. За примерами достаточно обратиться к мировой классике, где мы видим такие патологические союзы двух агрессоров, как виконт де Вальмон и маркиза де Мертей («Опасные связи», Шодерло де Лакло), Анфиса Козырева и Прохор Громов («Угрюм-река», Шишков), тетушка Анфиса Порфирьевна и её муж, капитан Савельцев («Пошехонская старина», Салтыков-Щедрин).

Эти связки могут выглядеть симбиотическими, то есть, взаимовыгодными, но рано или поздно кто-то из партнеров берёт верх над другим. Точнее сказать, сосуществование двух психопатов представляет собой постоянное соперничество, в котором побеждает то один, то другой. Побеждает сильнейший, пусть даже ситуативно.

ПРИМЕР ИЗ ЖИЗНИ:

Моя свекровь, грандиозная нарцисска, которую её муж-психопат силой, буквально кулаками, подчинил себе и заставил заискивать и подхалимничать перед ним, на старости лет, после его выхода на пенсию (позднего) и потери высокого положения, статуса главы на работе и в семье (он был начальником, а стал простым пенсионером), главного кормильца большой семьи (один содержал жену и четверых детей, жена почти не работала), потеряла к нему уважение и почти перестала его бояться (почти, это необходимая, жизненно важная осторожность для каждого человека в отношениях с психопатом!) Их отношения постепенно изменились. Дети выросли и обрели самостоятельность, здоровье сильно сдало, заняться ему было нечем, он чувствовал себя неприкаянным без работы и требовал от жены ежедневных заданий, чтобы ощущать себя востребованным и нужным. Теперь она командовала им, благоразумно при этом не выходя за рамки конформистских отношений, по-прежнему используя методы подстройки снизу, играя роль скрытой нарцисски, аргументируя свои «просьбы», а по сути, уже распоряжения своей «немощью», предлогом служила её слепота, она действительно плохо видела. Муж ежедневно бегал для неё по магазинам, приносил всё, что она велела, убирался в доме, мыл посуду, готовил, сопровождал её повсюду, водил на прогулки, в гости и пр. По сути, теперь он служил ей верой и правдой, выполнял любые её прихоти, являлся по первому зову и был рад такому положению вещей. Это наблюдали все родственники и соседи; уважение к матери у её сыновей и до сих пор немалое (с ними она всегда вела себя как властная тиранша), возросло ещё больше.

Что интересно, после смерти мужа и потери статуса собственницы четырёхкомнатной квартиры в центре города (передала её младшему сыну), она тут же потеряла всякую ценность и большую часть доли уважения к себе для своих сыновей-нарциссов. Теперь, когда её власть уже не довлела над ними, к тому же с неё больше нечего было получить, зато она стала нуждаться в заботе, мать для них перешла в ранг тягостной обузы, вскоре о ней почти забыли. Свои дни она закончила в тоскливом одиночестве и полной заброшенности. Дети навещали её лишь по большим праздникам, хотя возраст (умерла в девяносто), болезни и слепота требовали ежечасного внимания, она вынуждена была обращаться за помощью к соседям: помочь помыться, купить продуктов, сготовить и т. п., теперь она остро сожалела о потере мужа, который при жизни так ей досаждал. Сын, к которому она переехала, чтобы тот ухаживал за ней, заплатив ему миллион, перестал обращать на неё внимание, не готовил, не ухаживал, даже не убирался в доме, тот утонул в грязи. Это произошло после того, как мать, использовав наимерзейшие манипулятивные приёмы, довела до попытки самоубийства и выжила из дома его жену, которая была готова заботиться о свекрови. В итоге, разрушив семью сына (и не только одного), мать расплатилась за всё в полной мере. (Полный рассказ читайте в моей книге «АД. Взгляд изнутри»).

История знает немало примеров, когда жертвами мошенников (психопатов и социопатов) становились финансовые воротилы, которых трудно упрекнуть в «виктимности», «доверчивости» и «наивности». Роберт Грин в книге «48 законов власти» рассказывает, как два афериста облапошили самого Рокфеллера и группу преуспевающих дельцов.

Кто угодно из нас в любой момент может стать объектом интереса психопата/нарцисса. Даже если нам кажется, что мы в безопасности, это может быть иллюзией. Уверенность в своей неуязвимости часто связана с магическим мышлением («если я поступаю правильно, ничего плохого не случится»), наивным оптимизмом («в каждом человеке есть хорошее, и только я решаю, как он себя проявит») и излишней самоуверенностью («агрессивные люди чувствуют меня и избегают»). Эти установки делают нас уязвимыми.

Однако мы можем снизить риски, если научимся распознавать таких людей. Это возможно, если понимать их поведение и особенности личности, а также отказаться от магического мышления и излишней самоуверенности.

 Никто из нас не застрахован от угроз со стороны деструктивных личностей и каждый может стать их жертвой.

Таким образом, термин «жертва» — это не клеймо, не характеристика личности пострадавшего, а ситуативное состояние, в которое может попасть любой человек при встрече с психопатом.

Примечание:

Выбор деструктивщика может пасть на любого из нас, однако надолго задержится в абьюзивных отношениях не каждый человек.

Следует иметь в виду и то, что сам абьюзер при более близком знакомстве с кандидаткой на роль жертвы может разочароваться в ней и тотчас же бросить без уведомлений и объяснений, что называется влёгкую, «ни с того, ни с сего», оставив только что обласканную женщину в полном недоумении: что я сделала не так? Чем его обидела? В чём перед ним провинилась? Он ведь обещал вечную любовь до гроба и четверых детей в перспективе!

А вина ваша в том, что вы недотягиваете до его стандартов, он приметил другую, более многообещающую и ресурсную или понял, что вы ему не по зубам, с вами будет много хлопот, а результат ещё под вопросом. Нет уж, чаще всего он ленив, это вы обязаны всё делать за него, царю негоже унижаться и ваши ноги лизать, ведь он заранее знает распределение ролей в вашем тандеме; охмуряемую можно и нужно обмануть лицемерием и лестью, а также, при необходимости, подстройкой снизу, притвориться слабым, обделённым ребёнком, чтобы пробудить в вас инстинкт материнства, поиграть на струнах эмпатии, заодно протестировать, как вы будете вестись на его манипуляции, насколько слепы и податливы на откровенное разводилово, как держите свои личные границы. Он проводит разведку, собирает досье, анализирует риски и выгоды, психопат очень прагматичен. Если полагаете, что нарцисс менее, то сильно ошибаетесь, у него притязаний к добыче ещё больше, так что можете гордиться тем, что его выбор пал на вас – значит вы действительно замечательная во многих отношениях личность!

Да, чаще всего это именно так. Но не всегда. Абьюзеры тоже разные: богатые и бедные, достаточно умные и деградировавшие до самых низов, бизнесмены и пьяницы или наркоманы. Бывает, что нарцисс просто находится в глубокой… засаде, трудном положении, безвыходной ситуации, срочно нуждается в подпитке, в такие моменты ему не до выбора, он схватится за первую, подвернувшуюся под руку. В этом случае гордиться вам нечем.

Но ведь находятся те, кто готов быть служанкой кого угодно, лишь бы не оставаться одной, радоваться, что ей «оказали внимание», пусть оно станет сопровождаться душевной болью и синяками. Списываются с заключёнными, отбывающими наказание в местах лишения свободы, не зная, что попадают туда чаще всего именно низкофункциональные психопаты с социопатическими наклонностями, низкофункциональные социопаты и садисты. Те гаденько посмеиваются, совместно сочиняя душещипательные истории про себя, «невинно» осуждённых за тяжкие убийства или мошенничество; после освобождения с удовольствием приезжают в гостеприимный дом, пользуются её бесплатным жильём, деньгами, телом, ломают женщину морально и физически, обирают до нитки, заставляют переписать на себя всё имущество и бизнес и сваливают к другой, более ресурсной, которую успели приискать себе за это время. И это ещё не самый плохой исход для глупой «лохушки», могут изувечить, а то и убить.

Насколько мы себя уважаем и ценим, так с нами и обращаются!

Главной чертой, которая может стать «ловушкой» для нарцисса/психопата, является высокая чувствительность к другим и эмпатичность. Стремление исцелять других, помогать им, склонность к заботе – вот те струны, на которых профессионально играет нарцисс и любой манипулятор.

Почему люди попадаются на манипуляции нарциссов/психопатов?

Те обладают поверхностным обаянием: харизматичны, красноречивы, умеют произвести блестящее первое впечатление. Однако эмпатия у них «холодная»— они не сопереживают, но отлично анализируют эмоции других и знают, как на них воздействовать. Жертва обычно не хочет верить в обман — разрыв между образом «прекрасного человека» и его поступками вызывает когнитивный диссонанс, и она ищет оправдания его поведению, к тому же аферист убеждает жертву, что проблема в ней («Ты слишком подозрительна», «У тебя паранойя»). Цикличность манипуляций играет огромную роль — периоды эксплуатации чередуются с эпизодами «идеального поведения», что создаёт иллюзию «исправления» махинатора.