Озеро Кабан

Старики в Казани говорят: у озера Кабан нет дна, а есть лишь двойное небо — одно отражается сверху, а другое, из чистого золота, покоится в глубине.
В те горькие дни, когда над Казанским кремлем поплыл дым и звон мечей заглушил призывы муэдзина, ханские казначеи поняли: город не удержать. Собрали они всё достояние Юрта: тяжелые слитки золота, чеканное серебро из далеких стран, изумруды размером с голубиное яйцо и, самое главное, — ханские печати и древние летописи.
— Грузите всё на ладьи! — приказал главный визирь, поглаживая седую бороду. — Пусть лучше озерная тина хранит наше величие, чем чужая рука коснется святынь.
Глубокой ночью, когда луна спряталась за тучи, черные лодки скользнули по глади Кабана. Говорят, бочки с золотом были такими тяжелыми, что борта лодок едва не черпали воду. В самом глубоком месте, где ключи бьют ледяной водой, казначеи прошептали молитву и столкнули сокровища в бездну.
— Рахим (милосердный), сохрани это до тех пор, пока истинный хозяин не придет за своим! — эхом разнеслось над водой.
С тех пор прошло пять веков. Много было смельчаков, чей взор затуманила жажда наживы. Рассказывают о молодом джигите по имени Нури, который решил во что бы то ни стало достать ханское золото. Смастерил он длинный багор, взял лодку и выплыл на середину озера в час, когда солнце стоит в зените.
Опустил Нури багор, и вдруг почувствовал: зацепил что-то твердое, окованное железом! Сердце его забилось, как пойманная птица. Потянул он изо всех сил — и показался из воды край тяжелой дубовой бочки, облепленной илом. Но едва Нури протянул руку, как прозрачная вода вмиг почернела, забурлила, словно в котле, а из глубины поднялся густой туман.
Послышался громовой голос, похожий на шум прибоя:
— Ты ли тот, кто пришел за своим, или ты пришел за чужим?
Нури испугался, выпустил багор из рук. Бочка с глухим всплеском ушла на дно, а лодку волной выбросило на берег. С тех пор Нури больше не помышлял о кладе, поняв: сокровища Кабана — это не просто золото, это душа Казани, и откроется она лишь тому, чье сердце будет чище родниковой воды.
И сегодня, если гулять по набережной озера в тихий вечер, можно увидеть странные золотистые блики. Кто-то скажет — фонари, а старый татарин, хитро прищурившись, ответит: «Это ханское золото дышит, ждет своего часа».