Глава 24. Жребий брошен

Атмосфера в личных покоях Айлии была тяжёлой. Золочёные светильники отбрасывали пляшущие тени на стены, украшенные гобеленами с изображением великого единого прошлого. Здесь не было случайных придворных — только те, кто готов был поставить на карту всё.
Верибальд сидел в кресле, погружённый в раздумья. Флавий улёгся прямо на кровать матери и явно скучал. Сама Айлия нетерпеливо ходила по комнате.
Кроме царской семьи здесь уже присутствовал Глюмберг. Он стоял у окна, за которым уже брезжил рассвет, и нервно теребил свой шарф.
— Я ещё раз повторяю: сейчас самое время! — воскликнул он, повернувшись к собравшимся. — В Сурже явно что-то затевают! Мы можем их опередить!
— Я за! — подал голос Флавий.
— Глюмбергу не терпится развязать войну, но ты-то куда? — возмутилась Айлия.
— А что? — возмутился Флавий.
— А то. Война — это не шутка, — ответила Айлия. — Это правда может быть ловушкой.
— Они королеву убили! — воскликнул Флавий.
— Ещё не известно, что там произошло!
Дверь отворилась, и в комнату, поклонившись, вошла дриада. Она была крепкого телосложения и одета в кожаный доспех. На её лице красовалась чёрная повязка, прикрывающая отсутствующий левый глаз. Светлые, уже седеющие волосы были заплетены в тугую косу. По всему её виду можно было сразу заключить: перед нами старый воин, побывавший в множестве сражений и прошедший огонь и лёд. Это была Майя — главнокомандующая конной королевской армией.
Все присутствующие кивнули ей.
— Так ты не доверяешь Сатанике? — спросил Флавий.
— Не знаю, — ответила Айлия. — Её рассказ звучит странно. Зачем Анетоду убивать королеву на переговорах?
— Да чтобы свалить всё на вас! — не выдержал Глюмберг. — Я уверен, они отправили посла к Илоне, который обвинит Сатанику в предательстве.
— А потом Илона узнает, что Сатаника к нам прибежала, и это подтвердит его слова, — заключил Флавий.
— Да откуда они знали, что Сатаника к нам прибежит? — возмутилась Айлия.
— Да это не важно! — горячился гном. — Даже если бы она погибла в Сурже, всё равно можно обвинить её в предательстве.
— Да Илона ни за что в это не поверит!
— Илона вспыльчива и самоуверенна! К тому же они могут ей что-нибудь предложить…
— Ой, Глюмберг, я её отлично знаю, — махнула рукой Айлия.
— Насколько я знаю, она не любит Сатанику, — добавил Глюмберг.
— Насколько я знаю, — возразила Айлия, — они росли вместе и учились вместе, да и вообще всегда были вместе! Не поверит Илона в такое.
Дверь отворилась, и в комнату, поклонившись, вошла Ангелина.
— Послы уже в пути? — спросила королева.
— Да, они выехали несколько часов назад, — ответила она.
— Вот и отлично, — заключила Айлия. — Наши послы разузнают, что происходит у чёрных, и тогда уже будем думать, как поступить.
— Да как вы не понимаете! — зарычал гном. — Если они правда убили королеву, то не будут сидеть сложа руки. Они будут собирать войска, чтобы присоединиться к венценосным, когда те пойдут на вас войной. Чтобы наверняка добить.
— А если они и не думали собирать войска? — возразила Айлия. — Тогда получится, что мы первые начали готовиться к войне.
— Точно, — подал голос Верибальд. — Тогда это ещё больше убедит чёрных, что это мы убили их королеву.
— Выходит, у нас нет выбора, — воскликнул Флавий.
— Да, — сказал Глюмберг, — но, начав собирать войска, нас хотя бы не застанут врасплох.
— Как он переживает за нас, — с усмешкой заметил Верибальд.
— У господина Глюмберга в войне свой интерес, — заметила Майя.
— А я и не скрываю, — развёл руками гном. — Захватив земли Суржа, мы снова сможем объединить империю.
Майя усмехнулась.
— Земли Суржа — это те, что раньше принадлежали гномам? Просто своё возвращаете.
Гном бросил на неё злобный взгляд, а затем посмотрел на королеву, ища поддержки.
— Ну а что, она права, — ответила Айлия.
— Вернув империю, мы все вернём себе свои земли и положение, — ответил гном, поклонившись.
— А кто император? Никому не известная девочка? — устало сказала Айлия. — Ой, не поверит тебе никто, Глюмберг.
— Это оставьте мне, — ответил гном. — К тому же король Скавеон с нами.
— Ну, он сына своего метит в правители…
— Ну и пусть! Зато люди с нами. А раз они с нами, то вам незачем держать войско на границе, — начал Глюмберг. — Снимите конницу с западных границ и переведите её сюда, на восток.
— В Сурже всё равно это расценят как подготовку к войне, — произнесла Майя.
Айлия устало опустилась в кресло и задумалась.
— Скажи, Глюмберг, — вкрадчиво начал Верибальд, — а ты точно уверен, что король Скавеон нам не угрожает?
— Ну да, — ответил гном. — Меня уверили в этом его представители на тайном совете.
— Хм, представители… — задумался Верибальд. — Видишь ли, Скавеон — очень хитрый правитель. Такие люди часто ведут двойную игру. К тому же он уже был замечен ранее в связях с Ауридами…
— Оставим, что было раньше, — отмахнулся гном. — Все наделали ошибок во время междоусобных войн.
— И всё же тяжело начать доверять такому правителю, — заметил Верибальд. — Ведь Ауриды могли ему тоже что-то предложить.
— Его сыну обещан титул императора, — возмутился Глюмберг. — Большего просто невозможно предложить.
— Титул, я так поняла, сейчас есть только у этой девочки. Как её? Кжишта, кажется? — подала голос Айлия. — Захочет ли она выйти за него замуж?
— Тут уж как народ решит, — возразил гном. — Правители — слуги народа.
— М-да, — хмыкнул Верибальд. — А как решит народ?
Гном передёрнул плечами и шумно втянул воздух носом.
— По обычаю… — пробормотал Глюмберг и громко добавил: — Я думаю, Скавеон с этим разберётся.
— Во всяком случае, — добавил он, сложив руки за спиной, — девочка сделает правильный выбор, я за этим прослежу лично!
— Ну ясно, ты нас в свою войну пытаешься втянуть, — вздохнула Айлия. — Только нам-то она не сильно нужна.
— Ваше величество, — сказал гном, приложив руку к груди и подходя к креслу Айлии, — помощь дриад была бы просто неоценима. Однако против вашей воли я бы ни за что не посмел втянуть вас в войну.
— Но посмотрите сами, — продолжил он, — Ауриды явно пытаются втянуть вас в войну с чёрными, то есть с венценосными, прошу прощения.
Айлия устало отмахнулась.
— Ангелина, — обратилась она к начальнице разведки, — тебе больше всех известно о венценосных. Что ты скажешь? Возможна ли война? Есть ли у них для этого средства?
— Илона ни за что не поверит, что Сатаника — предатель, — начала Ангелина. — Однако среди чёрных всё ещё сильна ненависть к белым за убийство их королевы во время войны. Простой народ легко поверит в то, что это мы снова виновны. Мы убили одну королеву — значит, и вторую тоже мы. Илоне придётся начать войну, чтобы не упасть в глазах народа.
— Тихо, тихо, — перебила её Айлия, — во-первых, не мы убили королеву. Это был честный поединок между двумя королевами, народ тут ни при чём.
— Приближённые это знают, — махнул рукой гном, — а простой народ верит в то, что ему удобнее.
— По поводу войска, — продолжила Ангелина, покосившись на Глюмберга, — они вполне могут выставить довольно много копейщиков и, если Сурж им не угрожает, то и ополчение тоже.
— Много! — воскликнул Верибальд. — Сколько?
— Копий триста-четыреста, — продолжила Ангелина, — а ополчение — до восьмисот дриад.
В комнате на мгновение стало тише
— Ну у нас чуть больше… — почесывая голову, задумался Флавий.
— У меня есть сведения, что Илона ведёт какие-то переговоры с королевством Ар-Гарат, — сказала Ангелина. — Возможно, они могут пополнить её войско.
— Гоблины? — воскликнула Айлия. — Этого ещё не хватало!
— Вот это достойный противник! — заявил Флавий, снова откинувшись на постели и мечтательно заложив руки за голову.
— Ну и если ауриды действительно решили нас подставить, — продолжила начальница разведки, — то и они присоединятся к ней.
— Подождите, — резко сказала Айлия, — а что это мы про Илону рассуждаем так, будто она правитель? Она начнёт войну, она соберёт войско и так далее. Её королевой никто не выбирал.
— Судьба её выбрала, — хмыкнул Глюмберг.
— Это ты о чём? О предсказании, которое ей в детстве дали? — отмахнулась Айлия. — Мало ли, что там старухи говорят. Ангелине тоже предсказали быть королевой — и что?
— Извини, конечно, — осеклась Айлия, обращаясь к Ангелине.
— Но у неё нет пары, — с улыбкой заметил Верибальд, — и если её выдать замуж…
— За кого? — протянула Айлия.
— Да вот, за Флавия хотя бы, — захохотал Верибальд.
Флавий с интересом поднял брови и скривился в улыбке. Ангелина же сильно покраснела и не нашлась, что ответить.
— Хватит! — резко оборвала Айлия. — Мы здесь зачем собрались?
Верибальд перестал хохотать. Он поднялся со своего кресла и встал за спинкой кресла Айлии, положив руки ей на плечи.
— Если серьёзно, — сказал он, — я считаю, что нужно дождаться возвращения наших послов. Одно неверное решение — и мы начнём войну, которую уже не остановим.
— Я так и сказала, — возмущённо прошептала Айлия.
— И только после этого что-то решать, — продолжил он. — В спешке мы тоже можем наделать ошибок. Все согласны?
Верибальд обвёл взглядом всех присутствующих. Майя и Ангелина кивнули в ответ, Флавий махнул рукой, а Глюмберг недовольно отошёл к окну и задумался.
— Вот и отлично, — заключил Верибальд, — как только послы вернутся, мы и продолжим наше собрание. А пока…
Не успел он договорить, как тишину разорвал резкий стук копыт о мостовую. Как будто всадник на полном скаку влетел во двор замка. Сразу за ним послышались крики стражников. Ещё мгновение — и шум переместился уже в коридоры дворца. Беготня и крики становились всё громче и громче. Наконец дверь распахнулась, и на пороге появился стражник.
— Ваше Величество, — сказал он, — наш посол со срочным донесением.
В комнату широким шагом вошёл запыхавшийся всадник и поклонился. Все в удивлении переглянулись.
— Что случилось? — взволнованно спросила королева. — Почему вы вернулись?
— Мы не смогли пройти, Ваше Величество, — посол тяжело опёрся рукой о дверной косяк; его плащ был забрызган дорожной грязью. — Сурж объявил мобилизацию. На каждой тропе, на каждом броде — заставы. И это не просто караул…
Глюмберг живо отвернулся от окна. Посол сглотнул, обводя присутствующих взглядом.
— Я видел их костры с холма. Десятки, сотни костров по всей границе восточных антов. Гремят наковальни, орки Анетода сгоняют крестьян в отряды. Они не просто охраняют границу — они готовят кулак для удара. И, видят боги, этот кулак направлен не на север.
В комнате стало так тихо, что было слышно, как догорает фитиль в светильнике.
— Что я говорил? — зарычал Глюмберг, поворачиваясь к Айлии и Верибальду, сжимая кулаки.
Флавий вскочил с кровати и вопросительно посмотрел на мать.
Айлия замерла. Она встала и посмотрела на Глюмберга — тот стоял у окна, и в рассветных лучах его лицо казалось высеченным из камня.
— Ты был прав, — тихо произнесла королева, выпрямляя спину. — Мы… опоздали с дипломатией.
Она резко повернулась к Майе:
— Майя! Срочно отправляйся на западную границу. Приказ один: наша конница должна быть в Альтарии как можно скорее.
Майя резко поднялась, и кожа её доспеха сухо скрипнула. Единственный глаз воительницы горел недобрым огнём. Она коротко ударила кулаком в грудь, отдавая салют, и, не говоря ни слова, развернулась к выходу. Её тяжёлые шаги ещё долго отдавались эхом в коридоре.
— Глюмберг, — Айлия перевела взгляд на гнома, — неужели анты встанут под знамёна Суржа?
— Кто-то да, а кто-то нет, — ответил гном, — у антов нет единого командования, каждое воеводство действует по-своему. Однако у меня есть доверенные полководцы и лояльные нашему заговору посёлки.
— Ты хотел свою империю? Докажи, что мы не зря всё это затеяли, — сказала королева. — Твои восточные анты — теперь наша единственная надежда на второй фронт. Надеюсь, ты сможешь поднять восстание и собрать антов в единое войско.
— Я выезжаю немедленно, Ваше Величество, — гном отвесил церемонный поклон, в котором сквозила сталь. — Вы ещё увидите мой шарф на стенах Суржа.
— Флавий! — королева посмотрела на сына. — Займись сбором ополчения и подготовкой города к осаде.
Принц вылетел из комнаты с почти счастливой улыбкой следом за Майей и Глюмбергом. В покоях остались только король, королева и Ангелина.
— Ангелина, — Айлия подошла к начальнице разведки почти вплотную, — я знаю, что ты довольно близка с Сатаникой.
Ангелина резко вскинула взгляд на королеву, но та подняла палец, останавливая её.
— Она в твоём распоряжении, — продолжила королева, — нам просто необходимо связаться с Илоной. Делайте всё, что посчитаете нужным.
— Я поняла, Ваше Величество, — Ангелина склонила голову, скрывая вспыхнувший в глазах блеск.
— Иди. У нас мало времени.
Когда дверь за Ангелиной закрылась, Айлия изнурённо опустилась в кресло. Верибальд подошёл сзади и положил руки ей на плечи.
— Ты сделала всё, что могла, — тихо сказал он.
— Да, — Айлия посмотрела на гаснущий светильник. — Я открыла ворота войне. Надеюсь, мой народ меня простит.