Часть 1 - Отрок

ГЛАВА ПЕРВАЯ: ГРОЗА ГНОМОВ

Ваня шагал по лесу внимательно смотря себе под ноги. Споткнуться он не боялся, да и высокие онучи надёжно берегли его от разномастных гадов - куда важнее было заготовить побольше грибов на зиму. Зимы на Дону были не такие уж и холодные, как в историях купцов побывавших на краю земли и даже дальше: за Уральскими Горами - в самой Сибири. Однако зимой рожь не родилась, а кушать что-то надо было.

Заметив очередной гриб Ваня присел на корточки. Гриб напомнил ему гнома в шляпке из бабкиных сказок. Ване стало жаль гномика, но он всё равно его срезал.

Ничего. Скоро новый отрастёт - лучше прежнего. - думал Ваня оставляя грибницу.

Ваня пошагал дальше пристально рассматривая землю: каждый кустик, каждую ямку - где могли притаиться заветные гномики разных форм и цветов. Ваня задумался о своём. Из раздумий его вырвал удар чем-то тяжёлым по голове, а потом и сырой землёй по спине.

Открыв глаза он увидел большой сук торчавший из старого дерева. Ваня встал и принялся собирать рассыпавшихся гномиков обратно в корзину. И тут глядь!

Грибное место! Грибов раза в три больше, чем он насобирал за весь день.

Позабыв обо всём на свете Ваня попёр туда, как медведь на малинник. Золотая лихорадка с ним приключилась, хотя, вернее сказать - грибная.

В пылу горячки Ваня поднял глаза и остолбенел - из лесной чащи на него таращилось чудище. Чёрное такое да лохматое с волосами до пят, а из головы рога витые торчат во все стороны. Присмотрелся Ваня: Да это же дерево упавшее из земли корни повыворачивало!

Поглядел Ваня в корзинку - полная. Пора и честь знать. Пошёл домой гордо подняв нос. Надо поспеть пока не стемнело.

ГЛАВА ВТОРАЯ: ПОД КРЫШЕЙ ДОМА СВОЕГО

Подошёл Ваня к отчему дому уже в сумерках. Сумерки были мягкие - без всяких там упырей. Только собаки радостно залаяли почуяв своего.

Родной хутор был таким как и всегда: с жёлтой соломенной крышей, белыми глинобитными стенами, окошками из бычьего пузыря.

По обыкновению, нагнувшись в дверном проёме, Ваня вошёл внутрь. За столом уже собралось всё семейство: отец, мать, братья и сёстры от мала до велика.

- Гляди-ка сколько насобирал! - ахнула матушка.

Ваня поставил корзину у стены и присоединился к трапезе. Прочли хором вслух молитву и принялись черпать ложками из общего чана. Насытившись разговорились.

- Ярмарка на носу. Надобно своё продать, да чужое прикупить. - сказал отец. - Поедешь ты Ваня, да брат твой Мыкола. Во какие вымахали. А у меня и дома забот полон рот.

Спорить было не принято. Да и зачем?

ГЛАВА ТРЕТЬЯ: ЯРМАРКА

Ярко светило полуденное солнце, мерно поскрипывали колёса телеги, мерно цокали копыта лошади. Была очередь Мыколы править, а Ваня, лёжа на сене, смотрел, как в небе проплывают: диковинные звери, люди, хоромы, древа и горы - все из чистого пушистого снега. Всё это навевало дрёму, но телега то и дело наезжала на камень, и сон как рукой снимало.

Плавно шум полей и дубрав сменился гомоном толпы. Ваня встал, спрыгнул в телеги и пошёл рядом. Братьев встречали распахнутые настежь ворота станицы.

По обе стороны от дороги потянулись бесконечные прилавки. Они ломились от всякой всячины, но братьям пока было не до того. С трудом найдя свободное место они пристроили свой прилавок и начали зазывать прохожих.

Сначала дело пошло вяло, но ближе к вечеру - много бойчее. Братья продали почти треть своих товаров. Их кошель начал расти, как и аппетиты на будущие покупки. Конечно, семья прежде всего, но нет да и себе хочется что-то урвать.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ: НЕЗНАКОМКА

Уже пора было закругляться, когда с прилавком поравнялась девушка. Красоты не писаной. Лицо её было светлое, как луна, глаза ярче звёзд, а губы словно алая заря.

Она бросила взгляд на Ивана. Их глаза встретились. Язык у Вани присох к нёбу, а девушка нисколько не смущаясь пригласила его прогуляться.

Иван недолго думая оставил прилавок на Мыколу. Тот был явно недоволен, но перечить не стал. Ваня и девушка, назвавшаяся Евой, шли по вечерней станице и разговаривали. Предмет разговора был неважен, важен был он сам по себе.

Невдалеке заиграла бодрая музыка. Парочка поспешила туда. Собралась толпа, но Ваня работая локтями быстро проторил дорогу до первых рядов круга собравшихся.

В центре круга лихо отплясывая на пыльной земле яркий скоморох напевал бойкую песенку под аккорды трёхструнной круглой домры. Глядя на него и самим хотелось плясать, но было совсем негде. После третьей песни глаза Ивана и Евы снова встретились, ладони их сплелись пальцами, а языки слились воедино.

ГЛАВА ПЯТАЯ: ЯЗЫЧНИКИ

- Всё! - крикнул скоморох, утирая пот со лба. - С вами был Московский Скоморох по прозванию Одуванчик!

Одуванчик снял шапку и она моментально заполнилась звонкими монетами. Пришлось доставать вторую.

- Пойдём ко мне. - сказала Ева.
- Зачем? - удивился Иван.
- Как зачем? С отцом, да матушкой знакомиться.

Сладкая парочка взявшись за руки пошла по станице. Вскоре показался дом Евы. Внешне он мало чем отличался от родного дома Ивана. Это его успокоило. Напрасно.

Войдя в дом, он с порога заметил десять отличий, но в глаза больше прочих бросалось лишь одно - в красному углу вместо иконы корчила рожу деревянная маска. В остальном и внутри всё было схоже.

Отец и мать Евы были дома. Накрыли на стол. Отужинали. Завели разговор о важном.

Дед Евы оказался родом из Венгерского Королевства. Были его духовные вкусы весьма специфичны, и посему пришлось ему бежать от тамошней инквизиции. Добежал аж до Дона, тут и осел. А сын его по имени Илон, бережно хранил веру предков.

Погутарив с Иваном, Илон быстро смекнул, что "здесь рыбы нет", но, не желая нарушать обычай предков, молвил: - Вижу полюбилась тебе дочь моя, а я не деспот, чтоб вам палки в колеса мастырить. Плати выкуп, да женись хоть на рассвете.

Иван опешил уже от самого посыла, ещё больше он прифигел от суммы.

- А что так можно было??? - подумал он.

Ничего не возразив, Иван, будто во сне, стал собираться. Выходя, ударился лбом о дверной косяк.

- Не упал. - промелькнула мысль в голове у Ивана.

Обернувшись, он увидел в сенях Еву.

- Я буду ждать тебя. - сказала она, потупив глаза.

ГЛАВА ШЕСТАЯ: БУРЛАКИ

Мать не сразу признала Ивана, когда он воротился в отчий дом. Стал он какой-то задумчивый да молчаливый, мало ел, мало спал. Она грибов уже насушила, а он и внимания не обратил.

О чём-то долго гутарил с отцом за закрытой дверью. Когда дверь приоткрылась от сквозняка, из-за неё раздалось: - Папа, мне нужны твои деньги!
- Ну, Ваня!

После этих слов ушёл Ваня хлопнув дверью. Ушёл прямиком на реку к купцам наниматься.

Полный купец смерил взглядом ладного хлопца и сказал: - Сейчас работы нет почти, могу только бурлаком тебя взять.

Делать было нечего, и Ваня согласился без долгих раздумий. Тем более, что за обещанную плату Ваня смог бы выкупить Еву всего за три года.

Всё лето тянул лямку Иван в окружении таких же как он потных мужиков. Все они были молоды, да не все уже молодо выглядели.

Осенью пришел Иван за жалованьем, купец отсчитал всё как положено.

Иван обрадовался: Ещё два года и всё! А может ещё и зимой, где подработаю - тогда и вовсе за два управлюсь.

Тут к нему подошёл старшой бурлак, то бишь шишка. Было ему под тридцать, но в волосы уже вплелась седина.

- Молодец! Хорошо потрудился ты Ваня, но Господь велел делиться.
- С чего бы?
- Да сам посуди, мне ещё не долго осталось лямку тянуть, а жить надо будет на что-то. Обычай у нас, чтоб молодые старикам треть отдавали.

Иван был против, но бурлаки его быстро вразумили вескими кулачищами.

- И не возвращайся боле! - крикнул шишка, когда бурлаки раскачивали Ивана, прежде чем бросить в реку с обрыва.

Ваня выплыл на другом берегу. Был он весь мокрый, так что слёзы были не видны на его юном челе.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ: ПОЛНЫЙ КУПЕЦ

Обсохнув, Ваня пошёл к своему лучшему другу Лёне Голубкову, чей прадед был родом из Византии, разводил там голубей да и не только их.

Выслушал его беду Лёня и молвил: - Не кручинься, брат. Я как раз одно дельце провернуть собираюсь. Поднять злата да серебра. Но задаток нужон.

Услыхав про баснословные барыши, Иван вложил все свои деньги в общее дело, и сам подле Лёни поплыл на струге тогровать в далёкие земли.

Проплывали они мимо острова посреди реки, когда прибрежные кусты зашевелились. Из них во весь опор ринулись к стругу лодки, а на лодках люди лихие с оружием. Попрыгали купцы наши в студёную воду от греха подальше. Так только и спаслись.