Он ходил по дорогам

Он ходил по дорогам , спал в лесу, на полянках, в пещерах и заброшенных домах и сараях. Велосипед, единственный его помощник, который он вёл всегда рядом, следил за ним и старался беречь.. На велосипеде сидела или лежала, привязанная коза Нюрка, пару набитых скарбом сумок, какой-то тюфяк, ведро, котелок, фляга с водой. Двигался он медленно. Отдыхал на остановках, иногда лежал минут пятнадцать и дальше шёл не зная куда и зачем. Просто шёл и весь смысл жизни сводился к движению вперёд, куда Бог приведёт. Потрепанная одежда выдавала бывалого ходока. Обувь истоптанная, перевязанная верёвками, скрепляла подошву с ногой и не позволяла ей рассыпаться на множество фрагментов из таблицы Менделеева. Большой палец выглядывал через дырявый носок наружу и был похож на бездомного негра, чёрного как уголь и пыльного , как дорога.
Коза Нюрка , привыкла к положению наездницы, смотрела молчаливым взглядом на дорогу и о чём -то думала постоянно. Скорей всего она забыла когда бегала по лугам , жевала сочную траву, рожала, кормила телят. Её перекошенные, жёлтые зубы , торчащие с пугающим видом динозавра, изо рта, с нависающими оттопыренными губами, вызывали непонятное чувство сострадания. Странник возил её уже много лет, выпускал на траву , то у дороги, то в лесочке, в общем, где придётся и она исправно давала ему литр молока в день, что позволяло этом человеку держаться в силах. Парень давно не брился. Запутанная борода, скомканные, не расчёсанные волосы, серого цвета, были похожи на клубок свисающих канатов, растрёпанных сильным ветром и водой. Плавучий сухопутный голландец, снаряжённый для долгого плавания, бороздил дороги довольно долго, но с наступлением холодов пропал навсегда. Я проезжая мимо всегда останавливался , подходил к нему и давал немного денег. Многое непонятно. Что заставило его уйти в другой мир, другую действительность. Счастлив он или нет? Скорее нет, чем да. Это не свобода, это рабство обстоятельств.
Воскресенье. Спешу на воскресную службу. Храм Николая чудотворца в десяти километрах от дома, но я привык . За 20 лет привык ездить на все воскресные службы. Батюшка благословил на помощь в алтаре и я помогал.
Спешу. Еду. Вдоль дороги рано утром идёт абсолютно босой человек. Верхняя одежда была , но обуви нет. Пролетел мимо него. Затормозил . Сдал назад. Вышел из машины и поспешил к парню, ещё молодому, лет 40. Братик , а ты куда собрался босиком, далеко ли следуешь. Он рассказал мне куда идёт. Идти ему еще, как минимум 30 километров, босиком по обочине , камням, веткам, разбитому стёклу, мусору. Помог ему с деньгами на проезд и поехал на службу. Но странное дело, думал о нём долго. Может надо было его подвезти , но тогда на службу не попал бы, а может денег мало дал, но на троллейбус с лихвой хватит и даже на маршрутку. Глаза у парня чистые и светлые, особенные, проникновенные и голос спокойный, уверенный, правдивый. Одежда опрятная. Лицо и волосы ухоженные. Но почему босиком вдоль дороги, рано утром и без всякий претензий, нервозности, потерянности. Чудны дела твои господи и судьбы твои неисповедимы.
Часто заезжал в супермаркет Пуд у трассы. Быстро скуплюсь и далее до дому. Но не в этот раз. Март месяц, солнце греет, но не очень и дождь чередуется с непогодой. На поребрике сидит бомж. Неумытый, дурно пахнущий, в синяках, со вздутыми губами, взъерошенными волосами, небритый, старой куртке, штанах с заплатами, вентиляционными дырками на коленях и абсолютно босой. Трусится от холода, шмалит цыгарку и ничего не просит. Прихватил ему в магазине поесть, отдал без слов, сел в машину, но ноги, синии, опухшие меня остановили. Взял самый большой размер галош на меху, отдал ему и уехал. Больше я его не видел. Меня поражает то, что эти люди больше мне никогда не встречались, как будто исчезали.
Однажды на дороге подобрал странника. Он шёл в монастырь, при нём ничего не было. Меня это удивило. А странник поведал мне, что перед тем, как я его подобрал он выкинул вещь-мешок в лес со всеми пожитками, чтобы было легче идти. Вот это отношение к вещам. Мы к ним привязываемся , как к родным и киснем по утраченному, а тут никакого сожаления. Чтобы было легче идти. Вы понимаете, легче идти.
Так и мне надо выбросить всё из головы , не носить с собой , чем оброс, ведь будет легче идти. Судьба его сложная, суровая. Сел за убийство. Воцерковился на зоне, пришёл домой через 12 лет, жена замужем за другим, дети отца не помнят. Запил. Чуть не помер и на краю пошёл, по монастырям и по весям, трудником. Где год работал, где месяц. Вышел с Новосибирска, а пришёл в Крым. Не скажу , что он светел , как ясно солнышко, но какая судьба и какая сила веры, а отсюда и характер железный. Привёз его в монастырь и оставил. Помоги ему Господи.
Таких случаев много и мало, но люди , отчаявшиеся, разбитые, опустошённые, а затем собранные и воскресшие, меня поражают. Они победили обстоятельства или стали их жертвой? Поди разбери.