Вопль к Небесам

   - Зачем? Для чего я пришла в этот мир, - спрашивала она себя, сидя в своей маленькой съёмной квартирке.
   За прямоугольным окошком с тонированными стёклами нельзя было увидеть солнца. Матовые, они лишь чуть-чуть пропускали дневной свет в салон, так как на улице шёл затяжной дождь.
Она ещё с утра, когда встала с постели, включила электрообогреватель, подававший тёплый воздух в пространство. Счётчик наматывал киловатты, за которые в скором времени надо было платить...
   - Ну и что? - размышляла она. - А для чего  копить деньги? Домой на Донбасс всё равно не вернуться... Слишком много за четыре года воды утекло.
   Возраст брал своё. Здоровья не прибавлялось. Возможно ли будет в нынешней ЛНР приобрести необходимые медикаменты, на которых её, уже мало кому нужная жизнь, ещё продолжалась...
В новой стране, где удалось как-то устроиться после вынужденной эвакуации из объятого пожаром жесточайших боёв Северодонецка в 2022, как-то жилось. Платили пособие  новой репатриантке из бывшего СССР. Потихоньку учила язык, мало-помалу осваивалась. Привыкала к новым условиям, совершенно иному климату, другим людям, находившимся волей судьбы рядом. Нет, жила она, конечно, совсем одна. Единственная дочь с семьёй проживала в другом городе, в 200км от матери, и встречи между ними происходили лишь раз в полгода-год.
   Ватсап... Через этот мессенджер общались по видеосвязи. Благо, в стране, где оказалась, этот канал  не блокировался государством. Вопрос об обходе блокировки через ви-пи-эн решать не было нужды. И на том слава Богу...
  Дождь к вечеру перестал. Солнце уже закатилось и сгустились сумерки над окраиной небольшого израильского города на севере страны.
Как было тихо более суток, когда не слышалось ни сирен воздушной тревоги, ни грохота перехвата  боевых ракет.
   Три недели прошло, как длилась очередная война, на этот раз весьма не шутейная... Да и какая современная война — игрушки? Бывали дни, когда спускаться в общественное бомбоубежище приходилось по 5-7 раз в сутки, днём и ночью...      Когда годы за 70, это не просто... Болела спина, ноги, особенно правая, с варикозно изменёнными венами и больными суставами. Прыгало давление вверх-вниз, несмотря на приём назначенных лекарств. Появлялись перебои в сердце. Спать приходилось урывками, когда выпадала возможность. Из-за сломанного биоритма жизни, уже хронического напряжения ожидания обстрела сдавали нервы. Но что можно было изменить маленькой мирной женщине, которая убежала от одной войны, бросив приватизированную квартиру и всё, что  нажила, и попала на другую войну?
   - Зачем? - снова спрашивала она себя. - Ведь, если бы не родилась, не мучилась десятилетиями… Просто меня бы не было и всё. Да разве родители спрашивают у эмбриона, хочет ли он, чтобы его родили? Зачат по желанию ли, вне желания, оставлен и растёт себе по законам природы, развивается, покидает материнское лоно в свой срок с муками, с кровью для матери и плода... Только рождающийся ещё ничего не осознаёт. А мать страдает, пока не родит младенца в мир... А потом слёзы радости  и счастья материнства!

   Она сидела у компьютера, купленного добрыми людьми год назад за её деньги(сама бы не справилась с покупкой такой техники) и печатала... Куда-то надо было выплёскивать свои мысли, чтобы не сойти с ума...
   И почему ей так невесело жилось?
   Это, казалось бы, сытое детство в Советском Союзе после Великой Отечественной. Учёба в средней школе, когда учились в две смены, потому что в 60х прошлого века в СССР было много детей. Институт, работа по избранной специальности... В российской глубинке, в районной санэпидстанции все врачи и их помощники  имели полторы ставки. «Пахали» по 10 часов в день и отдыхали только в воскресенье. Но куда было девать время в 24-27 лет незамужней,  старой деве, как принято было считать в 70х?
   По части любви никак не везло ни в институте, где однокашницы играли студенческие свадьбы, ни, тем более, в «дыре», куда попала по распределению... Какой там секс? В СССР и слова такого никто не знал. Были парни, которые нравились. Один голубоглазый принц так в душу запал, хотя просто два месяца ходили на пионерском расстоянии по Иркутску в апреле-мае 1970, что полвека его забыть не могла... Нажила себе невроз навязчивых состояний... Никаких поползновений с его стороны не наблюдалось. Даже руки погреть по её просьбе отказался, дескать не умеет... А уж в Барыше Ульяновской области кого можно было найти? О том, чтобы  еврея, как требовали родители, не было и речи. Да и русские были все при жёнах и детях. Лезть в чужую семью она не смела!  Женат — моментально срабатывал сильнейший внутренний тормоз... Такое воспитание было что ли или совесть на подсознательном уровне... Замужем побывала, однако. Познакомилась с будущим мужем в Ташкенте, где гостила у тётки в 1978. Прожили всего три года, так как жить было невозможно совсем, неважно, по какой причине...
   - И почему судьба  так жестока ко мне? - не успела подумать женщина, как после почти суточного отсутствия  пронзительно, душераздирающе  взвыла сирена... Через пару секунд  ударили серией взрывы, оглушительные, безумные, безжалостные. Это Хисболла из соседнего Ливана, — сразу определила жительница севера. 
Время подлёта   в городок,  в 9 км от границы, - 10 секунд.  Какое убежище, когда летит из Ливана?
   Из Ирана баллистика и кассетные бомбы долетали за 6-8 минут. Успевало прийти раннее оповещение на телефон резким многократным звуком, который будил даже ночью... Она успевала набросить на себя куртку, схватить тревожную сумку, сунуть ноги в туфли, отпереть и запереть дверь при выходе. И очень быстрым шагом через улицу, поднимаясь по лесенке, — в укрытие... На  сборы и перемещение в подвал хватало двух минут... После перехвата  на землю падали обломки и осколки весом до 20кг каждый... Поэтому сидели в убежище не менее 10ти минут, до поступления на телефон распоряжения командования тыла  об окончании инцидента....

   После прилёта от Хисболлы, который переждала дома, она снова задумалась. Завертелись мысли,   взвиваясь вверх, словно опавшие листья, оторванные от земли порывом ветра.
   - И зачем? Зачем живёт человек, тем более нездоровый, ущербный, от которого нет радости ни самому, ни окружающим? - подумала она в который раз.
   Депрессия, как тогда, после развода в 31, опять накатывала... Вот змея подколодная! Но инстинкт самосохранения резко срабатывал, если появлялся запах "жареного", не позволяя шутить с огнём!
   Часы на стене над столом, на котором стоял монитор компьютера, показывали уже 7 часов вечера с минутами. Скоро ночь... Неужели бомбёжка опять прервёт спокойное течение времени, не даст допечатать это откровение? Может погаснуть свет. Война есть война. Благо, с горем пополам разобралась с оппендокументом... А то, было, часы напряжённого труда во мгновение ока улетали в никуда. Печатала тексты прежде сразу в окно публикации...

   Зазвонил телефон.
   - Мама, ты в порядке? - взволнованно кричала в трубку дочь. - Только что по телевизору передали, что прямое попадание в жилой дом в Вашем городе...
   - Это не мой дом, доченька. У меня всё хорошо, - пытаясь имитировать спокойствие, уверенно ответила она.
   Мать и дочь поговорили о том - о сём минут пять, потому что сирена «цева адом» прозвучала в их городе, в центре.
   - Держитесь! Я за Вас молюсь, - выкрикнула она в блестящий экран смартфона, который не мог как-то отреагировать на бурю эмоций с обеих сторон. Неодушевлённый предмет... Гаджет, через посредство которого можно видеть и слышать друг друга, находясь на большом расстоянии ..

   Проклятое пламя войны разгоралось всё ярче и всё больше захватывало территорий на бедной нашей, такой обнажённой при всех этих ПВО, ПРО и тому подобных средствах защиты планете...
   Кто прав, кто виноват был в том, что заживо горела Земля, издавая вопль к Небесам, наверняка знал разве что Господь Бог, потому что только Он  проникает сердца...