Не нам судить 19

В адской библиотеке, где скопилось множество запрещенных книг, Фиме попалась «Мумия» британского специалиста по загробному миру с длиннющим именем Эрнст Альфред Уоллис Бадж. Особо впечатлил раздел, посвященный скарабею. На картинках священный жук выглядел весьма довольным. Порою даже счастливым.
 
«Как же так? – прикидывал Фима, - практически вся жизнь в дерьме, вокруг дерма, внутри дерьма, а он цветет и пахнет. Нет, пахнет и цветет. В чем секрет успеха?»


Под утро гражданину Писмейкеру Е. С. приснилась Эдуардовна.


****


-  Я понял! Понял! Пазл сложился! – орал с порога Фима, ворвавшись в кабинет Сатаны, - Надо наоборот!

-  Успокойся, Писуньчик, - хозяин протянул стакан воды, - Кого и куда наоборот?

-  Любовь и иллюзии, - стуча зубами о все грани сразу, выпалил Фима, - надо переставить. Надо создать иллюзию влюбленности, а та в свою очередь наплодит иллюзии. Вот.

-  Гениально! Говорю, как физиолог со стажем, - Сатана потянулся за дипломом, - Сначала работает воображение – вполне себе материальная функция мозга – а затем подключится духовное. Конгениально! С кого начнем?

-  Любовь Эдуардовну хочу, - Фима зарделся и шаркнул ножкой. 

-  Она, вроде как, обручена. Не смущает?

-  Если честно, - нет, - легкий румянец налился спелой вишней.

-  Ну ты и фрукт. И планы мои нарушаешь…, - Сатана нервно барабанил пальцами по бюстику Мефистофеля, - Хорошо. Сгорел сарай, гори и хата. Дозволяю.

-  Ты что, скотина, оглох?! – рявкнул здоровенный сержант-морпех африканской наружности, - Dismissed!

Рядовой Писмейкер пулей вылетел из кабинета и прямиком в медсанчасть.


-  Фрау Любка! Я вас любить, обожать и гори оно все синим пламенем! Здрасьте.