Про рубли и кашу

Николаю.
От подсобника по работе.
И не только.

Про рубли и кашу

Прочитайте, пожалуйста, мой маленький рассказ о прошлом, о суровой воинской дисциплине и армейских буднях офицера-двухгодичника в рядах СА. Вам будет интересно.
Закончив институт с военной кафедрой, я был призван в Киевский военный округ, город Днепропетровск, часть под номером 96402 дивизион «Г». Приехал туда в апреле, а на Украине это время – рай земной. Дивизион был обыкновенной «точкой» в степи, с колючей проволокой, вывеской «Стой! Проход запрещён!» и привозной водой.
Как служить, кем (по должности), а главное – с кем, я понятия не имел.
Но всё сложилось чётко и без боли, как в рекламе у врача проктолога. Должность: начальник расчёта кабины «А» (аппаратурная), денежное довольствие : 230 рублей в месяц (а это большие по тем временам деньги) и подчинённых (прапорщика, капитана и ефрейтора – такое бывает в армии) я получил почти одновременно. И очень был рад всему этому. Возликовал, забыв поговорку: «Вход-рубль, а выход – два»!
Через неделю службы я вспомнил и поговорку, и радость бытия от рекламы.
Было обычное солнечное утро обычного распорядка жизнедеятельности дивизиона. Шум вентиляторов охлаждения аппаратуры кабины навевал сладкие мечты о поездках в Днепропетровск в новеньком обмундировании, о возможных знакомствах с прекрасными незнакомками, о тратах купюр, греющихся во внутреннем кармане кителя…
Мечты навевались до момента включения громкой связи по кабинам и произнесённой фразы: «Внимание! Контроль функционирования станции проведён. Станция не боеготова третьим каналом. Нет захвата ракеты СВК.»
Что такое СВК (система выработки команд управления ракетой) – я знал. А вот почему нет захвата и с чем его едят?
Шум вентиляторов пропал. Станция обесточилась. Мои подчинённые молча встали и вышли из кабины, продувая папироски. Я остался сидеть.
Сидел минут пять. Вдруг дверь кабины нараспашку открылась и в проёме появилась весёлая физиономия солдата. Я его в первый раз видел.
- Товарищ лейтенант, вам из столовой еду сюда приносить?
- Какую еду?
- Ну… там… обед, ужин… как получится.
- Почему сюда?
- Так ведь закон, товарищ лейтенант. Пока не устраните неисправность, вы отсюда никуда не уйдёте. А вы не знали?
Я не ответил. Я понял всё. «Вход-рубль…»
Ракетный канал (третий) я сделал. Неисправность нашёл глубокой ночью при включённом автономном питании кабины. Из жратвы приносили только кашу. В котелке.
А в Днепропетровск я поехал спустя два месяца на грузовой машине (крытой) сажать солдата на гарнизонную гауптвахту, славившуюся своей воспитательной работой. Но это отдельно.
Всё. Интересно? А вы как думали?
Вот так…